Так случилось, что я долго не признавался ей не в чем.
Мы были оба студенты. Одинакова любовь к поэзии. Мне 22. Ей 19.
Случайные встречи по интересам.
Я не знал, что нужно признаваться. Ходили вместе. Много общались. Нас обоих увлекали поэзия и кибернетика.
Потом стали встречаться. Мы говорили и говорили друг с другом и не могли наговориться. Часами. Мы исследовали друг друга как терра инкогнита. Мы так долго говорили много дней, что нас уже начинало трясти друг от друга. Мы не понимали почему. Ни о каких поцелуях и петтинге даже мысли не было. Мы все познавали друг друга с наслаждением и тончайшим уважением. Она была очень строгой и чистой. Нецелованая совершенно. Когда мы решись в первый раз, то для этого поехали от ее дома 5 остановок на автобусе в парк на Речном вокзале. Это было над каналом им. Москвы.
Мы долго и тщательно там все обошли. Смешно ходили. Молчали со сосредоточенным видом. Наконец нашли глухую поляну, тупик в кустах почти у причала и впервые случилось это! Мы прикоснулись губами. Не слюняво, не в засос, не чмок и все, а я постарался провести самыми краешками своих губ по ее губам. Почти сухими. Почти не обветренными.
Я читал, что так нужно. Я сам целовался впервые. У нее были закрыты глаза.
Когда она открыла их, то я стоял рядом и смотрел. Она не смутилась, а посмотрела как-то странно. Как будто не распробовала. Потянулась ко мне и мы повторили поцелуй.
Нам так понравилось, что мы целовались все дольше и дольше. Время пролетело незаметно и мы не заметили, как опустилась ночь.
В другую встречу мы уже говорили меньше и больше целовались.
Наверное очень странно, но мы почти никогда не ходили под руку и не держались за ладони. Внешняя демонстрация чувств претила нам. Тайное оставалась только внутри двоих. Чистота была одинакова. Мы настолько стали понимать и чувствовать друг друга, что нам уже стали ненужны слова.
Я вспоминаю, как мы жили потом. Особой ласковости не было никогда.
Поглаживаний, поцелуев на людях, слащавой демонстрации привязанности друг к другу, но мы могли лежать рядом обнявшись часами и молчать, только соприкасаясь щеками или глядя в глаза..
Нам было конечно очень интересно кого нам подарила судьба.
На самом деле были знакомы не долго и из разных компаний. Я же пришел из академки и был всем таинственным и чужим.
Она и заинтересовалась мной и попыталась обратить мое внимание на себя после того самого вечера со стихами, когда я поехал ее проводить. Было темно и просто мы поначалу ехали попутчиками.. Ну, я и предложил.. Ну она и не отказалась)...
На следующий день после стихотворного кружка за какую-то малую оплошность перед дней (а да - вспомнил - я сел за стол на паре с той же девушкой с которой сидел ранее) она назвала меня (обернувшись) свиньей. Видимо она решила, что все началось меж нами после провожания и я и она пара. Да я просто проводил ее!
При этом глаза ее блеснули, как ножи, а лицо было пунцовым! Она была в ярости!
Я тогда не зал, что это обычный женский прием чтобы обратить на себя внимание. Да и она не знала. Это точно.
Потом на стихотворных вечерах в вузе, мы стали все больше замечать, что мы очень похожи вкусами. Она сама стихов не писала, но читала классиков и показывала мне и всем неизвестные мне раньше сильные и красивейшие стихи классиков. Я же стихи писал всегда.
Так я открыл с ее легкой руки для себя поэта Р. Киплинга и писательницу Г. Щербакову.
Потому мы так долго и говорили поначалу, что все сводилось к познанию ощущений другого через поэзию, но когда мы познали вкус губ, то ни о чем уже думать не могли и не хотели. Притяжение губ совершенно лишало нас рассудка.
Так вот сколько мы не встречались я ни слова не говорил ей о том, как я к ней отношусь и о любви вообще. Она тоже.
Наверное я стеснялся, может боялся быть тривиальным или большей ответственности и не знал что последует дальше, как быть, что говорить..
Это же было у меня в первый раз.
До того мне нравилась другая девушка, а тут бац и я стал пленником и не был против этого. За ней уже пытались ухаживать парни, но она была жуткой недотрогой. Ни с кем ни минуты. Белая коса. Синие глаза. Все это я помню как-будто было вчера.
Так вот в один из вечеров мы целовались с ней очень долго при минус 36, полной луне и звездах в 23 вечера. Ее отец чуть нас потом не убил за опоздание, когда он нас встретил впервые у автобуса на остановке. Он ждал несколько часов!. Однако, он сдержался и только сказал дочери резко: "Быстро домой", и ушел вперед.
Я хотел быть героем перед своей девушкой и потому уши шапки-ушанки при минус 36 не опускал. Она была в вязаной трубе на голове и шее и с ней ничего не случилось, а у меня дома отогревшись ухо обвисло алым пельменем. И болело потом долго долго. Вид был комичнейший, но мне было больно.
Так долго, как с ней я не целовался никогда в жизни ни с одной из своих последующих женщин. Да и вообще я не очень люблю поцелуи.
Это было абсолютное счастье.