Рецензия на «1942 год Орден Отечественная Война» (Александр Руденский)

А артиллерист-полковник КОЗЛЕНКО Валентин Васильевич был награжден пятью орденами Отечественной войны. Прошел войну от западной границы до Москвы и потом от Москвы до Кенигсберга.

Сергей Николаевич Емельянов   21.12.2011 21:30     Заявить о нарушении
Спасибо. Если есть его фото и удостоверения - орденские книжки на эти награждения, или учетный листок, или военный билет, где они вписанные, то это очень интересно. Пришлите если, что то есть. Делать запросы в Москву об этом сегодня сложно для меня.

Александр Руденский   22.12.2011 08:04   Заявить о нарушении
ЛЮБИМЫЙ ОРДЕН
Это было в декабре 1943 года, когда наши войска начали Городокскую наступательную операцию на Витебском направлении. Здесь фашисты не только создали мощный узел обороны, но и впервые применили модернизированные танки «тигр». Их лобовая броня была такая мощная, что противотанковые орудия 45-, 65-миллиметрового калибра ничего не могли с ними поделать, снаряды отскакивали от танка с жутким воем, не причиняя ему вреда.
Нужно было проучить фашистов. Командир батареи 122-миллиметровых орудий 523-го корпусного артполка капитан В. Козленко получил приказ ночью скрытно выдвинуть два орудия своей батареи на танкоопасном направлении в районе озера Зароновское и расстрелять фашистских «зверей» прямой наводкой.
Было холодно, мела поземка, но артиллеристы этого не чувствовали. Всю ночь готовили пушки к бою, подносили снаряды, а вес каждого свыше 40 килограммов. Оборудовали огневые позиции. Времени было мало. Сделали снежные валы и брустверы, с большим трудом отрыли в мерзлой земле небольшие щели для укрытия. Пришлось повозиться и с пушками, а каждая весом в восемь тонн. Но к рассвету оби орудия, выкрашенные в белый цвет, были готовы к бою. Фашисты не заставили себя долго ждать. Вот из-за высотки показался «тигр», за ним второй, третий... Танки шли на наши позиции, на ходу ведя огонь. Капитан В. Козленко приказал: «Орудия к бою!». Расчеты быстро и четко заняли свои места. А танки шли вперед, не таясь.
Когда до наших позиций оставалось 900 метров, раздалась команда: «Бронебойным, заряд полный... По танкам первое орудие справа, второе орудие слева... Ого-о-онь…!
И сразу рыкнуло первое орудие. Мощный снаряд сбил башню переднего «тигра», тут же загорелся второй танк. Остальные остановились, попятились назад, устремились за спасительную высотку, но вслед им летели наши снаряды, и еще один «тигр» загорелся. За несколько минут уничтожено три «зверя»!
Больше фашисты уже не решались пускать свои новые танки. Правда, и батарейцы Козленко понесли потери. Фашисты успели засечь их. Один снаряд попал прямо в нашу пушку, семь человек из девяти орудийной прислуги погибло. Такая вот была она - эта жестокая и страшная кровавая война.
Но задание командования было успешно выполнено. За этот бой капитан Козленко был награжден орденом Отечественной войны второй степени. Этот орден он получил уже после боев на Витебском направлении в лесу под Невелем из рук командира корпуса генерал-майора С.С. Гурьева.

Сергей Николаевич Емельянов   31.12.2011 16:52   Заявить о нарушении
Мы давно были знакомы с Валентином Васильевичем Козленко. Впервые встретились летом 1960 года. Он пришел к нам в комплексную лабораторию летно-испытательного комплекса ОКБ, во главе которого стоял теперь уже легендарный Г.М. Бериев. Пришел Валентин Васильевич и быстро, и как – то легко вошел в наш трудовой коллектив, а потом много лет работал на скромной должности механика лаборатории.
Что меня поразила в начале и радовала потом, это его какая-то особенная военная выправка. Среднего роста, стройный, подтянутый, он говорил негромким, я бы даже ска-зал тихим голосом. Я никогда не видел его в военной форме, даже по праздникам. Но вот походка выдавала его. Сразу было видно настоящая офицерская косточка. Иной раз сей-час поглядишь на российских офицеров. Какие-то расхристанные, форма сама по себе не слишком хороша, а уж как ходят. Он никогда не носил «колодки» (орденские планки). Только в день Победы он всегда надевал коричневый гражданский пиджак и на нем был всего один орден в петлице. Это орден Отечественной войны второй степени. Он был да-е какой-то «корявый». Эмаль была частично разрушена и левый верхний угол самого ордена чуть погнут. Я то знал что у «Васильевича», так мы тогда молодые ребята звали его меж собой, орденов много. Но он мало и редко рассказывал о войне.
А его военная судьба была удивительной. В годы минувшей войны Валентин Васильевич Козленко прошел большой и трудный путь. Война застала его курсантом Ленинградского артиллерийского училища в лагере под Лугой. Уже 1 июля он принял первый бой. Испытал горечь отступления, тяжесть июльских боев 1941 года. Потом, когда почти готовых офицеров-артиллеристов порядком повыбили в тех жестоких боях, кто-то из начальников сообразил, кого бросили в пехоту. Остатки курсантских подразделений Ленинградского артучилища отвели с фронта, и послали на переформирование под Рязань. Настоящее боевое крещение, как считал Валентин Васильевич, он получил в битве за Москву.
Здесь с 17 октября 1941 года он уже лейтенант с двумя «кубарями» в петлицах со своим огневым взводом поддерживал огнем воинов 316-й стрелковой дивизии генерала И.В. Панфилова. В боях под Москвой Валентин Васильевич был тяжело ранен, провел четыре долгих месяца в московском госпитале, а потом опять родной полк, новые тяжелые бои за Смоленск, Россошь.
В августе 1943 года со своей батареей таганрожец воевал на Курской дуге, был ранен, но не ушел с поля боя. А через три дня ему вручили орден Красной Звезды. А потом были долгие военные дороги, тяжелые бои за освобождение Белоруссии, Прибалтики. 9 апреля 1945 года командир разведки полка капитан В. Козленко штурмовал Кенигсберг. А свой последний бой он провел в районе города Пиллау (ныне Балтийск) 30 апреля 1945 года.
С битвой за Кенигсберг у В.В. Козленко были связаны особые воспоминания. В конце марта - начале апреля победного 1945 года были созданы специальные штурмовые группы. В каждую входили стрелковый батальон, танковая рота, артиллерийская батарея, другие подразделения, обеспечивающие боевые действия. Специальным Приказом Верховного Главнокомандующего было указано, что той штурмовой группе, которая первая ворвется в мощную крепость Кенигсберг, будут особые награды. Так в том приказе было сказано, что кроме наиболее отличившихся бойцов и командиров к званию Героя Советского Союза, будут представлены к этому высокому званию командир стрелкового батальона и его ротные, командир танковой роты и командир артиллерийской батареи. Штурмовая группа, куда входила батарея капитана Козленко, первой ворвалась в Кенигсберг.
Бои были жесточайшие, упорные, фашисты отчаянно сопротивлялись… А уже стояла такая желанная, пьянящая, победная весна и так было страшно и обидно умирать в эти последние дни той жестокой войны. Командование, естественно выполняя приказ Ставки, стало составлять списки к награждению. Многие тогда получили и боевые ордена, и Золотые звезды Героев. Вот только никто из артиллеристов штурмовой группы наград в тот раз не получил.
А причина была банальная и обидная. В самый разгар боев за Кенигсберг, где-то далеко в нашем тылу двигалась штабная колонна того самого артиллерийского полка, в которой служили артиллеристы Козленко. На эту маленькую беззащитную колонну автомобилей и наткнулся какой-то шальной фашистский штурмовик. Он спикировал на автомашину в центре колонны и точно бросил бомбу. В той машине ехал начальник штаба полка, с ним водитель и два бойца, сопровождавшие боевое знамя полка. Погибли все, а знамя сгорело дотла. По суровым военным законам, часть, лишившаяся боевого знамени, подлежат расформированию, а командование преданию суду военного трибунала. До этого, правда, не дошло, и полк был залуженный, имел несколько орденов, и войне конец, так и замяли это дело. А вот представления к высоким наградам завернули на всякий случай. Так и не стал капитан Валентин Козленко Героем Советского Союза.
А жизнь шла своим чередом, до 1946 года полк стоял в одном из городов Германии близ Берлина, а потом последовала команда и воинская часть была переброшена из комфортабельных казарм немецкого городка в заснеженные леса Карелии. Здесь в условиях наступавшей суровой зимы пришлось обустраиваться на новом месте в условиях близким к боевым. И солдаты, и офицеры рыли землянки, укрепляли и утепляли их, строили бараки, гараж для автотехники, помещения для орудий и боеприпасов… Последствия той суровой зимы, сказались через несколько лет.
В 1955 году начальнику штаба полка подполковнику Козленко предложили учиться в Артиллерийской Академии в Ленинграде. Конечно, тридцатитрехлетний герой войны это предложение принял с радостью. Готовился тщательно к вступительным экзаменам, а потом поехал в Ленинград. Все экзамены сдал успешно, а на последнем экзамене взял билет, сел готовиться, а когда его вызвали к столу отвечать, встать … не смог. Сковала спину и поясницу адская боль, жестокий приступ радикулита. Конечно, в академию его не приняли. Вернулся к прежнему месту службы. А в 1959 году связи с хрущевским сокращением Вооруженных Сил 37- летний подполковник был демобилизован, приехал с семьей в Таганрог. Казалось бы, можно и отдыхать, заслужил.
Четыре ордена Отечественной войны, орден Красного Знамени, два Красной Звезды, другие боевые награды – итог его военной службы. Но не засиделся дома бывалый воин.
Так и появился у нас в коллективе Валентин Васильевич. И все годы работы, а работал он до самой смерти 15 февраля 1986 года, он активно участвовал в военно-патриотическом воспитании молодежи. Стал инициатором и создателем учебного пункта по подготовке молодежи завода к службе в армии.
Вместе с боевыми наградами В.В. Козленко бережно хранил свои письма с фронта, которые он писал матери. Их сохранилось всего двенадцать. Читаю эти письма, и во всех есть фразы: «дни проходят в боях», «продолжаем бить фрицев», «главное — скорее бы разбить врага...». Да, это было главное — разбить врага, освободить родную землю от захватчиков, и потом уже как мечта — дожить до Победы! Ему посчастливилось. Ведь только три из каждых ста воинов 1922 года рождения дожили до Великой Победы над фашизмом.
Когда офицерам запаса и в отставке, прошедшим войну, стали присваивать звание на ступень выше, Валентин Васильевич стал полковником. Это был настоящий полковник, как модно сейчас говорить. Именно таковым он был, и остался в моей памяти. И пишу о нем только потому, что память о таких людях не должна умирать с нами, она должна переходить из поколения в поколение.
И еще когда к 40-летию Победы всем фронтовикам скопом стали вручать ордена Отечественной войны, Валентин Васильевич получил пятый такой орден. Но бывалый воин этому был, помоему, не рад. Он как-то сказал, те ордена заслужили, а этот получил. Я прочитал огромное множество военных биографий, но никогда не встречал кавалера пяти орденов Отечественной войны, в том числе и среди генералов и маршалов, не было больше таких.
А что касается ордена Отечественной войны 2 степени, то однажды на мой вопрос – «Почему только он один у него на груди в день Победы», - Валентин Васильевич чуть прищурился, помолчал, как бы вспоминая что-то, а потом улыбнулся и просто сказал – « Это мой первый, мой любимый орден».

Сергей Николаевич Емельянов   31.12.2011 16:52   Заявить о нарушении

Перейти на страницу произведения
Перейти к списку рецензий на это произведение
Перейти к списку рецензий, полученных автором Александр Руденский
Перейти к списку рецензий, написанных автором Сергей Николаевич Емельянов
Перейти к списку рецензий по разделу история и политика за 21.12.2011