Харалуг

Игорь Еремеев Труды
Харалугом считают обыкновенно или по примеру первых издателей булат, или Дамасскую сталь, или западноевропейскую Фряжскую сталь. Последнее предположение выдвинул Роман Якобсон, который сказал: «Западное происхождение и значение термина «харалуг» — «фряжская сталь» можно отныне считать окончательно установленным взамен лингвистически и археологически сомнительной гипотезы о связи этого слова с тюркским корнем «qara»».
(Харалуг полагают каким-то определённым образом выкованным металлом, но почему бы не предположить, что эпитет «харалужный» означает нечто вроде «смертоносный»? или что название это образовано от места, где таким образом изготовляли оружие? или просто видом горна, давшем название рождённым из него мечам?)
Итак, значение термина «харалуг» ищется во внешних по отношению к «Слову» источниках и баируется, по большей части, на фонетическом сходстве слов. Мы же, как всегда, обратимся к самому тексту, т.е. поинтересуемся у автора, что думает по этому поводу он.

Красивое слово «харалужный» используется в «Слове» 6 раз:

1. «Гремлеши о шеломы мечи харалужными»;
2. «Трещатъ коп;я харалужныя»;
3. «Своими сильными плъкы и харалужными мечи наступи на землю Половецкую»;
4. «Ваю храбрая сердца въ жестоцемъ харалузе скована, а въ буести закалена»;
5. «А главы своя поклониша подъ тыи мечи харалужныи»;
6. «На Немизе снопы стелютъ головами, молотятъ чепи харалужными».

1.
Как видим в трёх случаях слово «харалужные» относится к мечам, так что словосочетание «харалужные мечи» можно воспринять как эпитет наподобие «красных девушек», «борзых коней» и «серых волков». При этом во всех случаях «харалужные мечи» принадлежат русичам, являясь, как и червлёные щиты, их атрибутом. «Харалужные копья» также относятся, скорее всего, к русичам, поскольку они «трещат» во фрагменте, где буй тур Всеволод держит оборону. «Харалужные цепи» намекают на «харалужные мечи», которыми убивали в битве на Немиге друг друга русичи. Таким образом, в поэтичном мире «Слова» харалужное оружие есть только у русичей и потому оно значит больше, чем некий добротный металл (булат и т.п.).
Рассмотрим метафоры в п. 6 и п. 4 более подробно.

2.
Метафора «битва как кровавая жатва» традиционна, но в «Слове» оригинальна её подача.
Срубленные головы кладут КАК снопы = головы кладут снопами – перевёртыш: снопы стелют головами. Далее речь идёт вроде бы про снопы, но слово «харалужные» возвращает нас к исходной метафоре: молотятъ (снопы-головы) чепи (цепями-мечами) харалужными.
Переворачивание метафоры, пропуск подразумеваемых слов и отождествление цепей с мечами через эпитет «харалужные» делает фразу загадочнрй и красивой. Добавим к этому формальное свивание строк через окончания («…головаМИ / МОлотят чепи харалужныМИ»), резко снижающее произвол автора.
Но вернёмся к цепям. Может быть, действительно они были выкованы из того же металла, что и мечи? – Теоретически возможно, хотя вряд ли (так как у них разное предназначение). Отнесение определения «харалужный» к цепям не разрушает эпитет, но использует его для построения метафоры через общий признак.

3.
Помимо рпределения «харалужный«, в тексте используется и слово «харалуг». Рассмотрим это место особо.
«Ваю храбрая сердца ВЪ жестоцемъ харалузе скована, А ВЪ буести закалена»;
(Метафора «сердце – меч» использовалась автором выше: «Иже истягну умь крепостею своею, и поостри сердца своего мужествомъ». В этой метафоре сердце-меч острится перед боей на точиле-мужестве).
Обычная трактовка:
«Ваши храбрые сердца выкованы ИЗ харалуга (булата) И в буйстве закалены!».
Как видим, противительный союз «А» заменяется на соединительный союз «И»*, а предлог «В» - на «ИЗ».  Такова цена желания видеть булат в данной фразе.
А, между тем, фраза двучастна: в первой половине говорится о ковке (горячо), а во второй – о закалке (холодно). Раз есть противопоставление, то , скорее, обе половины фразы отвечают на один вопрос – «в чём?». В чём закалены сердца-мечи? – в буйстве (битвах). В чём скованы? – в харалуге. Из этого можно предположить, что «харалуг» – значит не металл, а то, в чём куются мечи (м.б. горн или кузница?). Соответственно, «харалужные мечи» = мечи, скованные В «харалуге». Возможно, русские мечи, выглядели как-то особенно, например, были чернёными и пр.

* Это общая тенденция - свидетельство непонимания бинарности текста и лежащего в его основе мировозрения. Ведь поставь мы «и», и список можно продолжать бесконечно.
Ср.: «В дониконианском Символе веры были такие слова: «Верую... в Бога... рожденна, А не сотворенна». Никон изменил этот Символ, убрав из него противительный союз «а», и стало: «Верую... в Бога рожденна, не сотворенна»Устранение союза «а» ведет, считали староверы, к еретическому пониманию сущности Слова Божьего! Инок Авраамий, негативно оценивая поправку, писал, что «едина литера весь мир убивает»».(цитируется по Юрганову А.Л.)

4.
Мы видели, как при создании метафоры «Битва – Жатва», цепи (для того, чтобы отождествить их с мечами) были названы «харалужными». Имея аналогичную цель, автор в данном случае использует слово «жестоций». Это слово встретится ниже как определение тела: «утру князю кровавыя его раны НА жестоцемъ его теле». В другом месте тело названо «храбрым»: «изрони жемчюжну душу ИЗЪ храбра тела». Итак, раны находятся «НА» теле, а душа вылетает «ИЗ» него. В данном случае использован предлог «В», что можно воспринять как внутри тела:
«ВАШИ ХРАБРЫЕ СЕРДЦА (мечи) в храбрых телах = в жестоцем теле (В ЖЕСТОЦЕМ ХАРАЛУЗЕ)».
А теперь смешаем два плана и получим первую часть фразы. Вторая часть получается естественно: обычные мечи закаляются в чане с водой, но эти мечи закаляются в крови врагов, а сердца – в буйстве, в яростном бою (ср. «буй тур»). Общий смысл: сердца «закаляются» в боях.

5.
Слово «жестоций» обычно переводится как крепкий-мужественный. Однако, как иногда отмечают, его можно перевести и как «раскалённый», «жаркий». В этом случае имеем пару «горячо – холодно»: сердца-мечи куются в огне (амбиций) и остужаются в крови врагов. Так происходит их закалка. Но каково бы не было значение слова «жестоций», оно СВЯЗЫВАЕТ загадочный харалуг с телом и, следовательно, мечи – с сердцами.

6.
Ранее сердца уже уподоблялись мечам. При этом острились сердца (мечи) мужеством (точилом). В данном случае сердца-мечи куются в харалуге и закаляются в буйстве, то есть в крови врагов на поле боя. Отправной точкой для такого образа могло стать биение сердца, которое превращается в биение по сердцу молотом.
Дополнив метафору «человек – кузница» параллелью «харалуг – тело», получим первую половину фразы: «Ваши храбрые сердца БЬЮТСЯ в храбрых-жестоцих телах подобно тому, как мечи КУЮТСЯ в жестоцем харалуге». Из смешения двух планов получается загадочный, но при этом очень поэтичный образ «Слова».


РЕЗЮМЕ:
«ХАРАЛУГ» – то, В чём куются русские мечи (горн или кузница = специальная технология ковки); На человеческом плане он имеет себе парой «ТЕЛО».
«ХАРАЛУЖНЫЕ МЕЧИ» – выкованные в Харалуге.