Со слезами на глазах...

Уже по первым словам в телефонной трубке, Сергей понял, что родительница «взвинчена». А далее, последовал, закончившийся всхлипыванием, торопливый и сбивчивый рассказ девяностооднолетней женщины о том, что ее нет в списках тех, кому ко Дню Победы администрация области должна была выплатить одноразовое пособие, как труженицы тыла, награжденной медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов». А вот Елизавета Будько (ну, та, что работала со мной в ателье мод и которая с 1937 года рождения, то есть младше на девять лет) – эту выплату, хотя и меньшую по размеру, получила. Тоже, как труженик тыла, хотя ей к началу Отечественной войны было всего четыре года, и потому, как заявила эта женщина где-то в «коридорах власти», что она с родителями была в оккупации и у них в хате квартировали немецкие офицеры.
…Из дальнейшего рассказа мамы, Сергей уяснил, что к ней за несколько дней до 9 мая, приходила почтальон, принесшая очередное пенсионное пособие. При этом «письмоносец» сказала, что она также сейчас разносит ветеранам праздничные денежные пособия, но в этом списке уважаемой Марии Тихоновны нет. Что подтвердили и в почтовом отделении, куда спустя время позвонила пожилая женщина.
Прервав плачущую маму, сын начал убеждать ее в том, что они ни в коем образе не забыта, и не обойдена вниманием государства. Просто где-то в структуре исполнительной власти произошел сбой при составлении списков ветеранов. В результате, фамилия мамы пропущена, но все будет исправлено и она вновь вернется в когорту славных тружеников тыла, приближающих Победу, и ей принесут эту одноразовую выплату.  И, скорее всего, она не одна такая – потерянная в компьютерной переписке.
…Старший сын, как в воду глядел. Через час мама позвонила ему и сказала, что ее девяносточетырехлетняя подруга Дарья, также получающая пенсию за умершего мужа-фронтовика и имеющая такую же медаль за доблестный труд в годы войны, тоже еще не получила поощрение ко Дню Победы.
Через день выяснилось, что еще несколько тружеников тыла не значатся в списках тех, кому положены одноразовые выплаты. Более того, мама, когда Сергей приехал ее проведать и привезти продукты, вновь плача и причитая, поведала ему о том, как она звонила в городской совет ветеранов. Там, какая-то раздраженная женщина сказала ей, что сегодня ее медаль никому не нужна, и она может ее выбросить. И что нечего причитать по поводу недоставленных праздничных денег, так как в отличие от этой сотрудницы совета ветеранов,  ее собеседница и так получает хорошую пенсию за мужа-фронтовика.  Чего  еще надо?!
…Вновь успокоив маму, старший сын позвонил в управление администрации города, которое ведало социальными вопросами и контролировало проведение Дня Победы. Не сразу, но он пробился через сплошные гудки все телефонов ведомства, объяснил ситуацию не только  с мамой, но и с другими тружениками тыла, которых тоже не было в почтовых списках, и фамилии которых он узнал. Все эти данные были записаны на другом конце провода, и, даже, прозвучало заверение в том, что к празднику все, кто не оказался в списках, получат положенные им суммы.
Этого не случилось.  День  Победы прошел, но никто не принес родительнице денег и не поздравил ее с памятным для страны и стариков торжеством. Это так поразило пожилую женщину, что она, сникнув, даже заболела. И когда Сергей и его два брата пытались уговорить маму не принимать все близко к сердцу, она лишь горько отмахивалась, говоря, что  сегодня они – такие  древние старики – ни  кому не нужны, лишь только  обуза для всех и что ей пора уходить в иной мир.
Братья возмущались, доказывая, что они ее любят и что если бы она не противилась, каждый из них готов забрать ее к себе. Убеждали и в том, что деньги обязательно принесут.
Так оно и получилось через день. Пришла девушка, сказала, что она из службы социального обеспечения и вручила Марии Тихоновне конверт с деньгами, попросив расписаться на бумажке в получении пособия. Это через час стало известно сыновьям, которым радостную весть сообщила мама. При этом она заявила им, чтобы они пришли к ней. Она выдаст им деньги из этого пособия, чтобы они купили гостинцы внукам. При этом, мама не скрывала свою радость.
А через неделю, позвонив старшему сыну, она продемонстрировала в голосе «металл». На таком «регистре» и спросила его: отчего он и братья посчитали ее крохобором?
- Почему ты сделала такой вывод? – последовал вопрос на вопрос.
- А потому, что сегодня пришла почтальон и принесла деньги и список тех тружеников тыла, награжденных медалью, кто на нашем участке не получил к празднику эту выплату, – отпарировала  сыну мама. – Когда я сказала ей, что уже получила положенные мне деньги и рассказала про девушку, то она мне ответила, что не знает от кого и сколько мне выдано денег, а у нее – официальный, финансовый документ, заверенный печатью, и она обязана выполнить то, что ей в почтовом отделении поручено сделать. С тем она, передав мне купюры и получив от меня роспись,  ушла. Так что придите и заберите свои деньги и не считайте меня глупой и  жадной.
…Мама резко положила трубку, а Сергей, прихватив предусмотрительно продукты, заторопился к ней. Примирение произошло лишь тогда, когда старший сын попросил напоить его чаем. Отхлебывая его и отходя от гнева, мама продолжала выговаривать своему первенцу.
- Вы, чувствую, все думали, что я из-за неполученной выплаты к празднику все время говорила вам об этом и звонила в совет ветеранов. А я – хотела  справедливости. Значит, моя бывшая коллега по работе, в свои четыре года уже стала труженицей тыла? А я, в жару и в холод, чуть ли не всю войну проработавшая в поле, выращивая картошку и овощи для фронта, в изношенной одежке и обуви, а потом в пошивочной мастерской орудуя иголкой для Победы, – ныне не достойна  внимания?  А я его – хочу, причем – заслуженно, так как тоже, пусть косвенно, принимала участи в битве с врагом и плакала от радости, когда узнала об окончании войны. А те, кто этого не пережил, мне сегодня говорят, чтобы я выкинула свою медаль за ненадобностью. А она для меня, как высший орден: значит, я – достойный человек, отмеченный государством. И не из-за денег я лила слезы (мне хватает пенсии, да и вам я, ты знаешь об этом, помогаю, как могу). Расстраивалась я,  потому что не желаю быть на обочине общества и хочу находиться в числе моих ровесников-ветеранов, с честью переживших войну. И даже если бы мне просто позвонили и поблагодарили за труд в годы войны и после нее – я  бы была благодарна.
…Мария Тихоновна замолчала, о чем-то задумавшись. А Сергею почему-то вспомнилась пословица о том, что не дорог подарок, а дорого внимание. Конечно, сегодня для ветеранов «копейка со стороны» – это весомое подспорье семейному бюджету, но она, пожалуй, в большей степени свидетельство того, что поощряемые пожилые люди – на особом счету у страны и она им признательна. Поэтому и плакали, убеленные сединами старики. По чьей-то вине не получившие ко Дню Победы, обещанные им выплаты, посчитав себя вычеркнутыми из списка живых.
Сергей  Горбунов


Рецензии
В 90-ом, за месяц до ухода моей мамы, перед
Днём Победы принесли ей подарок, как вдове
офицера прошедшего всю войну и погибшего в
апреле 45-го, и как труженице тыла. Подарок -
пододеяльник и открытку. Ладно, вниманию рада
была. Тогда этим не баловали. Сейчас кое-кому
в городе раздали удостоверения "Дети войны".
Мы с братом, отбедовавшие всю войну, не попали
в эти списки. И шут с ними...
А старики, войну в трудах тяжких прошедшие,
как Ваша мама, конечно, ранимы.
И власти надо быть внимательнее и сердечнее к
ним. С уважением!

Валерий Слюньков   04.06.2019 13:28     Заявить о нарушении
Тяжёлая - эта тема. Не могу никак собраться, чтобы писать о случившемся тогда. Один из моих дедов - майор, замполит, уважаемый в селе человек и коммунист, многодетный отец... Пропал без вести в 1942... Коммунисты вычеркнули его из истории (только при Горбачёве появилась его фамилия на сельском мемориале погибших), а что значит быть "семьёй пропавшего без вести" Вы, думаете, знаете.
Моя мама статус "дети войны" получила, но толку от этого статуса, когда тебе под 80 лет. Спасибо, Вам. Вы заставили меня вернуться к важному.

Юэй Ту   04.06.2019 21:16   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.