Книга 4. Руский счёт. начало и конец. New!

Олег Глазов
Госпда, черновики, которые подверглись значительной переработке в процессе редактирования, я вынужден здесь сохранять. Потому как элементарно ссу, - при окончательном редактировании в составе файла уже всей книги редактировать отдельный черновик на моём гаджете (это в случае утраты по какой-то причине самого исправленного и дополненного черновика) уже невозможно. Проще говоря, здесь я таким образом внесённые изменения сохраняю.

Из серии “Рассказы детям о Языке”
Книга 3
“Руский счёт”
Глава 0

Часть 5
“начало ” и “конец”


Прежде чем приступить к осознанию значения [много], что следуют из его знаний в Действительности, и того его значения, что следуют уже из “прочтения” (т.е. из его знаний в Языке) его звучаний в руском и английском языках, я хочу, чтоб вы смогли, скажем так, “посмотреть” на тогдашнюю Действительность с точки зрения того Сознания, что и было тогда у древних человеков. А для этого мы в этой Части 5 изучим, в смысле “прочитаем”, значения руских слов “начало” и “конец”, чтобы понять, что именно наши предки тогда понимали под этими самыми их звучаниями.

Ещё раз, - это было время экспериментов в Языке. Когда вещественная структура связей в Сознание, а с нею и невещественная структура знаний постоянно в нём только росла. Для того, чтобы она действительно была уже именно что структурой с соответствующими у неё связями между знаниями, которой удобно было бы пользоваться в Языке, а не какой-то там их совокупностью без соответствующих связей между ними (как это и есть у наших, и не только, сегодняшних лингвистиков), знания связей для неё следовало обязательно уже так сформировать.

Уверен, разных попыток для этого, - формирования знаний связей, - даже в контексте одного какого-то языка, было предпринято тогда ох как немало. Другое дело, что сегодня мы знаем только о тех из них, “следы” которых до сих пор присутствуют ещё в Языке. Например в будущем английском языке тогда появляется объединение “сИ” (”sea”/”see”), одним из знаний в структуре значений которого стало знание признака действительности “море” = “быть с соль много”. А вместе с ним, получается, и знание признака сознания “быть с”. В смысле “сИ” (”sea”/”see”) будущие англичане называли тогда признак действительности “море”, с которым непосредственно был связан признак сознания “быть с (соль много)”. Само же знание {“быть с”/”соль”} к тому времени у них ещё не детализировалось на отдельные знания признака действительности “соль” и признака сознания “быть с”. В смысле объединения “th” с его значением [быть с] у них в языке тогда ещё не возникло. Таким образом звучанию ”s” у них соответствовало значение [”быть с”/”соль”], которое в свою очередь уточнялось исходя из знания его места в объединение, где оно и использовалось.

Так вот, сама эта соль была настолько для будущих англичан важна (как, впрочем, и для всех древних человеков вообще), что, считали они, если и следовало в этой Жизни на что-то (на какой-то признак действительности) смотреть, так это теперь на одну только её. И задали таким образом в соответствие звучанию “сИ” (”see”) в том числе ещё и знание признака сознания “смотреть”. Но не только...

Дело в том, что смотреть постоянно на одно и то же (на один какой-то признак действительности) в принципе невозможно. Не для того, собственно, нам (точнее нашей форме Жизни “человек”) Жизнью глаза даны, чтоб мы постоянно пялились на одно и то же. А это значит, что если до этого мы смотрели на одно, то в данный момент смотрим уже на другое, а потом будем смотреть вообще уже так на третье. Так возникает необходимость знание признака сознания “смотреть” уточнить, чтобы так уже знать на что мы смотрели до этого, смотрим сейчас, и будем смотреть потом. Что если и возможно сделать, то только теперь за счёт использования ещё одного, дополнительного, знания.

Тогда в качестве дополнительного знания будущие англичане использовали знание процесса “выпаривание морской воды на огне”. Таким образом “сИ” со значением [много {быть с/соль}] соответствовало у них в том числе уже признаку действительности получавшемуся в результате этого процесса “выпаривание морской воды на огне”, и в котором воды абсолютно так уже не было. Собственно само это знание следует уже из “прочтения” значения его звучания, - “сИ”, - в котором никакой такой воды вообще уже нет.

А вот признак действительности, который у них был до этого (до начала процесса “выпаривание морской воды на огне”), и которым была эта самая морская вода, и который уже поэтому воду обязательно в себе содержал, они называли тогда звучанием “saw” (”сО”). Значение которого “читалось” как [(вода) объединение {быть с/соль}]. А знание “вода” потому в нём в скобочках, что само это знание существует сегодня исключительно только в написание, в самом же звучание его никогда так и не было. Потому как даже тогда оно было не знанием Языка, а именно что знанием Действительности. Проще говоря, для того чтобы знать, что в признаке “saw” была вода, его прежде надо было увидеть, по другому объяснить чем именно он отличался уже так от признака “sea” тогда было попросту невозможно.

А уже по аналогии со звучанием “сИ” (”sea”/“saw”) одним из значений у которого было знание признака сознания [смотреть], одним из значений у звучания “saw” становится тоже знание признака сознания, и тоже “смотреть”, но уже, получается, в прошедшем времени, т.е. “смотрел” = [смотрел]. Так будущие англичане экспериментировали у себя в языке с формированием значений прошедшего и настоящего времени у признаков сознания, получается у будущих так глаголов их языка.

(Кстати, из самого этого знания следует, что одним из основных занятий huntы тогла возле Моря была заготовка соли из морской воды путём её выпаривания. Таким образом они старались запастись достаточным её количеством, чтоб им хватило её на время дороги до залежей соли, что была на Урале. Безусловно они тогда уже понимали всю выгодность каменной соли Урала по сравнению с солью морской. Каменную соль достаточно было просто поднять с земли, в то время как для того, чтобы получить соль морскую, следовало много трудиться.)

У будущих руских, которые, понятно, никакого процесса “выпаривание морской воды” не знали, хотя бы потому, что этой самой морской воды у них никогда и не было, подобным образом сформировать значения времени в своих признаках сознания (глаголах) уже не могли. А потому они поступили иначе, и сформировали их тоже через знание признака “соль”, и тоже несколько уже так посредственно, но посредственно не процесса выпаривания признака “соль” из воды (как это сделали у себя в языке будущие англичане), а посредственно процесса добывания признака “соль” на берегу (Камы). Которому у них в языке соответствовало объединение “ал”, значение которого “читалось” как [принадлежность “а” л].

Понятно, что единственной принадлежностью “а” (т.е. чАстью) берега, только которая и могла тогда интересовать будущих руских, была соль. Другое дело, что пока она была на берегу, она была именно что “ал”. А вот когда она была уже у них, она “ал” уже не была, а была уже так чем угодно. Например, - “звать” - “ссват(ь)” - “с(СВ)ат(ь)” - [быть с “(СВ)” принадлежность “а” действие признак мужик(ов)]. Проще говоря, так называли тогда признак сознания похожий на тот, что издаёт мужик, когда пьёт воду с поверхности. Причём издаёт он не обязательно уже на берегу, где эта самая поверхность воды всегда так (как принадлежность ”а”) уже есть, а вообще издаёт уже так, получается, везде.

А вот если бы этот же мужик издавал это своё звучание похожее на “(СВ)”, когда и был он на берегу, т.е. тогда, когда он и пил там так воду, то он бы безусловно уже бы так “звал”. В смысле признак сознания “издавал звучание (похожее на) “(СВ)” называлось бы тогда у него там “звал”, потому как только на берегу звучание “(СВ)” может быть не только быть похожим на звучание “(СВ)”, но и быть самим этим звучанием “(СВ)” со значением у него признака сознания [пить (воду) с поверхности]. А это и была та самая схема (в смысле то самое знание) по которой будущие руские у себя в языке в структуры значений их признаков сознаний (т.е. их будущих глаголов) задавали знание времени.
Потому в объединение звучания “начало” с этим его значением мы и находим объединение “ал” с его уже значением. Другое дело, что подобное его использование, - это когда речь идёт в объединение об л (береге), в то время как самого этого л (берега) там и близко так нет, приводит к тому, что звучание “л” в руском языке начинает использоваться так уже именно как Л, т.е. как правиЛо. Т.е. звучание “л” начинает использоваться тогда в руском языке уже со значением [воспринимать как], а с ним оно становится так уже правиЛом.

Ещё раз, - Действительность тогда для древних человеков представлялась очень даже конкретной. Потому как у них не сформировался ещё в Сознании Механизм веры, необходимый ему при соответствующем количестве знаний в Коллективном сознании. А это значит, что среди древних человеков тогда просто не могло быть обмана, - счастливые! Впрочем, оставалось им совсем так недолго, - скоро появляется в Коллективном сознании знаний гораздо уже больше, чем могло удержать Сознание. А это и было ничем иным, как необходимым условием для существования в нём обмана.

Как пример этой самой конкретики в восприятии тогда древними человеками Действительности, мы рассмотрим здесь значения, которые следуют из “прочтения” звучаний объединений “начало” и “конец”. Это знание нам тем более необходимо, что эти звучания служат в том числе для называния частей объединения, которым и является слово. А заодно и попрактикуемся на их примере, как следует правильно “читать” значения руских слов.

Ещё раз, - напоминаю, у объединений в Языке, образованных в контексте “Слово”, может быть только две части, а именно, - начало и конец. При этом у каждой из них есть собственное в слове (объединение) значение. А потому, не валяйте уже дурака, и перестаньте искать наконец у них так называемый корень, - его в них нет, потому что быть его в них просто не может.

Объединение “начаЛо”
Образовано в соответствии с правиЛом, и его значение “читается” как [”нача” воспринимать как объединение]. Знание того (признака), именно с которым и следовало (признак) “нача” объединять,  следовало уже из знания того звучания, что было в составе сочетания со звучанием объединения “начало”. А это значит, что для того, чтобы объединение “начаЛо” было, скажем так, полноценным уже знанием, в сочетании с ним обязательно следовало использовать ещё одно, дополнительное так уже, знание. О необходимости которого и говорило звучание “о” на конце объединения “начало”. Проще говоря, - ещё раз, - отдельно звучание “начало” с его значением практически ничего не значило, значило оно только в составе сочетаний, и только они и имели так уже полноценное значение, т.е. были так уже полноценными знаниями.

Объединение “нача”
Образовано как {”на” “ча”}.

Объединение “на”
Образовано как объединение {”н” “а”}.
“н”
Значение звучания “н” в начале объединений “читается” как [отсутствие], а в конце объединений как [один].
“а”
Значение звучания “а” в конце объединений “читается” как [принадлежность “а”]. Проще говоря, “а” на конце объединения образовывало так звучание того признака, который принадлежал признаку, со звучанием которого оно это звучание и образовывало. Напоминаю, звучание “а” изначально было у представителей формы Жизни “человек” Сигналом присутствия со знаниями в его структуре значений признаков действительности “место” и того признака, который этот Сигнал присутствия и издавал. Где “место” было тем знанием, которое принадлежало уже знанию признака, который этот сигнал присутствия и издавал. Так знание признака сознания “принадлежность “а”” и есть уже знание сознания той самой принадлежности в структуре значений Сигнала присутствия “а”. .

Таким образом значение объединения “на” “читается” как [отсутствие (здесь “н” в начале объединения “на”) признака принадлежности “а”].

Объединение “ча”.
Образовано как {”ч” “а”}.

“ч”
Значение звучания “ч” соответствует знанию признака действительности “огонь”.

“а”
(См. выше.)

Таким образом звучание “ча” соответствовало признаку, который сам принадлежал признаку “огонь”, т.е. имел с ним непосредственную связь.

Таким образом звучание “нача” соответствовало признаку,  который сам принадлежал признаку “огонь”, но у которого сама эта принадлежность почему-то отсутствовала. В нашем случае принадлежность отсутствовала потому, что отсутствовал, получается, сам признак “огонь”, а значит и принадлежать было так уже нечему. Проще говоря, так, - ”нача” - в те времена будущие руские называли сложенные в костёр дрова, в которых огня ещё не было.

Производные объединения “нача”, - “заначка”, “значок”, “подначить”, “значить”, и т.д.

Объединение “конец”.
“Конец” - “кон(ь)этс” - {”кон(ь)” “этс”} - [”кон(ь)” “этс”] .

Объединение “кон(ь)”

Значением объединения “кон(ь)” в Действительности является  последняя (конечная так уже) деталь в строительстве дома. Что из себя она так уже представляла (т.е. более точно её значение), узнайте у В.И. Даля, он очень подробно про неё так уже говорит. Из “прочтения” же (т.е. из знаний уже Языка) следует такое его значение, - “кон(ь)” - {”к” (о) “н”}(ь) - [”к” объединения один]. Где у “н” в конце объединения значение [один], а (ь) в конце объединения значит то, что признак, которому оно соответствует, имеет непосредственную связь с мужиками.

Объединение “этс”
Вам лучше будет понятно его значение, если вы узнаете в руском ”этс” английский “the”. А потому вместо тягомотного объяснения значения, которое следует из его “прочтения” [любой (один) делать быть с], мой вам совет, - учите английский язык. Ведь он, по сути, был когда-то родным для нас, руских, языком.

Таким образом “конец” соответствовало признаку сознания “действие являющееся завершением, - (В.И. Даля уже прочитали? В “завершение” коня в том самом его значение уже так услышали?) - какого либо процесса”, - и здесь без “тс” нам обойтись не получилось!

Ещё раз, - значения [начало] и [конец] существовали сначала только в Сознании, т.е. по умолчанию. Это значит, что звучаний у них ещё не было, и их не было так в Коллективном сознании, а значит и не было их так в Языке. Столь большие и сложные конструкции этих объединений говорят нам о том, что человеки проделали большую предварительную мыслительную работу, чтобы такими в итоге их и сложить. Проще говоря, о том, что [начало] и [конец] у всего уже есть, они безусловно так уже знали. А вот что из себя их значения представляют в Действительности, они понимали ещё очень плохо. Пока не образовали эти для них звучания у себя в языке.