Главное, а что потом?

     Главы из романа - эпистола "Осенние листья"
                       2002 год       
Читать предыдущую  главу  http://www.proza.ru/2017/02/26/2396
                                             
  Давид - 30.11. 02.    
Господи, Галочка, золото, до чего же Вы трогательны, до чего "лябильны" (как любила говорить моя любимая тетушка, моя "вторая мама") - нашли над чем слезы лить! Это просто удачная фотка - и не больше. "Лицо повзрослело"! – эк, Вы интеллигентно выражаетесь! Нет бы сказать прямо - старый хрыч со следами былой улыбки. (Я думаю, что Вы в плену большой иллюзии.)
Вот Ксеничка и в самом деле хороша - она  точь-в-точь как на фотографии и даже лучше. Вот это фокус! Прилетит скоро - а за 4 месяца как снова изменилась! Сама чувствует. Пишет, что очень повзрослела.
Вот интересно - как мы с дочкой оккупировали Ваш дом за короткий срок: у Вас есть оказывается и "Ксеничкина комната"! Да что же Вы за чудо такое – и, благодаря судьбу за Вас, не хочу даже думать, "заслужил ли". А уж Вы и вообще не должны так думать - поверьте мне, все, что у Вас было, Вы еще как заслужили. Вы светлый необыкновенно человечек! И не растерявший за эту нашу проклятую жизнь (вообще-то) свой внутренний свет. К Вам даже коршуны отдохнуть прилетают, на минутку забыться от своих хищнических привычек кровожадных.
Володя - нет, это не "вроде Вас". Я его давно (12 лет) знаю и общался (до его болезни) довольно откровенно и обо всем - просто потом настала пауза, а в письмах она как-то прорвалась потоком. И я понял, что ему тоже не хватает общения - такого. А Вас я знаю еще раньше - но много ли с Вами слов сказали? До 2001 года в письмах? И все же у меня не было ощущения "открытия" - п ч то, что я узнал, как-то угадывал и чувствовал. (Хотя и не перестаю удивляться). Ах, Галочка, много сложностей всяких в жизни (как я это представляю со своей натурой), но надо пытаться радоваться тому, что есть и не - не знаю, что не. Но не. (Просто Цицерон)
Насчет дружбы женщины-мужчины вы затронули темочку - не отмолчусь, как хотелось бы. Недавно по какой-то программе - кажется, израильской! - репортеры ходили по улице и спрашивали прохожих (или по российской?) - что они думают о дружбе мужчины и женщины. И большинство отвечали в том духе, что это чушь собачья и никогда не может быть, потому что никогда и тд. А у меня челюсть отвисала - а я-то был уверен всю жизнь, что запросто. И опыт мой об этом говорил. Я даже задумался - а может,  я чего-то просто не замечал? Но в себе-то я всегда мог заметить - и знаю, что много женщин, с которыми я дружил (и со многими дружу до сих пор, хотя и не так уж тесно, расстояние все же), никогда мне ТАК не нравились. Всякое, конечно, бывает. Я тоже знаю на себе печальные случаи (все же), когда дружба, увы, заканчивалась, когда не подпитывалась чем-то другим. (Чем-то.) Всегда было жаль. А вообще - я вслед за Вами влез в теорию и философствования, в которых, известно, слово изреченное есть ложь. Слишком сложная материя - человеческие отношения. И я больше любил копаться в них, в искусстве, чем в жизни. Там все, вроде, ясно и четко - а в жизни, как начинаешь умствовать - и все расползается как промокашка в воде.
Однако к душе я вернусь все же. Да,  я не боюсь вспоминать - прошлое это наше богатство, и это прекрасно,  если есть что вспомнить (без стыда - а то, что со стыдом вот и не надо как раз вспоминать! - Тут я мефистофельски захохотал!) И ни мне, ни Вам - точно - не надо бояться, что мол постареем ай-ай-ай. Потому что у нас все под контролем - уже нет опасности. Прошли рубежи. Опасность только одна - не душевная, а физическая. Но тут уже никуда не попрешь. И тут надо стараться относиться с юмором (насколько силенок хватит).
И я как-то давно для себя легко представляю, что душа бессмертна и даже принимаю переселение душ. А куда же она денется? Иначе я не представляю - разве человек способен представить "ничто"? Такого просто не бывает и быть не может. Только вот беда - сознание, душа в новом теле не вспомнит о прошлом ни на миг – две  жизни никогда не соединятся в одну. Но ТОГДА нам будет уже безразлично!
Целую Вас, дорогая Галочка, - Ваш Д.

                                   Галя - 30.11.02.
Были из "Буржуа" две серенькие мышки с камерой NICON. Пока я исправляла на компьютере их статью, они завладели домом так, что я не успела сообразить, где что. Двигали мебель, доставали сами что-то из ящиков, перевешивали картины, убрали музыкальный центр. Даже массажное кресло, тяжеленое, сдвинули. Меня снимали в саду, но боюсь на таком холоде, даже в шубе, будет синий нос.  Хотя, обычно, при морозе, даже около 20, я не пропускаю утреннюю пробежку по снегу. Так – босиком, в махровом халате.
Ваши с Ксенией фото отпечатала.  Да уж, вы действительно оккупировали дом портретами, кругом лежат-стоят.
Лябильна -  хорошее слово. Нет, я грустила не о молодости, просто молодой Давид помог мне проникнуть немного во взрослого Давика. Это растревожило, где то на уровне подсознания. Ничего, я уже спокойна. Все-таки, я должна сопротивляться, хотя и проще плыть по течению. Боюсь, что я действительно, как Вы заметили, в плену большой иллюзии. Выкорчуем!!!
Видите, и Вы тоже чувствовали меня, хотя мы почти не общались. И не удивились, узнав меня ближе. Я тоже. Так что, какие иллюзии? Нет, не буду выкорчевывать, кому они мешают? Не доказательство ли это проникновения через пространство взаимных симпатий?
Но Вы стали, действительно, Цицероном! Раньше Вам приходилось обороняться от меня, а теперь, когда мы расставили все знаки препинания, Вам стало легче, а уж мне!  Видите, иссечение больного органа иногда полезно. Послеоперационный период длителен и требует бережного отношения. Но куда мне торопиться? Вы обещали нам мыльную оперу, мы её получили!
Но и о душе.  Если она переселится к другому, какое мне  до этого дело? Меня уже нет. Пусть она будет счастлива в новой жизни, но это все равно не я. Это словно муж, который ушел к другой. На этой ноте налью  бокал красного и выпью за наши души, они стоят того, чтобы о них позаботиться.
Позаботилась. Неплохо. Совсем, даже хорошо. Вот так то, мой друг. Даже, вернее, - товарищ.  Представляю, как Вы будете радоваться, когда я искореню Вас до конца. Я вдруг начала хохотать. Тогда ваша теория о чистой дружбе разнополых особей будет кристально чистой. Ну конечно, только так:  два товарища, треплются два года и без всяких там фиглей - миглей! Обхохочешься. ("Премиленькая канашка, и безо всяких там фиглей-миглей!" Это мой любимый, - все-таки, есть у меня "любимый", - Диккенс). Выпила еще пол бокала. Дальше писать  уже рискованно, а то начну класть буйну голову Вам на виртуальные колени, а Вы этого не любите. Как же можно хорошо проводить время совершенно стерильно! Ужасно, когда в пьяной компании находится  трезвый человек. В данном случае – Вы, а подгулявшая особа позволяет себе разные вольности. Но должна же я немножко побуянить, если нет рядом канавы, в которую можно пасть. Глубина моего падения и без канавы безмерна. Целый год объясняюсь в любви к товарищу, забывая, что должна только дружить.
Не волнуйтесь, я дружу, дружу. Обнимаю и целую самым что ни на есть дружеским, даже мужским поцелуем. Ваша друг -  ГС. Нет  - просто - Галочка.


                          Давид - 01.12. 02.             
У меня уже алкоголизм на почве эпистолярной: не хочется работать, а хочется только писать письма Вам. И только силой воли я себя удерживаю. И все-таки с утра понемножку работаю, а к вечеру уже позволяю себе отдохнуть за письмом. Но письмо к Вам - тоже "тяжелая работа",  п ч требует всего напряжения души. А как Вы думали? Потому что приходится напрягаться,  чтобы в своих писаниях соответствовать Вашему легкому душевному весело-грустному сердечному бальзамному подвижно-динамичному искристо-пенистому мебиусно-прозрачному яркокрасочному ангельски-дружескому божественно искреннему перу. (Посидел бы еще с часик - набрал бы больше эпитетов, но на сковородке загорелся обедо-ужин. Но вот это я уже все вру, то, что в скобках.)
Я лучше буду читать ваше письмо и вдохновляться.
Боже, про своих гостей-мышек Вы пишете просто какие-то страсти из американского триллера! Вы там следите за ними хорошенько - чтобы среди них не затесалась террористка из противного лагеря и не подсунула Вам в котел взрывчатку! Ишь, распоряжаются! А Вам-то все нипочем!
Нет, Вам не все нипочем. Дорогая, чувствую я за строчками гложущую вас неудовлетворенность. Поверьте, я сам всю жизнь был именно такой: все или ничего. А сейчас - самое последнее время - я стал осторожным и боюсь, что если пожелать большего, то потеряешь и то, что есть. А то, что есть мне ужасно дорого. Это - вдруг...
Вы поняли в каббале самое главное! Ибо когда мы понимаем, что ничего не понимаем, мы поднимаемся до высот Сократа! А что сопротивляться не надо, я же с Вами согласился, как и стремиться, только маленькая поправочка: стремиться не надо, а следить за собой - это обязательно надо и в каббалу не входит, ей-бо,  так что спокойно. Усекли тонкость?
Ваша философия тянет меня на черный юмор (любимый мной). Но я не буду, я Вас щажу от своих мрачных шуток (неграмотно, зато правильно). Вот вопрос: а знаем ли мы, куда хотим доплыть? Хорошо ли представляем тот берег? И ведь расстояние... страшно подумать. А главное - а что потом? Помните Сократа с его исполненными желаниями! (Почему-то вспомнился дурацкий Евтух: "а что потом, а что потом...")
По мне, так я бы еще сидел над переводами и Гете сутки, но порох уже не тот. Приходится делать паузы. (Просто разленился!)
 Целую. Будьте. - Ваш David.

                                       Галя -  02.12.02.         
"Это - вдруг" -  больше всего пришлось по душе, хотя и перечень эпитетов - не слабо, но я люблю чтобы "чуйства".
Насчет письменного алкоголизма - ох, как знакомо! Есть у меня тоже такая тайная страстишка. Причем раньше я за собой подобного не замечала, только последние два года. С чего бы это?
Плавание -  моя стихия. Правда я никогда не задумывалась, куда и зачем плаваю. Так однажды, дуриком, заняла второе место по плаванию на  всесоюзных соревнованиях Железнодорожных школ. Масштаб впечатляет? Доплыла до финиша и выиграла. Потом плавала зимой в Клязьме. Ну, там далеко тоже не приходилось – плыла, пока не становилось холодно. Тогда поворачивала.
В Турции плавала, чтобы утопить мысли. А теперешнее плавание, в которое я пускаюсь, совершенно неопределенное. Нет ограничений ни во времени, ни в расстоянии. Просто  авантюра, но именно это  и раззадоривает. Но, при полной неопределенности внешних факторов, моя цель, в глубине души, ясна. Если почувствую, что приближаюсь к ней, то  скажу. Не почувствую - смирюсь. Плавание само по себе прекрасное увлечение.
Да, у вас началась вчера Ханука. Поздравляю. Съешьте за меня пончик. Вспомнила,  что в прошлом году была у вас в Хануку. Уже год прошел… 
Не буду перечитывать, что "наваляла" - помните, Вы меня устыдили, сообщив, что валяют только валенки. Значит написала. Тогда я тоже писучая.
 У меня очень хорошо на душе. Ваша друг, он же товарищ Галя.

                               Давид - 02.12.02.          
Своими прогулками по 20-морозному снежочку Вы действительно меня сразили насмерть. Мне стало так холодно, что я поскорее надел валенки и свою цигейку, вот перчатки куда-то запрятались так, что не найти. Боже, какой ужас. Нет, Вы уникум. Только пострадавший пальчик надо беречь в холе и тепле, а не таскать за собой на мороз. Оставляйте его дома, бедного.
Благодаря Вам, я скоро стану знаменитым. Поскольку у Вас бывает много людей, скоро меня начнут узнавать на улице. "Где-то я Вас видел?...  А, у Галины Сергеевны на столике!" Но я совсем не буду возражать, а только приятно улыбаться.
Так любопытно узнать, что открыл Вам тот мальчик про этого старичка? Что он может знать обо мне? Он был еще глупее, чем я сейчас...
Ну, а дальше у Вас в письме все так ужасно правильно написано, что мне и ответить нечего. Особенно с того места, когда Вы отказались выкорчевывать. И искоренять тоже не надо, особливо, "до конца". Но к концу, наверно, винные  пары подействовали и я вместо того, чтобы что-то объяснять пошел тоже выпить.
А сегодня мы с Леней ездили в "город" - это значит в Тель Авив. У него были дела, а потом мы забрели на центральный рынок. Сто лет там не был! До чего же там хорошо - все есть! И одна штука лишняя, как говорил мой профессор режиссуры. Нахватали там кое-каких вкусностей (в том числе и некошерных), да и вернулись в нашу тихую деревню. После чего я долго отлеживался. А сейчас вот дописываю письмо и только что посмотрел занятный фильм "Последний кадр" - там друзья собираются на поминки вроде друга, а его жена показывает им кассету, которую тот успел заснять - про них. Ну и раздевает же он их. Фильм жесткий и жестокий даже - до чего же людишки слабы и некрасивы, когда на них никто не смотрит. Но заверчено круто. И хорошо сделано режиссерски и актерски. Без кино не могу (с трудом) - лежишь себе... Чудо!
Нет, мужских поцелуев мне не нужно! Издевательница Вы! вот кто! Все равно - целую на сон грядущий и желаю цветных снов (радужных). Привет хорошим. Барри - особый (подлизываюсь). – Ваш Д.

                          Галя - 02.12.02.
Второй день  гостит подруга. Мы гуляли и размышляли.   Размышляли, почему у нее нет желаний, а у меня есть. В результате, вернувшись, доели второй ананас, который остался от любителей ананасов в шампани, запили, почему-то кагором.
  Совершенно счастливая, получив ваше письмо,  не кинулась писать ответ, а попросила гостью выслушать новую главу, которая начинает прорисовываться. Она хороший редактор. Я удовлетворена ее помощью. Теперь гостья спит, а я "тюкаю"  (ваше выражение). Время совсем не детское.
Да, неприглядны мы, когда в одиночестве и нас никто не наблюдает, кроме собаки и собственной совести, и дорожим мы своей неприглядностью, и не хотим себя отдавать никому. Что же, отворачивать Ваш портрет, когда я неприглядна? Да вы (где "Лорд"), и не смотрите на меня. А молодой улыбается, сдержанно и слегка застенчиво. Ничего я не знаю про этих мужчин. Может это тоже тревожит?
Милый Давик, что же вы купили на рынке? Какие яства? Я вчера побаловала  гостью печеночным паштетом, и томленой свеклой с луком. Да еще киселем из замороженного сока малины.
Радуюсь, представляя, как скоро Вы обнимите дочку и будите переводить пьесу вместе с ней.
Мороз пошел на спад, Снег запорошил слегка, словно припудрил. Зато река стала. Давно такого не было. Собака бегает на другую сторону с большим интересом.
 Заметила привет, который Вы передаете Барри и улыбнулась, - коли подлизываетесь, рассчитывая на его благосклонность, значит намерены еще побывать у меня, значит, еще увидимся. Я сегодня совсем не вредная и не насмешничаю. Полна к Вам нежности и целую обычным поцелуем моего милого друга. Приятна Ваша забота о моем мизинце, который, еще болит.

                               Галя - 03.12.02. 
                      ДЛЯ КРАСНОГО СЛОВЦА  (Рассказ)                               
Позвонила Аллочка, хочет погостить пару дней – она давно не была и мечтает о любви – любви, которая нужна подругам, чтобы слиться на время во взаимопонимании, а потом разойтись до нового слияния, самоотверженно отдаваясь важным государственным делам, работе, которую невозможно выполнить, не сжав сердце в тиски, иначе оно не выдержит…

-  Галя,  как тебе моя прическа?
-  Как всегда прекрасно.
Подруги стоят перед трюмо и рассматривают друг друга перекрестно.
 – Нет, но у тебя сегодня лучше, где ты стрижешься, может, мне тоже так постричься?
- Нет, Аллочка,  у тебя лучше. У тебя такие красивые волосы, что и делать ничего не надо, да к тому же совсем нет седых волос.
- Ну, что ты,  - Аллочка придирчиво рассматривает седой волос,  - видишь, уже появились. Как ты думаешь, может, покраситься?
- Ни в коем случае, вся прелесть в намеке на седину.
 Подруги довольные  собой, радуются  собственным отражениям.
-Ты не видела, куда я положила  сумку?
    - Она на диване.
- А где у тебя диван?

- Курить можно? Вообще-то, я бросила.
- Кури, кури… что делать…
- Где взять спички? Ты не ходи, ты скажи, я сама возьму.
 Идут  вместе.

- У меня была зубная щетка, ты мне ее прошлый раз дала. Где она?
      Пересматривают весь запас щеток для гостей, причем на каждой фломастером написано имя владельца. Их не меньше семи. С ее именем нет.
- Значит, ты забрала с собой.
- Нет, я не забирала. Как мне теперь быть? Я потому и не взяла, зная, что есть.
- У меня  ни одной в запасе.
- Но я же не могу не почистить зубы...
- Почисти пальчиком.
- Нет, я так не могу. Я буду себя плохо чувствовать.
- Ну, не знаю, что теперь делать...
- Этой губкой я могу помыться?
- Нет, это моя губка. Возьми ту махровую рукавичку, которую ты мне сегодня подарила и вымойся ею, заодно и зубы ею почистишь.
- Хорошо. А, каким кремом я могу воспользоваться?
- Любым, что лежат на полочке.
 – А где ночной? Я не вижу.
 - Вот этот.
 – Но на нем не написано, что он ночной.
- Зато написано, что универсальный.
 – Надо такой тоже купить. Где ты его покупала? Что-то я не вижу крема для глаз
  - У меня кончился.
- Где взять шапочку для волос?
- Как всегда, возле зеркала, вот же она.
 – Ах да, я забыла. Ты мне давала прошлый раз халатик. Можно опять?
- Вот твой халатик.
- Где можно повесить выстиранные трусики?
 - Повесь на крючок возле котла.
- А они высохнут до утра? 

 – Ничего, что я пью воду прямо из горлышка?
 - Ничего…   -  конечно...
     – Где взять спички?
 - Ну, я же тебе показала.
 – Их там нет.
     - Вспомни, куда ты их положила, ведь я не курю и ничего спичками не зажигаю. 
           Ищут, нет коробка. Хозяйка достает новый. 
     - Ты не видела, где мои очки?

     - У тебя не найдется чем проткнуть тюбик с мазью?
     - Думаю, что в крышечке предусмотрено острие.
      – Гениально, как ты все знаешь!

 Отчаянный крик из туалета: – Помоги! Я не могу открыть замок!
  Давно бы пора поставить на место, приструнить щеколду. В конце концов, свернуть шею этой зазнавшейся  особе,  все недосуг, да и жаль,  по-правде, лишить дом такой индивидуальности… 
      - Господи, Аллочка, в который раз с тобой это приключается,  ну зачем ты запираешься? Мы одни. Нажми на красную кнопочку на защелке и притяни дверь к себе.
      - Нажимаю. Не открывается.
     - Ну, тогда я буду поджимать дверь, а ты жми только кнопочку.
 Открылась. Обе хохочут. Хозяйка заходит к ней и изнутри показывает, как открывать щеколду.  Ей  даже жаль, что обучила. Будет скучно без этого постоянного "номера", особенно эффектного, когда в доме много гостей.

   - Где мой шарф? Ты не видела шарф? Меня что-то знобит. Нога разболелась... Это я во время прогулки застудила ногу, у меня разорвались на пальце колготки, вот он и замерз. Знаешь, в моем возрасте…
  - Дорогая, ты забыла, что я старше тебя на три… нет, все-таки только на два года одиннадцать месяцев… и восемнадцать дней… Бедная ты моя, что с тобой делать? Сядь в кресло, я тебе включу электрический валенок, накрою пледом.
- Ты меня спасла. Так хорошо согрелась. Но где же мой шарф?
- Твой шарф валяется за диваном, ты его туда бросила.

- Дай, пожалуйста, иголку с ниткой.
-  Господи, даже вдеть не могу. Ты не видела мои очки?
 - Давай, я вдену.
 – Нет, ты только посмотри, как я зашиваю колготки. Руки у меня не оттуда растут.
-  Оставь, я зашью.

- Можно, я пойду в спальню и взвешусь?
- Галя, подойди ко мне, посмотри, сколько я вешу. Цифры очень мелкие, мне самой не видно.
 
- Ты все делаешь, делаешь, а я сижу. Можно, я понесу эту посуду на кухню? 
- Куда поставить  кастрюльку? А  стакан? Скажи, куда выбросить окурки?
- Сбрось в ведро под раковиной в ванной.
Впоследствии  окурки обнаружились  в  бельевом баке, стоящим рядом.

- Ты не видела, где я положила очки?

- Дай мне, пожалуйста, какую-нибудь хорошую Борину книгу для моего шофера, он очень хороший человек, любит хорошие книги, дашь?
 -  Галя,  нам так хорошо вместе! Мы обязательно поедем   с тобой отдыхать, я больше ни с кем не хочу,  мы так понимаем друг друга.
-  Аллочка,  приезжай еще, нам было так хорошо. Правда!

  Оставшись одна, Галина плюхается в кресло и  думает…
Как трудно красивой женщине быть общественным лицом, которое всегда должно хорошо выглядеть; не бояться сказать обществу слова, которые и крепкий мужчина предпочтет приберечь; быть хорошей, веселой подругой, готовой всегда откликнуться на призыв о помощи и, главное,  никогда не обижаться на всякую ерунду, даже на подобное злословие, которое она, лучшая подруга, позволила  себе, пока только мысленно… и засыпает на полтора часа.
                       ****************************************

  Милый Давик, написала имя и стало немного лучше на душе. Что-то неосознанное томит. Вы совсем не причем, не огорчайтесь. Наоборот, именно вы и держите меня на плаву. Хочу понять. Обычно достаточно перечислить проблемы и почувствовать, что мешает покою, и тогда можно постепенно устранять источник. Смутно догадываюсь, что это виновата глава, которую я пишу. Сейчас не буду анализировать и советоваться. Имею ли я право вторгаться в жизнь человека, которого уже нет? и я не могу узнать, как он к этому отнесется? Пусть отлежится, может, пройдет. Какие-то мелкие тревоги. Например, заболела Татьяна Мих. вторая бабушка моих внуков. На днях у Феди будет день рождения - 20 лет, надо бы ехать, а мне непонятно, как я оставлю свой дом, когда в нем чужие люди. Подумала, о фильме, суть которого Вы пересказали и усовестилась. Ведь я только что послала Вам свой пасквиль на подругу. А она позвонила только что и поблагодарила за чудно проведенный день у меня. Ну что я за дрянь. А ей неможется, плохо что то с душой. Не может себе найти место, потеряла прежний кураж. Да еще и работа, связанная с Холокостом. Одни горести наблюдает. Сказала, что очень меня любит и даже просила передать это Вам, чтобы Вы знали, популярнейший герой моего романа. Она тоже вчера любовалась Вами в двух ипостасях. Скоро Вы, портретный, будете узнавать всех моих друзей.
Дружочек, простите, что на Вас вываливаю свое настроение. Кому же еще сказать? Может мне передалось настроение моей гостьи? Представила, как она живет со взрослым сыном. У него свои проблемы, и он наваливает их на мать. А вчера ночью у нее упала в коридоре полка с книгами словно предзнаменование. Ей надо разъехаться с сыном, но если он уедет, то ей будет еще хуже.
И говорили мы с ней о грехах нашей молодости, о вине, которая лежит грузом на душе и сердце каждой из нас, при разных обстоятельствах, но по одной причине.  Одно и то же человечество проходит друг за другом, так же ошибаясь. Веками. Все тоже и каждый раз - всё словно впервые, забывая прежние ошибки. И если вдуматься, в основе всего лежит эгоизм. Так хочется себя, любимого, побаловать, доставить ему удовольствие, вопреки рассудку, благоразумию, даже этике. Эк, куда меня занесло... Да, душа она словно посторонний, даже не знаю, кто. Посторонний и все. Судит так, что не знаешь, куда от него деться. Словно и не моя собственность. Никакой поблажки не дает. Может, что то делаю не то?

                     Читать след главу http://www.proza.ru/2017/03/05/1151


Рецензии
С великим сожалением обнаруживаю, что эта глава закончена."А что потом?" Едва ли не впервые, отрешаюсь от восприятия Героев, как моих, давно любимых живых людей, чтобы не мучиться вопросом - "А что потом?". Я просто наслаждаюсь у д и в и т е л ь н о й литературой. Ах, Галочка Сергеевна! Что за счастье слышать Вас! Ваша Галя.

Галина Алинина   02.03.2017 22:29     Заявить о нарушении
Прочитала, но не сразу отвечаю, что то мой пес Риччи нездоров, волнуюсь. Жду ветеринара. Уж, не обессудьте, Галя.В промежутке присаживаюсь к "станк" чтобы рассказать, что потом. Спасибо, дорогая Галя. Ваша ГЗ,

Кенга   03.03.2017 16:01   Заявить о нарушении