От кредиторов через три океана

ДВА ПИСЬМА АДМИРАЛА ТОМАСА КЭНДИША ЛОРДУ ХЭНСДОНУ О СВОЕМ ПУТЕШЕСТВИИ ПО ВСЕМУ МИРУ В 1586-1588 ГОДАХ

ПИСЬМО ПЕРВОЕ

Достопочтенному лорду Хэнсдону.

Достопочтенный

Так как ваша забота необычайно сильно касалась меня, и я искренне  желал бы продолжения такого же ко мне отношения, я смиренно прошу вашу честь сообщить ее величеству, что мое путешествие имело единственной целью показать всем ее врагам ее величие и неизбежность победы, которую она, поскольку Богу угодно, одержит над ними. Ибо источники их богатства, благодаря которым они начинали и вели свои войны, теперь полностью открыты, и, по своему желанию ее величество, может либо небольшими военными усилиями многие из них подчинить себе, либо взять оттуда все ценности и затем разрушить эти вражеские укрепления.

В своем путешествии я с позволения Всевышнего позволил себе охватить весь земной шар, пройти Магелланов пролив и посетить очень богатые места этого мира. Я ходил вдоль берегов Чили, Перу, Новой Испании, где захватил огромную добычу. Я сжег и потопил девятнадцать парусных кораблей, больших и малых. Все города и поселки, в гавани которых я высаживался, я разрушал и сжигал, каждый раз забирая большое количество сокровищ. Самым прибыльным моим делом был захват большого королевского корабля, прибывшего к берегам Калифорнии из Филиппин. С него я взял все самое ценное, насколько это я мог погрузить на свои корабли. При этом большую часть товаров вместе с королевским кораблем я вынужден был поджечь, чтобы не оставлять эти сокровища врагам.

От мыса в Калифорнии, являющегося самой северной частью Новой Испании, я отправился через океан к Филиппинским островам.  Затем я плавал вдоль Молуккских островов, где наши люди могли бы торговать так же свободно, как это делают португальцы. Затем я прошел еще один океан, обогнул мыс Буэна Эсперанса и направился домой.

На этом пути мне удалось обнаружить остров Святой Елены, на котором португальские мореплаватели привыкли делать остановки для отдыха. От этого острова Бог позволил мне вернуться в Англию. Я склоняюсь перед ее величеством и смиренно отдаю все совершенные мной деяния на ее суд, желая, чтобы Всемогущий долго продолжал ее правление среди нас, понимая и радуясь тому, что она является самым знаменитым и самым победоносным правителем, который сегодня живет в нашем мире.

Я надеюсь, что заслужил прощение за то скучное занятие, которое я вам описал, уповая на то, что все мои скромные деяния были угодны Всемогущему.

Ваша честь, примите сие послание от своего самого скромного слуги.

Томас Кэндиш.
Плимут, 9 сентября 1588 года.


ПИСЬМО ВТОРОЕ

Достопочтенному лорду Хэнсдону.

Достопочтенный

В этом приватном письме я желаю выразить свою самую пылкую признательность вам, за то, что вы не оставили меня в том состоянии полного финансового разорения, которое меня постигло осенью 1585 года, после моей чрезвычайно неудачной экспедиции в Вирджинию. Вы, безусловно, помните, что та экспедиция стоила мне потери практически всего наследного имущества в графстве Суффолк, и только ваша вера в меня и ваше ручательство перед моими кредиторами дали возможность мне отправиться в новое путешествие с единственной целью поправить мое ужасное имущественное положение и нанести урон нашим врагам.

Теперь, когда я сумел оправдать ваше доверие, и вернулся с капиталами, которые позволяют мне полностью рассчитаться со всеми кредиторами и вернуть свои родовые земли, я позволю отнять у вас некоторое время и приватно сообщить о некоторых подробностях моего путешествия.

Сэр, вы помните, что благодаря вашему финансовому и личному участию, а также комиссии, предоставленной мне лично ее величеством, весной 1586 года моя небольшая эскадра из трех кораблей была полностью готова и обеспечена всем необходимым для плавания.

В эскадру входили корабли «Дезире», «Контент», «Хью Галлант», наши экипажи составили 123 офицера, матроса и солдата. Новичков в моей эскадре не было,  в том числе были ветераны из экспедиции сэра Дрейка. По вашему совету для более дружной работы в экспедиции всех ее участников, я заключил с ними справедливое соглашение по распределению долей от всех призов, которые мы получим.

10 июля 1586 года я отправился из Лондона в Харвич, откуда на своем флагмане «Дезире» отплыл в Плимут. 18 июля я был в Плимуте, а 21 июля наша экспедиция подняла паруса и ушла в плавание.

Первые потери мы понесли 25 июля в море, когда от ранения, полученного на дуэли в Плимуте, скончался мистер Хоуп.

26 июля наша эскадра подверглась нападению пяти кораблей в Бискайском заливе. «Дезире» встретил их с такой «теплотой», что нападающие ретировались, и более нас не тревожили.

С 1 августа по 5 сентября моя эскадра прошла Рио-дель-Оро, мыс Бланко, побережье Гвинеи и Сьерра-Леоне. На этот африканский берег нам пришлось высадить часть экипажа для лечения от цинги. Местные жители встретили нас недружелюбно, и убили отравленной стрелой одного из матросов. За этот проступок мне пришлось высадиться на берег во главе 70 вооруженных солдат и матросов и уничтожить местный негритянский поселок. Никаких ценностей у аборигенов найти не удалось.

С 7 по 10 сентября мы находились на острове, расположенном в 10 лигах от Сьерра-Леоне. В восточной части острова мы нашли негритянский поселок, который покинули все жители. Причина этого была неизвестна, пополнить свои запасы на этом острове нам удалось исключительно бананами.

10 сентября мы легли на курс Вест-Зюйд-Вест через Атлантику, и преодолели океан 31 октября, когда подошли к берегу в 24 лигах от мыса Фрио на 23 ° южной широты. Мы проплыли вдоль берега еще южнее, укрылись от морских волн за островом Святого Себастьяна и сделали остановку. На берегу  мы построили кузницу и произвели ремонт своих кораблей. Работы немного задержали нас, но затем я снова пошел на юг и 27 ноября сделал остановку в районе 47 ° южной широты. Гавань, в которой я остановился, я назвал Порт-Дезире в честь флагманского корабля моей эскадры.

Гавань Порт-Дезире хорошо защищала мои корабли от морских приливов и отливов, но на этих берегах обитают чрезвычайно дикие люди, не желающие никакого общения. Они обстреляли нас из прибрежных зарослей стрелами, и ранили двух моих матросов. Этих дикарей, названных Магелланом патагонцами, мы не видели, а нашли только весьма большие следы от их ног на морском берегу.

Дальнейшие события были не столь интересны. 28 декабря 1586 года я покинул Порт-Дезире, 6 января 1587 года вошел в Магелланов пролив, где провел весьма успешную охоту на тюленей, забрал четыре пушки из брошенной  испанской крепости и 21 января вышел из пролива с противоположной стороны.

Уже на следующий день я обнаружил на одном из близких берегов группу воинственных дикарей, которые, как мне сказали матросы, ждали нашего возможного крушения, для последующего нападения. Вероятно, эти людоеды съели много испанцев и желали попробовать англичанина. Мы дали по людоедам залп из мушкетов, которым убили нескольких людоедов, а остальные в ужасе убежали.

Нам удалось пройти на север только до 52 ° южной широты, когда шторм и дождь вынудили нас укрыться между островами до 23 февраля. Дождь лил не переставая, с гор неслись бурные потоки воды, погода стояла столь суровая, что мы не могли провести экспедицию на берег, чтобы пополнить запасы пищи и уже стали испытывать ее нехватку.

24 февраля 1587 года погода стала более умеренной, и я поспешил вывести свою эскадру в Великое Южное море и пошел на север. 1 марта начался сильный шторм, в ходе которого «Хью Галлант» был унесен на 49 ° южной широты на расстояние сорок пять лиг от земли. Но морякам с «Хью» удалось справиться с природой и открывшейся в судне течью и 15-го марта все корабли моей эскадры – «Дезире», «Контент» и «Хью» соединились на 38 ° южной широты у острова Мочо.

На расположенном севернее острова Мочо острове Святой Марии я высадился на берег с отрядом в восемьдесят вооруженных матросов и солдат. Местные индейцы вели себя мирно, и мне удалось обеспечить свои корабли достаточным запасом свиней, кур, картофеля, вяленой рыбы, кукурузы и гвинейской пшеницы. Затем моя эскадра продолжила путь на север.

30 марта я сделал остановку на 33 ° южной широты в бухте Кинтеро, где 1 апреля я был атакован испанцами. Несколько моих матросов было убито, несколько взято в плен. После этого я атаковал испанцев силой своих 15 солдат, освободил всех пленных и убил в этой схватке 24-х испанцев.

Как вы могли бы заметить, сэр, с начала моего путешествия минуло 9 месяцев, но я нес только людские потери, и не получил ни одного сколько-нибудь ценного приза.

В мае 1587 года моя эскадра подошла к берегам Перу, к этому времени; мне удалось захватить два приза, нагруженных сахаром, кукурузой, кожей, раскрашенным ситцем, индийскими шубами, мармеладом, курами и другими предметами, которые принесли бы мне 20 000 фунтов, если бы мы имели  возможность продажи этих грузов. Поэтому я забрал все самое ценное, и сжег упомянутые  два приза с остальным их содержанием.

3 мая я был на 13 ° южной широты, и в городах Паракка, Чинча, Писко забрал из прибрежных домов вино, хлеб, птицу и инжир, но посетить  лучшие дома этих городов я не имел возможности из-за слишком высокого берега.

26 мая я дошел до 5 ° южной широты, где с отрядом в 70 матросов и солдат напал на испанский город Пайта, состоящий из 200 домов. Испанцы пытались вести с нами перестрелку, но мы вынудили их бежать в горы. В Пайта мне удалось обнаружить склад с небольшим количеством серебра, кроме того, мы забрали все самое ценное из домов и затем сожгли город дотла.

Севернее Пайта я вошел в большой залив, где у острова Пуна потопил 250-тонный корабль, стоявший на якоре. На острове жил местный индейский касик, у которого из дворца я забрал некоторые ценные вещи. Затем мы сожгли расположенную у дворца касика церковь, а пять колоколов из нее доставили на свои корабли. 2 июня на этом острове на нас напали не менее 100 вооруженных испанцев. В жестокой схватке я потерял 12 своих людей убитыми и пленными, а испанцы потеряли 46 человек. Сражение продолжилось в этот же вечер, когда к испанцам присоединились 200 индейцев. В ночном тяжелом сражении  я  одержал над своими врагами решительную победу, и принудил их бежать, а затем сжег  4  корабля в гавани острова и 300 домов в главном городе острова.

После кровавых событий на острове Пуна, закончившихся разгромом всех врагов ее величества, моя эскадра продолжила путь на север. 1 июля на 10 ° северной широты с расстояния в  4 лиги я увидел берега Новой Испании. 9-го июля мы захватили 120-тонный приз, кормчим которого был Михаил Санчиус, уроженец Прованса. Ничего ценного на призовом судне не было, и оно было сожжено. Кормчего Санчиуса я взял в плен и получил от него сведения о большом судне «Анна-Мария», которое должно было приплыть в порт Акапулько с Филиппинских островов из порта Манила.

На 15 ° северной широты ночью 26-го июля я вошел в устье реки Капалико и почти сразу напал на порт Гуаталько, где сжег весь город и испанскую таможню. На складе таможни я обнаружил 600 мешков индиго и 400 мешков какао, имевших очень высокую цену как товар, но которые мы не могли погрузить на свои корабли ввиду их большого объема. Затем я провел несколько экспедиций в разные пункты побережья в этих местах и все безрезультатно, если не считать несколько десятков сожженных и разрушенных вражеских домов.

С 14 октября моя эскадра находилась на 22 ° северной широты в бухте Агуара Сегура, и единственная надежда у меня была на захват приза, который должен был прибыть  из Манилы в Акапулько, если только кормчий Михаил Санчиус говорил мне правду.

4 ноября 1587 года  наши ожидания оправдались – мы обнаружили большое испанское судно идущее с моря с попутным западным ветром. Я на флагманском корабле «Дезире» погнался за этим испанским судном, которое оказалось грузоподъемностью в 700 тонн и имело название «Санта-Анна». Захват призового судна мне удался не сразу, при первой высадке я потерял двух человек убитыми и пять ранеными. Мне пришлось повторить нападение, расстреливая «Санта-Анну» из своих пушек. Наше военное превосходство сказалось – мужественное сопротивление испанцев было сломлено, они сдались. На «Санта-Анне» я получил приз в 122 000 песо золотом и множество товаров – шелк, атлас, дамасское оружие, мускус, и другие очень разнообразные и ценные предметы. Всего мне удалось разместить на своих кораблях около 100 тонн призового груза, а 500 тонн пришлось оставить на «Санта-Анне».

Захваченное призовое судно мной было впоследствии (19 ноября) сожжено вместе с остатками груза, а 150 мужчин и женщин, взятых мной в плен, я  6 ноября высадил на берег Новой Испании. При этом я проявил к нашим врагам большое милосердие, разрешив им взять с моего призового судна много досок и некоторые паруса для строительства хижин. От себя лично как подарок  я передал бывшим владельцам моего приза много вина и различной  снеди.


После получения мной вышеописанного большого приза в моей команде возникло некоторое волнение, так как матросы и солдаты не верили в будущее соблюдение мной соглашения о доле, которое вы, сэр, проявляя большую мудрость, повелели заключить в 1586 году в Англии. Но эти волнения благополучно разрешились, моя команда успокоилась, и мы все как истинные англичане и верные слуги ее величества торжественно отметили 17 ноября как день коронации королевы Елизаветы. В этот день я приказал днем произвести торжественные  залпы, а ночью устроить  фейерверки.


Переход в Англию начался для моего адмиральского судна «Дезире» 19 ноября 1587 года и завершился 9 сентября 1588 года. 3 сентября 1588 года я встретил в открытом море фламандское судно, идущее в  Лиссабон, от которого получил радостное известие о полном разгроме испанской армады силами подданных ее величества. Указанное известие дало мне и моей команде новые силы, и мы завершали в Плимуте свое путешествие полные любви к нашей непобедимой и великой королеве Елизавете.

Я надеюсь, что заслужил прощение за то скучное занятие, которое я вам коротко описал в этом приватном письме, уповая на то, что все мои скромные деяния были угодны Всемогущему.

Ваша честь, примите сие послание от своего самого скромного слуги.

Томас Кэндиш.
Плимут, 19 сентября 1588 года.

Ссылка на книгу "Приключения отважных капитанов" на главной странице.


Рецензии