Война Степана Шкипарёва - I

Игорь АБРОСИМОВ

                             ВОЙНА СТЕПАНА ШКИПАРЁВА




I.  Так начиналась война…
____________________________



23 июня 1941 года, на другой день после начала войны, Степан Шкипарёв, Степа, как называли его не только близкие, но и большинство знакомых, явился в военкомат Ворошиловского района города Баку. За год до начала войны Степа прошел подготовку на вечерних краткосрочных командных курсах и был зачислен в запас. Как командиру запаса, в ходе предвоенных мобилизационных мероприятий, в военный билет было вложено предписание, согласно которому в первый день мобилизации ему следовало без всякой повестки прибыть на сборный пункт.

На обороте мобпредписания указывалось, какие личные вещи необходимо иметь при себе и было понятно, что сразу же начнется для Степы действительная служба в рядах Красной Армии, вступившей в войну. Как оказалось позднее, в соответствие с мобпредписанием в тот же день его направили в 135-й отдельный батальон аэродромного обслуживания (БАО), который дислоцировался на аэродроме Кишлы, в пригороде Баку, и значился под условным почтовым адресом Москва 2, п/я 448. 23 июня фронт был далеко, да и некоторые не до конца понимали, насколько длительной, разрушительной и кровопролитной окажется эта война. Однако, в первые же дни после начала военных действий, когда Степа был уже в части, на казарменном положении, всем стало ясно, какие испытания выпали на долю страны и народа.

Степан Шкипарёв был бакинцем, правда не коренным. Его отец, потомственный архангельский рыбак-помор Иван Степанович Шкипарёв, выходец из Архангельской губернии, приехал работать на каспийских рыбных промыслах, довольно быстро завел собственное дело и разбогател. Лет за десять до революции он стал владельцем самого крупного и самого дорогого рыбного магазина в центре города. Многие годы после революции в этом помещении сохранялся «фирменный» рыбный магазин, а Степин отец как известный специалист по рыбному делу до самой смерти в середине 20-ых годов служил консультантом в рыбопромышленном объединении «Азрыба», которому стал принадлежать его бывший магазин.

Происхождение Степы, который родился в 1905 году в Пятигорске, где состоятельная семья Шкипарёвых по традиции проводила летние месяцы, сделало его на многие годы так называемым «лишенцем». «Лишенцы» не могли учиться в вузах, не призывались на службу в Красную Армию, не имели права занимать более-менее ответственные посты в учреждениях и организациях. Только в 1930 году советская власть разрешила Степе участвовать в выборах и он получил право поступить на учебу в институт.

Степа работал на бакинских нефтяных промыслах, вначале рабочим, потом десятником на засыпке участка Бакинской бухты – бухты Ильича, которая примыкала к нефтяным площадям Биби-Эйбата. Грамотного и толкового молодого человека взял к себе помощником известный в то время в Баку, и не только в Баку, инженер П.Н.Потоцкий. Потоцкий руководил разработкой проекта и проведением работ по засыпке участка моря, что было необходимо для эксплуатации богатого нефтяного месторождения. На отвоеванной у Каспия территории пробурили в течение нескольких лет большое количество высокодебитных нефтяных скважин. Именно тогда и таким способом было положено начало освоению морских месторождений Каспийского моря.

Потоцкий ослеп в результате тяжелой болезни, но вел активную деятельность, будучи техническим руководителем Конторы по засыпке «Азнефти». О нем, как о мужественном человеке, преодолевшем слепоту, писал Максим Горький, посетивший Баку, ему посвятила поэму «Старик» Маргарита Алигер. Но Потоцкому  постоянно требовался помощник, которому он доверял, который мог прочесть и правильно понять документы, разобраться в чертежах, мог четко и, главное, правильно все это ему доложить, а также зафиксировать решения, им принимаемые. Ну и, конечно, сопровождать при выезде на место работ и давать соответствующие пояснения. Под руководством Потоцкого, с которым у него сложилось полное взаимопонимание, Степа прошел хорошую школу инженерной деятельности.

Одновременно, как только стало возможно, Степа поступил на вечернее отделение экономического факультета Азербайджанского индустриального института (АзИИ), учился и окончил институт в середине 1930-ых годов. До самого начала войны он работал плановиком-экономистом в тресте «Сталиннефть». Так стали называться нефтяные промыслы Баилова и Биби-Эйбата. Экономическое образование и соответствующий опыт работы естественным образом определили «военную карьеру» человека глубоко штатского, в армии никогда не служившего. После прохождения краткосрочных курсов, Степа был зачислен в запас в состав не слишком почетной, но необходимой административной службы.

Многим в Баку Степа был известен не как скромный плановый работник, но один из зачинателей теннисного спорта, скажем больше, теннисного движения в этом городе. В конце 1920-ых и в 1930-ых Баку был одним из немногих в стране «теннисных городов». Спортсмены Азербайджана, в том числе и Степан Шкипарёв, успешно выступали на всесоюзных соревнованиях. Степа постоянно участвовал в теннисных турнирах в Москве, Саратове, Тбилиси, Батуми и был в товарищеских отношениях со многими спортсменами-теннисистами, вошедшими в историю отечественного спорта. В 1940 г. он как чемпион Азербайджана стал участником личного первенства СССР по теннису, последнего предвоенного первенства страны. В том примечательном турнире блеснул известный польский теннисист Юзеф Гейда, львовянин, который совсем недавно и ненадолго стал жителем и гражданином СССР, оттеснив на вторые роли всех других участников первенства страны.

В нашу семью Степа вошел в начале 1930-ых годов, став мужем тети Ангелины, маминой сестры. У Ангелины и Степы детей не было, поэтому мне уделялось особое внимание, я был единственным ребенком на две семьи, и Степа, который вместе с Ангелиной много со мной занимались в раннем детстве, остался в памяти навсегда. Степа, был человеком очень сильным и душевно, и физически, человеком спокойным и волевым. Он на редкость мягко и благорасположенно относился к близким, друзьям и просто к знакомым людям, никогда не повышал голоса, всегда был готов оказать содействие и помощь. Он преданно и нежно любил Ангелину. В 1942 году, провожая зятя на фронт, моя бабушка и его теща, Полина Андреевна, которая прожила с ним под одной крышей без единой размолвки больше десяти лет, сказала: «Я не прошу и не могу просить о том, чтобы вы спрятались в трудную минуту за спину товарища и не выполнили своего долга. Но знайте, что Ангелиночка и все мы вас очень ждем. Постарайтесь вернуться».

Как и многие люди своего времени, бабушка была очень цельным человеком, она не могла даже подумать, что защищая ее страну, ее дом от вражеского нашествия, кто-то посторонний, но не она, должны терять своих родных и близких. С такими же напутствиями, уверен, проводила бы она «на позицию», как она говорила, и собственного сына, пошла бы и сама, если бы пришлось. Когда Степа погиб, бабушка ни разу не сказала, что его убили немцы, хотя в те годы люди в разговорах называли неприятеля только так, а не фашисты, враги или, к примеру, немецко-фашистские захватчики, как обычно писалось в газетах. Хотя был одно время в ходу и призыв, брошенный И.Эренбургом, – «убей немца!».

Не искушенная в понимании тонкостей интернационализма, чуждая политических оценок и анализов, бабушка, однако, говорила, что Степу убил Гитлер, считала его персонально виновным за все происходящее, воплощением зла, антихристом. А я надолго запомнил Степины фронтовые письма, украшенные «военными» рисунками танков, кораблей и самолетов, которые он писал мне печатными буквами, чтобы я смог прочесть их сам.

Но все это было позднее, через восемь месяцев после того, как в первый день мобилизации, объявленной по всем военным округам Европейской части страны, в том числе по Закавказскому военному округу, Степа с тем самым видавшим виды чемоданом, с которым много лет ездил на соревнования, куда вместе со сменой белья и спортивной формой укладывал в былые времена теннисные ракетки и мячи, рано утром ушел в военкомат.

Никто его не провожал. Бабушка болела, Ангелина должна была идти на работу – в те годы с опозданиями было очень строго. Вскоре, однако, оказалось, что место службы находится совсем рядом, в пригороде Баку, на известном всем бакинцам аэродроме Кишлы. Первые месяц или два командиров, которые были на казарменном положении, домой не отпускали. Работы в штабе БАО, где служил Степа в звании «командира без звания», было очень много. По рассказам взрослых, уже позднее, я узнавал, что составление и оформление различных документов и выполнение всяких срочных заданий начальства начинались ранним утром и продолжались иногда до следующего утра. Но война есть война, даже в тылу людям приходилось нелегко и, естественно, это воспринималось как норма.

Позднее, но не часто, в месяц раза два, случались увольнения на сутки. Степа приходил домой в хорошо подогнанной форме, подтянутый, бодрый. «Командиру без звания» форма полагалась командирская, а петлицы пустые, ни «кубарей» ни «шпал». Помню, снимая ремень с портупеей и кобурой с наганом, который как-то был мне показан издали, он тут же запирал их в шкафу. Чтобы мне, мальчику любопытному и живому, не пришло бы вдруг в голову поиграть с настоящим оружием.

Аэродром в Кишлах являлся основной точкой базирования 8-го (Бакинского) авиационного истребительного корпуса ПВО. Здесь базировалось два авиационных истребительных полка, а также части военно-транспортной авиации. Уже летом 1941 г. в Кишлах шла боевая работа, правда, без воздушных боев, связанная с прикрытием морских судов, перевозивших войска и грузы в Иран. Всего в составе 8-го авиакорпуса в июле находилось восемь полков, на вооружении которых имелось до 270 истребителей, в основном, устаревших типов - бипланов И-153 «Чайка» и в несколько меньшем количестве - И-16. Новых типов истребителей, которые могли более эффективно противодействовать авиации Люфтваффе числилось буквально единицы.
.
Прикрытие Баку зенитной артиллерией также было весьма слабое, его обеспечивали 7 зенитных артиллерийских полков (примерно 500 зенитных орудий малого и среднего калибра), зенитно-пулеметный и прожекторный полки 3-го корпуса ПВО. Если центральную часть Баку и нефтеперегонные заводы, непосредственно примыкающие к районам плотной застройки, прикрывали батареи, развернувшие позиции на приморском бульваре и окружающих город возвышенностях, то нефтепромыслы, промышленные предприятия и поселки пригородных районов, расположенные в десятках километров от центра и занимавшие большие площади, были защищены лишь условно.

Как показали первые бои в небе Москвы и Ленинграда, достаточно надежно прикрыть их с воздуха от налетов Люфтваффе не удавалось. При этом ПВО этих городов по возможностям истребительной авиации и зенитно-артиллерийских средств существенно превосходили возможности ПВО Баку. В составе 6-го (Московского) истребительного авиационного корпуса ПВО состояло 13 истребительных авиационных полков, вооруженных 719 самолетами-истребителями, из которых 133 приходилось на машины новых типов – МиГ-3, ЛаГГ-3 и Як-1, неплохо освоенные к тому времени опытными летчиками. Первый массированный налет вражеской авиации 22 июля 1941 г. 6-й истребительный авиационный корпус встретил, имея в своем составе уже 17 полков и до 900 самолетов. В зенитных артиллерийских полках и отдельных зенитных артиллерийских дивизионах 1-го (Московского) корпуса ПВО числилось 1044 орудия.

7-й (Ленинградский) истребительный авиационный корпус ПВО насчитывал 7 истребительных авиационных полков с 340 самолетами, причем до половины составляли машины новых типов - Миг-3 и ЛаГГ-3. Учитывая задействованную для обороны города истребительную авиацию ВВС Ленинградского фронта и Балтийского флота, а также качественный состав самолетного парка, непрерывно пополнявшийся новыми машинами, истребительная авиация ПВО Ленинграда также была значительно сильнее, стоявшей на охране бакинского неба. Но, как и в Москве, предотвратить поражение объектов в городе и прилегающих территориях ни истребительной авиации, ни значительными силами зенитной артиллерии 2-го (Ленинградского) корпуса ПВО, насчитывающим до 700 зенитных орудий, не считая многочисленных зенитных средств кораблей и частей Балтийского флота, не удалось.

Возможности ПВО Баку, ввиду напряженной обстановки на других направлениях, в первой половине 1942 г., когда не только начались отдельные пролеты разведывательных самолетов, но стала реальностью возможность массированных бомбардировок города, была ослаблена. Состав 8-го истребительного авиационного корпуса ПВО уменьшился с 8 до 6 и даже 5 полков, т.к. возникла острая необходимость усилить ВВС действующих фронтов. Так в январе 1942 г. на фронт убыл в полном составе базировавшийся в Кишлах 45-й истребительный авиационный полк, в котором служили наиболее подготовленные летчики. Наиболее боеспособный 193-й зенитно-артиллерийский полк 3-го корпуса ПВО еще летом 1941 г. был отправлен под Москву и развернут для охраны московского неба. .

Советское руководство и военное командование не могло не понимать, что возможное авиационное наступление Люфтваффе с целью уничтожения промышленности Баку, основного поставщика жидкого топлива вооруженным силам и народному хозяйству, учитывая особую уязвимость объектов добычи, переработки, транспортировки и хранения нефти и нефтепродуктов, почти наверняка приведет к самым трагическим последствиям. То, что воздушный удар не был нанесен в 1942 г. можно объяснить отнюдь не возможностями ПВО города, которая смогла бы более-менее успешно отразить попытки немцев осуществить такую операцию и якобы только этим предотвратила подобные намерения. Наш противник, помимо прочих данных, имел результаты подробных аэрофотосъемок Баку и Апшеронского полуострова, где были зафиксированы позиции зенитной артиллерии и аэродромы истребительной авиации, позволяющие оценить их реальный потенциал. Так что отнюдь не наличие сильной противовоздушной обороны сдерживало намерения врага.

Весной и летом 1942 г. германское военно-политическое руководство надеялось быстро разгромить советские войска на южном крыле Восточного фронта и захватить Закавказье. Сравнительно ограниченные силы Люфтваффе использовались поэтому здесь, как и на на всем советско-германском фронте, в первую очередь в тактических целях, а также для уничтожения некоторых тыловых объектов, непосредственно влияющих на боевые возможности сражающихся частей Красной Армии - военных целей, транспортных путей, мест хранения стратегических запасов, в т.ч. жидкого топлива, а также предприятий, занятых выпуском вооружения. Добыча и переработка нефти с последующей доставкой нефтепродуктов к местам потребления по расчетам нашего противника являлись слишком долгим процессом по сравнению со скоротечным характером планируемых военных действий. Кроме того наш противник надеялся захватить нефтяной район и воспользоваться мощностями по добыче и переработке нефти и не стремился его уничтожить, отвлекая к тому же на эти цели свою авиацию.

Когда же после Сталинградской катастрофы война приняла совершенно иной характер,  вопрос об ударах по нефтяной столице уже не стоял. Налеты на Баку после отступления с Северного Кавказа можно было теперь осуществить только с аэродромов на территории Южной Украины и Крыма, что оказалось попросту невозможным, т.к. бомбардировщики с бомбовой нагрузкой, ни Ju-88, ни He-111, не могли уже выйти на объекты при дальностях 1300 км и более. Удары по промышленным предприятиям в Горьком, Саратове, Ярославле, которым в мае – июне 1943 г. был нанесен значительный ущерб, располагались на значительно более близких расстояниях от точек базирования Люфтваффе, не более 800 км, что хотя и находилось почти на пределе радиуса действия немецких бомбардировщиков, оказалось для них практически доступным. Что касается Баку, то момент был окончательно упущен...

Как уже упоминалось, с весны 1942 г. происходило вынужденное сокращение сил, осуществлявших противовоздушную оборону Баку. Началась массовая замена личного состава зенитных артиллерийских, пулеметного и прожекторного полков и наземных служб 3-го корпуса ПВО военнослужащими старших возрастов и женщинами, призванными на действительную службу в Красную Армию. Начиная с апреля, тысячи девушек 19 –25 лет были направлены в зенитные части и службу ВНОС войск ПВО страны. Пришли они, в основном, жительницы Баку, и в ряды противовоздушной обороны города. Высвобождавшийся в результате замены личный состав предназначался для использования в действующей армии.

Вполне естественно, что 36-ти летний «командир без звания», служивший в штабе БАО на аэродроме в Кишлах, которому было присвоено звание техника-интенданта 1-го ранга, замененного позднее званием старшего лейтенанта административной службы, был направлен в строевую часть, проходившую формирование перед отправкой на фронт. Степу направили в Московский военный округ, где с апреля 1942 г. началось второе формирование 274-й стрелковой дивизии.

Никто из близких не знал, конечно, куда уехал Степа, знали только, что «на фронт». Даже точно не знали, когда его отправили из Баку, после того, как попрощавшись, в последний раз уехал Степа в Кишлы. Ведь в письмах запрещалось не только прямо, но и намеком указывалось, где находится военнослужащий, в каких частях служит, что за боевую работу выполняет.

Какими соображениями в данном случае руководствовались органы укомплектования Красной Армии, отправив старшего лейтенанта из Баку в Подмосковье, сказать трудно. В 1942 году призывники и военнослужащие Закавказского военного округа направлялись обычно на формирование частей и соединений, действовавших на южном крыле советско-германского фронта. Ведь в то время прямого железнодорожного сообщения Кавказа с центральными районами страны не было. Добираться можно было только морем до Астрахани, а уже затем по железной дороге. Или более дальнем путем, тоже вначале морем, через Красноводск. Так что дорога была совсем не простой, массовых перевозок военнослужащих таким путем не осуществлялось.

Как добирался до Московской области Степа мы вряд ли узнаем, один или в составе команды – тоже неизвестно. Известно только, что в апреле Степан Шкипарёв прибыл в распоряжение командования формируемой 274-й стрелковой дивизии.

                          (Продолжение следует)


             «Война Степана Шкипарёва. Предисловие» - http://www.proza.ru/2013/06/26/945
             «Война Степана Шкипарёва - II» - http://www.proza.ru/2013/07/16/1398
             «Война Степана Шкипарёва - III» - http://www.proza.ru/2013/07/17/691
             «Война Степана Шкипарёва - IV» - http://www.proza.ru/2013/07/20/1047
             «Война Степана Шкипарёва - V» - http://www.proza.ru/2013/07/20/1641
             «Война Степана Шкипарёва - VI» - http://www.proza.ru/2013/07/21/1904
             «Война Степана Шкипарёва - VII» - http://www.proza.ru/2013/07/24/1030
             «Война Степана Шкипарёва - VIII» - http://www.proza.ru/2013/07/25/1042
             «Война Степана Шкипарёва - IX» - http://www.proza.ru/2013/07/29/1426
             «Война Степана Шкипарёва - Х» - http://www.proza.ru/2013/08/01/996
             «Война Степана Шкипарёва - ХI» - http://www.proza.ru/2013/08/03/1608
             «Война Степана Шкипарёва - ХII» - http://www.proza.ru/2013/08/16/756
             «Война Степана Шкипарёва - ХIII» http://www.proza.ru/2013/09/19/1017
             «Война Степана Шкипарёва - ХIV» - http://www.proza.ru/2013/09/29/1677
             «Война Степана Шкипарёва - ХV» - http://www.proza.ru/2013/10/15/1158
             «Война Степана Шкипарёва - ХVI» - http://www.proza.ru/2013/10/19/1291

    Перечень литературы - http://www.proza.ru/2013/09/29/826


Рецензии
Добрый день, Игорь. Начал читать повесть с самого начала. Интересно написано.
Посмотрите шестой абзац сверху (Он нем...(О нём?)).
Спасибо за любопытную информацию.
С уважением.

Александр Исупов   14.12.2014 12:58     Заявить о нарушении
Спасибо, Александр, за интерес с моей работе, тем более, этой, в которой много лично мне дорогого. К сожалению, так получилось, что в моих текстах буква Ё пишется как Е, без точек. Это, конечно, нехорошо, но так получилось... Исключение я специально сделал только для фамилии моего героя - иначе она будет звучать не верно, а догадаться, как надо, читателю невозможно.

С лучшими пожеланиями - Игорь Абросимов.

Игорь Абросимов   14.12.2014 13:48   Заявить о нарушении
Игорь, про ё понятно. Просто "н" лишняя получилась и немного смысл сбила. Я читал уже отдельные главы, захотелось целиком прочесть.
С уважением.

Александр Исупов   14.12.2014 14:56   Заявить о нарушении
Теперь понял, исправил...

Игорь Абросимов   14.12.2014 15:39   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.