У меня совсем мало времени, чтобы рассказать свою историю. У меня нет под рукой компьютера, камеры или диктофона. Поэтому, я пишу всё это здесь, на нескольких тетрадных листках, запершись в подвале своего дома.
Зовут меня Джейкоб, и я попал в странную и страшную ситуацию. Началось всё около месяца назад. Друг с работы предложил развеяться в пятничный вечер, взять пива, и отправиться на заброшенную фабрику за пределами города. Работа у меня тяжёлая, я оператор подъёмного крана. Нервничаю много, поэтому, был не против малобюджетного отдыха. После работы мы отправились к обозначенному месту. Это была фабрика, которая изначально строилась для производства тяжёлых станков. Потом, из неё сделали кирпичный завод, а перед тем, как фабрика закрылась, два года производила бытовые товары, химию, мыло, и даже, детские игрушки. Дела, которые шли неважно, да и пожар, который унёс жизни нескольких рабочих, подписали зданию приговор. Банкротство. Фабрика закрылась. Территорию обнесли сетчатым забором с поясом из колючей проволоки по верху, чтобы избежать проникновения всевозможных нездоровых элементов общества. Но, на сколько было известно, время от времени, туда всё же проникали наркоманы, алкоголики, или просто любопытные подростки. В тот вечер, туда решили пробраться и мы. Хотелось острых ощущений. Мы вооружились мощными фонарями, верёвками и ножами. Так же, прихватили кусачки, маленькие лопатки и небольшой запас еды. Убедившись, что никто на нас не смотрит, прорезали дыру в заборе, и осторожно пробрались внутрь. Это было незабываемо! Обещанные острые ощущения тут же мурашками побежали по спине! Я был в восторге! Не теряя времени, и стараясь быть незаметными для возможных обитателей этой закрытой территории, мы крались вдоль забора, периодически, отсиживась в кустах, когда слышали какой-либо странный звук. Минут через десять, мы добрались до первого цеха фабрики. Огромный ангар, с выбитыми при пожаре окнами, тянулся вдоль территории так далеко, что противоположный край тонул в сумерках, и был недоступен обзору.
Внутри цеха пахло сыростью и сажей. Включив фонари, мы направили лучи к низу, чтобы освещать себе путь. Двигаясь быстрым шагом по цеху, вдоль закопченных стендов и станков, мы слышали многократное эхо наших шагов, которое отражалось от бетонных обшарпанных стен и высоких потолков. Наконец, мы дошли до конца цеха. Массивные высокие ворота перекрывали широкий проход в соседнее помещение, их было не открыть. Мой друг, Макс, нашёл пробитую дыру в стене, рядом с воротами, и осветив её фонарём, шёпотом позвал меня. Что ж, я был не против интересных приключений, и мы по очереди пролезли в дыру, и оказались в соседнем цеху. Когда мы стали оглядываться, направляя лучи света по углам помещения, внезапно наткнулись на пару горящих глаз в темноте. Что-то живое заметалось, и бросилось прочь, сметая на своём пути кучу пустых картонных коробок. Кошка. Всего лишь кошка. Но стало так страшно, словно это был какой-то голодный лесной хищник. Интересное путешествие нравилось мне всё больше. Ночь обещала быть увлекательной. Длинный проход упирался в стену и поворачивал налево. Это был соседний цех. Видимо здесь и делали игрушки до пожара. Когда лучи фонарей упали на пол, нашему взору предстала жутковатая картина: разбросанные куклы и их части, - руки, ноги, головы, валялись повсеместно. Какие-то куски были обгоревшими, какие-то растоптанными. Мне стало не по себе, а вот Макс засмеялся, и пнул одну из кукол. Мне захотелось скорее уйти, но Макс, издавая громкий смех, стал бегать по цеху, пиная разбросанных кукол ногами. Я настойчиво предложил Максу идти дальше, он неохотно, но согласился. Очень уж понравилось ему это странное развлечение. Завернув за поворот, прямо перед выходом в соседний цех, мы и попали в настоящие неприятности. Лучи фонарей осветили группу подростков, человек десять. Выглядели они угрожающе: В руках у них были дубинки, прутья строительной арматуры, у двоих были ножи. Было похоже, что это какая-то малолетняя шпана, и связываться с ними не было ни малейшего желания.
-Что тут забыли? – грубым, но моложавым тоном произнёс тот, что стоял впереди, с ирокезом на голове
-Мы уже уходим! – стараясь говорить как можно спокойнее, произнёс я
-Эй, мальчики! На горшок и спать! – внезапно вмешался в разговор Макс, и тем самым обрёк нас на большие проблемы.
Подтянув рюкзак, я схватил Макса за руку, и мы бросились бежать обратно, через жутковатый цех с куклами. Малолетняя банда бежала следом, имея своей непременной целью наказать нас за вторжение. Когда мы добежали до конца кукольного цеха, то услышали громкий треск в потолке. Обернувшись в следующую секунду, мы направили лучи фонарей вверх, в сторону этого оглушительного треска, и увидели, как с потолка сорвалась огромная поперечная бетонная балка, и устремилась вниз. Я крикнул хулиганом, что было сил, в надежде, что успею их остановить, но было поздно. Балка придавила подростков, смяв как яичную скорлупу. От падения балки, пол содрогнулся, а в цеху прогремело оглушительное эхо грохота. В небо взмыли уснувшие на уличных карнизах птицы. Я закричал в ужасе, следом закричал Макс. Не зная, что делать дальше, я сполз на пол по стенке, обхватив голову руками, и что-то бессвязно бормотал. Макс достал телефон и стал звонить в службу спасения. Мы понимали, что нас привлекут за незаконное проникновение, но оставлять всё без внимания было нельзя. Собравшись с духом, я встал с бетонного пола, и пошёл в сторону упавшей балки, в надежде, что найду ребят живыми. Но, под массивными обломками, их было совсем не видно, как я ни старался светить фонарём в груду бетона. На мои призывы никто не отвечал. Мне стало по-настоящему жутко. Так, как никогда в жизни не было.
Светало. Звуки сирен донеслись с улицы. В здание Открыв массивные внешние ворота, спасатели загнали в цех подъёмный кран. Через час спасатели разобрали обломки. Доктор медслужбы подошёл к нам, и сказал, что скорее всего, все погибли мгновенно.
Мы с Максом отделались небольшим штрафом, к тому же, нас привлекли как свидетелей. Но это было меньшее из тех проблем, что начались со мной после этого злосчастного похода. Не знаю, как Макс, он мне ничего не рассказывает, а вот я с тех пор, стал страдать ночными кошмарами, повышенной тревожностью, боязнью общения. Я ушёл на бессрочный больничный. Шеф был очень недоволен, наорал на меня. Потом ещё названивал, высказывал своё недовольство. Но это всё пустяки. Вот то, что снилось каждую ночь – по настоящему меня пугало. Я просыпался среди ночи от приснившегося жуткого крика и чьей-то безобразной физиономии. Снилось мне и то, что куклы из того игрушечного цеха, смеются надо мной хором, тычут в меня пальцами, оторванными руками и ногами. Я после таких снов по полчаса стоял под струёй холодного душа, пытаясь прийти в себя. Апофеозом безумия стала кукольная голова, которая во сне требовала вернуть долг. Снилась эта тварь целую неделю. А когда я наконец, умудрился спросить во сне, что за долг такой, сказала:
- Я вас спас от маленьких ублюдков, теперь вы мне должны!
-Спас? Да ты же их убил! Раздавил как жуков!
-Ха! Ну, зато вы живы!
-И что же мы тебе должны? – с недоумением спросил я
-Верните мне тело! – говорила бесформенная кукольная голова. – Там на полу лежит самая большая кукла. Соберите её!
-Как же я туда попаду? Там же теперь полиция кругом!
-Твои проблемы! Как хочешь! Но если не вернёшь долг, то дружка твоего сварю в кипятке!
После этого я вздрогнул и проснулся. А кукольная морда снилась мне ещё несколько дней, угрожала, кривлялась… Однажды утром позвонил Макс. Он рассказал, как прыгнул в ванну, полную очень горячей воды. Говорил, что видимо, регулятор сломался. Я же в свою очередь, рассказал про свои дурные сны, и попросил быть предельно осторожным, на что Макс только рассмеялся в трубку. Но вот мне было не до смеха. Ночью снова приснилась кукольная морда. Снова кривлялась, растягивала рот в улыбке, а вместе со ртом деформировалась вся голова, с опалёнными волосами и выдавленным глазом. Голова говорила: «Я же сказал, что отомщу! Это цветочки! Верни долг, а то пожалеешь, Джейкоб!»
Я снова вздрогнул и проснулся. Странным было и то, что безобразная голова девочки-куклы говорила скрипучим грубым басом, словно пропитый алкоголик. Недолго думая, я собрал рюкзак, оделся, сел в машину, и поехал к заброшенной фабрике. Вся эта странная ситуация не укладывалась в голове, но после жуткой смерти подростков, у меня не было сил удивляться и рассуждать. Я просто хотел, чтобы кошмар скорее закончился.
Оставив машину на ближайшей парковке, я прошёл пешком пару километров, пока не увидел торчащие на фоне чёрного неба трубы фабрики из красного кирпича. Временами по ним проскальзывал луч от фонаря. Я понял, что на территории круглосуточно дежурят полицейские, и нужно будет действовать очень осторожно. У знакомого забора с верхушкой из колючей проволоки, меня ждал ещё один сюрприз. Табличка с надписью: «Посторонним вход запрещён! Территория охраняется с применением оруижия!» Да уж. Только этого не хватало! Осторожно, словно мышь, я пробрался в знакомую дыру в заборе, затаиваясь каждый раз, как только слышал посторонние звуки, или видел свет фонаря. Спустя час времени я пробрался в здание через оконный проём. Всё так же тихо и медленно я пробирался к кукольному цеху. Наконец, уже когда небо начало светлеть перед рассветом, я достиг зловещего помещения. Место, где упала бетонная балка, было опутано полицейской сигнальной лентой. В сумрачном свете с улицы, я разглядел ту самую мерзкую кукольную голову, с опалёнными волосам и выдавленным глазом. Это та самая голова, что мучила меня в мох ночных кошмарах. Сморщившись, я подобрал голову, а в следующую секунду вздрогнул. Мне показалось, что я услышал детский смех. Точнее, я думал, что мне показалось. Но, не смотря на это, я стал шарить руками по полу, в надежде найти тело этой жуткой куклы. Прошло много времени, на улице было уже совсем светло. И тут я увидел подходящее по размерам и пропорциям кукольное тело. Услышав чьи-то шаги совсем близко, я схватил тело куклы, и затаился между станком и стеной, прямо у оконного проёма. Это был мой путь отступления, в случае, если меня застукают за «игрой в куклы»… Вот же чёртова ирония! Только сумасшедший может прийти ночью на охраняемый заброшенный завод, чтобы собирать кукол по частям, оправдывая это своими ночными кошмарами! Ужас, да и только!
Полицейские вошли в цех, громко разговаривая и смеясь над какими-то тупыми шутками. Я вжался в опору станка и зажмурился. Затаил дыхание, и ждал, пока они уберутся. Вот тут меня ждало очередное испытание. Похоже, что легавые не собирались сваливать. Вслед за ними пришёл кто-то ещё, должно быть, криминалисты, или кто-то вроде того. И я понял, что либо просижу здесь весь день в нелепой позе, либо меня найдут, и в лучшем случае – арестуют, а в худшем – застрелят. Думаю, никто бы их не осудил за то, что они застрелили идиота с куклой в руках. Спустя несколько часов напряжения я просто уснул. Это было наверное, худшее, что могло случиться – уснуть в такой ситуации. Тем не менее, проснулся я от того, что омерзительная кукольная голова, во сне потребовала, чтобы я открыл глаза. Проснувшись, я понял, что снова наступила ночь, а я сижу, согнувшись, как чешский крендель в узком пространстве между стеной и станком. Всё тело затекло, и я сам, как безвольная кукла, завалился на бок, стараясь не шуметь, и, наконец то, вытянулся. Тело, пронизываемое покалываниями, медленно пришло в норму.
Спустя час поисков в темноте, я наконец таки, нашёл руки куклы. Видели бы меня мама с папой. Врагу такого не пожелаю. Ещё полчаса поисков, и нашлись ноги. Осталось всё это правильно собрать. Усевшись перед оконным проёмом, в свете луны я стал собирать чёртову куклу. Ноги встали на место быстро, а вот с руками пришлось повозиться. Наконец то, кукла собрана! Теперь… Что теперь? Что делать дальше? Нужно было выбираться. Но, детский смех застал меня врасплох. И это точно мне не мерещилось. Это было по-настоящему. Детский смех, где-то в стенах здания, отражался эхом, и докатывался до меня волнами.
- Ну что, Джейкоб, хочешь ещё поиграть? - спросил детский голос
-Ты кто??? – шёпотом, удивлённо произнёс я
- Я смотритель Винсент, мэр вашего города, - произнёс детский голос. Кукла – вместилище моей души, потому что другого тела не нашлось.
-Чего???
-Ты что глухой? Я – смотритель Винсент, мер вашего города. Триста лет назад меня повесили. Жители решили, что я изнасиловал дочь одного фермера, и ночью устроили самосуд надо мной. На самом деле, малолетняя девица сама захотела ласки… Но, людям этого было не объяснить.
-Да что происходит? Какой, нахрен, смотритель Винсент?!
-Эй, Джейкоб! Не глупи! Отдай куклу!
-Так это ты мне снился по ночам?
-Дошло? Наконец то!
-А почему голос был другим?
-Ну так это же мой настоящий голос, а пока я без тела – приходится иметь слабенький детский голосок
Я швырнул куклу в темноту, в сторону, откуда шёл голос, на что услышал:
-Эй! Осторожнее! Это же не твоё тело!
Затем, какая-то возня в темноте длилась около минуты, и к оконному проёму, прямо туда, куда падал свет луны, своими собственными ногами вышла эта чёртова кукла, и произнесла знакомым басистым голосом:
-Спасибо, Джейкоб! Очень помог!
-Я… Пойду пожалуй…
-Да-да, пока… Кстати, не хочешь ещё разок «услугу за услугу»?
-Не-не, спасибо, - пробормотал я, двигаясь вдоль стенки и готовясь дать дёру, что было сил
-Ну, как знаешь, пробормотала кукла-мэр-смотритель Винсент, и глухо засмеялась. Я же, пулей выскочил из цеха. Последнее, что я услышал от монстра, было: «Эй! Не глупи! Никому ни слова о нашей встречи!»
Каким-то невероятным чудом я пробрался незамеченным к дыре в заборе, и бежал без оглядки от проклятой фабрики.
Добравшись до дома, я затащил матрас в подвал, взял недельный запас еды и воды, и заперся здесь. Прошла уже неделя с той встречи с куклой, и пока что, всё спокойно. Надеюсь, мой кошмар закончился. В любом случае, писать больше не могу, кончилась бумага. Если эти записи найдут – знайте! Держитесь подальше от фабрики!
В подвальную дверь настойчиво постучали. Джейкоб услышал знакомый грубый басистый голос смотрителя Винсента:
«Эй Джейкоб! Хватит там сидеть! Выходи, есть работа для тебя!»