Короткий путь

Комсомольское собрание закончилось в восемь вечера. После него студенческая компания решила сходить в кино на двухсерийный индийский фильм «Танцор диско». Двое девчат, Елена и Людмила, поначалу сомневались, идти ли: они снимали квартиру далеко от кинотеатра, да и свою строгую хозяйку не успели предупредить, что задержатся. Но огромное желание увидеть популярного артиста Митхуна Чакраборти взяло верх.

После просмотра фильма на автобусной остановке собралась толпа. Автобусы подходили редко, а затем и вовсе пропали. Елене и Людмиле ничего не оставалось делать, как пешком добираться до дома. Они чувствовали, что их хозяйка волнуется и будет долго возмущаться.

На улице было довольно прохладно: стоял конец апреля. С утра прошел небольшой дождь, кое-где блестели лужи, которые к вечеру начали покрываться тонкой корочкой льда.

Девушки не прошли еще и половины пути, а время уже перевалило за полночь. Они решили срезать путь и добраться через заброшенный парк, где по берегам небольшой речки Бурхановки росли могучие сосны, раскидистые вязы и старые березы. Место было жутковатым и не располагало к ночным прогулкам. По городу часто ходили слухи о страшных случаях, произошедших в этом безлюдном месте.

Взявшись за руки, студентки быстро шли по извилистой дорожке. Вот уже позади речка с ее узким деревянным мостиком и заброшенная стройка, потянулись первые частные дома с высокими заборами, садами и огородами.

Наконец показался и дом их хозяйки. Он располагался на бугру и был первым у перекрестка двух дорог.

На улице было темно и тихо: ни фонарей, ни машин, ни людей, ни собачьего лая, только звезды тускло мерцали на небе, да светились окна в хозяйкином доме.

Девушкам оставалось подняться наверх, пройти пару десятков метров – и они дома.
Но не тут-то было! Откуда ни возьмись, со всех сторон появились смутные фигуры.
 Их было не меньше десяти! В одно мгновение они окружили девчат. Те и опомниться не успели, как почувствовали боль от ударов по голове чем-то тяжелым. В глазах потемнело. Руки им заломили за спину, сильные удары под колени свалили девушек на землю.
 
Лена, теряя сознание, как сквозь сон услышала крепкий мат со словами: «Смываемся! Эти дуры у моей бабки…» – и все. Дальше провал…

Очнулась она от жестокой боли и холода, еще ничего не соображая. Попыталась открыть глаза, но веки были тяжелыми и чем-то залиты. Не было сил даже поднять голову.

 Налетчики появились внезапно и точно так же стремительно исчезли в темноте. Похоже, они поджидали своих жертв, сидя в засаде.

– Люда… Люда, – тихо позвала подругу Лена, но та не отзывалась. – Люда, Людочка, ты где? Ты живая? – каждое слово давалось с трудом, боль раскалывала голову на части.

Люда молчала. Лена еще несколько раз позвала подругу и наконец услышала, как та тихо застонала.

– Людочка, где ты? – обрадовалась Лена. – Ты меня слышишь?

В ответ раздавались лишь глухие стоны.

– Я не могу встать, чтобы подойти к тебе. Ты держись, Людочка, держись, – заливаясь слезами, просила Лена.

Она несколько раз попыталась встать, но не могла даже оторвать тяжелую, словно свинцом налитую, голову от земли. Ее руки были заломлены за спину и туго связаны, кровь залепила глаза, но какая-то сила все равно заставляла вставать, спасать себя и подругу. В эту минуту Лене казалось, что бандиты вот-вот вернутся и добьют их.
 
После нескольких неудачных попыток встать Елена кое-как, ползком, приблизилась к подруге. Люда лежала в трех метрах от нее. Она только стонала.

«Если я не встану, то нам конец! – страшные мысли крутились в голове Елены. – Что делать? Как встать?»

Она попыталась растормошить подругу, чтобы та пришла в себя.
 
– Очнись, Люда! Ты меня слышишь?

Подруга снова застонала. Она слышала Лену, но не отвечала.

Елена, превозмогая боль, наконец приподнялась и села. Голова горела огнем, в висках бухало, перед глазами плыли круги, все тело лихорадило от холода и страха, нахлынувшего с новой силой. Она увидела подругу с кляпом во рту. Лицо ее было залито кровью. Лена стала умолять Людмилу, чтобы та как-то попыталась сама приподняться, ведь она не может оказать ей помощь из-за связанных рук, слабости и невыносимой боли. Лене мерещилось, что налетчики уже возвращаются.
 
Кое-как Людмила, охая и ахая, приподняла голову, затем села. Лена подвинулась к подруге, нагнулась так, что смогла зубами схватить край тряпки, что была у нее во рту, выдернуть ее. И тут Людмила закричала:
 
– Спасите! Помогите! Убивают!
 
– Замолчи! Не кричи, прошу тебя! – испугалась Лена. – Тише… Тише! Они где-то близко! Они могут вернуться! Давай попытаемся встать, если жить хочешь! Не ори, вставай немедленно!

– Не могу, мне больно… Ой, голова… Мамочка, мне больно…

У Людмилы началась истерика. Не помогали ни слезы, ни уговоры Елены. Подруга уже не могла остановиться, только рыдала и рыдала…

– Мне тоже больно! Умоляю тебя, замолчи! Опирайся на меня, давай еще раз попробуем встать. Вот увидишь, получится!

Медленно, опираясь друг на дружку, они кое-как смогли встать на колени, а затем и подняться. В голове у обеих шумело, в ушах стреляло, земля качалась под ногами.
Как в тумане, еле передвигая ноги, подруги побрели к дому. Эти минуты им показались вечностью. Слезы без остановки текли и текли из глаз. Когда они подошли к калитке, у них не осталось сил даже позвать хозяйку, чтобы та впустила их: на ночь она всегда закрывала калитку на щеколду.

Но хозяйка и сама вскоре увидела девчат, она весь вечер то и дело выходила на крыльцо и поглядывала на дорогу. Увидев, в каком состоянии ее девчата, женщина всплеснула руками и не смогла удержаться от возгласа:

– Ой, батюшки!

В квартире хозяйка, охая и ахая, быстро освободила девушкам руки, помогла снять верхнюю одежду и обувь. Ее квартирантки рыдали без остановки. У Елены голова была разбита в двух местах, все лицо и волосы перепачканы в крови и грязи. У Людмилы на лбу была большая рана, из которой продолжала сочиться кровь, на голове вздулась огромная, как гусиное яйцо, шишка. Лицо опухло, вместо глаз остались узкие щелочки, нос повело вбок – страшно смотреть!

Хозяйка, все так же горько причитая и ругаясь на извергов, помогла девушкам умыться и переодеться. Их грязную одежду она кинула в цинковую ванну. Обеим дала выпить воды с успокоительными каплями. Но девушки не могли успокоиться и проплакали до самого рассвета.
 
Позже хозяйка дважды ходила искать сумки девчат, но кроме разрезанного пояса от плаща Елены так ничего и не нашла.
 
Когда девушки немного успокоились, женщина попросила рассказать, что с ними произошло. Люда ничего не помнила. После первого же удара она потеряла сознание, а Лена рассказала про налетчиков и повторила слова, что сказал один из нападавших. Хозяйка ойкнула и села на лавку:

– Я так и знала, – бледнея, прошептала она. – Я чувствовала!.. – по ее щекам потекли слезы. – Это вас и спасло!..
 
Девушки не поняли, что она этим хотела сказать. Но переспросить они не успели: женщина решительно поднялась, накинула шаль на плечи и быстро вышла из дома. За стенкой послышались громкие разговоры, женские крики, затем все стихло. Вскоре хозяйка вернулась с незнакомой женщиной намного моложе ее.

– Вот, полюбуйся, чем занимается твой уголовник! Смотри, смотри, не отворачивайся! Ты видишь, как их разукрасили? – она подошла к Людмиле, указывая пальцем на ее распухшее лицо, превратившееся в один сплошной синяк. – А другой, смотри, башку пробили в двух местах! Благодари бога, что они живы остались! Не успели, ироды, сделать свое черное дело!
 
Она кричала, не стесняясь в выражениях. Незнакомка стояла у двери, низко опустив голову и закрыв лицо руками.

– Твой урод узнал моих девчат. Только вернулся – и опять за свое! Испугался, что загремит, и, похоже, уже надолго! За групповую могут и вышку дать!

Женщина затряслась всем телом и зарыдала в голос.

– Проси прощения у девчат! – гневно потребовала хозяйка. – Раньше надо было думать, когда я тебя предупреждала, с какими дружками-бандитами он связался! А у тебя одни мужики в голове, вот и хлебай теперь то, что заслужила!

Женщина, заливаясь слезами, упала перед девушками на колени и стала просить прощения за сына, умолять, чтобы они не ходили в милицию подавать заявление. Ей было страшно, ведь совсем недавно в городе произошел подобный случай с трагическим исходом.

Девушки удивленно смотрели на плачущую женщину, но страх вновь охватил их, стоило узнать, что ее сынок-уголовник живет по соседству, за стенкой. Не прошло и трех месяцев, как он вышел из тюрьмы. Девчата не раз видели невысокого невзрачного парня в соседнем дворе, но не обращали на него внимания, когда он с любопытством поглядывал на них через забор. Они даже лица его не запомнили.

Внешне девушки были очень похожи, как сестры: обе светлые, высокие, голубоглазые. Отличались они только прическами. У Людмилы от природы волосы вились мелкими кольцами, из-за этого в группе ее частенько в шутку называли Бяшей – баранчиком, но она не обижалась. Она всегда собирала волосы в хвост. У Лены волосы были пышными и волнистыми, и чаще она носила их распущенными.
 
– Хватит причитать! – приказала хозяйка дочери. – Не видишь, им сейчас не до твоей истерики, только успокоились. Бери их вещи и отстирывай – помоги мне.

– Конечно, конечно, постираю, поглажу, все сделаю, вещи как новенькие будут! – с надеждой в голосе затараторила дочь.
 
– А с этим что будем делать? – хозяйка развернула модный болоньевый плащ синего цвета. – Новую вещь угробили, ироды окаянные! Подарок родителей девка первый день одела – и на тебе! – она развернула плащ Елены, он был располосован ножом сверху донизу, а пуговицы так и остались застегнутыми. – Хоть сама, хоть в КБО неси, а плащ нужно наладить. И не тяни с этим! Ты и сама хорошо шить умеешь. Ступай с глаз моих! Боюсь, из-за тебя и твоего ирода меня ненадолго хватит!
 
Женщина ушла. Немного успокоившись, хозяйка рассказала девчатам, что внук с трудом закончил восемь классов, несколько лет просто так болтался, нигде не работал, потом стал уносить из дома ценные вещи и продавать где-то. Даже у нее, своей бабушки, не стесняясь, таскал припасы из погреба. Матери не помогал, грубил ей, постоянно требовал денег, все ее золотые украшения отдал за наркоту. Пять лет отсидел, только освободился, но, похоже, ненадолго.

Несколько дней Лена и Люда не выходили из дома. Хозяйка дважды ходила в аптеку за мазью, сама смазывала им раны.
 
На третий день в дверь постучали. На пороге стояла студентка – староста группы Жанна. Она пришла по поручению классного руководителя узнать, почему девушки пропускают занятия, ведь скоро экзамены. Глаза ее округлились, когда она увидела лицо Людмилы. Она внимательно выслушала рассказ Лены о том, что Люда в темноте споткнулась и ударилась лицом о камень, когда они возвращались домой.

– А ты тоже рядом упала и ударилась головой о другой камень? Вижу, не слепая, и твоя голова перевязана, хоть и платком прикрылась, – не поверила ей Жанна. – Ладно, я не буду больше задавать вам вопросы, только что же мне сказать нашему классному? Когда придете на занятия?
 
– Ой, Жанна, даже и не знаю, что сказать, – задумчиво ответила Лена. – Я постараюсь через пару дней прийти и все сама ему объясню. Он добрый, поймет. А вот Люда пусть сама решает, как ей с таким лицом идти на занятия.

Люда молча написала номер телефона и протянула листок Жанне:

– Если сможешь, позвони, пожалуйста, моей сестре. Скажи, чтобы она приехала ко мне после работы. Только, умоляю, ничего ей не рассказывай.

– Хорошо, постараюсь, – и Жанна ушла.

Вечером приехала старшая сестра Людмилы с мужем и трехлетним сыном. Увидев, в каком состоянии ее младшая сестра, она потребовала немедленно собрать вещи и переехать к ней. Они с мужем преподавали в техникуме, жили в малосемейке рядом с работой.
 
– Я этого так не оставлю, сама пойду в милицию! – не слушая уговоров Людмилы, категорически заявила сестра. – Тебя врачу показать нужно! Убила меня своим видом! Ладно, не реви, собирайся, сейчас такси закажем, а там видно будет.

Они уехали. Еще две недели Людмила не посещала занятия. Благодаря сестре у нее была справка, что она болела все эти дни.

Лена тоже собрала вещи и на второй день перебралась к родственникам. Им объяснила, что хозяйка срочно продает квартиру, чтобы переехать в другой город.

После сдачи экзаменов девушки уехали в свои деревни на летние каникулы. Об этом случае они договорились никогда никому не рассказывать, но урок получили на всю жизнь.

     "После дождя"
 акварель (моя работа)


Рецензии
За такие дела надо не прощения просить, а садить.А девушки конечно, получили урок на всю жизнь...

Сергей Лукич Гусев   14.12.2019 03:19     Заявить о нарушении
Спасибо, Сергей Лукич, за внимание и неравнодушие к этой реальной истории!
Вы правы - зло должно быть наказано!
С уважением, теплом и благодарностью, Надежда

Надежда Суркова   15.12.2019 14:45   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.