Не поднимай камня!.. - 11

Предыдущая http://www.proza.ru/2019/07/13/213


Он осознавал, что чужой в этой семье: целыми днями лежал или сидел на диване, стараясь лишний раз не вертеться под ногами у внуков и зятя. Когда же дочь приходила с работы, быстро одевался и просил:
– Пойдём гулять!
За прилежное поведение требовалось вознаграждение! Она понимала, что отцу у неё очень плохо: дома вышел за крылечко – и садок. Раздолье! Деревья, кусты, огород, да просто небо голубое! А у неё – один потолок да стены, иногда – панорама из окна девятого этажа.

Быстро переодевалась и выводила его на прогулку. Но в глубине души, где-то там далеко-далеко, нарастало возмущение и недовольство: это же сколько всего можно было бы переделать за эти три часа прогулки: в доме убраться, ужин приготовить, по дому хоть что-то сделать, да хотя бы написать стихотворение – и то польза! А теперь все лягут спать, а ей придётся до ночи по дому мызгаться... А когда же спать?

Урезать время прогулки? Не получится. Отец будет стремиться выйти на улицу.
Соседи её жалели, откровенно говорили, что так как она – не смогли бы. Она же только вздыхала – отец всё-таки!

А он садился рядом и внимательно слушал разговоры.
– Пап, походи немного, разомнись!
Послушно вставал, ходил.
Иногда отходил на далёкое расстояние, и тогда она бежала к нему, чтобы не исчез с поля зрения, не потерялся. У него же один глаз был незрячим – корова хвостом хлестнула, а второй плохо видел – после ушиба головы зрение начало падать. Зато слух был отменным! Слышал, даже когда шёпотом говорили.

– Тяжело жить в городе! – часто повторял.
Она его понимала: от безделья жизнь кажется очень тяжёлой.
Те редкие походы на огород были ему в радость, но сама дорога вызывала усталость. К тому же, придя домой, он уже ничего не помнил.
С памятью дело было плохо.

После очередного "Давай решать мою судьбу!", дочь не выдержала, попросила:
– Давай о чём-угодно говорить, только не решать судьбу, хорошо?
– О чём тогда разговаривать? – передернул плечами и ушёл в другую комнату.

Действительно, о чём?.. Всё чаще и чаще в квартире нависала гнетущая тишина.
– Я скоро разучусь разговаривать, – сказал как-то.
Дочь горько улыбнулась: а ты со мной разговаривал, пап? Сколько раз за всю жизнь ты со мной говорил в детстве?
Не бегают вокруг тебя? Ну, извини, каждый занят своей работой.
Не проявляют к тебе знаки внимания? Хм... А откуда же им взяться, если ты сам этого никогда не показывал и не научил любить ни детей, ни внуков... Горько...

    *   *   *
Алла выглянула из окна на звук просигналившей подъехавшей иномарки и поспешила к калитке. Навстречу ей из распахнутой дверцы... Нина! Эх, знать бы только, кого принесёт – ни в жизнь не вышла бы! Вот, пожалуйста, какую красивую машину успели купить! Вот что значить продать старую, добавить деньги за проданный дом – и получай подарочек!  Нина сияла, как и их новая машина. Было видно, что жизнь удалась.

– А я звоню-звоню на телефон отцу, а никто не отвечает. Живой ли он там ещё?
Алла от неожиданности аж остановилась, так как этого аж никак не ожидала.
– А я его сумку привезла! – продолжала щебетать Нила.
Но Алле было не до любезностей.
– Как он там? – всё не унималась.
Выругавшись, Алла развернулась и двинулась к дому.
Вдогонку неслось с возмущением:
– Ну, это пипец! Пипец!
Видя, что Алла не реагирует на её возмущение, Нина начала материться самыми чёрными словами.

Алла зашла в дом и закрыла дверь на замок. Душили слёзы. Обессиленно опустилась на диван: руки, ноги тряслись.
Мать пожалела её, позвонила старшей дочери:
– Приедь забери приданое!
– Какое приданое?
– Нина привезла твоему отцу сумку.
– Зачем нам та сумка? На мусорку её! – как чувствовала, что в сумке ничего путного быть не может: двадцатилетней давности затхлая ткань для обивки гроба, пиджак, грязные трусы и армейский альбом.

Теперь уже старшую дочь начало трясти. Набрав номер телефона Нины, властным голосом приказала:
– Ану забери свою сумку и сама вынеси на мусорку! Нечего подкладывать к чужим воротам!
– Моя ты дорогая!.. – язвительно послышалось в ответ.
– Хватило совести выписать и выгнать отца на улицу, теперь хватает совести спрашивать как он?
Послышались гудки... 

А он, отец?  Как он к этому отнёсся? Непонятно.
Считал её кем угодно, но только не дочерью.
Целыми днями сидел на диване, обхватив голову руками, раскачиваясь взад-вперёд, о чём-то думал. Речь была несвязной. Только на вопросы отвечал односложно. И продолжал мечтать о домике в селе. Но, видя его недееспособность, ни о каком домике и речи быть не могло.


 Следующая глава http://www.proza.ru/2019/09/22/1935


Рецензии
Ситуация - как об стенку головой. Только себе и хуже.
Не приведи Господи такой финал в жизни...
Доброго дня, Валечка!

Добрая Добрая   01.10.2019 08:29     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Надюша!
Да... не дай Бог!
Спасибо!

Валентина Лысич   03.10.2019 19:32   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.