Заклятие Бориса Годунова

Удивительно, но факт – стены и башни этой могучей крепости принесли врагам столько горя и стоили стольких жизней, что впору и призадуматься: не причина ли тому магические действия и наложение заклятий, которыми сопровождались выбор места и закладка на исходе XVI столетия самого большого кремля Московии?
Заглянувший в будущее
В эпоху активного освоения Космоса и торжества самых причудливых технологий во всех сферах нашей жизни, человека трудно удивить достижениями прошлого. Разве что масштабом египетских пирамид или рукотворными Суэцким и Панамским каналами. Конечно, далеко не всем посчастливилось увидеть эти рукотворные чудеса, о способах сооружения которых учёные спорят и по сей день. Но и у нас, буквально «под боком», порой стоят не один век сооружения, достойные внимания и восхищения. И будоражащие воображение своей историей. Яркий пример тому – Смоленский кремль.
Это самое масштабное строительство эпохи позднего средневековья задумал отнюдь не всесильный властитель, а всего лишь боярин. Но он обладал недюжинными способностями – владел магией, силой внушения, прозорливым умом, недюжинными организаторскими талантами. Всё это шурин царя Федора Иоанновича сумел использовать с максимальной отдачей и для себя лично, и для страны, которую он сумел вопреки всей логике событий, здравому смыслу и правилам престолонаследия возглавить в качестве царя Бориса I. Но к реальной власти он придёт еще нескоро, а тогда, в начале 1590-х годов Борис Годунов, чаще называемый при дворе «боярин Бориска», каким-то непостижимым образом понял, что спасти его  будущее царство может только могучий «город-щит» на берегу полноводного Днепра – твердыня, на пути возможных захватчиков из такой близкой к тогдашним границам Московии Польши и Литвы.
Стройка века
К 1593 году был окончательно разработан план строительства Смоленского кремля. Чтобы оценить масштаб вскоре осуществлённого в рекордные даже по нынешним временам сроки строительства, мы отыскали в архиве документ, составленный ровно век спустя. В 1692 году Смоленский кремль, переживший к тому времени многолетние осады, штурмы, разрушения, потребовал ремонта. Причём далеко не капитального, а так, более-менее косметического. Каменных дел мастер Гура Вахромеев запросил у правительства в собственноручно составленной смете фантастические объёмы стройматериалов: более 800 тысяч кирпичей, около 35 тысяч белокаменных блоков, почти 25 тысяч возов песка, 7 тысяч дубовых свай, 13 тысяч пудов железа, несметное число сажен дикого бутового камня, возов глины, бочек извести и брёвен. И такая смета тогда никого особо не удивила. Ещё свежи были в памяти, хотя и минуло целое столетие с его Смутным временем, ставшие к тому времени легендарными детали строительства практически на пустом месте самой большой на тот момент крепости в Европе и Московии. Представьте только – в ту пору, когда ещё крепостное право не было узаконено, на стройке кремля было задействовано 30 тысяч наёмных рабочих, которых нужно было где-то размещать, поить-кормить. Под страхом смертной казни на несколько лет в стране было запрещено каменное строительство и каждый двор в России обязан был поставить в Смоленск два кирпича. По подсчетам современных специалистов, одного только большемерного кирпича на строительство ушло более 100 миллионов штук. Это как раз примерный объём пирамиды Хуфу в долине Гизы!
«Годуновский оберег»
В 1596 году в Смоленск лично прибыл царский шурин Борис Годунов. Он долго бродил по окрестностям, ночами беседовал с привезёнными с собой и приглашёнными из окрестных деревень волхвами-колдунами. Наконец, настал день, и боярин указал место и границы будущей каменной твердыни. Определил, где стоять самым высоким башням, где копать рвы и обводные каналы, куда вести подземные ходы. Как гласит предание, во время закладки фундаментов первых башен, боярин совершил некие таинственные обряды и произнёс на все четыре стороны света страшные заклятия. Они касались будущих захватчиков, включая тех, о которых боярин и не мог догадываться. И, как показали дальнейшие события, «Годуновский оберег» сработал безупречно. Если врагу и удавалось ненадолго завладеть Смоленском, его ждала неминуемая погибель. Более того, прекращало своё существование даже та страна, откуда неприятель приходил на наши земли. Так случилось с Речью Посполитой – унитарным государством, объединявшим Королевство Польское и Великое княжество Литовское, с императорской Францией, сгинувшей и проклятОй фашистской Германией…
«Ожерелье земли русской» - так любовно называли во времена Бориса Годунова Смоленскую крепость. И ставший в 1598 году полноправным царём, недавний боярин всячески способствовал тому, чтобы его каменное детище этого названия в полной мере заслуживало. Хотя, скорее всего, эту метафору породил вид кремля со стороны – пролегающая по холмисто-возвышенной местности крепость, действительно смотрелась как некое ожерелье.  Едва вступив на престол, Годунов форсировал строительство. Он словно чувствовал, что грядущее в 1603 году окончание двенадцатилетнего перемирия с Речью Посполитой, обернётся кровопролитной войной. К 1602 году кремль возвели. На его освящение приехал сам государь – Борис Годунов. С собой он привёз список Смоленской иконы Божией Матери, который затем долгие годы стоял в киоте Фроловской башни над воротами, при въезде в город через днепровский мост. Теперь эта святыня находится на самом почётном месте в Свято-Успенском кафедральном соборе Смоленска.
Куда подевался Конь?
За шесть лет под руководством московского мастера Фёдора Савельевича по прозвищу «Конь» удалось построить более шести километров стен, 38 башен, из которых 9 были проездными, прокопать десятки километров подземных ходов, глубокие рвы. Работа шла днём и ночью. В холодное время года, как это было принято на Руси, каменное строительство приостанавливалось, но не остывали печи по обжигу кирпича, накапливался стройматериал для очередного сезона. В такой спешке возникали и оплошные недоделки. Например, один из участков стены достраивался поздней осенью и имел серьёзные изъяны. Поначалу оплошности не заметили, но вскоре именно эту стену удалось подорвать полякам во время двухлетней осады Смоленска. Спустя столетия труд Фёдора Коня потомки оценили, поставив зодчему памятник возле Громовой башни. Но под вековыми покровами осталась тайна дальнейшей судьбы строителя. После возведения Смоленского кремля следы Федора Савельевича теряются. А ведь это именно под его руководством, напомним, с 1586 по 1593 годы возводился Белый город Первопрестольной столицы. Куда он исчез? Почему о нём нет никаких письменных упоминаний с самого конца XVI века? Быть может тому «виной» знания многих инженерных секретов Смоленского кремля? Многие из них и по сей день не дают покоя исследователям -  потайные колодцы, многоярусные подземные ходы, заброшенные мрачные казематы… В их реальном существовании и в инфернальных силах, таящихся в неизведанных недрах смоленских холмов, мы могли воочию убедиться сами во время экспедиции на берега Днепра, организованной летом прошлого года Издательским домом «Чудеса и приключения».
Фиаско мальтийских рыцарей
С историей Смоленского кремля в интереснейших деталях теперь можно познакомиться  практически в аутентичной обстановке - в музейной экспозиции Российского военно-исторического общества – «БашняГромовая».
Экспонаты, размещённые на трёх ярусах башни, рассказывают о самом драматическом эпизоде в истории крепости. После трагической смерти Бориса Годунова в 1605 году и убийства его сына-наследника престола, Московское царство охватила смута. ЛжедмитрияI сменил Василий Шуйский, затем власть захватил «Тушинский вор» Лжедмитрий II.  Пользуясь случаем, в начале осени 1609 года польский король Сигизмунд III подошёл со своей 22-тысячной армией к Смоленску и попытался сразу же захватить город штурмом. 25 сентября отряд мальтийских рыцарей подорвал петардой ворота Авраамиевской башни и ворвался в город, но, не получив подкрепления и понеся потери, отступил. Затем польские штурмовые отряды атаковали северную и западную стороны крепостной стены. Артобстрел из могучих бомбард сильно разрушил Богословскую башню. Но крепость устояла. В этом, безусловно, была заслуга её защитников. Но и торжество архитектурно-инженерной мысли её строителей. С одной стороны, Смоленская крепость воздвигалась по устоявшимся в ту эпоху канонам. Также, кстати, строились примерно в те же годы, Московский, Нижегородский, Тульский, Коломенский кремли и наш рассказ о них на страницах журнала «Чудеса и приключения» уже не за горами. Однако, Федор Конь, располагая практически неограниченными материальными и человеческими ресурсами, решил несколько отойти от правил и привнёс в архитектуру несколько новинок. Например, стены и башни стали выше, чем строились ранее. В них была применена трёхъярусная система боя. Первый ярус предназначался для подошвенной стрельбы из пищалей и пушек. В среднем ярусе стен и башен были устроены бойница для пушек калибром покрупнее. Наконец, на верхних боевых площадках, ограждённых с внешней стороны зубцами, стояли дальнобойные пушки. Отсюда, с высоты, могли прицельно вести огонь и из ручного оружия стрельцы. В ту пору на вооружении крепости находилось около 200 пушек разного калибра, а гарнизон достигал 5 400 человек. Позднее к ратным людям присоединились и жители города, способные взять в руки хоть бы и рогатину.
Подземная война
Первые неудачные атаки польского войска вылились в осаду, которая длилась почти два года. Военные действия перешли из наземных в подземные. Поляки вели подкопы под башни и стены в надежде заложить под них заряды пороха и взорвать. Смоляне же рыли контрподкопы и нередко под землёй разворачивались целые сражения. 21 ноября 1610 года вражеским сапёрам всё же удалось подложить мощную мину под Грановитую башню на западной стороне стены. Башня и значительная часть стены в клубах пыли и дыма обрушились, образовалась брешь, в которую ринулись враги. Но три штурмовых атаки оказались тщетными. Защитники Смоленска во главе с воеводой Михаилом Шеиным стояли насмерть и победили.
Труднее было победить голод. Блокированные в крепости войска и население практически исчерпали к весне 1610 года основные запасы продовольствия. Все хлебные и зерновые амбары в городе находились под строгим контролем воеводы. Цена на продукты на городском базаре строго регламентировались. Спекулянтов нежадно наказывали. Самые дерзкие смоляне умудрялись совершать ночные вылазки за городские стены ради того, чтобы набрать травы и листьев на еду. Поздней осенью того же года в Смоленске началась эпидемия. К голоду добавился и холод – топить печи стало нечем. Подошли к концу и боеприпасы. К началу июня 1611 года в гарнизоне насчитывалось лишь несколько сотен человек, способных сдерживать натиск врага. Этих людей едва хватало для наблюдения за башнями и протяжёнными стенами. Между тем, воевода Шеин категорически отказывался сдаваться и отвергал все заманчивые предложения польских захватчиков. Но силы были неравны.
Эхо славных побед
Настал трагический день – 12 июня 1611 года, после беспрецедентной 20-месячной обороны Смоленск пал. Во время штурма и боёв внутри города погибли практически все его защитники. Сам боярин Шеин с горсткой воинов удерживал от атак литовской и немецкой пехоты Коломенскую башню, где был ранен. Он согласился на плен только потому, что поляки подвели к башне его жену и детей, обещав им жизнь в обмен на сдачу самого Шеина. Семья оказалась для воеводы дороже чести…
Но на этом героическая история Смоленского кремля не закончилась. Впереди были новые битвы с новыми врагами. Русско-польская война, в ходе которой в 1654 году Смоленск навсегда вернулся в состав нашего государства, Отечественная война 1812 года, когда у стен города разыгралось одно из ключевых сражений всей бесславной наполеоновской кампании, кровопролитнейшие бои в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. Если вы приедете в Смоленск и решите прогуляться вдоль стен и вокруг кремлёвских башен, то увидите не только многочисленные мемориальные доски, памятники, пламя неугасимого вечного огня. Проникнувшись духом истории, вы невзначай можете услышать дальние отголоски орудийных выстрелов, звон сабель и победное «ура». Это будет эхо давних сражений. Какого конкретно - зависит от многого, особенно – от вашей фантазии.

Иллюстрированную версию лонгрида читайте в №3/2020 журнала «Чудеса и приключения»


Рецензии