Убить Еву. Часть 1. Происшествие в раю. Глава 1

Глава 1.

- Раны нанесены острым колюще-режущим предметом, предположительно ножом. Ширина лезвия около 2,5 сантиметров. А вот эта рана была смертельной, - рука судмедэксперта в голубой латексной перчатке указала на поперечный разрез чуть выше пупка убитого. – Ровнехонько перпендикулярно проекции брюшной аорты!
- Думаешь, Лёня, убийца знал, куда бить? – поинтересовался следователь, склоняясь над распростертым посреди коридора телом мужчины в белой рубашке и темных брюках. Пятна крови на рубашке образовывали странный, зловещий узор.
- Похоже на то, - кивнул эксперт, ползая на коленях вокруг тела, и посмотрел на следователя Ракитина снизу-вверх, – по крайней мере анатомию он знал.
- А зачем тогда еще три не смертельных удара нанес? – Ракитин, полноватый человек в возрасте за пятьдесят, достал носовой платок и промокнул покрытую потом лысину. Август в этом году выдался жарким. А в небольшой квартирке от толпившегося народа, полицейских, криминалистов, экспертов, было не продохнуть.
- Может он был в состоянии аффекта? Не смог сдержать эмоции?
- Или хотел, чтобы мы подумали о состоянии аффекта! – Вмешался в разговор молодой практикант Володя Хлебников.

Андрей Ильич Ракитин одобрительно глянул на своего помощника. Этот маленький щупленький паренек ему нравился, а чем, он затруднялся сказать. Может тем, что был шустрым и организованным? Может безудержным полетом фантазии, который он не пытался скрывать перед маститым наставником? А может просто азартным блеском в глазах, что свидетельствовал о неравнодушии и любви к профессии?

- Не исключено… Сходи-ка ты, Володя, на кухню и посмотри ножи. Нет ли там случайно орудия убийства? Лезвие шириной два с половиной сантиметра.
- Хорошо, Андрей Ильич, - практикант умчался на кухню.

Судмедэксперт поднялся с пола и стал стягивать с рук перчатки.
 - Смерть наступила между 16.00 и 16.30. Остальное скажу после вскрытия. Труп можно увозить?

Ракитин кивнул и подал знак двум мрачным мужикам в темно синей спецодежде. Те стали быстро упаковывать труп в мешок. А Андрей Ильич с какой-то непонятной грустью смотрел, как исчезает под черным полиэтиленом красивое, породистое лицо жертвы. Кочетов Юрий Алексеевич, 47лет от роду, был благородно красив. Такие типы нравятся женщинам вне зависимости от возраста. Серебристые проблески седины на висках только прибавляли ему шарма. А не замешена ли тут женщина, подумал следователь. Он был человеком интуитивным и по опыту знал, что стоит прислушиваться к своим даже самым невероятным предчувствиям.

На пороге комнаты возник Хлебников.
- На кухне несколько чистых разномастных ножей, - бодро отрапортовал он, - но с шириной лезвия 2,5 сантиметра нет. В ящиках и мусорном ведре орудия убийства не обнаружено.
- Ясно, Володя, ясно, - задумчиво бормотал Ракитин, осматривая комнату, словно ожидая какой-то подсказки. Но комната была самой обыкновенной: удобство, комфорт и холостяцкий аскетизм.
- Дверной замок без следов взлома, - докладывал практикант, - значит хозяин квартиры сам открыл дверь убийце. Либо он знал убийцу, либо тот не вызвал у него никаких подозрений. Убийца нанес удар сразу, едва войдя в квартиру, то есть был готов к убийству, планировал его заранее.
- А как же состояние аффекта, о котором говорил судмедэксперт? – Андрей Ильич с любопытством посмотрел на Хлебникова.
- А не было никакого аффекта. Было четко спланированное убийство, замаскированное под аффект.

- Ты так думаешь? – следователь задумчиво почесал указательным пальцем кустистую бровь. – Ну, а как тебе такой вариант: убийца и жертва были хорошо знакомы. Никто никого не планировал убивать. Но возникла ссора, и в процессе выяснения отношений убийца схватил нож и, впав в состояние аффекта, нанес несколько ударов в живот жертве, один из которых случайно оказался смертельным, потому что перерезал брюшную аорту.
- Случайные удары не бывают столь идеально перпендикулярными к проекции сосуда.
- Бывают, друг мой, бывают! Но мы все-таки не будем гадать на кофейной гуще, а будем расследовать это странное убийство по всем правилам. Поищи-ка ты, Володя, орудие убийства. А я пойду поговорю со свидетелями.

Следователь и молодой практикант направились к выходу.
- Мусоропровод, урны на улице в окрестностях подъезда, дворовая помойка? – Хлебников полувопросительно глянул на своего наставника.
- Именно, Володя. Будем надеяться, что наш убийца поспешил избавиться от орудия преступления где-то поблизости.

Практикант бросился выполнять поручение начальника с такой прытью, будто копаться в мусорных кучах ему доставляло удовольствие. А Ракитин не торопясь вышел на улицу, где возле подъезда толпились соседи погибшего.

Тревожное гудение маленькой толпы нарушало гармонию теплого августовского вечера, с тонкими ароматами цветов, доносящихся с богатых клумб под окнами первого этажа, с тихим умиротворяющим сиянием солнечных лучей, уже прячущихся за высокие крыши соседних домов. На скамейке возле подъезда сидели три пожилые дамы, а вокруг них обсуждая ужасное происшествие, толпились более молодые соседи.

- Разрешите пройти, - вежливо, но твердо попросил Ракитин, и протиснулся к скамейке, - я следователь Ракитин Андрей Ильич. Кто из вас первым обнаружил труп?
- Я! – Со скамейки вскочила пухленькая старушка, прижимая к груди йоркширского терьерчика с бантиком на макушке. Седые, с фиолетовым оттенком кудряшки выбивались из-под соломенной шляпки дамы. – Вернее, не я первая обнаружила труп, но я вызвала полицию.
- А кто обнаружил первым?

Андрей Ильич выразительно посмотрел на притихших соседок и ему тут же уступили место на скамейке. Он сел, с облегчением вздохнув, и подумал, что август все-таки лучше проводить за городом, в деревне, чтобы утреннюю зорьку встречать с удочкой на речке, а вечерком отдыхать в тенечке под раскидистым кустом, наслаждаясь теплом и покоем. Следователь Ракитин уже несколько лет собирался выйти на пенсию, мечтал об этом восторженно и отвлеченно, но все не выходил, оттягивал. Вернувшись с фантазийных высот на землю, он не мог себе представить, как же будет жить без своей работы? То пространство в душе, что сейчас было заполнено любимым делом, при выходе на заслуженный отдых грозило превратиться в огромную черную дыру, заполнить которую скромными пенсионными развлечениями не представлялось возможным.

- Труп обнаружил мальчишка, подросток, - ответила дамочка в соломенной шляпке основательно усаживаясь рядом со следователем. Остальные соседи деликатно отошли в сторонку.
- Что за подросток? И где он?

Старушка покрутила головой по сторонам и пожала пухлыми плечиками.
- Обыкновенный подросток. Лет тринадцать – четырнадцать, в рваных на коленках джинсах, в какой-то бесформенной футболке и красной кепке, спортивной кепке с золотыми буквами наверху. Он подсел ко мне, когда я тут гуляла с Тобиком. Тобик – это мой йорк!

Она протянула Ракитину собачонку, будто именно йорк был главным свидетелем убийства. Пес взглянул на следователя замученным взглядом и высунул маленький розовый язык. Жарко тебе, бедолага, подумал Андрей Ильич с сочувствием.
- А вас как зовут? – спросил он даму и вытащил свой рабочий планшет.
- Варвара Степановна Бессонова. Я живу на пятом этаже в 312 квартире. Каждый вечер гуляю с Тобиком здесь, на этой скамейке. Понимаете, у меня суставы больные. Долго ходить не могу. Мы с Тобиком пройдемся вокруг дома, а потом на лавочке сидим, свежим воздухом дышим. Тут к нам и подсел этот мальчишка. Стал расспрашивать меня про собаку, играл с Тобиком. А тот и рад! Так хвостом крутил, что я думала, хвост оторвется. Тобик любит, когда с ним играют…- женщина ласково потрепала пса за ушами.

- Варвара Степановна, - попросил следователь, - давайте ближе к делу. Как зовут этого подростка?
- Понятия не имею. Я не спрашивала.
- Так вам он не знаком?
- Нет. Я его первый раз видела. Он сказал, что ждет приятеля. А в нашем подъезде много молодежи живет. Знаете, как включат эту свою жуткую музыку, так по ушам бьет, хоть из дома беги! Они же, молодые, не понимают, что нам, старикам, тяжело такое слушать. Эгоистичная нынче пошла молодежь, вы не находите?
- Прошу прощения, Варвара Степановна, все-таки ближе к делу! – умоляюще произнес Ракитин.
- Да, да, конечно… В общем мы с ним посидели какое-то время, мальчик этот с Тобиком играл. Потом из подъезда выбежала дама в растрепанных чувствах и побежала к автобусной остановке.

Ракитин оторвался от записей в планшете и внимательно посмотрел на старушку.
- Что значит «в растрепанных чувствах»?
- Ну, взвинченная такая, нервная… Стрелой мимо нас пронеслась, будто убегала от кого-то, прижимая объемную сумку к груди. Ну, парнишка этот встал и сказал, что придется ему, видимо, приятеля поторопить, а то тот заснул, наверное. Пошел в подъезд. Дверь то по случаю жары весь день нараспашку открыта. Спустя несколько минут я услышала жуткий крик. Это подросток этот шел мимо квартиры убитого, увидел открытую дверь, заглянул, а там… ну, вы сами знаете.

- То есть труп первым увидел этот мальчик? – уточнил Андрей Ильич.
- Да. Ну, а когда он крик то поднял, я подхватила Тобика и сама побежала на третий этаж. Из квартир уже выглядывали соседи. В общем, такой шум поднялся! Ну, а я сразу в полицию звонить стала. – Дама подняла подкрашенную карандашом бровь с таким видом, словно ожидала от следователя похвалы.
- А к кому приходил этот мальчик? – спросил Андрей Ильич, тыкая коротким пухлым пальцем в экран планшета.

- Я не спросила. А когда я увидела труп… У меня сразу давление подскочило, сердце так и застучало, заколотилось в груди. Я думала, сейчас гипертонический криз будет! А лекарства то у меня все в квартире на пятом этаже.
- Да, понимаю вас. А куда потом делся этот мальчик? Мне бы с ним поговорить, - следователь посмотрел по сторонам в надежде отыскать среди толпящихся соседей красную спортивную кепку с вышитыми золотыми буквами.
- Не знаю, - пожала плечами дама, - наверное так разволновался, что не стал дожидаться полицию, ушел.
- Так, а эту женщину «в растрепанных чувствах» вы знаете?
- Знать – не знаю, а пару раз видела. Она к убитому как раз и приходила. Я видела их вместе.

Ракитин насторожился и посмотрел в глаза свидетельницы внимательно, пристально.
- Во сколько она выбежала из подъезда?
- Не знаю. Я часы не ношу. На пенсии, знаете ли, торопиться некуда. Мы с Тобиком гуляем пока не надоест. А когда погода хорошая, так пол дня на этой скамейке проводим.

Ракитин поднялся на ноги навстречу спешащему к нему Володе Хлебникову. По выражению лица практиканта он сразу понял, что орудие убийства не найдено.
- Андрей Ильич, ничего, - Володя виновато покачал головой.
- Володя, надо получить записи с камеры видеонаблюдения. Ведь у вас в подъезде есть видеонаблюдение? – уточнил он у старушки в соломенной шляпке.
- А как же! Конечно есть.  – Она бодро вскочила со скамейки, подхватив под мышку собаку, и предложила, - хотите, я провожу вас к председателю нашего правления? Он вам сразу видеозаписи покажет.

Несмотря на ужасный контекст ситуации Варвара Степановна чувствовала воодушевление. Оказаться главным свидетелем преступления, это не каждому дано! Будет, о чем рассказать подругам, а то все сериалы, да сериалы. А тут самая что ни на есть настоящая жизнь!


Спустя пятнадцать минут Ракитин с Хлебниковым сидели перед экраном и смотрели запись с камеры видеонаблюдения. У председателя правления жилищного комплекса была выправка бывшего военного и полный порядок в делах. Он тут же прокрутил нужную запись и остановился на портрете выходившей из подъезда женщины. Картинка на экране была четкой, качественной и демонстрировала следователям женщину лет 35-40 с всклокоченными каштановыми волосами, заплаканными глазами и затравленным взглядом. Действительно, вспомнил Андрей Ильич меткий эпитет, женщина в растрепанных чувствах! Явно переживает всплеск негативных эмоций. Но самым интересным было то, что в правом нижнем углу экрана застыли цифры 16.12. Время совпадало с предположительным временем убийства.

Ракитин посмотрел на помощника.
- Ну, что, Володя, надо разыскивать эту женщину.
- Шерше ля фам, как говорят французы! – усмехнулся практикант. – И тут без женщины не обошлось.
- Все-таки налицо состояние аффекта, друг мой, - заметил следователь. – Убийство в состоянии аффекта, как и предположил Леонид Валерьевич.
- Эта женщина, конечно, вся на нервах. Но не факт, что убийца именно она, - продолжал отстаивать свою точку зрения неугомонный практикант.
- Она выбегает из подъезда дома, где в это время происходит убийство ее знакомого, и ты думаешь, что она к нему не имеет отношения?
- Может, она как раз увидела убитого и пришла в ужас. Вот и вылетела из подъезда как сумасшедшая.
- Если бы она нашла труп, то вызвала бы полицию.
- В состоянии аффекта могла и не вызвать. Просто не подумала про полицию.
- Наблюдательная Варвара Степановна заметила бы, когда она входила в подъезд.  Ладно, друг мой Володя, не будем тратить время. Нам нужно найти орудие убийства и эту незнакомку. Где работал наш пострадавший?

Выяснилось, что Юрий Алексеевич Кочетов работал в каком-то научном институте, что располагался за городом, километрах в 30. Ракитин подумал, что даже хорошо, что придется ехать за город. При такой жаре кондиционированный воздух в салоне машины был очень кстати.

Продолжение: http://www.proza.ru/2018/04/26/487


Рецензии
Интересное начало. Хочется читать дальше, что и сделаю. По тексту: понравилось Ваши четкие, краткие зарисовки героев. Несколько предложений и сразу понятно что представляет собой персонаж. Я не писатель, учусь, вот как-то не получается у меня описание героев, то безликие какие-то, то описания слишком объемные. А Вы раз и готов герой. Жму зеленую и читаю дальше, с уважением,

Полина Шехали   16.05.2018 21:30     Заявить о нарушении
Рада, Полина, что вам понравилось. На мой взгляд в описании героев надо отметить нечто важное, какую то черту, особенность. Как в жизни - мы смотрим на человека и запоминаем 1-2 подробности,а не весь облик в деталях. И всегда нужно помнить, что у читателя есть воображение. В описании героя нужно дать намек, а воображение читателя дорисует все остальное.

Дарья Щедрина   16.05.2018 21:49   Заявить о нарушении
Спасибо за совет. Возьму на вооружение.

Полина Шехали   16.05.2018 22:26   Заявить о нарушении