Поляна

                Теперешний ужас пройдет со временем,
                мрак просветлеет, и, кроме того, кто
                знает, какие надежды может принести нам
                непрерывное течение грядущих дней? Какие
                перемены, какие судьбы? Злополучна
                теперь наша участь, но ее можно назвать
                счастливой, она еще не худшая и не
                ухудшится, если мы сами не навлечем на
                себя еще больших зол.
                Джон Мильтон «Потерянный рай»


Потерянный Рай – деревушка в рязанских лесах. Некогда здесь кипела жизнь, местные жители ходили в лес по грибы и ягоды, работали на лесозаготовке. Странное название для российской глубинки, но, видать, люди жили счастливо, растили детей, наслаждались тихой размеренной жизнью. Но что же произошло? Куда всё исчезло? Деревня опустела, жителей не осталось. Дома обветшали и их разобрал на дрова кто-то пришлый. О бывшей здесь когда-то деревне напоминают остатки асфальтированной дороги да руины каменного здания, вероятно, бывшего когда-то клубом или библиотекой.

Что если попробовать запустить вспять некие волшебные часы, с удивлением глядя на стрелки, непривычно крутящиеся в обратную сторону, всматриваясь сквозь пелену времени и пространства, попытаться увидеть всё, происходящее тогда.

                ***

Обычная семья. Макар, его жена Ярослава, двое мальчишек-сыновей девяти и одиннадцати лет. Ярослава разливает суп по тарелкам и накрывает на стол в зале. Мужчина включает телевизор, переключает пультом каналы, ища местные новости. Внезапно изображение искажается помехами, появляется «белый шум», сквозь который пытается прорваться изображение, но безуспешно. А звук! Не просто однообразное змеиное шипение, как это обычно бывает, а вперемешку с каким-то странным шёпотом. Слов не разобрать, но шёпот слышен точно.

Дети перепугались этой неожиданной поломки, с возмущением и криками убежали в другую комнату. Макар чертыхнулся и вышел во двор. Взял деревянную лестницу, приставил её к крыше и полез наверх, чтобы поправить телевизионную антенну. Иногда она косилась от ветра и теряла сигнал. То, что он увидел, стоя на крыше, заставило его забыть об антенне, обеде и телевизоре. Макар застыл с выпученными глазами и раскрытым ртом.

Издалека по небу в его сторону летел какой-то странный объект, огромный, состоящий из двух круглых плоских частей, соединённых между собой, и вращающихся относительно друг друга. Неопознанный летающий объект, а это был он, хотя такой терминологии в те времен ещё не было, летел на огромной скорости, не параллельно земле, а чуть под углом, совершенно бесшумно, только лишь свист ветра выдавал его огромную скорость. НЛО пролетел над домом Макара, где тот провожал его ошеломлённым взглядом, и унёсся в сторону леса, скрылся за кронами деревьев.

Макар спешно слез с крыши и ворвался в дом.
— Яра! Яра! – закричал он. – Там что-то огромное, невероятное пронеслось над нами. Никогда такого не видел. В лес полетело!!!
Видя возбуждённое состояние мужа, Ярослава не нашлась, что ответить.
— Ты уверен? Я ничего не слышала…

                ***

Макар побежал к куму Шурику, который жил в соседнем дворе. Тот сидел перед неработающим теликом, выдававшим всё те же странные помехи, и безуспешно пытался его настроить, нервно бил его ладонью по крышке.

— Тоже не работает? – спросил Макар, поздоровавшись. – У меня та же фигня, можешь не стараться чинить.
— Почему? – не понял Шурик.
— Я только что видел что-то очень странное, большая штуковина пролетела по небу в сторону леса, видать, она и дала помехи. У меня тоже не работает.
— Помехи ещё какие-то странные. – Шурик расстроенно смотрел в бело-серый шумящий экран. – Так что ты говоришь пролетело?
— Не знаю, никогда такой хрени раньше не видел. Давай на великах смотаемся в лес да посмотрим.

Мужики взяли велосипеды и помчались в ту сторону, куда улетел НЛО. Оставили железных коней на обочине, углубились в лес. В том месте, куда они шли, была большая поляна, и они интуитивно предположили, что летательный аппарат мог приземлиться там. Но в какой-то момент они оба остановились, словно натолкнувшись на что-то невидимое.

— Что это? Ты почувствовал? – ошарашено спросил Макар.
— Да, ударился. – вытянув руки вперёд, Шурик трогал невидимую стену перед собой.
Будучи совершенно прозрачной и невидимой, стена при прикосновении к ней белела, марево пробегало по её поверхности, будто тонкий слой морской воды вдруг застыл посреди леса. Мужики переглянулись. Если Шурик поначалу не поверил рассказам Макара, списал всё на розыгрыш, на какую-то странную фантазию или затею, то теперь дело приобретало всё более странный оборот.
— Что за чёрт там происходит? – раздражённо пробормотал Макар. – Видишь что-нибудь?
Они оба пристально всматривались сквозь стену в ту часть леса, что была им недоступна. Между деревьев мелькали какие-то тёмные силуэты, светил очень яркий свет, доносилось монотонное гудение.
— Что за ерунда, авария у них там что ли? – раздосадовано проговорил Макар, неудовлетворённое любопытство не давало ему покоя.
— Давай попробуем обойти стену, посмотрим, куда она ведёт и где кончается. – предложил Шурик. – Пойдём в сторону кладбища.
— Пошли. – согласился Макар.

Они пошли вдоль стены, время от времени прикасаясь к её поверхности, чтобы убедиться в её наличии. Когда подошли к кладбищу, то оно тоже оказалось внутри периметра, обнесённого загадочной стеной. Всматриваясь сквозь стекло стены, мужики видели чёрные силуэты, блуждающие среди могил и какие-то светящиеся голубые шарики размером с теннисный мяч, что сновали в воздухе. Потеряв надежду попасть на поляну и рассмотреть севший там объект, Шурик с Макаром вернулись на дорогу, сели на велики и поехали к сельскому магазину.

Магазин – это сердце деревни. Тут все собираются обменяться новостями, посплетничать, просто по-соседски поболтать. На деревянную стену магазина кнопками вешаются бумажные объявления. Перед магазином уже толпились местные, обсуждали странные помехи в телевещании и ту неведомую штуковину, пролетевшую по небу. Ясно, что «ящик накрылся» из-за неё, но когда всё наладится - неизвестно.

Макар с Шуриком рассказали, что видели в лесу. Новости были восприняты ещё более эмоционально, чем телик и штуковина. Уже смеркалось и идти в лес на ночь глядя никто не захотел, решили пойти на поляну на следующий день, если только исчезнет та странная стена.

                ***

На следующий день Макар, Шурик и несколько местных пришли в лес. Прозрачная стена исчезла. По мере продвижения по лесу к поляне, обычные лесные растения сменялись некой странной растительностью.

— Что это? Ты когда-нибудь такое видел?
— Мужики! Невероятно!!!
Растения, обычная трава и ещё какие-то зонтичные типа укропа и тысячелистника были высотой два – два с половиной метра. Чтобы пройти к поляне, приходилось пробираться через них, как сквозь джунгли. В какой-то момент «джунгли» закончились и перед путниками возникла та самая поляна в лесу. Контраст ошеломил – трава на поляне оказалась низкой и пожухлой, словно вдруг наступила осень.
— Невероятно!
— Наверное здесь эта штуковина приземлилась. – предположил Макар.
Мужики крутили головами, поражаясь контрасту в высоте растений и ища какие-нибудь ещё странности в этом месте.
— Давайте пойдём в сторону кладбища. – предложил Шурик.

Остальные молча последовали за ним, продолжая оглядываться по сторонам. Было очень тихо, не пели птицы, молчали насекомые. Тишина пугала своей гнетущей напряжённостью. Когда солнце выглядывало из-за облаков и его лучи пробивались сквозь кроны деревьев, то, приглядевшись, можно было различить какие-то непонятные тёмные нити, как из тумана, что тянулись между стволов деревьев, соединяя кладбище и поляну.
— Мужики, смотрите! Вверх, на свет, видите?
Все посмотрели в указанном направлении.
— Что это?
— Не знаю, но давайте лучше поскорее уйдём отсюда, не нравится мне это место.

Оторопь взяла всех присутствующих, и они спешно вышли из леса, направились в сторону домов. Что же за тёмные силуэты и голубые шарики видели тут вчера Макар и Шурик? Как они были связаны с той летающей штуковиной и куда подевались теперь? Выяснять это не хватило смелости, естественное чувство самосохранения гнало как можно дальше от этого странного места. Обо всём увиденном участники похода рассказали у магазина и семьям дома. Ходить в лес было запрещено, мало ли что там ещё может быть.

                ***

Другой конец деревни.
— Мишаня, ты готов? – Фёдор подошёл к забору друга со стороны огорода.
Договорились заранее встретиться в условленном месте, чтобы благоверные не заподозрили об их намерениях и не «обломали всю малину».
— Да, пошли скорее, моя к соседке вышла. – быстро проговорил Мишаня, выходя через калитку в заборе.

Двое направились в лес, к той самой поляне, где произошли недавно те удивительные события. В руках каждый из них нёс по плетёной корзинке с едой и выпивкой, прихватили и небольшое покрывало, чтобы постелить на траву. Давно планировали поуменьшить запасы домашнего вина Мишани, но хотелось сделать это без зудений над ухом трезвой жены, сугубо мужским обществом. Телик, зараза, сломался одновременно у обоих, выдавая какие-то странные помехи с прорывающимися сквозь «белый шум» какими-то странными картинками и невнятным шёпотом. Так бы жёны сериал смотрели, теперь же раздражённые, ищут повод «попилить» и пристроить к хозяйству своих непутёвых мужей.

Уже почти дойдя по лесу до места расположения поляны, Мишаня с Фёдором одновременно охнули.
— Радиация тут что ли, едрить колотить? – выругался Фёдор.
Огромные зонтичные растения выше человеческого роста не могли не впечатлить. Мужики прошли дальше и вышли на поляну с пожухлой травой.
— А тут как будто кислотный дождичек прошёл. – присвистнул Мишаня, оглядываясь по сторонам и поражаясь контрасту между поляной и окружающей её растительностью. – Стрёмно тут как-то, может уйдём?
— Да ладно, не дрейфь, давай скорее пробовать. – нетерпеливо пробурчал Фёдор и начал расстилать одеяло.

Новости в деревне, как это ни странно, распространялись как-то неравномерно, поэтому Фёдор с Мишаней оказались не в курсе произошедших недавно событий. Разложили выпивку и закуску, которая начала быстро исчезать, чередуясь с тостами, байками, разговорами и спорами. Чисто мужское дружеское общение, вкусная еда и особенно что-то горячительно-расслабляющее – это одна из тех естественных потребностей мужского характера, которую нельзя игнорировать, лишать себя душевной разрядки от процесса. Спустя какое-то время, разморенные выпитым и осипшие от разговоров, мужики уснули на покрывале. Солнце уже лежало вровень с линией горизонта, но ещё не успело стемнеть. Вечер! Тонкая грань между светлой ясностью дня и сумеречной тайной ночи, со всеми её монстрами, живущими во мраке.

Первым проснулся Фёдор. Открыл глаза, сфокусировал взгляд на верхушках деревьев. Вздрогнул, когда над ним склонилась тёмная фигура. На контрасте с ярким пока ещё небом, черт лица было не разобрать. Но фигура хоть и была тёмной, но в то же время какой-то полупрозрачной, странно шевелилась, клубилась, как густой тёмный туман.
— Кто ты? – спросил Фёдор.
В ответ фигура вздохнула, издала какое-то утробное мычание. Фёдор поспешно сел, перед глазами замелькали белые точки, какие бывают, когда долго смотришь на свет, а потом переводишь взгляд на тёмное. Когда зрение адаптировалось, то фигур рядом было уже несколько. Из тёмного клубящегося тумана они в какой-то миг поочерёдно уплотнялись и приобретали чёткие очертания людей, только тёмных, каких-то странных, но вполне узнаваемых для Фёдора.
— Паша! Зина! Колян! Что вы тут делаете? Этого же просто не может быть!!! – заорал Фёдор, в ужасе озираясь по сторонам. – Вы же умерли, мать вашу!!!
В панике он начал расталкивать Мишаню. Тот долго переходил от сна к реальности, не понимая суеты и громких криков Фёдора. Сев, тоже начал озираться по сторонам. Когда оборачиваешься, то за спиной видишь всё новые и новые фигуры почивших друзей, родственников, соседей. Круг их начал сужаться. В ужасе, одновременно заорав, панически столкнувшись друг с другом, двое собутыльников, не разбирая дороги, помчались в сторону деревни.

Там, возбуждённо перебивая один другого, рассказали обо всём жёнам и соседям. Утром возле магазина обсуждали уже новые события, случившиеся в лесу на поляне, Фёдору и Мишане рассказали то, что видели Шурик и Макар. В рассказы про мёртвых большей части деревенских как-то не особо верилось, всё ими рассказанное больше походило на «страшилки», «померещилось» и «пить надо меньше».

                ***

Сон. Казалось бы, тривиальный физиологический процесс, событие, происходящее с нами каждую ночь с самого первого дня нашей жизни, с тех пор, как мы начинаем себя помнить, осознавать, сон никогда не казался нам чем-то особенным. Но так ли всё просто? Всё ли объяснимо лишь отдыхом тела? Во сне часть нашей души отделяется, покидает нас, уходит в некую земную информационную область, так же отдыхает, путешествует, набирается опыта, проживает некую параллельную с нашей телесной жизнь. Часто во снах мы видим одни и те же улицы, дома, магазины, встречаем одних и тех же людей. И, видя сон, мы можем интуитивно почувствовать, что это место мы уже видели во сне раньше, можем точно сказать, какая будет улица, сверни сейчас за угол дома. Но бывает так, что мы видим страшные сны. Что это? Предупреждение об опасности в нашей телесной жизни или же негативный опыт нашей души в той другой вселенной, где она обитает во время сна?

Нехорошие сны снились жителям Потерянного Рая этой ночью. Будто каждый из них оказался ночью на той поляне в лесу. Естественным природным прожектором светила с неба полная луна, заливая чёрное пространство ночи белесым млечным свечением. Ночная прохлада бодрила, заполняла влажным воздухом лёгкие, вызывала тревогу. Стрекотали сверчки, ухали в лесу ночные птицы.

Из леса, со стороны кладбища к центру поляны потянулись тонкие чёрные нити, просачиваясь между стволов деревьев. Накопив в воздухе над центром поляны некую критическую массу, клубящуюся, бесшумную, похожую на тёмный туман, облако разделилось на несколько фигур, которые будучи вначале не чёткими, мгновенно сгустились, уплотнились, приобретая чёткие, узнаваемые черты умерших родственников, друзей, соседей. Их немного, всего несколько человек, но исключительно те, перед которыми испытываешь чувство неискупимой вины, несправедливого отношения к ним при жизни, а может даже и стали причиной их несвоевременного ухода на ту сторону бытия. Некая тонкая граница разделяла живых и мёртвых, стоящих на поляне. В лунном свете она колебалась, шевелилась? Будто состояла из бурно текущей чистейшей прозрачной воды, но в то же время была плотной стеной, разделяющей два мира.

Живые и мёртвые стояли друг напротив друга. Первые остолбенели от ужаса, пытались осмыслить происходящее, поверить в то, что видят глаза. Мёртвые же всё отлично понимали, на их лицах играли злобные ухмылки, все накопленные обиды, претензии, злость за несправедливое отношение без каких-либо слов мощным потоком хлынули в сознание живых. Всё произошло быстро: умершие протянули руки вперёд, с лёгкостью преодолели шевелящуюся «водную» границу, крепко схватили каждого живого и резко втянули сквозь стену на свою сторону. Граница только лишь со стороны живых была плотной, мёртвые же с лёгкостью сквозь неё проникали. Понимание того, что они теперь на мёртвой стороне, укрепилось в сознании живых в момент пересечения преграды. Все спавшие в деревне одновременно проснулись, вздох ужаса прозвучал практически в унисон.

На следующее утро к магазину подтянулась практически вся деревня. Глядя друг на друга, отводили глаза, приходило безмолвное понимание того, что сон ночью видели все и на «померещилось» уже не спишешь. В магазине скупили практически всё спиртное, «снять стресс», как сказал кто-то. День пролетел незаметно в выпивке и разговорах о природе НЛО, о поляне, кого же там на самом деле видели Фёдор и Мишаня, правда ли это были умершие или же им всё это с похмелья привиделось.
Группы деревенских из магазина перемещались от дома к дому, закусывая, делясь мыслями и догадками с теми, кто не пришёл к магазину. Когда все пришли в дом к Макару, тот направился в огород надёргать морковки, редиски, петрушки и укропа к столу. Вечерело, солнце нехотя уходило за горизонт. То ли от выпитого за день, то ли от тягостного кошмара, приснившегося прошлой ночью, Макару было очень неуютно находиться на улице одному, хотелось как можно скорее вернуться в закрытое помещение, к людям.

Уже почти собрав всё, что нужно на огороде, Макар заметил, что по улице вдоль его забора кто-то идёт. Участок Макара обнесён высоким забором-штакетником, выше человеческого роста, но между штакетинами были небольшие промежутки, позволявшие видеть движение, но не дававшие быстро увидеть и узнать идущего. Что-то интуитивно подсказывало не подавать голос первым, не спрашивать: «Кто там? Кто идёт?». Всё его существо просило молчать и затаиться. Поравнявшись с Макаром, фигура резко остановилась. Поразила абсолютная, звенящая тишина, доносившаяся с той стороны забора, молчаливое напряжение. Силуэт за забором был тёмным, как-то странно клубился, шевелился, словно пар или горячий воздух над огнём. Любопытство перебороло осторожность и робость, Макар подошёл к забору, чтобы ближе разглядеть гостя. Раздался какой-то неясный звук, похожий на вздох, на какое-то звериное горловое урчание. Не разобрав слов, Макар наклонился чуть вперёд.
— Ничего не слышу, говори громче!

В ответ на его слова произошло то, что Макар долго ещё будет видеть ночных кошмарах, часто пересказывать другим, хотя сам одновременно верил и не верил в увиденное собственными глазами. Где-то на уровне талии, посередине этой фигуры, сквозь штакетины забора вдруг просочилось немного этого тёмного клубящегося тумана с тонкими извивающимися нитями внутри. И этот туман вдруг внезапно сгустился, лёг на штакетины забора, тёмными мёртвыми руками обхватил деревянные дощечки. Снова гнетущую тишину нарушил вздох, утробный, уставший, зловещий, совершенно не похожий на вздох человека, с каким-то таким гудением и шёпотом.
Макар застыл, ноги словно корнями вросли в землю. Крепко сжал руками, собранное в огороде, горло перехватил ужас, не давая вымолвить ни звука. Смотрел во все глаза и не верил, видел и отказывался понимать. Неведомо сколько секунд длился этот ступор, но мёртвые руки продолжали сжимать штакетник забора. Макар сорвался с места и опрометью рванул в дом, едва не сшибя двери, ворвался в комнату.

— Они там!!!
Все присутствующие одновременно обернулись на вошедшего, недоуменно уставившись на его побелевшее лицо.
—Кто? – спросил кто-то, нарушив и без того напряжённую обстановку.
— Мёртвые…

                ***

Прошла неделя. Сильно изменилась за это время жизнь деревенских. После захода солнца все старались сидеть по домам, если не успел домой – ночуешь у соседа, детей не отпускали гулять со двора. Всю неделю ходили к Макару люди посмотреть на его забор. Своими глазами увидеть то место, где он увидел мёртвые руки. Светлые лакированные доски забора в том месте покрылись глубоким слоем тёмной плесени, которая была расположена горизонтальными полосочками, очевидно, следами от пальцев. Физическое доказательство реальности произошедшего, что не с пьяных глаз Макару тогда это показалось.

Страх и зловещее напряжение повисли в воздухе над Потерянным Раем. В сумерках, выглянув в окно, можно рассмотреть на улице неясные тёмные силуэты. Сам собой включался в доме телевизор, транслируя всё тот же «белый шум» с мелькающими неясными картинками и шёпотом, слышащимся в монотонном шипении помех. Телик выключили из розетки и накрыли на всякий случай одеялом. Страшные сны в тех или иных вариациях повторялись у всех взрослых жителей деревни, в основном у выпивающих. Многие из них вели себя странно. Бывало придёшь к соседу, а он сидит во дворе на лавке и смотрит перед собой в одну точку, крутит головой, будто видит кого-то невидимого, шёпотом что-то говорит. Иногда после таких разговоров, как под гипнозом, творят какую-нибудь нелепицу, а потом не могут вспомнить, чьих это рук дело. Шурик так испачкал сажей выстиранные простыни, что сохли на верёвке во дворе. Ох и получил потом он за это от жены.
— Не помнит он, видите ли, окаянный. – причитала Мария. – Совсем мозги свои пропил.

На следующий день Шурик исчез. Солнце уже шло к закату, но ещё было светло. Мария заглянула к Макару.
— Не видал моего муженька? С утра куда-то делся.
— Нет, не видал. Давай в магазин сходим спросим.
В магазине продавщица вспомнила, что продала ему водку и консервы, куда ушёл – не видела. Ещё кто-то видел, как он шёл по дороге, вроде бы в сторону леса, с сумкой в руках. Макар и ещё несколько человек, не долго думая, сразу пошли на поляну. Надо успеть вернуться до наступления темноты.

Внутреннее чутьё не обмануло пришедших. Шурик был на поляне. Мёртвый. Он лежал на спине и смотрел в небо, рядом была бутылка водки, несколько рюмок, открытые консервы, вилка, хлеб. На лице умершего была смесь ужаса и раскаяния. Подхватив на руки тело, мужики понесли его в деревню. Нервно бросали взгляды сквозь лес – не видно ли между стволов деревьев тёмных силуэтов. Надо же – убить человека днём, как такое возможно. Думалось, что только с сумерками наступает опасное время.

Это был шок и горе для всей деревни. Все любили весёлого, хозяйственного и отзывчивого Шурика. Долго обсуждали на похоронах и поминках его странное поведение в последнее время.
— Неужели это действительно они, мёртвые, его забрали? – предположила Мария, жена Шурика.
Думаю, что это возможно, - отозвался Макар. – И ведь не он один себя так странно ведёт. Получается, что многие из наших в опасности.
— Надо бы им всем к Марфе сходить. – подала голос Ярослава, жена Макара. – Может она спасёт их от этой напасти.
— Верное решение! – поддержали её присутствующие.
Мария покивала головой, заливаясь слезами, её-то мужу уже никто не поможет.

Собрав всех «странных» в деревне, пришли они к местной ведунье Марфе. Она поочерёдно сажала их перед собой за стол, жгла сухие травы, смотрела сквозь воду, зеркало, пристально всматривалась в глаза через пламя свечи, проносила её вокруг каждого «странного».
— Так и есть! Каждый из них в опасности! – вынесла свой вердикт Марфа. – Аура, защитная оболочка, у пьющих слабая, дырявая, совершенно не защищает от этого потустороннего мира, вот и видится им всякое. А тут ещё эта напасть – как будто дверь какая-то открылась на поляне после приземления той штуковины. Не может потрёпанная душа бороться, противостоять зову мёртвых.

В комнате повисла гнетущая тишина. Было слышно, как на улице кукарекал петух и раздражённо лаяла собака. Все потрясённо молчали, осмысливая информацию, озвученную знахаркой. Свежи были воспоминания с похорон Шурика, не старого ещё мужчины, полного сил, как наполнялась землёй могила, насыпаемая сверху лопатой.
— Так что же делать? Они тоже умрут? – наперебой загалдели присутствующие. – Ты можешь им как-то помочь, Марфушка?

Марфа молчала, пристально всматриваясь в «странных» гостей – мужчин и женщин, поголовно прикладывающихся к бутылке.
«Как же их укрепить? Как защитить от нечисти?» - метались мысли в голове ведуньи.
— Думаю, надо идти к батюшке, в церковь, причаститься, покаяться, молиться каждый день. И самое главное – бросать бухать!!! Это основная проблема. Если переборите себя, то церковь и истинная вера в Бога помогут всем спастись. Не справитесь – пропадёте! – озвучила свой рецепт Марфа. – Напитайтесь верой, и она заштопает все дыры в душе, научит её бороться.

Толпа одобрительно загудела. Присутствующие полностью согласились с мнением Марфы и, обретя надежду, цель, которую надо во что бы то ни стало достичь, щедро поблагодарив, ушли.

                ***

Но на деле не всё так просто оказалось. С трудом учились дома молитвы, церковь стала наполняться «странными», которых приводили непьющие родные, постепенно приучая их к духовному труду, воцерковлённости. Службы шли через день, а не только по воскресеньям. Но … водка!!! Не так легко быстро и полностью отказаться от неё зависимому человеку. На какие только ухищрения не шли, чтобы «ещё по чуть-чуть». И ведь даже страх смерти не пугал!!! Двое умерло, через десять дней ещё трое. Все бухали ночью на поляне, а утром их находили мёртвыми. Слёзы, похороны и поминки – гнетущая атмосфера всё нарастала в деревне. Все прилагаемые усилия не давали видимых результатов.

Семью Олега и Зины тоже не обошла беда выпивки и «странного» поведения. Обычная комната в деревенском доме, скромная обстановка, за столом сидят двое. Полумрак в помещении, за небольшим окном деревянного дома садится солнце, сгущаются сумерки. На столе бутылка водки и рюмка, нехитрая закуска. Олег сидит сгорбившись, обхватив руками лохматую голову, в которой уже появилась ранняя, не по возрасту, седина. Тишина. Слышно, как на стене тикают старые часы с маятником. Напряжение, непонимание происходящего, обречённость и безвыходность ситуации нервным клубком повисли в сумерках комнаты.

Осунувшееся лицо, впалые глаза говорили о многодневном пребывании в стрессе и сильных душевных переживаниях. Зина сидела напротив, всматривалась в до боли знакомые черты и не узнавала родного ей человека. Силилась понять те метаморфозы, что происходили с его замутнённым алкоголем сознанием, что снится ему ночью и что он видит днём в те моменты, когда так странно себя ведёт. Неужели он может в какой-то момент вот так вот уйти в мир мёртвых? Неужто это возможно и можно ли этого избежать? Как бороться с этой напастью или может просто уйти вместе с ним? Если бороться, то как, если Олег никак не может расстаться с бутылкой? А если вдруг стать трезвенником, то даёт ли это стопроцентную гарантию или же печать зависимости остаётся в человеке навсегда?

Частое и долгое пребывание в алкогольном беспамятстве изъедает душу, делая её слабой, беззащитной, расширяет сознание и позволяет вливаться в него всякого рода сущностям, невидимым созданиям из неких параллельных миров. Не зря же говорят «напился до чёртиков» - пьяные видят то, чего никогда бы не увидели трезвые. Не устоять такой душе перед натиском параллельного мира, в которых вдруг открылась прореха в нашем лесу.

— Олег! Что с тобой происходит? – Зина с болью в сердце смотрела на мужа, не зная, чем помочь. – Расскажи, что тебе снится?
Мужчина повёл головой, запуская пальцы во всклокоченные волосы, в ещё больший хаос приводя шевелюру, тяжело вздохнул.
— Да что снится? То же, что и всем. Сны у всех почти одинаковые, как в страшном кино, ей Богу.
— А днём? Что ты видишь днём, когда так странно себя ведёшь? – не унималась Зина.
Олег долго молчал. Сосредоточенно вспоминал что-то, вроде делая попытки начать свой рассказ, но потом останавливался, не находя, видать, нужных слов. Обессиленно уронил небритое лицо на ладони рук, упирающихся локтями в стол.

— Не знаю, как описать… - начал он свой рассказ. – Сижу, бывало, во дворе. Вижу, как в воздухе начинает что-то мелькать, как светлячки, только те видны ночью, а эти днём. Сам воздух становится, как над костром – шевелится. Потом он вдруг уплотняется и виден совершенно прозрачный силуэт человека, умершего. Но он не тёмный, а бесцветный и прозрачный. Он говорит со мной, начинает вспоминать, что было в прошлом, как я его обидел. И теперешнюю мою жизнь знает, уже после его смерти. Всё кости мне моет. А я не могу игнорировать – где-то извиняюсь, где-то оправдываюсь, а где-то и грублю: «Не твоё это дело, проваливай!». А потом что-то случается, и я ничего не помню, когда прихожу в себя, то вижу результат – уже что-то натворил. Зачем несколько кур убил – до сих пор не знаю. Ну стал бы я – сама подумай.
— Вот оно как. – поразилась Зина. – Значит ты сосредотачиваешься на чём-то странном и удивительном в самом начале, а потом всё, уже не можешь отказаться от дальнейшего общения.
— Да! Это настолько мучает меня, изводит, как выжатый лимон после этого. – подтвердил Олег.

Долго ещё разговаривали супруги, обсуждали варианты выхода из небезопасной ситуации, вспоминали и ужасались всему тому, что слышали они о происходящем в лесу и деревне.

                ***

— Может попросить отца Никона освятить поляну, и эта чёртова «дверь» закроется? – предложил как-то Макар.
Слава Богу он пока не пополнил ряды «странных», хотя от спиртного пока отказаться не смог – водку заменил пивом.
— И то верно. – согласилась Ярослава. – Завтра на службе попрошу об этом батюшку.

Отец Никон внимательно выслушал просьбу, попросил времени несколько дней: книги почитать, молитвы новые выучить, утварь необходимую подготовить. Дело сложное. Поляна, по его мнению, - место силы нечистого, которого изгнать необходимо.
В назначенный день отец Никон и ещё несколько деревенских из непьющих к полудню пришли на поляну. Выстроились в круг и пошли по часовой стрелке. Батюшка во главе процессии читал молитвы, ритмично махал дымящим кадилом, кропил пространство святой водой. Все шедшие за ним читали вполголоса «Отче наш», «Покрова» и «Да воскреснет Бог», крестились и кланялись. В руках держали зажжённые церковные свечи. Шло время, ничего не происходило. Монотонность молитв, запах воска и свет свечей, однообразие и ритмичность движений проводимого ритуала – всё это гипнотизировало, убаюкивало, расширяло сознание, открывало его для тех страшных сил, что обитали здесь.

Никто не заметил, как в центре поляны появилась первая туманная тёмная фигура, потом ещё несколько – умершие родственники, друзья, соседи присутствующих на поляне живых.
— Да приидет Царствие Твое… - читал отец Никон и запнулся.
Повернув голову к центру поляны, он увидел тёмные туманные фигуры. Одна из них быстро приблизилась к нему и резко сгустилась, уплотнилась, приняла очертания, как тогда, в случае с Макаром, когда он увидел мёртвые руки, обхватившие штакетник забора. Процессия остановилась. Все смотрели в центр поляны, узнавали своих усопших в тёмных фигурах. Вздохи ужаса сменили молитвы, ладони закрывали лицо, инстинктивно защищаясь от этого мрака, с которым они столкнулись вот так вот, днём, лицом к лицу. Поляна! Это территория мёртвых, это их место теперь, как и кладбище. Поэтому они могут появляться тут днём и зовут к себе тех «странных» живых, чтобы те помянули их – выпили и закусили на поляне, поговорили с ними, вспомнили обо всём, что было, о неприятном, о душевной боли и несправедливости! А так как пришедшие были нетрезвыми, то мёртвые их просто забрали с собой. Как это происходит никто пока не видел.
— Валя? – оцепенело прошептал Никон, не веря своим глазам. – Этого просто не может быть!!!
Мёртвая жена священника стояла перед ним и на лице её плескалась смесь любви, печали, умиления и тоски по любимому супругу.
— Пошли со мной. – услышал Никон её голос, чуть хриплый, но всё тот же родной. – Мы должны быть вместе.

Все остальные так же что-то слышали, что-то говорили в ответ, холодный пот непередаваемого ужаса стекал вдоль позвоночника. Неизвестно, закончилось бы это церковное действо очередной трагедией, новой потерей местных жителей, если бы кто-то не опомнился и не крикнул.
— Бежим!!!
Грубо растолкал всех присутствующих, сбивая с них гипноз и наваждение этого страшного места. Быстро придя в себя, люди с криками и молитвами побежали обратно в деревню, в церковь. Солнце садилось, хоть ещё и не успело стемнеть, но под впечатлением от всего увиденного, участники событий решили эту ночь провести в церкви.

                ***

Мёртвые помнят и умеют ждать. Уж чего-чего, а времени просто масса у тех, кто уже познал вечность. Кто бы мог предположить, предусмотреть такое невероятное событие, как посадка НЛО. Что нечто не с нашей планеты может нарушить эту грань между параллельными планами бытия, прорвать разрушительную брешь в мир мёртвых. И теперь мёртвые пришли взять своё, спросить за все обиды и несправедливости. А может просто скучают по своим и не хотят больше ждать, блюсти этот закон причины и следствия, выжидать положенный срок, отведённый ныне живущим до того момента, как и им придётся перешагнуть черту в неизведанное.

В ночь после того, как батюшка проводил ритуал чистки на поляне, практически всем жителям деревни снились кошмары. Все проснулись утром со странным, тянущим под ложечкой предчувствием чего-то страшного и неизбежного, что должно произойти вот-вот, в самое ближайшее время. Что-то такое, что сложно, практически не возможно предотвратить. Тяжёлое чувство обречённости тёмным грозовым облаком нависло над Потерянным Раем.

Позавтракав, жители занялись работой и бытовыми делами, стараясь приглядывать друг за дружкой на случай каких-либо странностей, необъяснимостей, которые могли бы привести к беде. Но внешне всё казалось хорошо, буднично и естественно. Подспудное чувство тревоги не покидало, хоть и заглушалось немного привычным ритмом жизни, днём, когда солнечный свет разгоняет все страхи и рассеивает ночные кошмары.

Жители деревни со «странным» поведением с самого утра чувствовали внутри себя зов – пойти в лес. Не сговариваясь друг с другом, прихватив бутылку спиртного, исхитрились совершенно незаметно улизнуть из деревни. С обеда и до самого заката сидели они на поляне и пили. Как только стало темнеть, их родные, не найдя их дома или у соседей, заподозрили неладное и устремились в лес, на поляну. Хотели взять с собой батюшку, но после встречи с покойной женой, тот наотрез отказался.

В лучах заходящего солнца, пробивающегося сквозь кроны деревьев, пришедшим предстала следующая картина. На поляне сидели их «странные» родные и соседи, пили и закусывали, о чём-то разговаривали, странно жестикулируя лицом и руками. Иногда громко выкрикивали что-то бессвязное. В закатном свете вдруг стало заметно, как из леса, просачиваясь между стволов деревьев, со стороны кладбища к поляне потянулись тонкие тёмные нити, на поляне они скатывались в туманные тёмные силуэты, а потом уплотнялись, густели, приобретая очертания кого-то конкретного, умершего в этой деревне. И он сразу же направлялся к живым, пьющим на поляне. Та трезвая и «нормальная» часть деревни, что пришла в поисках близких, хором ахнула, в ужасе прикрывая лица ладонями, округляя глаза, не веря в увиденное. Толпа оцепенела, застыла на одном месте, просто не зная, что делать, настолько сюрреалистичная предстала перед ними картина.

Мёртвые хватали «странных» руками за голову и присасывались каким-то жутким поцелуем к их губам, было видно, как из рта живых выходило что-то светлое и сверкающее, какая-то дымка, газ, и поглощалась, втягивалась ртом мертвеца.
— Уводите их отсюда!!! – крикнул кто-то из толпы.
Кто успел опомниться, бежал к центру поляны, хватал своего «странного» родственника и пытался оттащить его оттуда. Но всё происходило настолько стремительно, что уже практически ничего нельзя было сделать – «странные» умерли все. Спиртное, выпитое в большом количестве в этом страшном месте, полностью разрушило защитные силы организма, убрало духовный стержень, который бы позволил сопротивляться не только желанию выпить, но и противиться этому инфернальному зову мёртвых.

Поляна наполнилась криками и громким плачем. Все «странные» умерли на глазах у своих родных, у них на руках, когда те тщетно пытались увести их из этого гиблого леса. Завершив задуманное, мёртвые отступили назад, скрылись за стволами деревьев, растворились в сгущающейся темноте.

                ***

Минуло две недели с тех жутких событий. Прошли похороны, на которых не было выпито ни капли спиртного. Чёрная вуаль траура накрыла Потерянный Рай. Царившие в нём страх, напряжение и непонимание происходящего усилились в сотни раз. Что же будет дальше? Тронут ли нас мёртвые, если мы не будем пить? Или же в какой-то момент мы сами, даже не притрагиваясь к спиртному, вдруг станем странно себя вести – разговаривать сами с собой, смотреть в одну точку, совершать неадекватные поступки, а потом совершенно не помнить об этом. И не будет уже рядом того, кто бы присмотрел за тобой, попытался защитить. Продолжат ли мёртвые свою страшную жатву, осилят ли непьющих или же только выпивающие были им подвластны.

В деревню приезжала милиция и следственная группа. Массовая смерть на поляне наделала много шумихи, но криминала в этом найдено не было – всё списали на слабое здоровье и большое количество выпитого за один день.

Оставшиеся жители деревни решили не испытывать судьбу. Прошло время, и они все переехали в посёлок городского типа в соседнем районе. Держались вместе, всячески поддерживая друг друга, они устраивали свою жизнь на новом месте. Молитвами и поминками вспоминали своих умерших близких. Но иногда страшные сны всё же заставляли с криком вздрагивать по ночам. Снились им улицы родной деревни, опустевшие и заросшие бурьяном, по которым плавно плыли, не касаясь земли, тёмные туманные фигуры. В закатных сумерках они клубились и уплотнялись, принимая узнаваемую форму умершего. Были среди них и лица тех, кто умер там, в лесу на поляне. Но… не находили здесь больше живых. На утро жители делились друг с другом увиденным.
— Всё-таки правильно мы сделали, что сбежали. – говорили одни.
— Надеюсь, что здесь они нас не достанут. – вторили им другие.
— Надо нам присматривать друг за другом и обязательно рассказать, если вдруг кому-то захочется выпить. – сказал Макар.

Все присутствующие переглянулись. Напряжённая тишина повисла в воздухе.

16.06.2019 – 17.07.2019 Шатерова Марина Александровна


Рецензии
Здравствуйте, Марина!

Спасибо за рассказ.
Таинственно. И захватывающе.
Держит в напряжении до самого конца.

С пожеланием счастья! Любовь.

Любовь Кирсанова   16.09.2019 18:46     Заявить о нарушении
Вам спасибо за отклик!!! Рада Вам у себя в гостях :)

Марина Шатерова   16.09.2019 21:51   Заявить о нарушении
На это произведение написано 20 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.