Жених

         Василий задумался о своей холостяцкой жизни. Возраст у него - под сорок лет. Обратил внимание на Лариску - продавщицу из сельского магазина. Баба полная - что называется в теле и разведённая - дочку воспитывает.
   На днях Васька забежал в магазин. Покупателей не было, а  за прилавком  Лариса улыбается. Взглядом, как будто влюблённым, на него  смотрит,  и взор многообещающий с него не сводит, и нежным голосом  предлагает:
         - Что желаете? Купите это или это!
  Показалось Ваське,  что если бы  прилавка   между ними не было  - она бы его расцеловала. Раньше он не замечал её. Из одной деревни - в сельской восьмилетке учились Василий растерялся - к нему с такими любезностями, а он в замызганной куртке, в помятой бейсболке, не бритый, с отмороженным красным носом.  Мелочи в карманах нашлось на буханку хлеба и банку консервов - килька в томате. Уходя, разглядел Васька у открытой двери в подсобку элегантно одетого  мужичка -   хозяина магазина Сучкова. Он не местный - из города. Василий, шагая по деревне, думал о делах насущных, а мысли сбивались на Лариску: «Что если понравился он ей, может, влюбилась?» - не выходило из головы.
      В выходной, прихватив бутылочку беленькой, направился он в другой конец  деревни к Зарубину Анатолию, которому Лариска  приходилась роднёй  и жила от него неподалёку. С ним на пилораме Василий работал.  Мужик дельный и возрастом старше -  плохого  не посоветует.  Будучи уже навеселе, Анатолий  гостю обрадовался  и  похвалившись,  что у него есть покрепче,  поставил на стол  початую бутылку с самогонкой.
           - Сучка ты видел и понравился ты Лариске, - хмыкнув, хозяин дома опрокинул в себя полстакана своей крепкой и даже не закусив, заорал: 
           - Подстава Вася! Я у Сучка грузчиком тяготился. Года два, как прошло. Шесть тысяч дал за месяц - хапуга.  У него две продавщицы, так он им инструкции задаёт. Я сам слышал. Должны они всем улыбаться, не грубить покупателям, потому что за границей без покупок из магазина не уходят, из-за того, что продавцы вежливые. Вот Лариска и танцевала перед тобой - он же за ней подглядывал. А так ей палец в рот не клади. Если что матом в три ряда обложит, как боцман и по фени может! Ты слов таких не слыхал!               
            - От неё не слыхал, - качнул Василий головой.
   Зарубин  потыкал вилкой в тарелку с закуской и отправил в рот кусок солёного огурца. Пьяными глазами внимательно посмотрел на гостя,  плесканул в стакан самогонки - вылил в себя и  хмыкнул:
             - Вот ты ходишь по деревне - кто на тебя посмотрит? Нос у тебя красный. А Лариска с моей выдрой ходит. Два сапога пара.
             - С тётей Валей - переспросил Василий, - она у вас широкая, большая!
             - Большая, - многозначительно подтвердил  Анатолий, - она мне всю плешь переела. Вчера с Лариской в телевизор уставились, а показывали  про маньяков. Кто  сколько душ загубил?  Украинский один  о своих достижениях рассказывал - сколько людей замочил. А к нему девка молодая ездит. Хочет женой быть и ребёнка хочет.  Понятное дело - он телезвезда, знаменитость. Что хотел в жизни, то и сделал. Хотел людишек покрошить и покрошил. А баб их к знаменитостям тянет, как банный лист липнут.  Другой душегуб  из Москвы. Битцепский парк  у него был  для прогулок. Тоже телезвезда - знаменитость. Ему вопросики задают, а он учит, как надо жить. К нему тоже девка приезжает. Свадьбу хотят, ребёнка заиметь и всю жизнь ждать его будет. Вот что значит популярность!  Лариска когда смотрела - в ящик носом упёрлась.  Если бы  залезть в него  можно было - она бы влезла. А ты Вася, - изрядно захмелевший Зарубин поднялся над столом, держась за его край, - ходишь по деревне и штаны не подтягиваешь - красный нос. Чего ты добился? На тракторе ты навоз возишь! Какая девка с тобой свяжется? -  Анатолий  безнадёжно помотал головой и, вылив в стакан остатки своей крепкой - проглотил их. - У тебя Вася хошь не хошь - одна дорога. Бери топор и за деревню, в посадки, где поворот с трассы. Бабы все  там ходют. Баб здешних не уважаю. Все гонют, а что бы по-соседски  похмелить - на тебе выкуси. Но тут смотри!  Вальку мою встретишь - тут смотри. Промахнёшься - второй попытки не будет. Сто тридцать килограмм. Ты этот танк знаешь. Она тебя между ног зажмёт, а это больно, - Зарубин почесал своё красное ухо и поморщился, но тут же приободрился. - Зато потом, когда   посадят тебя в  камеру, всё чистенько, аккуратненько. Приедут к тебе журналисты интервью брать. Вопросы зададут:« А как вы так сумели? А какой вы не простой? А сколько вы людей на самом деле? »  По телеку покажут. Телезвезда будешь! Бабы к тебе потянутся. Лариска, - Анатолий  махнул рукой в окно, которое выходило на улицу, -   первая к тебе прискочит. Вот так вот! Наливай и пей!
    Василий обхватил ладонью стакан с водкой, поднёс к губам и осушил его. Чуть помедлив, проделал тоже самое ещё раз. Закусив огурцом, снова попросил водки, на что Зарубин шумно вздохнул, но стакан наполнил. Опьяневший Васька, как в тумане увидел широкую тётю Валю, которая за шиворот оттащила хозяина дома от стола и, навалившись на него, зажала его между ног, а жирной рукой, с размаху попала ему по уху. Разглядел Вася  перед собой Ларису и потянулся к ней, но лицо её не показалось приветливым, каким было в магазине. Обхватила она его  цепкими руками и, как мешок набитый дерьмом, почти волоком вытащила  за дверь на ступеньки.
            - Фраера жёваные, алкашня подзаборная, -  выругалась Лариска и пинком под заднее место толкнула его к калитке.   
     На следующий день, после работы,  намучившись с похмелья,  зашёл Василий в магазин. Никого кроме Лариски там не было. Увидев его, она непонятно почему сделалась обходительная и даже ласковая. Приблизилась, задышала неровно и давай вокруг него выхаживать, словно собралась пылинки с его грязной спецовки сдувать. Попросила проводить её с работы до дома. Василий проводил, а вскоре и жить к ней переехал.
      Оказалось, как стало известно потом, Анатолий  проболтался Лариске, что приходил Васька её сватать и слышал он, как супруга его Валентина и Лариска  обсуждали Васину кандидатуру и говорили: «Где у нас мужика-то приличного найдёшь? Хоть такой-то».               


Рецензии