33. «Я вырезал посох из дуба…»
Я вырезал посох из дуба
Под ласковый шопот вьюги
Одежды бедны и грубы,
О, как недостойны подруги!
Но найду, и нищий, дорогу,
Выходи, морозное солнце!
Проброжу весь день, ради бога,
Ввечеру постучусь в оконце.
И откроет белой рукою
Потайную дверь предо мною
Молодая, с золотой косою,
С ясной, открытой душою.
Месяц и звезды в косах…
«Входи, мой царевич приветный.»
И бедный дубовый посох
Заблестит слезой самоцветной…
25 марта 1903
Уж не будем придираться и просить уточнить: сколько кос у «молодой» – одна: «…с золотой косою» или некоторое не исчисленное количество: «Месяц и звезды в косах», обратим внимание на явную эйфорию, и затаенное чувство вины: и подруги – «недостойны», и сам он – «нищий», и дверцу перед ним, «царевичем» открывают «потайную», и его посох блестит «слезой».
И напомню стихотворение-вступление к «Стихам о Прекрасной Даме»:
Отдых напрасен. Дорога крута.
Вечер прекрасен. Стучу в ворота.
Дольнему стуку чужда и строга,
Ты рассыпаешь кругом жемчуга.
Терем высок, и заря замерла.
Красная тайна у входа легла.
Кто поджигал на заре терема,
Что воздвигала Царевна Сама?
Каждый конек на узорной резьбе
Красное пламя бросает к тебе.
Купол стремится в лазурную высь.
Синие окна румянцем зажглись.
Все колокольные звоны гудят.
Залит весной беззакатный наряд.
Ты ли меня на закатах ждала?
Терем зажгла? Ворота отперла?
28 декабря 1903
Вступлением к книге, рассказывающей о попытке «совершить несовершаемое» оказалось стихотворение из времени, когда неудача попытки становилась очевидной, когда становилось очевидным, и что предчувствие:
«Всё в облике одном предчувствую Тебя.
4 июня 1901. С. Шахматово»
Предчувствие, что «ты» и «Ты» явлены в одном образе – ошибочны. Что «потайная дверца» и «ворота» – ведут в разные апартаменты.
И в данном стихотворении, в данной главке трехтомника вочеловечивания, «Царевна сама» царственные черты подрастеряла, и встречает она – любовника, а не любимого, встречает нищего, с занятным посохом, то есть «поэта и человека», а не «провидца и обладателя тайны».
(И напомню о литературном источнике девицы в тереме: «Источник ее — стихотворение Я. Полонского «Царь-Девица», оказавшее огромное воздействие на образную систему «Стихов о Прекрасной Даме».» Д.М. Магомедова. Автобиографический миф в раннем творчестве А.А. Блока («Стихи о Прекрасной Даме»)
Приведу упомянутое стихотворение полностью:
ЦАРЬ-ДЕВИЦА
«В дни ребячества я помню
Чудный отроческий бред:
Полюбил я царь-девицу,
Что на свете краше нет.
На челе сияло солнце,
Месяц прятался в косе,
По косицам рдели звезды,—
Бог сиял в её красе…
И жила та царь-девица
Недоступна никому,
И ключами золотыми
Замыкалась в терему.
Только ночью выходила
Шелестить в тени берез:
То ключи свои роняла,
То роняла капли слез…
Только в праздники, когда я,
Полусонный, брел домой,
Из-за рощи яркий, влажный
Глаз её следил за мной…
И уж как случилось это,—
Наяву или во сне?!
Раз она весной, в час утра,
Зарумянилась в окне: —
Всколыхнулась занавеска,
Вспыхнул роз махровых куст,
И, закрыв глаза, я встретил
Поцелуй душистых уст.
Но едва-едва успел я
Блеск лица её поймать,
Ускользая, гостья ко лбу
Мне прижгла свою печать.
С той поры её печати
Мне ничем уже не смыть,
Вечно-юной царь-девице
Я не в силах изменить…
Жду, — вторичным поцелуем
Заградив мои уста,—
Красота в свой тайный терем
Мне отворит ворота…»