Трансплант

18+

проверка обратной связи. Ну, черт его знает - читает ли меня кто, и если "да", то на хЪр он это делает... но вопрос такой. Я тут давныыым давно начал один рассказ. "Давным-давно" -это, значитЦа ишо в период верхнего палеолита (зачеркнуто) пубертата, что очевидно из обстоятельств текста. Когда-нибудь я этот рассказ закончу, ежели, конечно, не помру. Вопрос только в том, что первее. Нижерасположенный рассказ, Пустоши, Элли, или Стоуна снова попинать? (ну, вы же не думали, что он умер насовсем?)...

(по итогам экспресс опроса понял, что продолжаю кормить стол)

(название рабочее, когда допишу (без понятия - когда) - выберу что-то из...)
Мерцание мысли. Синаптический эффект. Тела напрокат. Обмен телами.
Обмен разумов 2.0

В начале, разумеется, был Шекли и его "Корпорация "Бессмертие" ))



«Или не знаете, что
совокупляющийся с блудницею
становится одно тело с нею?
ибо сказано: два будут одна плоть.»
Ап. Павел, 1 Коринфянам, 6:16

Часть 1 Сдача карт

1.

Всё, что вам для этого нужно — доступ в сеть по мегатерабайтному каналу, несколько программок на компьютере и энцефалографический шлем. Ну и кредитка с неслабым счётом, разумеется.
Всем этим Дональд Джонс располагал — даже кредиткой. В конце-концов, родители в отпуске, и вряд ли ЭТА трата будет очень уж отличаться от тех, которые списываются с их общего семейного счёта обычно.
Тем более, что у него сегодня выпускной, а Дональду очень хотелось отметить эту дату чем-нибудь выдающимся.
Нет, понятно, что многие (да чего там говорить — почти любой из его одноклассников!) отмечают эту дату в объятиях реальных подруг; но к нему-то, Дональду, это точно не относилось. Дети жестоки, да и в старших классах школы ситуация не меняется.
А Дональд был «форсанутой дешёвкой», «ботаником», «неудачником» и «выпендрёжником» одновременно. Вполне достаточный набор противоречивых качеств, чтобы отпугнуть любую девушку — даже ту, которой было наплевать на общешкольное мнение.
А таких в окружении Дональда не нашлось.

Собственно говоря, он был «Элджером», от «Элджернон». В рассказе у Киза операции по увеличению интеллекта подвергся туповатый уборщик «Чарли», но сам рассказ назывался «Цветы для Элджернона», журналисты же пользуясь «Софипедией» читают только заголовок и краткий пересказ; так что ошибка вполне объяснимая.
Так или иначе, «элджер» вошло в язык, да так и осталось.
Если рассуждать чисто теоретически, то генетическое форсирование интеллекта — операция недешёвая, и ребёнок, ей подвергнутый должен всегда быть под присмотром; желательно — в специальной школе.
Но это не тогда, когда ты не дотянул по ай-кью тридцати баллов до заветного рубежа. И черта с два ты потом кому объяснишь, что сейчас тест на ай-кью считается по генетическим показателям, а не тестовым заданиям, а тот факт, что твои 170 баллов на полтинник превышают показатели любого ученика твоей школы...
Ну, скажем так: одноклассников сей факт не обрадует. И они постараются донести его до тебя в максимально доходчивой форме.
Мальчики будут бить, а девочки — высмеивать.
И ты ничего с этим поделать не сможешь — потому что оптимизация интеллекта не влечёт за собой оптимизации тела; книги же, говоря откровенно, намного увлекательнее тупого перебрасывания железок туда-сюда.
Поэтому на выпускной Дональд не пошёл.
Нашел для себя в Сети занятие поинтереснее.

Стрижка — короткая. Голова — натёрта проводящим гелем что твоим бриолином. Энцефалографический шлем, по виду напоминающий мотоциклетный, садится на голову плотно, готовясь передавать в сеть самое интимное — содержимое твоей черепушки.
Впрочем, место, которое Дональд собрался посетить, к интиму располагало. Ибо в 21 год оставаться девственником не то чтобы стыдно... но каждое утро определённая часть твоего тела намекает на то, что оно неплохо бы... и в голове щёлкают не математические функции вперемешку с формулами социальной динамики, а, главным образом, голые девицы чаще всего в непотребных позах и сочетаниях.
А когда такое кино крутится в голове лет с десяти (мелкий побочный эффект форсированного интеллекта, сущие пустяки, право слово); то необходимость куда-то разгружать эротический заряд становится просто второй натурой.
К счастью, энцефалографический шлем позволяет делать это гораздо более приятным способом, чем просмотр видеороликов.
Обмен телами — по-прежнему фантастика, зато возможен обмен сенсорными, тактильными ощущениями — при помощи электромагнитных полей, раздражающих необходимые зоны твоего мозга.
Можно отыметь свою подружку, одеть её сенсорграмму и проделать то же самое ещё раз — наслаждаясь и своими, и её ощущениями одновременно.
Записи дороги, но доступны.
Но и это теперь — ещё не каменный век, но уже ретро.
Вне сомнений, то же самое можно проделать в реальном времени.
И в чужом теле.

2.

- Мистер Лафферти? Мистер Лафферти, вы меня слышите?...
Мик Лафферти, остановивший свой взгляд на дверях комнаты для допросов чуть дёрнул щекой и посмотрел на адвоката, сидевшего напротив.
Парень был молодой, ещё и тридцати не исполнилось, и обруч «ментора» старой модели, обнимавшего голову Ричарда Брукса при других обстоятельствах оптимизма Лафферти не добавил бы.
Недоумок-законник хорошо смотрится во время предвыборной компании губернатора штата, но очень плохо — когда нужно вытащить из тюрьмы босса мафии.
«Ментор» был электромагнитным стимулятором мыслительной деятельности. Обычно его предписывали  лицам с коэффициентом интеллекта ниже 90 — обруч стимулировал зоны, отвечающие за память, мышление, был, по сути, носимой базой данных, позволяющей «лицам с альтернативными интеллектуальными способностями» не уступать обычным людям, а то и превосходить их.
Понятно, конечно, что «ментор» носили не только дебилы. Пользователями этих устройств — разумеется! - были и пожилые люди, и те, кому по работе требовалось легко и быстро пользоваться информацией, которую иначе пришлось бы долго, и далеко не факт, что успешно выискивать в недрах памяти.
Адвокаты, преподаватели, архивариусы...
Тем не менее, как правило, представители крупных юридических фирм «менторами» во время встреч с клиентами не пользовались — это нарушало образ компетентных специалистов.
Ричард Брукс, тем не менее, компетентным специалистом был — с двумя-то магистерскими степенями, по юриспруденции и передаче данных.
За то и был спешно нанят.
Лафферти поморщился, вынуждая себя сосредоточиться на том, что говорит адвокат.
- Шансов на пересмотр дела у вас очень мало, Мик. Торговлю наркотиками и бордели с девочками вам бы ещё простили, но вот продажа боевой химии — это статья гораздо более серьёзная. И ваша отсрочка приговора к смертной казни заканчивается уже сегодня.
- Ричард, скажите... Вот этот аппарат у вас включён? - палец Лафферти постучал по ноутбуку адвоката.
- Да, разумеется. Глушилка работает. Но никто не мешает посадить за зеркало чтеца по губам.
- Мне нравится твоя предусмотрительность, Ричард, но уж несколько часов приватности перед смертной казнью за свои деньги я могу купить. Поэтому давайте-ка сразу перейдём к делу.
Брукс моргнул глазами, и стянул с себя «ментора». Обруч весил килограмма два (впятеро больше коммерческих моделей), и служил предметом для регулярных перепалок с охраной на входе — как магистр информационных технологий адвокат  постоянно обновлял своё устройство, вынуждая охранников постоянно консультироваться с отделом собственной компьютерной безопасности.
- Что же, в таком случае... вы продолжаете делать то, о чем я вас просил?
- Да. Хотя восторга мне это не доставляет.
- Видете ли, первичное ваше психическое состояние будут устанавливать ваши конвойные, поэтому важно, чтобы они сразу сказали что-то вроде: «да он совсем рехнулся!».
-Ричард, давайте пропустим то, что мы миллиард раз обсуждали. Я понимаю необходимость этого, но удовольствие мне это не доставляет — я старомоден.
- Хорошо, - Брукс поставил на стол флакон проводящего геля и принялся разбирать «ментор» и ноутбук, меняя разные блоки местами. - Вкратце всё-таки повторю.
- Валяйте, иначе вас, видимо, не заткнёшь, - Лафферти принялся наносить гель на свою шевелюру.
- Не забывайте главное. Обмен разумов носит временный характер.
- У нас в борделях говорят - «обмен телами».
- Это, по сути своей, неточно. Ваш разум просто гостит в чужом теле — но человеческое сознание это не только электрическая матрица, это ещё химия и биология.
- Что ты хочешь этим сказать, малыш?
- Если очень грубо — в вашем мозге изгиб извилин соответствует изгибам вашего собственного сознания, а в чужом теле — нет. То же самое — биохимия; ваша память — это определённые химические изменения в клетках мозга. Не разумы меняются телами — тела меняются разумом.
- Звучит сложновато.
- Для наших, сугубо практических целей, важно одно. Наложение сознания — эффект временный. Старая личность, структура мозга начнет вытеснять ваш разум. С другой стороны, собственное ваше сознание будет оставлять собственный след в чужом  теле — потому что ваши действия и ваши электрические структуры будут точно также менять физиологию чужого мозга.
- Гм...
- Попробую сказать иначе. Ваш мозг, как микросхема, сложен из определённых кубиков-транзисторов. И очень, очень индивидуален — энцефалограмма много точнее отпечатка пальца или рисунка глазного дна. Если в ваш мозг подсадить другое сознание, то, с одной стороны, ваши микросхемы будут изменять это сознание; но, с другой стороны, и чужой разум будет пытаться переставить эти кубики так, как ему удобно.
- А в каком месте тут заблудилась душа?
- Знали бы вы, какие баталии ведутся сейчас с церковниками на это счёт! Часть учёных считают, что обмен разумов доказывает, что души нет вовсе — ведь если разум есть плод действия нашего тела, органической структуры нашего мозга, то откуда бы ей взяться? Другие говорят, что как раз то, что новое сознание пытается обустроиться на новом месте  свидетельствует о том, что это и есть наша бессмертная душа.
Брукс соединил ноутбук и «ментор» кабелем, и посмотрел Лафферти прямо в глаза.
- Технология новая и неотработанная, мистер Лафферти. При кратковременных визитах в виртуальные бордели, торгующие такой технологией проблем возникнуть просто не может — это всего несколько часов, максимум. Но если застрять в чужом теле — вас ожидают проблемы.
- Какие?
- Безумие. Распад личности. В редких случаях происходит слияние. Но это ничуть не лучше — для вас, потому что рождается новая личность. Вы умрете — просто ваше место займёт кто-то другой. Во всяком случае, ваше новое тело точно угодит в психушку, составив компанию старому.
- Это облегчило бы обратную пересадку разума, я так понимаю, - кисло пошутил Лафферти. - И какой у меня срок?
- Три дня. Но чем раньше вы совершите обратный перенос, тем, разумеется, лучше.
- Этого может и не хватить, Ричард. Существуют ли способы увеличить это время?
- Предположительно, если записать электрическую активность вашего мозга и потом проигрывать эту матрицу раз за разом на «менторе» - есть шанс. Но небольшой.
- Сынок, ты же специалист в этом вопросе. А я от тебя слышу только предположения.
- Так и наука — новёхонькая, с иголочки, мистер Лафферти. Все проводят эксперименты и строят предположения. Но вот фактов у нас пока немного.
Мик Лафферти одел обруч «ментора» на голову и посмотрел на адвоката.
- Тогда, Ричард, ты всё же сделай копию моего сознания. На всякий случай.
Брукс кивнул, и набрал несколько команд на ноутбуке.
- Хорошо. Тогда сейчас мы приступим.
Лафферти оценил мину на лице адвоката и спросил.
- Ну, что тебя ещё беспокоит? Спрашивай сейчас — после твоих слов я уже не очень уверен, что мы с тобой сможем ещё раз вот так поговорить...
- Ваш помощник... Вы уверены в его надёжности?
- Ах, это... Абсолютно. Я держу в руках его жизнь.
Брукс прикусил губу, а потом пожал плечами.
И нажатием клавиши ввода отправил разум мафиозного босса в полёт к новому телу.

3.

 Сначала тебя призывают.
Говорят, что для защиты национальных интересов — и ты действительно так считаешь. До тех пор, пока минометная мина не укладывает тебя на больничную койку.
Киборгом ты становишься автоматически — смотри соответствующие пункты контракта, подразумевающие модификацию тела в случае ранений жизненно важных органов.
Сейчас в моде приращение биотехнологических протезов; но пятнадцать лет назад военные отдавали предпочтение ядерным батарейкам, сервомеханизмам и «передовому» программному обеспечению на физических, а не полевых (от слова «поле», возможно заменить на англ или латинск термин) носителях.
Потом тебя комиссуют — как устаревшую модель оружия, а не как солдата; ты выходишь на гражданку...
...И получаешь удар под дых от хакеров-малолеток и прочей высокообразованной и совершенно бессердечной шелупони.
Военные коды не просто ломают — какой-то баран из высоких армейских чинов их РАССЕКРЕТИЛ.
И любой, кто заплатил, имеет абсолютную власть над теми частями тела, которые были собственностью US Army. Положим, можно отказаться от электромеханических рук; стальные кости ног не программируются, но вот что делать с электрическим сердцем и печенью?
Впрочем, даже это решаемо.
Гораздо хуже то, что для лучшего общения со всей военной электроникой — прицельным, навигационным и локационным оборудованием — тебе прямо в мозги впаяли несколько схем; а это значит, что — при необходимости — содержимое твоего черепа можно вскипятить банальным перегревом.
И тебя покупают — как раба. Как человека, который не может предать — на это можно запрограммировать; и, разумеется, даже в случае, если бы за это запрограммировать было бы нельзя — можно отключить любую твою электрическую часть тела дистанционно.
Поэтому зовут тебя все — Зомбо, пусть даже при рождении тебе было дано другое имя.
Потому что себе ты не принадлежишь.
Рядом сидит один из тех самых хакеров-малолеток, на экран компьютера он не смотрит — но ему, в очках трёхмерного интерфейса — это и не обязательно. Зомбо чувствует себя странно: он всегда полагал, что добровольно становится приставкой к компьютеру — зло; но вот пожалуйста: хакер рядом не отлепляется от электронной машины на совершенно добровольной основе.
Это вызывает вспышку злости.
- Томми, ты сигнал не пропустишь?
- Загрузку сознания? Не пропущу, конечно. Вот если бы мы были внутри «Марсианских куколок», там да — тридцать трансферов разума в минуту; а отсюда, снаружи, в ожидании трёх трансферов, да на этом хламе -сразу увижу. Не сомневайся, зомбик.
- Это не хлам. Это защищённая модель компа, которую я купил три дня назад.
- Конечно, защищённая. И даже выдержит прямое попадание снаряда. Но процессор-то на физической электронике, так что быстродействие никакое. Ты, конечно, крут в своей сфере, папаша, но я до сих пор не понимаю, почему бы нам не пойти в бордель и не работать с нормальной техникой. Да и сидим тут у всех на виду...
Относительно «на виду» Томми был прав и не прав одновременно.
Что называется, с какой стороны посмотреть.
Гладкая, обтекаемая шестиколёсная торпеда лимузина снаружи напоминала абсолютно чёрное тело, в котором пропадал даже взгляд. Зато корпус был совершенно прозрачен изнутри — отчего Зомбо и Томми казалось, что они сидят на скамейке в парке. Можно любоваться окружающими красотами (три стены, мусорные баки перед лимузином и пожарная лестница сверху) и аборигенами (по виду — семья каких-то буров-беженцев из Южной Африки, бродяжничающая уже не один год и сейчас занятая приготовление жаркого из окапи; под лохмотьями — автоматические рейлганы, прошивающие метровый слой бетона, что примечательно — совершенно без шума. Но с пылью, да. Личная гвардия босса — о чем хакеру знать совершенно не обязательно).
В этот момент автодок в бедре киборга, определив возрастание количества адреналина при мышечном бездействии объекта медпомощи впрыснул  ему в кровь  транквилизатор, и Зомбо успокоился.
- Томми, мы здесь именно потому, что я крут в своём деле. Компьютер я купил с твоих слов — потому что ты специалист в своем деле. Вся наша задача  - помочь мистеру Лафферти перевоплотиться и убраться отсюда.
- Хорошо, Железный человек, как скажешь. Что ж ты тогда так нервничаешь?
- Потому что ты смотришь дурацкое шоу, вместо того, чтобы следить за приборами.
- «Девки и пушки»? Да расслабься ты, это же просто игра. И она меня совершенно не отвлекает!
Зомбо повернул к себе экран ноутбука и увидел картинку, - бледное подобие того, что Томми видел в своих очках.
На экране какая-то блондинка с парой пистолетов и в коротких шортиках куда-то бежала, периодически паля с двух рук в разные стороны (видимо, система захвата баллистических целей «Аргус», версия не ниже 2.0, автоматически прикинул Зомбо). Задница у девушки была очень даже ничего, это следовало признать; однако ей отчаянно не хватало каски, бронежилета и пары прикрывающих с автоматическим оружием.
Зомбо постучал по мигающей внизу иконке вызова.
- Наш законник уже подключает босса. Закрывай свою шарманку и готовься.
- Чёрт! Девушку жалко!...
- Поставь на паузу.
- Это не так работает... ну да ладно, Лора у меня самостоятельная... - пробормотал Томми и занялся своими прямыми обязанностями.

4.

Неофициально «Марсианские куколки» именовался борделем; и фактически таковым являлся. Тем не менее, внутри заведение больше походило на киностудию — каковой и было по существу.
Длинный низкий подвал был заполнен разноразмерными кубиками из сотового пластика, в которых и шла работа моделей; но если внутри каждый такой микропавильон имитировал какую-либо игровую среду — от будуара дамы полусвета до пляжа где-нибудь во Флориде, то снаружи всё выглядело гораздо менее эффектно.
Тусклые лампочки, забранные решётками (никакой практической необходимости в этом не было — просто с ними подвал и был арендован), торчащие из павильонов механизмы голографических проекторов, и гримерки актрис с кое-как прикреплёнными прямо к стенкам павильонов зеркалами и шкафчиками.
Роберта Атлас поежилась, набросив на плечи свою куртку. Она работала в студии уже восемь недель, но по прежнему чувствовала себя тараканом, заблудившимся в радиоприёмнике. А теперь вот, похоже, ещё и заболела.
- Мёрзнешь, киска? - бесшумно возникшая из-за спины Таня Сапфир по-хозяйски сунула ладошки ей под куртку, сразу ухватившись пальчиками за соски.
Роберта, против обыкновения, не отстранилась — Сапфир была тёплой, а погреться хотелось. На обогревателях в студии экономили.
- Ой, да ты совсем заледенела! Может, погреемся? - дыхание Сапфир обожгло Роберте ухо, и она неожиданно покраснела.
Никаких комплексов она не испытывала, да  и не могла — почти всех новоприбывших ставили сначала на обкатку в «стойло» - павильон для любителей секса пожестче, с зажатым в колодки партнером; а там секс с девочками — халява; приняты гораздо более жёсткие развлечения; но вот поди ж ты...
- Надо же... Конфетка стесняется! - шаловливые ручки Сапфир занялись совсем другими местами тела девушки. А Роберта застыла.
Сапфир её действительно смущала.
Возможно потому, что все девочки чётко делились на две большие категории: те, кто работал номер ради денег, и те, кому просто нравилось трахаться.
Сапфир была ярко выраженной представительницей второй категории; про Роберту же никто ничего определённого сказать не мог.
Когда она появилась на студии два месяца назад, все приняли её за профессионалку; при этом — самого скверного сорта, потому что лесбиянки-активы отличаются редчайшей даже среди женского пола стервозностью.
Коротко же стриженая мускулистая шатенка со следами от тродов на висках, в высоких армейских ботах, сватовских штанах и куртке Марсианского исследовательского корпуса (под курткой, что и подкупило здешнего менеджера, не было вообще ничего) на лесбиянку походила весьма и весьма.
Тем не менее, «кандидатский минимум» «на три поршня» Роберта сдала без проблем и явно не без удовольствия для себя; соглашалась на всё, кроме откровенного беспредела, на коем «Марсианские куколки» и не специализировались... так что вопросами её ориентации никто и не задавался.
Не та работа и не то место.
К тому же — троды....
Персонал в таких борделях очень чётко делится на тех, кто готов впускать в свой разум другого человека, и тех, кто скорее коню в жопу даст, чем на энцефалографический шлем посмотрит.
Для Роберты как раз в этом проблем не было. Совсем.
Посетителей в свой разум она пускала без сложностей.
- Робби, да ты совсем ледяная, - в голосе Сапфир прорезалось беспокойство. - Заболела?
- Не знаю... - Атлас неожиданно перегнулась пополам и её вырвало.
- Чёрт, да не буду я к тебе приставать!
- Таня, всё в... - Роберту вывернуло снова. - Всё в порядке... Ты мне нравишься... но сейчас время очень не подходящее...
- Для друзей — Элли. Сколько у тебя было загрузок?
- Не помню. Много... Всё в порядке, - Роберта и сама себе не верила.
- Прости, если вопрос слишком личный. Я тебя всегда здесь вижу... ты с работы уходишь вообще? Берлога есть какая-нибудь?...
- Нет... Как-то не до этого было...
Лицо Сапфир резко посерьезнело.
- То есть всё это время ты со студии не вылезала. Слушай, Робби... давай ко мне. Выспишься, а там расскажешь старушке Натаниэль, как ты дошла до такой жизни.
Роберта задумалась. В словах Сапфир был смысл — а уж в деле обмена разумов Атлас разбиралась. Но в этот момент их увидел менеджер.
- Атлас, у нас клиент! Заказ на групповуху, первый блок, три на семерых, один пассажир. Давай быстренько...
- Она не может, шеф! - сказала Сапфир; но обычно милый и обходительный менеджер салона в этот раз на такового не походил совсем.
Это, пожалуй, было страшно — он ни слова не сказал, но лицо сделалось такое, что стало ясно — если Сапфир скажет ещё хоть слово, её закопают.
- Всё в порядке, Таня, - Роберта распрямилась. - Я могу работать. Просто плохое самочувствие.
- Без проблем, - в голосе менеджера прорезалось участие. - Оплата по двойному тарифу, возьмешь неделю отдыха за счёт заведения. Двести загрузок за шестьдесят дней!...
- Двести... - Сапфир осеклась. Посмотрела на менеджера. - А девочек без загрузки уже комплект?
- Решила сменить амплуа? Не возражаю. Первый блок, через пять минут, - менеджер пожал плечами и двинулся дальше.
Сапфир взяла Роберту за руку.
- Не знаю, зачем ты это делаешь, Конфетка. Но я буду рядом.
Атлас благодарно улыбнулась, и девушки стали пробираться к павильону.

5.

Первое чувство, которое испытал Дональд — неожиданность.
Решив поэкспериментировать с женским телом он, разумеется, заказал обычные лесбийские поиграшки, «нежные и ласковые», как было написано на сайте.
Вокруг же кипела бурная и стонущая многорукая и многоногая жизнь, на которую было очень сложно реагировать бесстрастно — собственно, его тело и реагировало, активно подмахивая тазом ходящему внутри его тела поршню.
Женское тело, в котором он оказался, стояло на четвереньках, и кто-то изо всех сил трахал его сзади.
Прямо у его...то есть её... лица другая девушка, эффектная блондинка с внешностью Снежной королевы обрабатывала ртом мужской член, и Дональд напрягся.
Он не планировал быть участником происходящего, но прежде чем он успел что-то предпринять, его захлестнула волна гормонального возбуждения... смешанная с желанием поцеловать лежащую под ним блондинку прямо сейчас.
И это было так неожиданно, что он даже не сразу понял, что тело, в котором он оказался испытало оргазм.

6.

Ричард Брукс посмотрел на Лафферти с брезгливостью.
Пожилой мужчина в комбинезоне заключенного, внезапно вставший на четвереньки и задвигавший тазом выглядел отвратительно... и не требовалось никаких познаний в психиатрии, чтобы понять, что у Мика Лафферти поехала крыша.
Окончательно и бесповоротно.
Адвокат нажал кнопку вызова охранника.
- Мне кажется, что к моему клиенту применялись пытки! - заявил он в лицо старшему конвоя, пока надзиратели с явной брезгливостью стягивали Лафферти руки за спиной. - Я буду требовать назначения медицинской экспертизы!
- Ваше право, - задумчиво протянул тюремный офицер.
Ричард Брукс понял, что именно он обеспечивал частную беседу его и мафиози — и, разумеется, не предполагал, что деловой разговор закончится таким итогом.
- Чёрт, я вляпался в ЭТО, - выругался кто-то из охранников со стороны Лафферти.
Адвокат иронически коснулся пальцами своего «ментора», будто полей несуществующей шляпы и вышел из камеры.
Следовало найти начальника тюрьмы... и запустить механизм назначения психиатрического освидетельствования.
А к вечеру не помешало бы покинуть страну.


8.

Лафферти несколько раз моргнул глазами.
Он уже и забыл, что можно было ТАК видеть; всё-таки, глаза с возрастом явно видят хуже.
Несколько раз вдохнул, проверяя реакции своего нового пристанища, пошевелил пальцами, привыкая к отклику. Всё было иначе - будто он помолодел лет на тридцать, сбросил килограммов сорок веса, обзавелся отзывчивой нервной системой, молодостью и... эрекцией.
Лафферти стащил нейроинтерфейс с липкой от проводящего геля и пота головы, огляделся.
Обычная комната подростка - плакаты с полуголыми девицами на стенах, какая-то порнография на мониторе, несколько электронных книг  с экранами разного размера...
Лафферти прислушался. Судя по всему, в апартаментах он был один.
Это было хорошо - можно принять душ и привести себя в порядок после джампа.
Но сначала требовалось уладить дела.

Фон лежал на столе, и Лафферти быстро выстучал цифры кода. Соединения и разговора не требовалось - набор цифр отправился в несколько разных адресов, подтверждая участникам успех трансплантации сознания и ввод в действие давно разработанного плана действий.
Большая игра началась.

9.

Дональд продолжал целоваться с блондинкой, но та отвечала уже без прежней страсти, хотя и охотно.
- Робби, дурная совсем, опомнись... - наконец сумела выдохнуть она, беззвучно смеясь, - Сеанс кончился!  Хотя... я и подумать не могла, что настолько тебе нравлюсь!
Дональд несколько раз моргнул, потом оторвался от губ подружки, подтянул ногу под живот, и уселся по-турецки.
В комнате действительно произошло изменение атмосферы. Оргия кончилась, начиналась проза жизни.
В дальнем углу парочка молодых людей, интересующихся друг другом больше, чем присутствующими в помещении полуобнаженными красавицами брызгали друг в друга из баллончиков с гигиеническим спреем.
Здоровенный парень, который, судя по всему и был причиной оргазма арендованного Дональдом тела, весь покрытый серебристой татуировкой, нажал пальцем на несколько завитушек на своей груди, и эрекция, делающая его тоже татуированный уд похожим на стрелу подъёмного крана стала опадать.
Поймав взгляд Дональда, он подмигнул.
- Металлизированный гель, омбре. Я весь им татуирован. Дублирует мою нервную систему, ну и эрекция по заказу - очень, знаешь ли, востребована в нашем бизнесе.
- Погоди, Джек, это не Атлас? - спросила блондинка из-за спины Дональда.
- Конечно нет! По глазам видно, что парень несколько задержался.
- Простите... Я не понимаю... - выдавил из себя Дональд, и осекся, потому что голос был, разумеется, не его.
- Ничего страшного, обычный сбой сети, - Джек пожал плечами и протянул руку - Идём, надо вернуть тебя домой.
Дональд принял помощь и поднялся. Ощущение было странным - психологически он чувствовал себя так, будто у него подгибались коленки, а вот тело, которым он управлял встало легко и гибко. И... хотя сознание Дональда явно хотело выдавить из надпочечников хоть сколько-нибудь адреналина, но тело никаким нервным реакциям не поддавалось вовсе. И это давало ощущение невероятной уверенности, будто Дональд управлял неуязвимым танком.
- Эй, а откуда ты знаешь, что это парень? - засмеялась блондинка, подойдя к Джеку и кокетливо посмотрев на Дональда.
- По глазам, Таня. Я уже десять лет в деле, застрявших пассажиров видел неоднократно.
Но нам нужно пройти к менеджеру.

10.

Опасность в этом теле ощущалась совсем иначе.
Никакого адреналина. Никаких эмоций. Никаких мышечных спазмов и зажимов. Абсолютно ровное дыхание.
Можно полностью отдаться планированию, не отвлекаясь на обычные стрессовые реакции.
И...
Дональд неожиданно понял, что у этого тела есть только один недостаток. Нужно двигаться медленнее. Сжимать руку слабее.
Как он машинально взял со стола карандаш, казалось, вообще никто не заметил. И как он превратил его в труху тем же движением - тоже.
Собственно, погрузившись в эти осознание этого факта, Дональд даже не сразу сообразил, что ему говорит сидевший напротив него администратор.
- Поверьте, ничего страшного не происходит. То, что вы сейчас здесь - не более чем синаптический эффект, мерцание мысли. Через некоторое время ваше сознание очнется у вас дома. А здесь, в нашем заведении, очнется актриса, чьим телом вы пользовались. На самом деле, для ваших настоящих сознаний как-будто бы ничего и не случилось, вы меня понимаете?
Дональд несколько раз моргнул глазами. У него сложилось стойкое ощущение, что он управляет зумом.
Но, судя по всему, менеджер говорил уже давно, и нуждался в какой-то реакции.
- То есть, вы хотите сказать, что я - это не я, не так ли?
- В общем, да. Поэтому я и прошу вас войти в наше положение, и исправить то, что все равно будет исправлено естественным путем.
- И что вы предлагаете?
- Вы оденете нейроинтерфейс и мы отправим ваш текущий слепок сознания по вашему электронному адресу. Ну, дополним файл, так сказать. Наша работница вернется к нам, а вы снова будете дома, у компьютера...
- Я настолько блондинка?
- Ну, скорее да, чем нет... Простите, о чем вы?
- Нейроинтерфейс все ещё на мне. Если бы вы могли сделать то, что говорите, почему вы этого ещё не сделали?
- Ну, вы же понимаете, законодательство нашей страны не одобряет подобные путешествия. Произошел обрыв линии связи, сейчас наши инженеры восстановили его...
- Да, теперь я понимаю. Я хочу вернуться домой. Что нужно сделать?
Дональд посмотрел в глаза менеджеру, но в глазах того вообще ничего не мелькало.
Зато... Запах изменился.
Чувствительным обонянием Дональд никогда не отличался, у его теперешнего тела, как он только что осознал, с этим всё было в порядке.
Просто нюх ему резало абсолютно все, вот мозг и обрезал новый канал информации до минимума.
А между тем от менеджера пахло опасностью. А вот сейчас ещё - и недоумением. Он явно предполагал, что уговаривать Дональда придётся дольше.
- Что ж, если вы согласны, то вам нужно будет воспользоваться стационарным интерфейсом нашего заведения.
- Что ещё за стационарный интерфейс, Дуг Римсби? - удивилась Таня.
- Сапфир, ты же никогда не одевала тродов. Джек, уведи девушку.
- Нет уж, я останусь! Я тааакая любопытная!
Менеджер скривился, а потом нажал несколько кнопок на своем столе.

В открывшуюся в стене дверь вошло несколько человек.
- Что-то непохожи вы на инженеров! - заявила Таня.
Дональд даже не улыбнулся. От людей пахло озоном и жжеными контактами... лучевым оружием.
Лучевое оружие не оставляет следов для экспертов-криминалистов. Оно и тел-то не оставляет... в пригодном для опознания виде.
Римсби скривился.
- Ну вот, ребята. Все вы испортили. Можно же было сделать все по тихому...
Он повернулся к Дональду.
- Идем, пассажир. Не надо портить ковры в моем кабинете.
Дональд встал со скамейки. Медленно, как только мог, хотя всё равно получилось быстро.
- И зачем все это? - спросил он. - В смысле, беседовать со мной? Зубы заговаривали?
- У меня слишком ретивые подчиненные, - Римсби был абсолютно холоден. - Так бы вывели тебя спокойно из борделя...


11.

На экране коммуникатора сверкнули цифры долгожданного кода. Зомбо опустил створку окна, кивнув одному из "беженцев".
- Торрен, работаем. Для простоты - валим всех. И чтобы никто не ушел! Никаких следов не должно остаться!
- Без проблем, командир! -
Торрен шутовски отдал честь и отбросив лохмотья извлек ствол - древний, но по прежнему надежный двадцатизарядный гранатомет калибром двадцать три миллиметра с кумулятивными зарядами.
- Всё ещё пользуешься этим старьём? - Зомбо искренне удивился.
- "Стук-стук" по прежнему хорош, если нужно войти туда, где нас не очень хотят видеть. Рейлган шинкует снаружи, но внутрь тоже надо зайти и проверить, что в живых никого нет...
Тут Торрен несколько изменился в лице - так, что даже прижал замаскированный под ушную раковину наушник плотнее к голове.
Он перевел взгляд на Зомбо.
 - Простите, босс. Бордель уже атакуют!
- КТО?!
- Не могу знать. Но их человек двадцать, и они там Сталинград устроили.


Рецензии