Сколько вас, сыночков

               
   Марии не повезло с самого начала. Будучи первым ребенком в семье, она оказалась презираема сначала отцом, а потом и матерью. Может, батя всерьез подозревал в измене свою женушку, а, может, потому, что уродилась Машенька «не в мать, не в отца, а в проезжего молодца». То есть, не была похожа на родителей: маленькая, юркая, востроносая и щуплая.
   Росла Маша в родной семье, как сирота приблудная: никто её не жалел, никто за человека не считал. Другим, более поздним, детям досталась вся родительская любовь. Вот и выросла она безответной, забитой и испуганной мышкой, обиженной на весь белый свет. Скупая и нелюдимая. И замуж пошла за первого, кто посватался.
   Василий Митрофанович оказался хорошим человеком, мастеровым и добрым. Но вот беда: рожденные Марией младенцы умирали один за другим. Просто заходились в плаче, синели и задыхались от собственного крика.
   - Я не вожливая, - говорила Марья, - не могу детей вынянчить. Умирают они у меня.
   Удалось только двоих вЫходить, Володю да Галю. Да и то потому, что бабушка мужа вмешалась, детишек взялась понянчить. А то бы и этих потеряли, ведь похожие приступы удушья и у них случались поначалу.
   А когда Володе годик исполнился, прохожая цыганка обронила онемевшей матери:
   - Утонет он у тебя, берегись!
   Истово и исступленно Мария молилась за единственного любимого сына. На речку купаться с ребятами не отпускала, ругала за непослушание. Да разве шустрого мальчишку удержишь! Володя рос самостоятельным, умным и любознательным парнишкой. Любая техника в его руках оживала, инструменты словно прикипали к рукам и слушались безукоризненно. Живой ум и природная смекалка перешли к Володе от отца и деда.
   Только вот беда: прадед Никифор, дед  Митрофан и отец Володи Василий ушли из жизни ровно в 37 лет. Прямо как проклятие какое-то.
   Сказывают, Никифор пришел с царской военной службы с конем. Это была большая удача, ведь все крестьянские работы шли на конской тяге: машин и тракторов тогда не было. Поле пахать и сено да  дрова возить надобно. И надо ж было такому случиться: упал Никифор с коня так неудачно, что заворот кишок у него приключился. Докторов в деревне не было, спасти не смогли.
   Дед Володи Митрофан Никифорович, говорят, ногу сломал. Травма была нешуточная, в 37 лет скончался хозяин от заражения крови, если люди не врут. А сын его Василий пришел с фронта в Отечественную с простреленным лёгким. И тоже ему Бог долгого веку не дал. Оставил Вася сына сиротой, а жену – вдовой с двумя детишками на руках. Вот и пласталась Мария в колхозе за себя и за мужа, чтобы детей вырастить. Сёстры Шура и Нина, брат Алексей не помогали, поскольку и роднёй-то не считали по семейной  традиции. Мария Степановна по крошечке, по копеечке несла в дом, чтобы деток прокормить. Тут и пригодилось голодное детство, печальный опыт помог пережить все трудности.
   Цыганское пророчество между тем сбывалось: Володя тонул в своей жизни не единожды.
    Как-то раз с ребятами пошли летом купаться. Володя уже плавать хорошо научился, всё-таки на реке вырос. Река Луза в этом месте широкая, полноводная. По ней много лет лес сплавляли, поэтому всё дно там топляками усеяно. И получилось так, что парень нырнул, а нога между бревнами застряла, вынырнуть не получается. Бился-бился, ничего не выходит, уже задохнулся почти. Остатками сознания заставил себя поднырнуть вниз, нога повернулась между стволами и освободилась. Едва выплыл.
   В 1966 году пришла пора Володе в армию идти. И призвали его не куда-нибудь, а  на флот. В те годы моряки по четыре года служили. После «учебки» командиры предложили серьезному и ответственному бойцу выбрать:
   - Решай сам, где ты хочешь служить:  Черноморский или Северный флот?
   Он и выбрал. Север, понятное дело. Такой уж человек Володя Сокольников. Характер!
   Срочная служба в приполярных широтах – не сахар. Но наши парни не из мякины сделаны: вместе с командой преодолевают все трудности и лишения военной жизни. Холод и пронизывающий ледяной ветер не в силах сломить их волю. Но бывает, что разбушевавшаяся стихия сметает человеческие пылинки с лица земли без следа.
   Случилось так, что во время ужасного шторма прямо у Володи на глазах всю его команду бешеной волной смыло с палубы в открытое море. Поболтало, как щепки, и унесло в морскую пучину. Ребята погибли в одну секунду. 
    «Сколько вас, сыночков, синеньких цветочков, там на дне покоится морском…»
   До конца своих дней Володя скрипел по ночам зубами, снова и снова переживая этот ад, не в силах забыть гибель своих сослуживцев. Во сне каждый раз он бился со свинцовой безжалостной ледяной волной,накрывающей с головой…  Видимо, очень уж сильна была мамина мольба Боженьке сохранить, уберечь сына от беды и от воды… Не зря говорят: материнская молитва со дна моря достанет. Так и случилось, ведь на палубе только он один и остался...
   А в 1969 году вышел Указ, что моряки служить будут только три года. Володю демобилизовали. Ох, и покуролесил он тогда: гонял на мотоцикле, а потом – на «Москвиче», как угорелый!
   - А что: мне на роду написано 37 лет прожить, так пусть хоть весело будет! – смеялся тогда.
   В 27 лет Володя Сокольников женился, дочка Танюшка родилась. За заботами и хлопотами не заметил, как до сорока дожил. Юбилей закатил знатный! И пусть говорят, что сорок лет не отмечают, а у него особый счет годам имеется!
   Много воды утекло с тех пор. На охоте и на рыбалке Володя пропадал неделями, всякие случаи бывали, да не все запомнились. В 53 года, когда на берегу поминали с друзьями безвременно ушедшего товарища, Володя выпил вместе со всеми за упокой души и решил не наматывать километры в обход по берегу, да по мосту.
   - Вон он, мой дом, на противоположном берегу, рукой подать.
   Зажал в руке ключи от гаража, от работы, от оборудования, снял одежду и поплыл. Сам выпивший, река широкая, вода холодная… К середине повыдохся, устал. А там топляк из воды торчит.
   - Дай, - думает, - передохну малость!
   И навалился на бревно. А топляк возьми да и уйди на самое дно, и Володя с ним. Кое-как выбрался на поверхность, усилием воли заставил себя добраться до берега. Идёт домой мокрый, его качает от пережитого, колотит всего мелкой дрожью,  но ключи из рук не выпустил, аж костяшки пальцев побелели… Это же ключи от работы, как можно потерять! Чувство долга для нашего Володи – превыше всего. Сам чуть не погиб, но дело своей жизни не предал. Такой уж человек…
   Было даже однажды, что он в лютый мороз в тайге заблудился и замерзать начал. Говорит, что уже зеленая лужайка привиделась, будто ручеек журчит и птички поют. Это часто перед смертью замерзающим мерещится. Да жена Валентина почуяла неладное, увидела во сне тот ручеек на поляночке и стала усиленно молиться за мужа, а кроме этого поднимать на ноги всех его друзей, чтобы ехали спасать Володю как можно скорее. Чудом спасся… И снова: работа, охота, рыбалка, хозяйство, дочь, внуки – всё, как у людей.
   Владимир Васильевич Сокольников закончил свой земной путь не в лесу, не в больнице, а дома – на руках у любимой супруги, в возрасте 71 года.  Редкий  ум, широкая душа и любящее сердце. Моряк Северного флота, труженик и умелец. Наш Володя.


Рецензии