Перевод. Тим Миллер. Техас. Ад на земле. Гл. 17

Мэдди стояла над телами двух мужчин, или бывших мужчин, которые теперь были кровавой кучей. Они не переставали кричать, поэтому она отрезала их яйца и засунула им в рты. Так, Чип сосал яйца Даррена и наоборот. Она заклеила им рты, чтобы они их не выплюнули.
Она считала, что это очень смешно, как выглядят их опавшие члены, с пустыми мошонками. Это было так смешно, что она разразилась смехом сразу после того, как отрезала их Чипу. Она тоже чувствовала себя немного виноватой. Ну, не совсем так. Она думала, что это было дико смешно. Однако, Чип плакал, как маленькая сучка. Он не переставал всхлипывать. Сначала они вели себя немного грубо, но как только их яйца исчезли, они действительно превратились в пару сучек.
После удаления шаров она отрезала им несколько пальцев. Сейчас она стояла над Дарреном, засунув большой палец чипа ему в задницу. Она уже засунула туда пару пальцев, и большой палец был упрямым. Оглядевшись вокруг, она схватила одну из туфель парней и каблуком забила его. Даррен выл сквозь ленту и яйца с каждым ударом. Палец, наконец, вошел, но она услышала какой-то шум.
Звук был низким и глубоким и исходил из глубин самого ада. На самом деле, из желудка Даррена, и Мэдди отскочила от него, как раз вовремя, когда дерьмо брызнуло из его задницы, как коричневый гейзер. Ей удалось не запачкаться, но дерьмо попало на Чипа, который лежал на спине, напротив Даррена. Так что, к сожалению для Чипа, дела у него были полное дерьмо. Мэдди увидела, что дерьмо попало ему в глаза и на нос, и рассмеялась. Она не могла перестать смеяться, потому что, несмотря на ее стремление убивать, ей все еще было пятнадцать, и дерьмо – для нее было смешной шуткой.
Она смотрела, как Чип корчится и катается, пытаясь очистить лицо от летящих какашек. Даррен лежал и плакал, слезы текли по его лицу, когда Мэдди подошла к нему и опустилась на колени.
- Что случилось? - она спросила. - Вы, ребята, планировали изнасиловать меня, не так ли? Я всего лишь ребенок. Я видела, как вы смотрели на меня. Я знаю этот взгляд. Каков был план, использовать меня, а потом оставить умирать? Поэтому ты плачешь? Потому что я опередила тебя? Я бы сказала, в следующий раз, не стесняйтесь. Но у твоей тупой задницы не будет следующего раза.
Она посмотрела на них обоих и решила, что они оба слишком мерзкие, чтобы делать что-нибудь еще. Она была не против пролить кровь, но ей не хотелось играть с дерьмом. Нет уж, это не для нее. Она пошла в ванную и порылась под раковиной, где нашла несколько свежих мусорных пакетов. Она подошла и осторожно надела им их на головы, завязав узлом на шее.
Сразу, люди начали дергаться и вертеться, с приклеенными руками и без яиц. Она наблюдала за ними несколько минут, прежде чем они полностью затихли. Как только они умерли, она пошла в ванную, приняла душ и переоделась. Она умудрилась не запачкать себя кровью, но всегда было приятно освежиться.
Переодевшись, она нашла ключи, которые Чип оставил на столе, и порылась в их сумках. Она взяла травку и положила ее в рюкзак вместе с пятью сотнями наличными, которые нашла. Она вышла на улицу, в ночь и прошла на парковку. Единственными, кого она видела, были парень, который выглядел испуганным, и женщина в ковбойской шляпе, разговаривающая с ним, пара была через несколько домов.
Она нашла машину и залезла внутрь, завела ее. Теперь она была более опытным водителем. Ей потребовалась минута, чтобы найти, где включают фары. Мэдди выехала со стоянки на дорогу. Честно говоря, ей нужно было немного поспать, но она не собиралась спать в комнате с двумя вонючими, покрытыми дерьмом мертвецами. Она задумалась, может ли запах учуять кто-нибудь до уборки утром. Это не имеет значения, она уже будет далеко. Никто не видел, как она входила или выходила, насколько она могла судить. Без сомнения, она оставила отпечатки пальцев, но, так как она была несовершеннолетней, ее не было ни в одной базе данных, поскольку она была под опекой государства, а не в системе содержания под стражей.
Она ехала почти час, наедине со своими мыслями. Это было мило, то, что она хотела попробовать, началось так рано. И все же она понимала, что у нее впереди еще целая жизнь. В пятнадцать лет она достигла гораздо большего, чем большинство детей ее возраста. Она даже не была уверена, скольких людей она убила на данный момент. Ей навстречу ехала машина. Она не обращала на нее внимания, пока она не приблизилась. Это была полицейская машина. Она пыталась вести себя нормально, хотя и не была уверена, как это выглядит.
Полицейская машина проехала мимо. Она не могла видеть офицера, но была уверена, что тот смотрел на нее, проезжая мимо. Мэдди продолжала ехать, стараясь не ускоряться и не замедляться. В конце концов, это не имело значения. В зеркале заднего вида она увидела, как полицейская машина развернулась и включила фары. Черт! Мэдди должна была думать быстро. Съехать на обочину и поиграть в дурочку? Дело в том, что она была за рулем. Не было никакого способа объяснить это. Она не знала, нашли ли они тела в мотеле, или коп остановил ее из-за чего-то другого. Но если она остановится, ее так или иначе задержали.
Остался один вариант. Бежать. Когда полицейские огни вспыхнули позади нее, приближаясь, Мэдди нажала на газ. Скорость увеличилась так, как она никогда не водила, автомобиль разогнался до семидесяти пяти - восьмидесяти пяти, и вскоре она выжимала уже сто пять. Полицейская машина мчалась за ней, Мэдди надеялась каким-то образом от них оторваться. Может, у них кончится бензин или они разобьются. После первого крутого поворота Мэдди чуть не потеряла контроль. Скорее всего, именно она упрется головой в дерево. Не то, чтобы ей этого хотелось, но она не собиралась возвращаться в приюты. Ей потребовались годы, чтобы выбраться. Ни один коп не отнимет у нее свободу.


Рецензии