Заглавие и Посвящение Конька-Горбунка

   

      Эту  запись обнаружил в описи бумаг А.Ф.  Смирдина литературовед Артур Толстяков,  в конце 1970-х. Толстяков так пишет об этом в своей работе:

      «При просмотре описи бумаг Смирдина, составленной им самим, мы натолкнулись на любопытную запись, имеющую непосредственное отношение к теме настоящей работы: «Пушкин Александр Сергеевич. <...> Заглавие и посвящение „Конька-горбунка“». Следовательно, в архиве Смирдина до конца его дней хранился не известный нам автограф Пушкина, связанный с «Коньком-горбунком».*

     Остановимся.

    Во-первых, почему из этого следует, что какой-то такой листочек хранился у Смирдина? Из того, что запись об этом свидетельствует? Но, возможно, запись – была, а самого листочка у коллекционера и не было?! Как так?.. А вот так: попросил Александр Сергеевич Александра Филипповича сделать такую запись – и всё. А тот не смог отказать самому Пушкину. Это – не наша версия, а – исследователя С.Е.  Шубина.**

    Продолжим цитату Толстякова.

   « Пока нет возможности подробно раскрыть содержание пушкинского автографа», - пишет Артур Павлович, - но вполне возможно, что это зачин сказки и что Смирдин, говоря Анненкову о первых четырех стихах «Конька-горбунка», написанных Пушкиным, сказал это не только по памяти, a имея, так сказать, «вещественное доказательство».

   Так Толстяков первым спутал Заглавие и Посвящение – с Зачином (первыми четырьмя стихами)сказки! С Зачином, о котором Смирдин незадолго до своей смерти признался П.В. Анненкову (первому пушкинисту) в том, что он был сочинён самим  Пушкиным.

   И вот здесь мы ставим наше «во-вторых».

   Во-вторых, почему Толстяков мог подумать, что это – одно и то же? Как в здравом уме и твёрдой памяти литературовед мог спутать такие различные вещи?!

   И, вслед за ним, эти вещи спутали пушкинист А.А. Лацис и его последователь – В.А. Козаровецкий!

   «Смирдин оставил в своих бумагах, среди списка автографов, такую запись: «Пушкин Александр Сергеевич. <…> Заглавие и посвящение “Конька-горбунка”». Говоря о «Коньке-Горбунке», П.В. Анненков писал: «Первые четыре стиха этой сказки, по свидетельству г-на Смирдина, принадлежат Пушкину, удостоившему ее тщательного пересмотра». Из сопоставления этих двух сообщений видно, что Пушкин оставил Смирдину автограф начальной строфы сказки и что вследствие этого Смирдин считал Пушкина автором этой строфы, но не всего остального текста, то есть не подозревал о мистификации», - пишет Владимир Абович.***

    Получается, что издатель Смирдин был не только непосвящённым в пушкинскую мистификацию, но ещё и малограмотным человеком, который назвал первую строфу сказки - заглавием и посвящением!!
   
    И мы никогда не выпутаемся из этого абсурда, если будем продолжать считать, что речь идёт об одном и том же. То есть, что Смирдин владел только о д н и м свидетельством о Пушкине и "Коньке-Горбунке". Пора, наконец, признать, что это - разные свидетельства! Первые четыре строки - своим чередом, а Заглавие и Посвящение - своим!

    Насчёт первых четырёх строк адекватно высказался пока что так же один С.Е. Шубин. Только он предположил, во-первых, что это именно свидетельство об этих самых стихах начала сказки, -

За горами, за лесами,
За широкими морями,
Против неба - на земле
Жил старик в одном селе.

   Почему именно такой вариант, - не "пушкинского" издания (1834), - а издания 1861 года? Потому что Н.О. Лернер, первым включивший это четверостишие в пушкинские ПСС, был пушкинистом внимательным и дотошным и не мог допустить ошибку, в которой его (посмертно)упрекнул Азадовский: что Пушкину приписан позднейший вариант строфы. И Шубин допускает здесь такую вещь: Пушкин на глазах Смирдина продиктовал Ершову эти четыре стиха.Мы от себя добавим, что, возможно, Пушкин продиктовал именно такой вариант этой строфы, - с третьей строчкой "Против неба - на земле". А слух издателя отметил разночтения с тем вариантом, который был у него в журнале. И он запомнил этот вариант четырёх строк и именно о нём рассказал Анненкову. Это было в 1854-55 годах. В сказке ещё стояла строчка "Не на небе - на земле". Стих "Против неба - на земле" появился лишь в издании 1861 года. Если Анненков знал, что это - пушкинские стихи, отчего же он не упрекнул Ершова за "исправление" Пушкина?..

  Мы теперь абсолютно согласны с Шубиным и в том, что Пушкин просто продиктовал издателю запись "А.С.Пушкин. Заглавие и посвящение Конька-ГОрбунка", но никакого листочка с этими заглавием и посвящением у него не оставил! То есть, это была мистифицирующая, фиктивная, запись.            

  Шубин считает, что этого листка не было в природе, и что Пушкин таким образом оставил нам одно из свидетельств своего авторства сказки. В  этом мы не можем согласиться с  Сергеем Ефимовичем. Не можем согласиться, потому что листочек-то этот зримо стоит перед нашими глазами … То есть, - нет, - не тот же самый листочек! Но – копия его. Нам его воспроизводили в детстве наши дедушка и бабушка.

   Листочек был вот какой: «Пушкинъ  А.С. Конекъ-Горбунокъ.». Как ни крути, это – Заглавие! Да ещё и с рисунками! Здесь были нарисованы царская корона и шутовской колпак. Корона была очень красивой, колпак – очень мерзким и как будто скинутым и смятым… Бабушка старалась,  рисуя всё это, а что не получилось, дообъясняла словесно.

    Но, - мало того, - было и Посвящение! Его уже не воспроизводили на листочке, просто показывали: вот здесь, справа, было посвящение Пушкина – Милостивой государыне Александре Григорьевне Колошиной… Александра Григорьевна Колошина – жена декабриста Павла Ивановича Колошина. Мы – их потомки. Дедушка был – правнуком. И  именно он  рассказывал нам, что сказка «Конёк-Горбунок» (рукопись) вместе вот с этим самым листком с Заглавием и Посвящением хранилась в сундуке его прабабушки. Сундук был замурован в подполе дома, в котором жила семья Колошиных в 1918, - где их застала Революция. В 1918-м было решено разъехаться из московского дома, - и подпол замуровали.

   Мы полагаем, что запись Смирдина свидетельствует именно об этом листочке! Здесь есть и Заглавие и Посвящение. И оба отмечены именем А.С. Пушкина. Это – как бы расписка в том, что такой документ существует. Но существует – не у самого издателя, а – вообще. В  данном случае – у Колошиных. Но ведь и с Колошиными могло случиться что угодно! И сами могли сгинуть, и потомков не оставить. (Да и не всякие потомки годятся в хранители!). Вот Пушкин и подстраховал себя такой фиктивной записью.

   Мы знаем, где этот самый подпол с заветным сундуком. Только не знаем, как проникнуть внутрь дома и как вскрыть подпол так, чтобы к нам не возникло претензий…





*А.  П.  ТОЛСТЯКОВ. ПУШКИН И «КОНЕК-ГОРБУНОК» ЕРШОВА.  //// Временник Пушкинской комиссии, 1979 / АН СССР. ОЛЯ. Пушкин. комис. — Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1982. — С. 28—36.
http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/v82/v82-028-.htm
**С.Е. Шубин. Письмо с того света, или То, чего не может быть...http://www.proza.ru/2015/05/20/1137
***Владимир Козаровецкий. К вопросу о Пушкинском авторстве сказки «Конёк-Горбунок». // http://7iskusstv.com/2014/Nomer7/Kozarovecky1.php


Рецензии