Литургия по Пушкину
23 октября1999года в г. Подольске, в имении графа Закревского Ивановское состоялась премьера литературно- музыкального салона в честь Александра Сергеевича Пушкина. Эта постановка была создана силами артистов Большого театра, хором детской музыкальной школы им. Скрябина, профессиональными чтецами исполнителями. Автор сценария и постановщик - режиссер Большого театра Вера Карпачева.
Тема – Духовный путь Пушкина. Последний период жизни.
"Дуэль. Погребение".
Имение Закревских находится на краю Подольска. Большой дом с двумя флигелями, ворота, в центре газон в форме большого круга, так чтобы кареты по кольцу могли подвозить гостей к самому дому. Арки парадного входа, высокие окна, решетки балкона. За домом простирается осенний равнинный пейзаж. Время на территории усадьбы текло по-другому. Войдя в ворота усадьбы, зрители погружались в атмосферу Пушкинской эпохи. А в доме, они чувствовали себя гостями, приглашенными на бал к
генерал-губернатору Москвы графу Закревскому. В большой зале находились дамы в бальных платьях, мужчины во фраках, кавалергарды в мундирах. Кругом блеск хрусталя, зеркал, позолота портретов, канделябров. Высокие хоры. Было много детей. Не было ни сцены, ни занавеса. В зале царило некоторое возбуждение. Зрители и исполнители смешались, и составляли одно общество. Войдя в залу, зрители чувствовали себя соучастниками, героями того общества, в котором жил Пушкин. Произошло вхождение в жизнь времен Пушкина.
В «светском» обществе велись разговоры о дуэли Пушкина, о Государе, о Наталье Гончаровой как о событиях и людях настоящего времени. Но вот прозвучали гулкие удары колокола, общество затихло, и все внимание было обращено к человеку во фраке, он вслух читал письмо, в зале зазвучали слова Пушкина.
В слове произошло явление самого Пушкина.
Мы находились в одной из Петербургской гостиных. В креслах расположились две дамы в обществе мужчин в черных фраках. Кто-то из мужчин стоял, облокотившись на рояль, кто-то сидел за столом, перед свечой просматривая исписанные листы бумаги, кто-то с трубкой ходил по гостиной. Однако по ходу действия оказалось, что никто из исполнителей не имел одной постоянной роли. Действие из гостиной переходило во дворец, из дворца в Михайловское, из Михайловского на квартиру на Мойке. Вся композиция строилась на воспроизведении писем
Пушкина, писем друзей и врагов, воспоминаниях, исторических документах. Артисты прочитывали только самые важные фрагменты, и в результате между персонажами возникал очень интенсивный и динамичный диалог. Перед нами возникает целая галерея образов - Николай 1, Бенкендорф, Наталья Гончарова, Вяземский, Жуковский, Дантес, Геккерн, Осипова, княгиня Долгорукая.
Режиссер постановщик и автор композиции не только воссоздала всю ситуацию сложившуюся вокруг поэта, и приведшую его к гибели на дуэли, но сумела так "прочитать" эти документы, что перед нами раскрывается такая сфера в жизни поэта как отношения между человеком и Богом, отношения между поэтом и Богом, и может быть – пророком и Богом. Режиссер прослеживает именно эту линию. В тоже время в постановке нет навязчивой религиозности и односторонности. Перед нами жизнь Пушкина во всей ее полнокровности. При всех искушениях и соблазнах, не оставляющих человека в течение всей жизни, в духовном наследии поэта мы видим ясное и осознанное понимание и принятие Пушкиным истины Христианства и его ценностей.
В одном из писем Пушкин пишет о том, что в последние два года он ничего не читает кроме Евангелия и Вальтер Скотта. Читает Вальтер Скотта, потому что изучает английский язык.
После дуэли, уже на смертном одре Пушкин исповедуется и причащается святых тайн, и посылает к Дантесу княгиню Долгорукую сказать, что он прощает Дантеса и сам просит у него прощения. На что Дантес со смехом отвечает, что он тоже прощает Пушкина. Сам Пушкин запрещает мстить за себя. Хотя по ходу действия мы узнаем, что Адам Мицкевич в Париже прислал Дантесу вызов на дуэль. Однако Дантес отказался принять этот вызов. ( Во второй части этой композиции будут прослеживаться очень «своеобразные» судьбы людей связанных с гибелью Пушкина.Дочь Дантеса поняв каког поэта убил ее отец сходит с ума) В спорах о мировоззрении Пушкина Жуковский пытается доказать Бенкендорфу, что нельзя двадцатилетнего Пушкина противопоставлять Пушкину тридцатипятилетнему. Сильное впечатление производят «Милости Императора». Николай 1 дает распоряжение выплатить семье Пушкина десять тысяч рублей, назначить пенсион детям до совершеннолетия, девочкам до замужества. Оплатить долги Пушкина (больше ста тысяч рублей), выкупить у кредиторов Михайловское и издать за казенный счет все сочинения Пушкина. Композиция достигает силы обжигающей достоверности. Так жена Дантеса Екатерина, сестра Натальи Гончаровой, после свершившейся дуэли
восклицает: «Жорж вне опасности! Жорж вне опасности!» Для нее важнее семейное благополучие. То, что ее мужем смертельно ранен гений России это на втором плане, это за пределами семейного гнезда. ( Из воспоминаний княгини Долгорукой.) Перед самой дуэлью Пушкин получает от Осиповой, соседки по Михайловскому, банку варенья из крыжовника и ласковое письмо. Это привет и поддержка от друга, в то время когда в душе поэта была буря, и решался вопрос о его чести, о чести жены, вопрос о жизни или смерти.И если во всем Петербурге после смерти Пушкина был траур, то уже в окрестностях Петербурга деревенские мужички и не знают, кто он такой. Когда тело Пушкина везут в Михайловское, они спрашивают ямщика кого он везет, и получают ответ: «Какого-то Пушкина хоронят. Везут как собаку, на санях с сеном».
Драматическое действие переплетается с церковными песнопениями в исполнении детского хора. И это очень удачное решение, поскольку детский хор не подавляет своей мощью.
Иначе действие превратилось бы в оперу. Детский хор звучит как голос души поэта «Будьте как дети». Чистота, просветленность звучания сродни ясности и просветленности поэзии Пушкина. Литургические песнопения сообщают определенный ритм действию и создают коэффициент вечности. Раскрывается та Истина, та Вечность, которую человек ищет всю жизнь. Это присутствие Истины ощущается в течение всего действия. Дети пребывают в благодати, благодаря их хору создавался молитвенный столп, уходящий в небеса. И эта благодать реально присутствовала, освящала, оживотворяла все окружающее. Как будто открывались небеса, и сам Пушкин оттуда с интересом смотрел на происходящее.
(Потом дети говорили руководителю хора, что во время пения у них мурашки на спине проступали.)
Вместе с церковными песнопениями в композиции удивительно гармонично сосуществует музыка Родиона Щедрина из оперы «Мертвые души». В исполнении тенора и женского дуэта звучала песнь "То не белы снеги". За высокими окнами дома простирался равнинный пейзаж, казалось, что песнь поется об этих полях, об этом месте, где находится усадьба, о России. Создавалось какое то необыкновенное единство во всем, и в композиции и в окружении. Само художественное оформление решено очень точно и лаконично. Так, достаточно белой посмертной маски поэта, белой вуали и перед нами действие происходящее вокруг смертного одра поэта. Свеча, гусиные перья, листы бумаги – его кабинет.
При всей драматургии, при всех мизансценах во время действия, среди исполнителей нет актера, который все время исполнял бы роль Пушкина (это касается и Натальи Гончаровой). Это сразу освобождало актера от необходимости имитировать, изображать из себя Пушкина по системе Станиславского. Мы обращены не на игру одного актера, и не зависим от его настроения, мастерства. Мы обращены на самого Пушкина. Постоянного актера не было, а присутствие Пушкина было. Для нас со всей силой звучит голос Пушкина из вечности. До нас доходят голоса людей Пушкинского времени. Они оживают. Читая подлинные тексты, оживляя подлинные голоса, актеры не изображают этих людей, а являют их. (Так священник совершающий Литургию, во время Таинства не изображает из себя Христа, а являет Его.)
Происходит прорыв в вечность, происходит преодоление времени, пространства. Постановка приобретает качество тайнодействия.
Особенно хочется отметить исполнителей. Вся композиция сделана силами энтузиастов, и актеры вкладывали всю душу в это дело. Энтузиазм вместе с высоким профессионализмом сообщили невероятную силу воздействия. В кульминационный момент смерти Пушкина, многие зрители с трудом сдерживали слезы.
Силами режиссера, исполнителями, хором, певцами создано уникальное произведение. Тайнодействие, на котором происходит встреча с Пушкиным. Поэтому так и хочется назвать это действие - "Литургия по Пушкину".
Сергей Федоров
19 декабря 1999 г. Николин день. Крюково
Зарисовка о молитве к Пушкину
Август 2000 года. Святогорский монастырь. Могила Пушкина. Он сам, как духовный столп возвышается над всей округой.
Прошу:
- Пушкин, помоги издать книгу.
- Помогу, - ответил Пушкин со своей вышины.
Книга была издана через три месяца.
По приезде в Москву, я через Третьяковскую галерею получил деньги за старую запыленную картину, которая лет десять провисела в нашей коммунальной квартире на Гранатном. Я получил ее в наследство от старушки вместе со всяким барахлом. Картины какой-то самодельной художницы я выбросил, а эту повесил в длинном темном коридоре под потолком рядом с ванной. Когда соседи съехали, и мы с матушкой заняли их комнаты, я повесил этот пейзаж над диваном. Каждый раз, рассматривая картину в упор, лежа на диване, я поражался тонкости живописи. Это немного напоминало пейзажи Сислея. Если бы я не знал, что эта картина принадлежала старушке, я бы подумал, что это кто-то из импрессионистов. Но такого не могло быть. Но, однако, именно так и оказалось. Это был Карпати Иенно венгерский художник Парижской школы....
Могила Пушкина. Мимо проходила маленькая схимница в черных одеждах с вышитыми серебром крестами и черепами.« О, похоронный агент идет» - сказал кто-то из компании молодых людей, чем вызвал смех окружающих. А Пушкин возвышался над всем и видел каждого приходящего к нему. Его присутствие было поразительно реально. Так реальны святые, к которым стекается народ. Столпы святости.
Пушкин избавил меня от не полезного мне романа. С дамой, которая балдела от Пушкина как и я, мы сидели в сумерках на лавочке у обелиска. Разговоры становились все романтичнее, вздохи все сильнее и волнительнее. Казалось, наступает неизбежное объяснение. Мы уже сливались в экстазе в любви к Пушкину, когда раздался крик дамы. Ей на туфлю прыгнула лягушка. Я опомнился и «смыслся».
Конечно, мы вместе в ночи покидали монастырь. Вход был закрыт, и мы достаточно долго искали братский корпус, чтобы нас выпустили через служебные ворота. Экстаз прошел, наши отношения стали более сдержанными, а потом прекратились. Очевидно, не полезно. Хотя дама была достойна стихов Александра Сергеевича, которого часто видела во сне и беседовала с ним.
Продолжение очевидно последует.
март 2011
