Кошачий бог. Антиутопия, часть 2, 20-22 глава

20. 2008 год
     Директор НИИ получил заказ, и несусветные обещания за нужное направление мысли. Он не поленился и лично вызвал каждого на закрытое совещание. Руководители направлений переглядывались, не особо пугаясь надменно-непререкаемого тона бывшего военного. Явился древнейший академик, заслуженнейший человек в своей области исследований. Его конференция назначена на завтра, но вот явился с оказией, сын подвез…
- Ты зачем приперся, старый хрыч?! – Спросил он академика, но тот продолжал сидеть в кресле у двери, скрестив ладони на набалдашнике клюшки и поклевывая носом.

     Шеф все не решался начать при нем. Удалил секретарей и закрыл их комнату, сам обследовал углы на предмет прослушки, хотя  молодой спец по связи находился в кабинете и ухмылялся. Каждому лично вручил увесистый пакет с печатью и предостережением о чрезвычайных мерах, всем пришлось подписывать бумажку о неразглашении, хотя допуск № один имели все сотрудники. Все расселись и заскучали в ожидании. На какую фигню могли отвалить денег и кто?!

- Ладно. Я всех предупредил, потом не жалуйтесь. Дед глухой, можно, пожалуй, начинать. Первое: я не знаю, что у вас в пакетах, но призываю к осторожности, лабораторной осторожности, вы меня поняли. Второе: я знаю, что от нас хотят… Благожелательной мотивированной научной оценки необходимости внедрения того, что там находится. Третье: повод… Я не совсем дурак, но… Обоснуйте, сделайте витиевато-грамотно… Одним словом, в нашей стране нет опасных инфекций…
- Извините, господин директор, уточните, особо опасных или просто опасных? – перебил его молчание Иван. В ответ он закашлялся, рыхлые щеки пошли пятнами. Дед крякнул, очнувшись, на миг приоткрыл ясные глаза. Вопрошаемый отошел к окну, открыл его, пояснив, что душно стало в помещении.

- Шеф, мы на перекур… - Громоздкий Виктор поднялся с места.
- Да-да, Василий вас проводит, закроет и откроет… Дело серьезное, отдышаться надо.


21. Перекур

     В туалете все заговорили разом, ничуть не стесняясь в выражениях, справляя нужду. Без предупреждения ввалилась уборщица со своей тележкой и шваброй, с азиатской злостью терла свободные участки стен, пола, поглядывая на мужчин.

- Слышь, непонимайка, вали отсюда, это мужской туалет и он занят. 
     Девушка в красном переливчатом платке и униформе, но кривоногая и невысокая, засмеялась, но не собиралась уходить, откровенно глазея на ряд членов. Виктор развернулся к ней лицом, не прерывая мочеиспускания, полил в ведро, стряхнул капли, неспешно промокнул балду, застегнул ширинку.

- Довольна, сучка? А теперь уматывай на женскую половину, как она там у вас называется… 
     Он надвигался на нее, но она не испугалась двухметрового мужика, а стала причитать угрожающе. Можно было понять, что она скажет шефу, который ее пользует, что она останется, а они все пропадут. Василию надоел концерт, он вызвал службу безопасности, сославшись, что барышня неадекватна и требуется проверка на наркотики.

- Все, она здесь больше не работает, можно и покурить.
- Я не понял, что сейчас здесь было? Слежка за нами?
- Все видеокамеры я в женском туалете настроил, - рассмеялся Вася в ответ. 
     Ему поверили, хотя он был самым молодым, но бесценно талантливым технарем-связистом.

     Дым уходил в окна, ребята продолжили совещание, сидя на подоконниках.
- Интересно, что там, в именных конвертах? – спросил Димыч.
- Что-что… Гадость какая-нибудь, которую нам расхвалить нужно, научно обосновать.
- Ясное дело, что не госзаказ, а продвижение продукции… - проворчал Дементий.
- Вот, на хрена нам это подсовывают?! Конечно, нужен гриф: «Рекомендовано НИИ».
- Это шеф еще не сказал, что мы между собой общаться не должны по заданной теме. 
- Это полбеды… Я нашего придурка никогда таким испуганным не видел. Он даже не орал…
- Да… голоса не повысил, даже на Васю.
- Слушайте, ребята… похоже, мы влипли. Эта курица была подослана. Как это у нас нет опасных инфекций!? Кто приказал?
- А кто-то приказал… Это не мусульманка была, у тех врожденная стеснительность, одних из дома не выпускают… Сколько нас? Василий?
- Сейчас я раздам именные телефоны, запомните порядковые номера свои и друзей… Этот выход чучмечки из-за печки меня очень насторожил. Когда мы сделаем или опротестуем то, что секретно, нас уберут, она правду сказала от злости. Нам нет смысла предавать друг друга, сейчас мы можем уйти по пожарной лестнице и пропасть навсегда, но… дети, родители…

- Нам придется играть со многими неизвестными, но кто из нас не математик?
- Скажешь тоже… Раздавай, никто ничего не записывает, если нужно, встречаемся на час и день раньше условленного по телефону.
- Виктор большой – номер один. Витюша мелкий – два. Иван – один-один. Третий – Димыч. Я, да, нулевой. Четвертый – Дементию. Пятый – Сереге белому, шестой, естественно, Сержу лысому. Кучерявый, ты уснул на толчке? Ты седьмой, держи, фу, закрой лучше кабинку. Девятого и десятого просто нет, а номера пусть будут.  Вот берегите, как не целованную невесту. Нигде, никогда, никому ни слова, или я не Вася.
- Конечно, Вася, а мы не сильно задержались? Все-таки совещание неординарное.
- Хватит пугать… Пуганные. Но пора и приличия соблюсти.
- Выходим по одному?!
- Выходим, как обычно, как придется. Слышь, Кучерявый, мы ушли.
- Оставь, это медвежья болезнь.
- Чушь, у него болесть – на кого б залесть.
- Иду, уроды, я с вами. Васька, на хрена мне эти часы с браслетом на мою лохматую лапу! Всю шерсть повыдергают, нету с ремешком обычным?.. Еще смеется, гаденыш мелкий, а бабы любят пушистых мартовских котов, чтоб все знали, маломерки…
- Итак, это не часы, а супер связь. И не браслет, а миникомпы для записи информации. Флешка для переноса данных вынимается вот так: колесико подзаводки покрутили по личному коду, тогда можно вытаскивать. Разберетесь. Пойду открывать кабинет.


22. НИИ

     Василий открыл секретарскую, кабинет. Академик наорал на него.
- Сукусима твоя мать, Васька! Почему секретутки не отвечают, зачем закрыл нас?!
- Обедают секретутки… - он выглянул в коридор, крикнул, - господа ученые, поторопитесь, время казенное.
     Картина в кабинете шокировала всех. Академик считал пульс у шефа, в другой руке держал лист, читал распоряжение министерства вполголоса.

- Так, гаврики, быстро исчезли, надо скорую вызывать, Н-но!!! Взяли все свои бумаги и пакеты, все сюда – через стену – вот этот сучок на панели – ключ для аварийного выхода. Никто не знает о нем. Спускаетесь на грузовом лифте в бункер, там все и прячете, словно не получали, не расписывались. А подняться надо пассажирским на чердак, поменять минус на плюс, выбраться незаметно уже на свой этаж. И только тогда начинаете собираться на совещание. Всем понятно? Васька, ключи на стол шефу. Выводи их.
- Да, что с ним!? Человек же умирает, а вы нас гоните…
- Я вас, придурков, спасаю. Не было еще совещания, запомните, вот этих расписок не было, он не установил гриф конфиденциальности сведений или гриф ограничения доступа. И вот это распоряжение спровоцировало инсульт. Брысь отсюда, я скорую и охрану вызываю. Мы сидели, ждали вас на совещание. Васька, мой телефон – номер девять. Пошли вон!!! Я закрою за вами…
- Ну, ты, дед, силен! – Изумился правнук академика.

     Шеф еще мычал, уткнувшись лицом в стол, тянул руку, но схватить бумагу уже не получалось.  Все правильно: нет особо опасных инфекций, нет закрытых больниц, нет института и нет, естественно, сотрудников. Смертность учитывается по другим статьям: инфаркт, инсульт, несчастный случай, С-R (Can-cer).

12.03.18


Рецензии