Ташкент прокурорские тернии для старушек

Алишер Таксанов: литературный дневник

6.05.2005. Если уважаемые читатели думают, что «война» между ташкентским хокимиятом и пенсионеркой Еленой Кириакиди закончилась (см. статью, опубликованную в «ЦентрАзии» от 5 мая 2005 года), то глубоко ошибаетесь.


Здесь прослеживается два момента: первая - моя статья была отправлена в адрес портала еще днем 4 мая, однако она, судя по всему, не дошла, зато на следующий день рано утром у дома № 20 на массиве Бель-тепа появился хоким района. Он обещал, что все будет хорошо, успокаивал народ, который обомлел перед неожиданно возникшим градоначальником... Самое интересное, что ЧП не было районного масштаба, и об инциденте знали лишь сами его участники. На огромном массиве с тысячью палисадниками, гаражами, пристройками был разрушен лишь садик старушки, но почему вдруг к «месту происшествия» заявился глава местной администрации?


У меня возникло подозрение, что электронная почта была перехвачена спецслужбами, особенно это стало понятным, когда компьютер, работая в Интернете, предупредил: посторонние пытаются войти в вашу систему, следует блокировать процесс. И лишь отправка письма с другого ящика позволило редакции «ЦентрАзии» опубликовать статью.


Второй момент: пострадавшая воспользовалась законными способами отстоять свои права, только это сделать, как выяснилось потом, не совсем просто. Пенсионерка Е.Кириакиди подала жалобу на действия милиционеров и ТСЖ в Шахантаурскую районную прокуратуру. Она писала: «В день, когда мы еще отмечаем Светлый день Воскрешения Христа – православную пасху, варвары разрушили то, что я взращивала годами – надежды моих внуков на справедливость и доброту. На моих глазах и в присутствии внуков были вытоптаны цветы и спилена ограда, защищавшая их от множества баранов, пасущихся в округе».


Подача письма в прокуратуру - это довольно сложная и противоречивая процедура, сопряженная с нервами, выслушиванием оскорбления и унижения, что, впрочем, часто бывает в карательно-репрессивных структурах Узбекистана. Наверное, таким образом, «хранители закона» проводят «естественный» отбор поступающей корреспонденции от граждан. Мол, сами отвалят и поймут, что здесь им искать правды не следует…
Отнести заявление Кириакиди поручила своей внучке. Та, промаявшись полдня, вернулась домой, удививё бабушку тем, что у нее письмо в прокуратуре не принимают. Тогда Елена Афанасьевна обратилась к соседу В., пришедшему с рабочей смены. Тот не отказал в просьбе и поехал в «грозное» для преступников и нарушителей заведение государства. В канцелярии, оказывается, не принимают письма и заявления граждан без визы специального сотрудника прокураторы из соседнего кабинета, куда и послали соседа старушки. Сидевшая в кабинете женщина не особенно обрадовалась визиту В. и заявила:
- Такие письма мы не принимаем. Обращайтесь в милицию, пускай они разбираются.


На что он сказал:
- Прокуратура осуществляет контроль за деятельностью органов исполнительной власти, в том числе и административных учреждений. С другой стороны, представьте себе ситуацию: я прихожу к начальнику капитана Рустама Абруева, жалуюсь ему, тот вызывает подчиненного, при мне журит его, говорит: ах, как нехорошо ты поступил. А когда я ухожу, он добавляет: шляются тут всякие, на моих сотрудников тень на плетень наводят… Вы же прокурор – защита народа от произвола милиции или я пришел не по адресу?
В ответ женщина стала орать и вызвала милиционера: «Выведите его из здания!» Однако защитник старушек оказался не из робкого десятка, он спокойно посмотрел в глаза милиционеру и женщине:
- Пожалуйста, не кричите на меня, я не давал вам повода для повышения голоса и применения силы в отношении меня.


Он назвал свою фамилию и попросил женщину представиться.
- Моя фамилия написана на двери! – гневно ответила женщина.
Гражданин В. вышел из кабинета и переписал с таблички «Пириева Зухра Рамазановна» (вообще-то фамилия была написана на латинице и я могу ошибиться в чтении – Piriyeva). А потом спросил:
- Где у вас прокурор! Я хочу пожаловаться ему на действия его подчиненных. Может, он мне объяснит, почему не принимают заявления от простых граждан.
- Вам туда нельзя! – стала возражать Зухра Пириева и еще раз дала команду ретивому сотруднику милиции вывести В. из здания. На чтоо В. парировал:
- Это мое право, и я не совершаю противоправных действий. И я пришел с заявлением для прокурора.
Видимо, в прокурорской системе работают одни и те же механизмы, клонирующие однотипных сотрудников, потому что сидевший в приемной прокурора человек, выслушав его, сказал:
- Вы не похожи на старушку – иди, гуляй!


В. поинтересовался:
- А можно узнать и вашу фамилию?
Человек в приемной отказался представиться. Он также не сообщил, как зовут его начальника – прокурора района! Наверное, это государственная тайна.
Тогда В. решил посетить городскую прокуратуру, где, как он наивно полагал, работают более справедливые прокурорщики. Только там, после проверки его паспорта и прочих данных, он услышал: заявления мы принимаем только от самих граждан. Пускай старушка притопает в прокуратуру. И рассказали байку, что подобных заявлений у них – море, многие заявители приходят от имени других, хотя те их не уполномочивали. Мол, кто и вас, гражданин В., знает?
- Слушайте, старушке – 72 года, она не может передвигаться на такие расстояния, - пытался разжалобить сотрудника городской прокуратуры В. – А потом, запишите мои паспортные данные, я готов отвечать за письмо.


Суровый прокурорщик отказался принять это во внимание. И пришлось В. ехать на Бель-тепа и везти гражданку Кириакиди в Ташкентскую городскую прокуратуру. Там, взяв письмо, обещали перенаправить на рассмотрение…. З.Пириевой. Теперь представляете, какая будет свистопляска, и как начнется защита мундира и других частей «боевого» тела государства. И при этом, кстати, бравые сотрудники поинтересовались:
- А чего, собственно, вы добиваетесь?
- Я хочу знать: законны или нет действия милиционеров и представителей ТСЖ. Они ссылаются на какой-то указ президента, но разве он предусматривает уничтожение палисадников и нанесение оскорблений старушкам? В какой степени законы действия милиции, приказы хокимов и указ президента от 10 февраля 2005 года? И надеюсь получить ответ в течение месяца в соответствии с законом об обращении граждан.


Мне же понятно, почему пикетчики и митингующие вынуждены выходить к правительству или дипломатическим миссиям, устраивать акции протеста. Потому что у них нет иного выхода - просто так обратиться, к примеру, в органы надзора невозможно. Трудно отстоять свои права, ибо создается много препятствий, что удивительно, со стороны тех же, кто обязан решать проблемы граждан. Что может сделать старушка, если в прокуратуру и более здоровые люди не могут попасть? Если, конечно, их не доставят в наручниках…
Или поступить как пенсионерка Ирина Алексеева, которая не выдержала беспредела милиции в ее саду – облила себя керосином…
To be continued…



Другие статьи в литературном дневнике: