Война Степана Шкипарёва - XIV

Игорь АБРОСИМОВ

                       ВОЙНА СТЕПАНА ШКИПАРЁВА – XIV



XIV. Фронтовыми дорогами Смоленщины. Наступление продолжается

Войска   З а п а д н о г о   ф р о н т а   продолжили наступление с утра 28 августа, нанося главный удар на центральном участке фронта в направлении Ельни. Соединения 10-й гв. армии генерал-лейтенанта К.П.Трубникова наступали в полосе протяженностью 20 км, 21-й армии генерал-лейтенанта Н.И.Крылова и 33-й армии генерал-лейтенанта В.Н.Гордова - в полосе по 8 км каждая.

33-ю армию в действиях на южном крыле ударной группировки усиливали 5-й механизированный корпус генерал-майора танковых войск М.В.Волкова и 6-й гв. кавалерийский корпус генерал-майора С.В.Соколова, 21-ю армию, развернутую в центре, – переданный фронту из резерва Ставки 2-й гв. Тацинский танковый корпус генерал-майора танковых войск А.С.Бурдейного. Гвардейцы-тацинцы располагались в районе Наро-Фоминска и за короткий срок практически восстановили боеспособность после ожесточенных боев на Курской дуге. Корпус, насчитывавший 131 средних танков Т-34 и 70 легких Т-70, прибыл по железной дороге и к утру 21 августа сосредоточился в районе Спас-Деменска, имея три заправки горючего и три боекомплекта.

В состав 10-й гв. армии входила 3-я штурмовая инженерно-саперная бригада, 21-я гв. армия получила из фронтового резерва 1-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду. Использование инженерно-саперной бригады в ходе Спас-Деменской операции в первой половине августа подтвердило высокую боевую ценность этих формирований при прорыве вражеской обороны.

За счет перегруппировки артиллерии РВГК были усилены артиллерийские группировки 33-й и 21-й армий, в общей сложности в них дополнительно включили 12 артиллерийских бригад, а также части зенитной артиллерии. Плотность артиллерии и минометов калибром 76 мм и выше составила более 150 стволов на 1 км фронта наступления.

Несмотря на трудности со снабжением боеприпасами, удалось провести артиллерийскую подготовку продолжительностью 1,5 часа, в ходе которой по выявленным артиллерийским позициям противника был нанесен также авиационный удар. В  первый же день войска трех армий прорвали главную полосу обороны и продвинулись на глубину 6 – 8 км при ширине полосы прорыва до 25 км. 29 августа прорыв была расширен до 30 км, вклинивание достигло глубины 12 – 15 км. В полосе 33-й армии в первый же день для допрорыва обороны в бой вступил 5-й механизированный корпус. 30 августа в прорыв вошел 6-й гв. кавалерийский корпус, однако, в течение нескольких суток он вел затяжные бои на промежуточных рубежах, понеся большие потери и не добившись успеха. По результатам этих боев на неправильное использование кавалерийского корпуса, который необходимо было вводить в бой для развития оперативного успеха, а не бросать кавалеристов в пешем строю и без сильной поддержки на непрорванные позиции, Генштаб указал командующим войсками фронтов в специальной директиве. 

30 августа в середине дня командованием 21-й армии в прорыв был введен 2-й гв. Тацинский танковый корпус, который преодолев расстояние в 20 км, к вечеру, совместно с войсками армии, вышел к Ельне с юго-востока. Вслед за ним к городу с востока и северо-востока подошли части 10-й гв. армии, наступавшей на северном крыле ударной группировки. Район Ельни обороняли 268-я, 260-я, 262-я пехотные дивизии, боевые группы из состава 36-й пехотной дивизии и других соединений. Воспользовавшись наличием труднодоступных участков, прикрытых лесными массивами и болотами, противник организовал прочные рубежи, создав опорные узлы на окружающих город высотах. 

29-я гв. стрелковая дивизия (генерал-майор А.Т.Стученко) при поддержке 119-го отдельного танкового полка (полковник О.А.Лосик) и 22-я гв. стрелковая дивизия (полковник Г.И.Панишев) 10-й гв. армии, а также 76-я (полковник А.Г.Бабаян) и 63-я (полковник Н.М.Ласкин) стрелковые дивизии 21-й армии, поддержанные 23-й гв. танковой бригадой (полковник И.П.Калинин), совместно с 25-й гв. (полковник М.Т.Шевченко) и 26-й гв. (полковник С.К.Нестеров) танковыми бригадами 2-го гв. Тацинского танкового корпуса решительным штурмом в тот же день прорвали оборонительные рубежи и овладели Ельней.

Городские кварталы были захвачены штурмовыми группами 29-й гв. стрелковой дивизии А.Т.Стученко. Гвардейцы настолько стремительно ворвавлись в Ельню, что противник не успел занять и использовать железобетонные колпаки, установленные на перекрестках. Ранее, 19 августа, после понесенных потерь, дивизия выводилась из боев для доукомплектования и отдыха, приняв в свои ряды около тысячи человек маршевого пополнения и получив необходимое вооружение и боеприпасы. Вновь введенная в сражение 28 августа, восстановившая боеспособность, 29-я гв. стрелковая дивизия оказала решительное влияние на ход боев за Ельню.

Успех Западного фронта был достигнут, благодаря возросшей тактической подготовке войск, умелой организации взаимодействия стрелковых частей с танками и артиллерией, значительному усилению танковой поддержки войск силами 2-го гв. Тацинского танкового корпуса, командование и штаб которого четко управляли подчиненными частями. Следует учесть также значительное ослабление противника в результате предшествующих боев. Большое значение имело достижение скрытности при перегруппировке войск, чего не удалось достигнуть в начале августа в ходе подготовки Спас-Деменской операции. В результате масштабное наступление советских войск на Ельню оказалось неожиданным для противника. На другой день Москва отметила освобождение Ельни, салютовав двенадцатью артиллерийскими залпами из 124 орудий.

Одновременно на северном крыле фронта в наступление перешла правофланговая 31-я армия генерал-майора В.А.Глуздовского и развернутые южнее 5-я армия генерал-лейтенанта В.С.Поленова и 68-я армия генерал-лейтенанта Е.П.Журавлева, которые продвинулись на запад, надежно обеспечив правый фланг войск, наступавших в направлении главного удара. При этом 312-я стрелковая дивизия (полковник А.Г.Моисеевский) 5-й армии 1 сентября выбила противника из Дорогобужа, мощного узла обороны. В связи с успехами советских войск в районе Ельни, положение немцев перед северным флангом Западного фронта стало неустойчивым. Им грозил фланговый удар со стороны вклинившихся в их оборону советских войск, что предопределило успех и в районе Дорогобужа. На южном крыле фронта, обеспечивая левый фланг ударной группировки, наступали 49-я армия генерал-майора И.Т.Гришина и 10-я армия генерал-лейтенанта В.С.Попова, которым также удалось продвинуться вперед.

Пройдя с боями за пять дней до 40 км, войска Западного фронта встретили заметно возросшее сопротивление противника, получившего подкрепления с других участков, и перешли к обороне. На этом завершилась Ельнинско-Дорогобужская фронтовая операция, ставшая как бы прологом к завершающему этапу всей Смоленской стратегической наступательной операции Западного фронта.

Между тем войска   К а л и н и н с к о г о   ф р о н т а  - 39-й армии генерал-лейтенанта А.И.Зыгина и 43-й армии генерал-лейтенанта К.Д.Голубева, продолжая  активные действия, безуспешно пытались развить наступление в направлении Духовщины и Демидова. Командующий фронтом А.И.Еременко усилил наступающую группировку двумя дивизиями резервного 5-го гв. стрелкового корпуса, однако противнику удалось сохранить устойчивое положение своей обороны.




Командование   З а п а д н ы м    ф р о н т о м,  в очередной раз перегруппировав войска, спланировало продолжить наступление с целью овладения Смоленском. Командующий фронтом В.Д.Соколовский решил по-прежнему наращивать главный удар в центре силами 10-й гв., 21-й и 33-й армий, усиленных 5-м механизированным, 2-м гв. танковым, 6-м гв. кавалерийским корпусами. 10 сентября в распоряжение Западного фронта был передан из состава Калининского фронта и использован на центральном участке 3-й гв. кавалерийский корпус генерал-майора Н.С.Осликовского.

С целью сосредоточения наиболее боеспособных соединений на главных направлениях ряд стрелковых дивизий фронта были перегруппированы и переподчинены. Переподчинение коснулось также бронетанковых частей непосредственной поддержки пехоты, входивших в состав армий.

21-я армия вместо 51-й и 119-й стрелковых дивизий, которые отводились в резерв, получила 157-ю стрелковую дивизию из состава 33-й армии. При этом 33-й армии передавались из 49-й армии четыре стрелковые дивизии  - 58-я, 290-я, 338-я и 371-я. Одновременно две дивизии 33-й армии – 70-я и 160-я переходили в подчинение 49-й армии. Усилился состав 10-й гв. армии, ей подчинили 208-ю стрелковую дивизию 5-й армии. Как и в двух других армиях центральной группировки фронта, в 10-й гв. армии, командующим которой стал генерал-лейтенант А.В.Сухомлин, было осуществлено перераспределение соединений между корпусными управлениями. В состав 33-й армии дополнительно вводились 1495-й и 1537-й самоходно-артиллерийские полки, последний из состава 49-й армии. На центральном участке фронта сосредотачивались 23 стрелковые дивизии, танковый, механизированный и два кавалерийских корпуса, 4 танковые бригады, 4 отдельных танковых и 4 самоходно-артиллерийских полка, из них 14 стрелковых дивизий и все подвижные части использовались непосредственно на направлении главного удара.

На северном крыле фронта соединениям и частям 31-й, 5-й и 68-й армий было необходимо овладеть Ярцево и, взаимодействуя с войсками главной группировки, освободить Смоленск. В северной группировке фронта состояло 14 дивизий и танковая бригада, причем 88-я, 251-я и 220-я стрелковые дивизии в ходе операции были переданы из 31-й в подчинение 68-й армии, 154-я стрелковая дивизия перепочинена Калининскому фронту. 208-я стрелковая дивизия из состава 5-й армии, в составе которой осталось всего две стрелковые дивизии, передана 10-й гв. армии. Кроме того 68-я армия, как и 5-я армия, не имевшая в своем составе бронетанковых частей, получила 1435-й и 1445-й самоходно-артиллерийские полки, переданные фронту в сентябре.

На южном крыле фронта войскам 49-й и 10-й армий предписывалось, наступая на запад и юго-запад, овладеть Рославлем и, продолжив продвижение, захватить Мстиславль и Кричев. В ходе операции южная группировка фронта действовала в составе 12 стрелковых дивизий, одной стрелковой и одной танковой бригады. Как уже отмечалось между 49-й армией и 33-й армией было проведено перераспределение соединений в пользу последней, находившейся на главном направлении наступления, в центральной полосе фронта. Кроме того 146-я стрелковая дивизия 49-й армии выводилась в резерв Ставки. Уменьшился и боевой состав 10- армии – 326-я стрелковая дивизия была отведена в резерв Ставки, 9-я истребительная бригада – отведена и расформирована. В результате обе армии также, как северная группировка фронта, проводили очередной этап операции в несколько сокращенном составе. В то же время состав центральной группировки, несмотря на отвод ряда формирований, остался примерно на прежнем уровне, благодаря переподчинению и замене ряда частей и соединений. Учитывая крупные потери, понесенные частями и соединениями в конце августа и начале сентября, Западный фронт не только не был усилен перед новым этапом наступления, но наступал с меньшей численностью войск.

15 сентября, после двухчасовой артподготовки, наступление Западного фронта возобновилось, начался заключительный этап Смоленской стратегической операции, названный позднее Смоленско-Рославльской фронтовой наступательной операцией.

Соединения 21-й армии, наступавшие в центре ударной группировки, в составе которой находилась 23-я танковая бригада, 64 гв. и 248-й отдельные танковые полки из-за потерь бронетехники в предшествующих боях не обладали необходимой ударной силой для успешного наступления. В связи с этим командующий армией Н.И.Крылов вечером 15 сентября получил разрешение использовать подвижную группу фронта - 3-й гв. кавалерийский и 2-й гв. Тацинский танковый корпуса, которой руководил командир кавалерийского корпуса генерал-майор Н.С.Осликовский. Танковый корпус насчитывал более 180 боеготовных танков и использовался для прорыва обороны противника , а танки – для непосредственной поддержки пехоты, потеряв за два дня до 40%, боевых машин. Данное обстоятельство ограничило возможности войск в ходе наступления в оперативной глубине после прорыва обороны противника. Три кавалерийские дивизии и их танковые полки, на вооружении которых имелось около 120 легких танков, также использовались для допрорыва оборонительных рубежей тактической полосы обороны, а затем участвовали в преследовании противника.

Силами 10-й гв., 21-й и 33-й армий 16 сентября прорыв был расширен до 20 км, глубина вклинивания достигла 10 км. Совместно с 33-й армией наступала подвижная армейская группа – 5-й механизированный корпус и 6-й гв. кавалерийский корпус. Как и в полосе 21-й армии, подвижная группа была задействована для допрорыва тактической полосы обороны, т.к. ударные возможности ослабленных стрелковых соединений и бронетанковых частей армии также оказались весьма ограничены. Танки подвижной группы использовались для непосредственной поддержки пехоты, кавалеристы сражались в пешем строю и лишь позднее перешли к преследованию отходящего противника. 10-я гв. армия, наступавшая на правом фланге центральной группировки при ограниченной танковой поддержке 153-й танковой бригадой и 119-м отдельным танковым полком, благодаря сравнительно высокой боеспособности гвардейских стрелковых дивизий, а также в определенной степени участию в боях 3-й штурмовой инженерно-саперной бригады, также выполнили поставленные задачи.

Несмотря на не столь эффективные действия подвижных сил, которые не были введены в чистый прорыв, как это произошло в ходе наступления на Ельню, за пять дней советские войска, преодолевая сопротивление противника, продвинулись на 40 км. 23 сентября были перерезаны рокадные железная дорога и шоссе Смоленск – Рославль в районе станции Починок. Смоленская группировка противника оказалась в сложном положении, лишившись возможности оперативно наращивать свои силы за счет правофланговых соединений 4-й полевой армии. На следующий день соединения 10-й гв., 21-й и 33-й армий совместно с танковым, механизированным и кавалерийскими корпусами вышли к реке Сож, глубоко охватив Смоленск с юга, что еще более усложнило положение противника.

Одновременно войска северного крыла Западного фронта двигались непосредственно на Смоленск. Уже на следующий день после возобновления наступления, 16 сентября, 359-я (полковник П.П.Косолапов), 82-я (генерал-майор И.В.Писарев), 133-я (полковник М.З.Казишвили), 331-я (полковник П.Ф.Берестов) и 274-я (полковник В.П.Шульга) стрелковые дивизий 31-й армии, прорвав тактическую полосу обороны на всю глубину, умело маневрируя и обходя опорные пункты в глубине расположения противника, вышли на широком фронте к предместьям Ярцево, охватив город с севера, востока и юга.

В боях за город и железнодорожную станцию, расположенную западнее города, которые продолжались два дня, отличился 951-й стрелковый полк подполковника П.В.Додогорского, наступавший в первом эшелоне 274-й дивизии. Бойцы полка сражались в районах, примыкающих к реке Вопь и водокачки. Ожесточенные бои, переходящие в рукопашные схватки, вели части 133-й дивизии полковника М.З.Казишвили на территории текстильного комбината. Успешно действовала ветеран сражений на Западном фронте 331-я стрелковая дивизия. Командир дивизии полковник П.Ф.Берестов, который командовал ею и отличился еще в ходе многомесячных сражений на Ржевском выступе, за умелое руководство соединением был награжден орденом Суворова II степени, 1 сентября 1943 г. Берестову присвоили звание генерал-майора. Важнейший узел обороны немцев на пути к Смоленску - город с станция Ярцево были освобождены.

Вечером 19 сентября штаб 951-го полка разослал в батальоны связных с известием о том, что приказом Верховного Главнокомандующего 274-й стрелковой дивизии присвоено почетное наименование «Ярцевская». Наименование «Ярцевские» получили также 359-я и 82-я стрелковые дивизии, 2-й гв. мотоциклетный и 529-й истребительно-противотанковый артиллерийский полки из состава подвижной группы 31-й армии, а также обеспечившие успешные действия войск 90-й понтонно-мостовой и 72-й инженерный батальоны. В 1943 г. присвоение почетных наименований только входило в практику и воспринималось поэтому как особое признание боевых заслуг. Понятно, что Степан Шкипарёв одним из первых в части узнал об этом событии.

В 21 час., когда Москва салютовала в честь успешного наступления войск Западного фронта на Смоленском направлении, подразделения 274-й стрелковой дивизии, продолжая наступление, поднялись в очередную атаку. Продвижение на Запад продолжалось. Вдоль известной всем старой Смоленской дороги, вместе с соединениями 31-й армии, 274-я стрелковая дивизия наступала на Смоленск. Южнее двигались на запад соединения 5-й и 68-й армий, 

Преследуя врага, который вынужден был отводить свои силы ввиду успеха в центре и на северном крыле Западного фронта, левофланговая 10-я армия ворвалась в Рославль и, завязав уличные бои, которые продолжались до 25 сентября, освободила город. Бои на подходах и предместьях Рославля и в самом городе вели 49-я (генерал-майор А.В.Чижов), 139-я (полковник И.К.Кириллов), 247-я (генерал-майор Г.Д.Мухин), 277-я (генерал-майор С.Т.Гладышев) и 326-я (полковник В.А.Гусев) стрелковые дивизии. Одновременно, продолжая продвижение на запад, 212-я (полковник А.П.Мальцев) и 385-я (полковник М.Ф.Сургунов) стрелковые дивизии захватили город Киричев. Обеспечивая наступление 10-й армии с севера, продвигалась на запад 49-я армия, которая овладела городом Мстиславлем.

Следует подчеркнуть, что наступление на Смоленском направлении и последовавшее освобождение Смоленска, не прошло бы столь успешно без результативных действий центральной группировки Западного фронта, охватившей район города с юга и, что не менее важно, усилий левого крыла Калининского фронта, который с короткими паузами, начиная с 13 августа, силами 39-й и 43-й армий проводил Духовищнско-Демидовскую фронтовую операцию. Только отбросив противника на запад в районе Духовщины и Демидова стало возможно дополнительно охватить Смоленск с севера, содействовав тем самым успеху смежного Западного фронта.




Как уже упоминалось, на К а л и н и н с к о м   ф р о н т е   начало Духовищнско-Демидовской операции  сложилось неудачно, продвижение войск оказалось минимальным. Командующий Калининским фронтом А.И.Еременко решил возобновить наступление 14 сентября в полосе левофланговой 39-й армии, командование которой только что принял генерал-лейтенант Н.Э.Берзарин.

В наступление назначались войска 84-го и 2-го гв. стрелковых корпусов. В составе 84-го стрелкового корпуса находились 134-я, 158-я и 234-я стрелковые дивизии, которые поддерживались 28-й гв. танковой бригадой и 11-м гв. танковым полком прорыва (всего 46 танков, в т.ч. 11 тяжелых КВ, 16 средних Т-34 и 19 легких Т-60 и Т-70). Развить успех в этом направлении должна была танковая группа подполковника Н.Д.Чупрова, в которую были включены 60-я и 236-я танковые бригады (103 танка, в т.ч. 62 средних Т-34 и 41 легкий Т-70), 17-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада и 4-й гв. отдельный инженерный батальон. 2-й гв. стрелковый корпус включал 9-й гв. и 91-ю гв. стрелковые дивизии, которые поддерживала механизированная группа полковника И.Ф.Дремова - 46-я и 47-я механизированные бригады, 1820-й самоходно-артиллерийский полк (всего 104 танка и САУ, в т.ч. 58 средних Т-34, 14 легких Т-70 и 16 средних СУ-122), 4-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада и 114-й отдельный инженерный батальон.

Из находящихся в составе 39-й армии 11 стрелковых дивизий, стрелковой бригады и укрепрайона к активным действиям привлекалось 5 наиболее боеспособных стрелковых дивизий, которые сосредотачивались на узком участке фронта и должны были прорвать оборону противника в полосе 9 км. В составе наступавших на столь ограниченном участке находилось 237 танков, из них 152 средних, но всего 11 тяжелых, а также 16 средних САУ.

На направление главного удара была дополнительно переброшена почти в полном составе 21-я артиллерийская дивизия прорыва под командованием генерал-майора артиллерии К.И.Самборского, в состав которой входило 5 артиллерийских бригад и минометная бригада, состояло на вооружении более 150 гаубичных и тяжелых артсистем калибром 122 мм и выше. Большую помощь войскам в ходе артподготовки и позднее, при разрушении оборонительных укреплений на пути наступающих оказала 103-я гаубичная артиллерийская бригада большой мощности из состава дивизии, вооруженная 203-мм гаубицами. Плотность артиллерийской поддержки в полосе наступления превышала 120 орудий и минометов калибром 76 мм и выше на 1 км фронта. Здесь сосредоточилась почти вся реактивная артиллерия, приданная армии. Остальные соединения 39-й армии, а также войска 43-й армии, должны были надежной обороной обеспечить успех ударной группировки и быть готовыми развить ее успех преследованием отступающего противника.

Перед фронтом 39-й армии, помимо развернутых здесь ранее 52-й, 197-й и 246-й пехотных дивизий 27-го армейского корпуса противника, действовали выдвинутые в сентябре, после начала Смоленской операции, 18-я и 25-я танко-гренадерские дивизии. Возобновление наступления было подготовлено скрытно, советские войска заняли исходные позиции только накануне, в ночь перед атакой. Особое внимание обращалось на скрытность заблаговременного оборудования позиций и перемещения артиллерии, разведке целей и предварительной подготовке данных для стрельбы. Противник не смог поэтому вовремя вскрыть намерений командования Калининского фронта и сосредоточить силы на угрожаемом участке.

В результате мощного удара, которому предшествовала артподготовка длительностью в 1 час 20 мин., фронт был успешно прорван. К концу дня 14 сентября войска продвинулись на глубину от 3 до 13 км в полосе до 30 км. На шестой день наступления войска 39-й армии в ночь на 19 сентября овладели важнейшим узлом обороны на пути к Смоленску – городом Духовщина. При наступлении и впоследствии при взятии города отличились 91-я гв. (генерал-майор М.И.Озимин), 17-я гв. (генерал-майор А.П.Квашнин), 134-я (генерал-майор Е.В.Добровольский), 234-я (полковник С.И.Турьев) стрелковые дивизии, части из состава механизированной группы полковника И.Ф.Дремова - 46-я (полковник Н.Л.Манжурин) и 47-я (подполковник Р.Е.Михайлов) механизированные бригады, 4-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада (полковник М.П.Савлевич).

Активные действия вели также введенные для развития успеха в оперативной глубине 184-я (полковник С.И.Цукарев), 178-я (генерал-майор А.Г.Кудрявцева), 185-я (генерал-майор М.Ф.Андрющенко) стрелковые дивизии и 4-я штурмовая инженерно-саперная бригада (подполковник Г.И.Матузас). Наряду с падением Ярцево, взятие Духовщины означало взлом оборонительных рубежей, прикрывающих Смоленск на подступах к т.н. «смоленским воротам».

Успех  был оплачен немалой ценой – только подвижные группы 39-й армии потеряли за шесть дней боев убитыми и ранеными более 2,1 тыс. чел. Танковые и механизированные части обеих групп лишились 85 танков и САУ из введенных в бой 253 боевых машин, правда некоторую часть техники удалось за сравнительно короткое время восстановить, отремонтировать и вернуть в строй. 

Войска 43-й армии под командованием генерал-лейтенанта К.Д.Голубева, которые также перешли в наступление, задействовав через несколько дней свои основные силы, 21 сентября овладели городом Демидово на Витебском направлении. В боях отличились части 306-й (полковник М.И.Кучерявенко) и 270-й (полковник И.П.Беляев), стрелковых дивизий. 262-я стрелковая дивизия (генерал-майор З.Н.Усачев), которая первой вышла на окраины города, превращенного в узел обороны, очищала его от врага дом за домом, улицу за улицей. Уличные схватки были в разгаре, когда разведчик 950-го стрелкового полка сержант И.Гуреев проник в центр Демидова и на крыше уцелевшего здания, под вражеским огнем, укрепил красный флаг, символически предопределивший победный исход боя.




Охват Смоленска с севера, причем на широком фронте, грозил для противника опасными последствиями. Это, а также нарастающее давление наступавших советских войск, заставляло его отводить войска перед левым крылом Калининского и правым крылом Западного фронта.

З1-я армия после освобождения Ярцево с 20 сентября наступала на Смоленск в составе 36-го стрелкового корпуса (215-я, 359-я, 274-я стрелковые дивизии) и 71-го стрелкового корпуса (331-я, 133-я и 82-я стрелковые дивизии), 42-й гв. танковой бригады, 2 гв. мотоциклетного полка, с прежним составом артиллерийской группировки (4 пушечных, 2 истребительно-противотанковых артиллерийских полка, минометный полк, 3 зенитно-артиллерийских полка), передав управление 45-го стрелкового корпуса с 220-й, 251-й и 88-й стрелковыми дивизиями в состав 68-й армии. Непосредственно к Смоленску вечером 24 сентября вышли 331-я генерал-майора П.Ф.Берестова, 133-я полковника М.З.Казишвили, 215-я генерал-майора С.И.Иовлева, 359-я полковника П.П.Косолапова, 274-я полковника В.П.Шульги стрелковые дивизии 31-й армии, наступавшие на фронте шириной в 14 км, и южнее - 312-я стрелковая дивизия полковника А.Г.Моисеевского из состава 5-й армии.

Учитывая стратегическое и политическое значение удержания Смоленска, командование Вермахта приложило максимум усилий, чтобы укрепить подступы к городу и территории в районах плотной городской застройки. Враг не терял надежды упорной обороной удержать Смоленск в течение продолжительного времени. Позиции на смоленском направлении занимали сильно потрепанные части 113-й, 246-й, 197-й пехотных и 18-й танко-гренадерской дивизий. Завязав бои в северной части города и с ходу форсировав Днепр, советские войска в ходе ожесточенного ночного штурма к утру 25 сентября полностью освободили Смоленск. Первыми около 2 час. ночи в город ворвались воины 331-й стрелковой дивизии П.Ф.Берестова, который доложил по радио командиру 71-го стрелкового корпуса генерал-майору А.Я.Веденину: «Вместе с частями дивизии веду бой в Смоленске!». Воины 274-й стрелковой дивизии В.П.Шульги в ходе напряженных боев овладели районом аэродрома на окраине города.

Принимая во внимание значительную площадь, занимаемую Смоленском и его пригородами, подготовленными к обороне, потери личного состава боевых частей, особенно активных штыков в батальонах, силы советских войск, овладевших городом, которые могут быть представлены, исходя из количества соединений, непосредственно участвовавших в штурме города, как не малые, на самом деле не были столь уж значительными. Наряду с упорством и стойкостью наступающих, успеху, как уже отмечалось, способствовало успешное продвижение Красной Армии на всей полосе операции. 

Сообщение о взятии Смоленска стало одним из самых значимых событий для армии и всей страны, оно зримо продемонстрировало окончательный перелом в ходе войны. Всем, пережившим те времена, запомнился переданный по радио 25 сентября приказ Верховного главнокомандующего с перечислением армий, соединений и частей Западного фронта, отличившихся при взятии Смоленска, которым салютовала Москва в ночь с 25 на 26 сентября. Гром двадцати артиллерийских залпов, прозвучавших в Москве, радио разнесло по всей стране. Но мало кто мог знать или даже предположить, что именно там, под Смоленском, шли в бой их мужья, братья и сыновья, близкие друзья и знакомые, ушедшие на войну. Ведь мало, кто знал или догадывался, где и как воюют они сегодня... Во всяком случае в Баку, в семье Степана Шкипарёва об этом не знали, хотя позднее, когда Смоленск был уже позади, узнали, вернее догадались очень точно о том, где он воюет.

Овладев Рославлем, Смоленском и Демидовом, войска Западного и левого крыла Калининского фронтов продолжили наступление. Продвинувшись в ходе третьего, завершающего этапа Смоленской стратегической операции – Смоленско-Рославльской и Духовищнско-Демидовской фронтовых операций на 135 – 145 км и встретив организованное сопротивление противника на заранее подготовленных рубежах севернее Рудни, в районе этого города, далее к югу, западнее поселка Красный, и вдоль реки Сож, Красная Армия 2 октября перешла к обороне.




Потери Западного фронта и левого крыла Калининского фронта при общей первоначальной численности войск 1252,6 тыс., составили с 7 августа по 2 октября 451,5 тыс. чел., из них 107,6 тыс. было потеряно безвозвратно. Основные потери пришлись на войска Западного фронта, где было задействовано более 65% всех войск и в полосе которого бои носили наиболее упорный характер. Потери войск Западного составили 333,2 тыс. чел., из них 79,5 тыс. безвозвратных.

При общей численности войск Западного фронта в начале операции 824,2 тыс. чел., в боевых соединениях и частях (без фронтовой авиации) состояло 558,5 тыс. Учитывая, что потери несли в основном боевые войска, убыль в 333,2 тыс., которая не компенсировалась поступавшим пополнением, не могла не привести к значительному ослаблению потенциала наступавших. Численность стрелковых дивизий, которая в начале операции доходила до 7 - 8 тыс. чел.,  уменьшалась в два и более раза, а количество активных штыков в батальонах снижалось до 600 – 700 на дивизию, даже с учетом пополнения за счет тылов и спецподразделений, а также поступавших маршевых пополнений при примерно таком же количестве артиллеристов, оставшихся в соединении.

Однако, стрелковые дивизии подобного состава отнюдь не считались потерявшими боеспособность и из боев не выводились. Количественный состав боеспособных машин в танковых войсках мог уменьшиться в 1,5 – 2 раза и даже более, что также не считалось утерей данной частью или соединением боеспособности и не приводило к выводу из боев для приведения в порядок и доукомплектования. Тем более, не выводились из боя танковые части, в которых некомплект мотострелковых подразделений превышал в разы количество бойцов, оставшихся в строю. Продолжали боевую работу части полевой и истребительно-противотанковой артиллерии со значительным некомплектом вооружения и техники. Поэтому не следует переоценивать боевой потенциал приводимого немалого перечня советских частей и соединений, которые участвовали в операции и соотносить его, особенно на заключительных этапах сражения, с силами, которые характерны для этих формирований в начале операции. Но в конце концов ослабление наступательного потенциала войск вынуждало к переходу к обороне, несмотря на немалые потери и значительное сокращение боевых возможностей противостоящего противника.

274-я стрелковая дивизия с 1 августа по 10 сентября, в ходе Спас-Деменской и Ельнинско-Дорогобужской фронтовых операций, когда соединения правого крыла Западного фронта, наступая в направлении Ярцево, добились лишь незначительных успехов, понесла очень высокие потери. По неполным данным, содержащимся в донесениях штаба дивизии, было убито и умерло от ран на этапах санэвакуации 773 чел. [XIV-1] Особенно напряженными и кровопролитными боями были отмечены последние числа августа. Только 30 и 31 августа в 951-м стрелковом полку, где служил Степан Шкипарёв, в числе погибших оказались командиры стрелковых взводов младшие лейтенанты Н.А.Козлов, А.И.Ламбин, Н.Д.Жавнеров, Т.Е.Коняев, Н.А.Николенко, Д.Г.Орехов, лейтенант Г.И.Попов, командир стрелковой роты лейтенант М.А.Трусов, командир пулеметной роты старший лейтенант Н.И.Шашков. Большинству из них исполнилось тогда от 19 до 22 лет. Действуя в боевых прядках своих наступающих подразделений, личным примером воодушевляя подчиненных, они до конца выполнили свой воинский долг.

Лишь Никондру Игнатьевичу Шашкову, самому старшему из них по возрасту, было тогда 34. Уроженец тех мест, где и был похоронен в воинской братской могиле, житель города Ярцево, призванный в ряды Красной Армии в 1941 году, он должен был, пройдя вместе с однополчанами еще полтора десятка километров, освободить свой город. На улице Чернышевской, в том самом доме номер 19, откуда ушел на фронт, он надеялся встретиться с семьей, повидать жену Агрипину Ивановну. Не получилось... Остальных, молодых и неженатых, ждали и не дождались родные и близкие, в большинстве жители сибирских и уральских сел и деревень.

Если иметь в виду, что в ходе Смоленской операции общие потери на Западном фронте превышали безвозвратные более чем в 4 раза, то за это время из рядов 274-й дивизии, в основном из боевых частей, убыло более 3 тыс. чел., почти половина первоначального личного состава, составлявшего в дивизиях 31-й армии от 6,5 до 7 тыс. В какой-то степени скомпенсировать потери и в дальнейшем поддерживать боеспособность дивизии, действовавшей до конца сентября и в октябре, особенно количество активных штыков, удавалось направлением в батальоны личного состава тыловых и вспомогательных частей, а также пополнений за счет маршевых рот.

Наградной лист с представлением С.И.Шкипарёва к ордену Отечественной войны I степени содержит, как обычно, «краткое конкретное содержание личного боевого подвига или заслуг». По документу, подписанному 23 октября 1943 г. командиром 951-го стрелкового полка П.В.Додогорским, ставшим к тому времени полковником, мы можем представить сегодня, как проходило непосредственно в полосе фронта пополнение части рядовым и сержантским составом за счет маршевых рот. Требования, закрепленные еще в 1942 г. в постановлении Государственного комитета обороны, запрещали введение маршевых пополнений в дивизии, ведущие боевые действия, обязывали использовать их только для доукомплектования выводимых из боя соединений. Однако, в критической обстановке эти правила часто нарушались. В наградном листе читаем, что С.И.Шкипарёв, «...неоднократно получал и приводил в полк пополнения личного состава, всегда добиваясь быстрейшего доведения пополнения до полка, и без потерь в любой обстановке. 22 августа 1943 г., получив пополнение для полка в 95 человек [вероятно, часть состава прибывшей в распоряжение дивизии маршевой роты, численность которой обычно составляла 254 чел. – И.А.], умело рассредоточив его в пути, несмотря на действие вражеской авиации, довел его без потерь. Во время подхода пополнения к месту расположения полка оно подверглось ожесточенному артобстрелу противником. Шкипарёв С.И., пренебрегая опасностью, лично руководил быстрейшим укрытием пополнения в воронках и старых траншеях до тех пор, пока не убедился, что все пополнение находится в относительной безопасности. В результате 15 минутного артналета ни один боец из пополнения не был ранен...» 

Командование, представляя к награде, хорошо понимало, насколько было трудно в сложившейся обстановке руководить маршевой командой, которая состояла в большинстве отнюдь не из опытных бойцов, возвращавшихся в действующую армию после лечения в госпиталях, а из людей, наскоро обученных в резервных полках, впервые попавших на фронт, причем в первые же часы, еще до распределения и зачисления в действующие подразделения, попавших под бомбежку и жестокий артобстрел. Насколько сложно командиру в этих условиях личным примером и, проявив особые волевые качества, не допустить паники, не растерять доверенных ему людей, внушить уверенность в благополучном исходе первого фронтового испытания. Недаром введение маршевых пополнений в ходе боя допускалось, хотя и довольно часто, но всегда как крайняя мера.

Конечно, Степе помогали успешно выполнять подобные боевые задания его многомесячный опыт, приобретенный под Ржевом и во время тяжелого весеннего наступления Западного фронта. Но, вероятно, не только это. Человек долга, к тому же физически сильный и выносливый, всегда, в самых сложных обстоятельствах сохраняющий выдержку и самообладание, умеющий находить общий язык и вызывать доверие самых разных людей, а на таких во все времена держится воюющая армия, не мог действовать иначе. Таким он был в мирной жизни, таким остался и на фронте.

Общие среднесуточные потери войск в Смоленской наступательной операции составили более 7,9 тыс. чел. Сравнение их со среднесуточными потерями в других наступательных операциях Западного и Калининского фронтов в 1942 – 1943 гг., показывает, что в ходе первой Ржевско-Сычевской операции и второй Ржевско-Сычевской операции «Марс» они были ненамного меньше или даже больше, достигнув соответственно 7,7 тыс. и 8,3 тыс. чел. При этом в обеих этих операциях было задействовано существенно меньше войск, что делает потери более болезненными. Но самое главное, результативность Смоленской наступательной операции оказалась при этом несравненно выше, ее итоги решительным образом повлияли на ситуацию, сложившуюся не только на Западном стратегическом направлении, но и на всем советско-германском фронте. Можно утверждать, что действия Западного и Калининского фронтов летом и осенью 1943 г. со всей очевидностью продемонстрировали окончательный перелом в военных действиях, связанный с ростом эффективности боевого применения советских войск при явном падении боевых возможностей Вермахта.




Решение о переходе советских войск к обороне, как обычно в подобных случаях, было связано не только с потерями в личном составе, вооружении и технике за период боев, но также исчерпанностью запасов боеприпасов. В связи с последним обстоятельством через несколько дней после освобождения Смоленска части и соединения артиллерии РВГК, основной ударной силы наступающих войск, начали выводиться в резерв фронта. В полном составе выводились 5-я гв. и 3-я гв. артиллерийские дивизии прорыва, 4-я гв. тяжелая пушечная артиллерийская дивизия, 7-я гвардейская минометная дивизия («катюши»), семь гаубичных и пушечных артиллерийских полков. Понятно, что продолжение масштабной операции в этой ситуации оказалось невозможным. Однако, нашей войсковой разведке стало известно о подготовленных рубежах, на которых враг готов был закрепиться, поэтому командование стремилось не дать возможность противнику остановиться и стабилизировать фронт. Уже после 2 октября и перехода Западного и Калининского фронтов к обороне предпринимались попытки частными операциями продолжить продвижение.

Врагу не удалось удержать город Рудню, который 29 сентября был взят частями 17-й гв. стрелковой дивизии генерал-майора А.П.Квашнина и 47-й механизированной бригадой подполковника Р.Е.Михайлова 39-й армии. В последующие дни в боях в этом районе продолжала активное участие 97-я стрелковая дивизия полковника Б.С.Ракова, переданная в состав 39-й армии из фронтового резерва. Войскам удалось продвинуться на запад, овладев к 9 октября районным центром Витебской области городом Лиозно, в 20 км от Рудни. Примером напряженных боев, которые были связаны с попыткой продолжить наступление в полосе 31-й армии, может служить следующий эпизод, происшедший 4 октября. Во время атак в районе деревни Белеи, что северо-западнее поселка Красный, который советские войска захватили в ночь с 27 на 28 сентября, командир отделения роты автоматчиков 951-го стрелкового полка полковника П.В.Додогорского 274-й стрелковой дивизии сержант С.В.Головко повторил подвиг Александра Матросова, закрыв своим телом амбразуру вражеского ДЗОТа. Герой награжден посмертно орденом Ленина. Нельзя, кстати, не отметить, что Красный уже давно и прочно вошел в военную историю нашего Отечества. В ноябре 1812 года под Красным русская армия во главе с Кутузовым, преследуя отступавшие войска Наполеона, нанесла им удар, который до предела ослабил боеспособность французов, лишив «Великую армию» всей кавалерии и артиллерии.

Перегруппировав войска и создав несколько импровизированных группировок из состава вновь созданных частей и войск охраны тыла, командование группы армий «Центр» смогло взять ситуацию под контроль, остановив дальнейшее продвижение Красной Армии.

Отметим, что уже через десять дней после перехода войск Западного фронта к обороне, 12 октября, практически без оперативной паузы, если иметь в виду продолжавшиеся в эти дни упорные бои, началась полномасштабная фронтовая операция, вернее череда фронтовых операций Западного фронта на Оршанском направлении. Стремление советских войск развить успех, достигнутый в ходе Смоленской операции, объясняется реальной возможностью, как тогда казалось, нанести успешный удар по ослабленным соединениям Вермахта и перехватить рокадную железную и шоссейную дороги Гомель - Могилев – Орша - Витебск, что лишало стабильности весь центральный участок советско-германского фронта. Кроме того оставалась настоятельная необходимость активными действиями продолжать сковывать войска группы армий «Центр», не дать возможности усиливать за их счет южное стратегическое направление, где решался в эти месяцы исход всей кампании.

Так что затишья на Западном стратегическом направлении не наступило.


                                        (Продолжение следует)


           «Война Степана Шкипарёва. Предисловие» - http://www.proza.ru/2013/06/26/945
           «Война Степана Шкипарёва - I» - http://www.proza.ru/2013/07/15/989
           «Война Степана Шкипарёва - II» - http://www.proza.ru/2013/07/16/1398
           «Война Степана Шкипарёва - III» - http://www.proza.ru/2013/07/17/691
           «Война Степана Шкипарёва - IV» - http://www.proza.ru/2013/07/20/1047
           «Война Степана Шкипарёва - V» - http://www.proza.ru/2013/07/20/1641
           «Война Степана Шкипарёва - VI» - http://www.proza.ru/2013/07/21/1904
           «Война Степана Шкипарёва - VII» - http://www.proza.ru/2013/07/24/1030
           «Война Степана Шкипарёва - VIII» - http://www.proza.ru/2013/07/25/1042
           «Война Степана Шкипарёва - IХ» - http://www.proza.ru/2013/07/29/1426
           «Война Степана Шкипарёва - Х» - http://www.proza.ru/2013/08/01/996
           «Война Степана Шкипарёва - ХI» - http://www.proza.ru/2013/08/03/1608
           «Война Степана Шкипарёва - ХII» - http://www.proza.ru/2013/08/16/756
           «Война Степана Шкипарёва - ХIII» - http://www.proza.ru/2013/09/19/1017
           «Война Степана Шкипарёва - ХV» - http://www.proza.ru/2013/10/15/1158
           «Война Степана Шкипарёва - ХVI» - http://www.proza.ru/2013/10/19/1291
           «Война Степана Шкипарёва. Примечания» - http://www.proza.ru/2013/07/20/1069
          
Перечень литературы - http://www.proza.ru/2013/09/29/826


Рецензии
Кстати, в истории Великой Отечественной войны не встречал данных об использовании нашими войсками трофейной техники, в тоже время в СМИ встречал материал о том, что в танковых войсках Германии использовались танки Т-34.

Александр Муровицкий   05.09.2014 12:57     Заявить о нарушении
Германская военная техника использовалась Красной Армией довольно ограниченно. Хотя использовалась. Посмотрите, в начале одного из разделов очерка "Броня и снаряд"
http://www.proza.ru/2014/07/18/1632
приведено фото немецких трофейных танков из состава советской тпнковой части.

Напротив, немцы, совершенно верно, широко использовали трофейное вооружение, особенно артиллерийское и не только советское, а танки Т-34 (конечно, в ограниченном количестве и ограниченное время, что связано с возможностями тыла войск по их техническому обеспечению) даже участвовали в боях Курской битвы.



Игорь Абросимов   05.09.2014 13:23   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.