История одного призыва. 1. Повестка...

                ГЛАВА 1.
                ПОВЕСТКА.

      – Алло! Алло! Громче говори, не слышно! – Марина кричала в трубку телефона, стараясь расслышать в хаосе треска и шума далёкие слова и родной голос Вика.
      – Повестка пришла. Понимаешь? А куда, соображаешь? – донёсся за тысячи километров от Москвы голос брата. – 14-го ноября сборы. Мама в ужасе! – кричал тоже, с трудом прорываясь сквозь шумовой заслон междугородной связи. – Сможете приехать с Вандой?
      – Если только я одна, – вздохнула и постаралась сдержать нахлынувшую лавину страха. – Прилечу 12-го числа, самое позднее 13-го, – не будучи уверенной, надеялась на чудо и старалась передать ему это чувство. – Жди! Буду обязательно!
      – Жду! – донёсся далёкий, затихающий эхом голос.
      Связь прервалась, послышался протяжный гул телефонного гудка.
      Вздохнув, положила трубку на рычаг, задумалась: «Надо спуститься на первый этаж, заглянуть к сестре на “телефонку”, поговорить о деньгах и отгулах. На обратном пути зайти к завсекцией, объясниться, – мысли кружились в голове, как гнус, гудели, надоедая, только вот отмахнуться от них не было никакой возможности. – Ладно, пора».
      Едва переступила порог гостиничного номера, из которого говорила с братом, столкнулась с начальницей нос к носу.
      – Марин! Что случилось? Ты почему так кричала в номере? – Ольга недоуменно смотрела то на лицо, то заглядывала за спину, всматриваясь в темноту пустой комнаты. – С кем ты здесь так ругалась?..
      Улыбнувшись светло, закрыла номер, положила ключ в карман фартука.
      – Здравствуйте, Ольга Леонидовна. Не волнуйтесь понапрасну. Номер пустой. Звонила домой. Срочное дело, – останавливая поток вопросов и гневных восклицаний, подняла руки. – Я оплачу звонок, не переживайте. С девушками из телефонного узла договорились. Сестра проследит за счётом. Не ругайтесь, прошу! У меня форс-мажорные обстоятельства… Опять.
      Присмотревшись к расстроенному лицу молодой сотрудницы, Ольга кивнула, потом пригласила деликатным жестом за собой, повела в глубину холла к кожаным креслам.
      – Да, нелёгкие выдались для твоей семьи времена, – вздохнув, припомнила. – Едва поступила – пропала по понятным причинам. Немного поработала – больничные придавили. Теперь что? – сидя напротив, подалась вперёд. – Что-то с мамой или дочкой? Говори, как сестре – легче будет.
      – Нет, слава богу, они в порядке! – убедившись, что сотрудниц рядом нет, перешла на «ты». – Тут другое, понимаешь?.. – помолчав, Мари тяжело вздохнула, сообщила дрогнувшим голосом: – Пришла повестка из военкомата младшему брату Виктору.
      – Всем парням в армию, рано или поздно, приходится идти. Ты-то что так разнервничалась?
      – Оль, ты, наверное, забыла, где он живёт. Напомню: юг Средней Азии. Граница Казахстана и Киргизии, – пристально смотрела, посылая молчаливые сигналы тревоги и опасности. – А куда сейчас наших азиатских парней посылают, знаешь?
      Некоторое время начальница молча смотрела на названную племянницу, потом с лица медленно начали сходить краски: кожа бледнела, становилась серой, сохраняя на скулах лишь косметические румяна; глаза, синие от природы, вдруг потемнели, став почти чёрными; губы сжались в тонкую полоску, выдавив на кожу под ними кант помады. Лицо красивой интеллигентной зрелой женщины старело на глазах, оседало; морщины собрались на лбу частой волной под тщательно причёсанной густой светло-русой чёлкой, прикрывающей их; выступающий упрямый подбородок задрожал. Во взгляде стала проступать жуткая догадка, захолонувшая, ужаснувшая до предела!
      – П-постой… – дыхание, нервное и прерывистое, мешало говорить. – Т-ты хочешь сказать, что он попадёт… «туда»?! – проговорила с дрожью в голосе, страшась даже произнести вслух название братской страны. – А с чего ты это взяла? Может, не «туда»! Зачем заранее переживать?
      – Оленька, как бы я была рада тебя обнадёжить… Увы. Номер его призывной команды уже известен: «туда». У нас в военкомате работает свой человек. Он и предупредил Вику…
      – Вику?
      – Прости. Мы дома так зовём братишку: не Витя, а Вика, или Вик. Он в детстве хотел быть девочкой, просил так называть. Вот и стала детская шутка взрослой, а имя прижилось навсегда, – улыбнулась, постаравшись расслабиться немного. – Вика предупредил Арман, наш знакомый. Брат встретил случайно, когда ездил в райцентр по делам. Вот тогда-то и стало всё известно. Арман обещал помочь.
      – Не пойму: чем он помочь вам может? – не совсем понимала тонкости вопроса. – Он же не начальник призывной комиссии?
      – Больше, чем начальник, Оленька! – усмехнулась лукаво. – Он наш «молочный» казахский брат, а это для Азии почти кровное родство, понимаешь? Это многое там значит. Поэтому надо срочно ехать и «выкупать» брата.
      – А без тебя никак не обойтись? – по начальственной привычке вскинулась, но тут же сникла. – Ох, прости! Что-то не то говорю… Когда едешь? Справишься сама? Как себя чувствуешь? – шёпотом, зыркнув по холлу встревоженным взглядом.
      – Нормально. Не позже 12-го числа надо быть там. Сейчас к Ванде спущусь, договоримся. О самочувствии не волнуйся: хожу легко, до последнего срока ничего не видно – особенность такая.
      – Ой, смотри, – покачала головой, поглядев с сомнением. – Такое дело… Вас двое, – пытливо заглянула в зелёные глаза, но увидела лишь покой и безмятежность. «Ни мускул не дрогнул, не исказил отстранённого выражения лица, – восхитилась, поняла. – Разговора на эту тему не будет – табу. Ясно. Скала, а не девочка! Потому “эти” и вцепились в неё мёртвой хваткой». Смирилась, вернулась к разговору. – Не думаю, что твою сестру отпустят сейчас. Сама понимаешь: идёт пленум ЦК КПСС, члены Политбюро все здесь, гости и приглашённые на заседания, целая свора сопровождающих и секретарей. Спецобслуживание, «режимный патруль», «особисты» на чеку… В телефонном отделе и так острая нехватка персонала, а ты ещё и Ванду хочешь забрать с собой! Нет, на это особо не рассчитывай – не отпустят, – о чём-то задумалась на мгновенье, потом подняла сапфировые глаза. – Кстати, тебе нужны будут дополнительные средства. И немалые. Сколько смогу, одолжу… Нас за родных здесь принимают – имею полное право поучаствовать…
      – Пусть считают. Не объяснишь каждому, что наше внешнее сходство случайно. Благо, глаза разного цвета! – хохотнула, пожала плечиками. – Спасибо, Оленька. Денег не возьму, прости. Это семейное дело, понимаешь? – с благодарностью пожала её сцепленные на коленях ледяные руки. – Нас с казахами – тьма! Большой арба и ещё маленький тележка! Мы справимся! – хохотнула, вздохнула. – Ты только, прошу, прикрой меня, а то наш любимчик Мишин любит погулять по этажам в периоды спецобслуживания. И на этаж любитель прогуляться, поболтать с гостями, горничными, дежурными. Спросит обязательно. Скажи что-нибудь… душещипательное.
      Рассмеялись обе, думая каждая о своём.
      – И пофлиртовать с хорошенькими молоденькими девочками, – Ольга хитро посматривала искоса. – Мало ему Елены Прекрасной! Ходок… А сюда – особенно. Скажу. Пусть поволнуется.
      Посидев ещё несколько минут и обсудив последние вопросы, разошлись по своим делам.
      – Как только купишь билеты, зайди ко мне, хорошо? – идя по лестнице, прокричала вдогонку начальница.
      – Хорошо! Зайду! – так же крича, ответила, стоя в лифтовом холле этажа.

      С Вандой вышло так, как и предположила Ольга. Об отъезде в период пленума нечего было и думать! Замотанные, уставшие, раздражённые острой нехваткой персонала телефонистки работали на износ, страдая от нагрузок и недостаточного отдыха – им даже сократили выходные! Единственное, чем могла помочь Марине сестра – деньгами и знакомством: подвела к «своей» кассирше по продажи билетов на транспорт и договорилась о быстром обслуживании. Мари не было никакой возможности несколько часов стоять в общей очереди – работа.
      Через полчаса ехала обратно на лифте, сжимая в руке заветный билет на самолёт до Фрунзе. В один конец. Обратного билета Лариса-кассир не смогла достать – просто не было! Смирившись, что придётся самой на месте покупать, отблагодарила женщину парой дефицитных шоколадок «Вдохновение», чем сильно порадовала: «Мои девчонки сойдут с ума от восторга!»
      Купив билет на 12-е ноября, успокоилась. Оставалась лишь одна проблема – «особисты».

                Продолжение следует.

                http://www.proza.ru/2013/02/10/743


Рецензии
Ирина!
Пришёл к Вам от Владимира Рубанова.
Он у меня в друзьях, то есть "избранных".
Начал знакомиться с Вами. Стиль изложения
немного не мой. Уж больно объёмно пишете.
Резюме, хотя тоже пространное, но моменты от Высоцкого,
и особо Довлатова уж больно моему созвучны,
http://www.proza.ru/2015/12/19/506

«Рассказчик действует на уровне голоса и слуха. Прозаик – на уровне сердца, ума и души. Писатель – на космическом уровне. Рассказчик говорит о том, как живут люди. Прозаик – о том, как должны жить люди. Писатель – о том, ради чего живут люди».
Сергей Довлатов, «Записные книжки».
Довлатов рассказчиком себя считал. А я просто читатель.

Василий Овчинников   21.01.2018 07:58     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Василий!
Можете с ознакомительной миниатюры начать: "Из аннотации к странице..." - там биография.
А пишу так, как в момент погружения вижу, слышу, ощущаю порами и душой. Не обессудьте голубчик. Это тот самый случай: либо веришь безоглядно, либо уходишь. Могу сказать только одно: практически каждая вещь основана на реальных событиях. Просто пришлось кое-что закрыть вуалью иносказательности в целях безопасности - многие герои ещё живы.
Добро пожаловать на мою страницу и в мой мир, друг!
С признательностью и уважением,

Ирина Дыгас   21.01.2018 14:25   Заявить о нарушении