Шрам-жизнь. Глава 19

Глава 19. Людмила Захаровна Петрова


Даша прибыла на Новую Венеру несколько дней назад, но всё никак не могла привыкнуть к новому дому. Арвиан навсегда останется рукотворным детищем учёных и строителей, а Новая Венера — это настоящая планета, огромная, прекрасная, очень похожая на древнюю Землю. Она сразу покорила Дарью. Девушке не верилось, что каждое утро будет просыпаться тут, ходить на работу по прекрасным улицам, видеть яркие природные краски и радоваться жизни. К тому же здесь, в отличие от Арвиана, привычная, похожая на земную культура и мировоззрение. На Новой Венере девушке всё казалось невероятным, восхитительным и таким стремительно поражающим, как гигантская океанская волна: так свежо, прекрасно, но немного пугающе. Говорят, те, кто прилетел сюда сразу с Земли, а ни с Арвиана, например, не сразу привыкают к ярким краскам и солнечному свету. Некоторые вынуждены первые дни носить специальные очки. Даше в этом плане повезло — она выросла на космической базе с такой же атмосферой, но всё равно быстро поняла — адаптироваться придётся долго.
Прилетев в Центральный Город Ирлиндхилл — мегаполис, который негласно считался столицей мира, выпускница Арвиана глаз не могла отвести от всего, что теперь её окружало. На планете в этом полушарии стояла весна. Деревья с нежной зелёной листвой, первая травка, первые цветы. И небо лазурное, воздух, наполненный свежестью и ароматом магнолий и сирени.

Девушка остановилась в отеле, заплатив за номер пособием. Бедняга почувствовала себя дикарём, попавшим в цивилизацию, когда утром узнала, что на Новой Венере в общепите, даже в самой дешёвой забегаловке, нет поваров. Здесь готовит роботизированная профессиональная техника, а подают блюда гостям с помощью телепортации. Дарья кое-как силой мысли — аппаратура угадывает взгляд — с помощью подсказок окружающих людей сделала заказ на жидкокристаллическом экране при входе в ресторан. Потом вдруг перед девушкой, сидевшей за столом, словно из воздуха материализовался её заказ в облаке из сверкающих звёздочек, которые, конечно же, быстро пропали — можно выбрать цвет этих самых искорок, и есть те, кто использует такую аппаратуру и дома, но Дарья этого не хотела бы в своей будущей квартире.
Чуть позже работница отеля рассказала девушке, что на Новой Венере даже валюта и деньги существуют только для того, чтобы инопланетяне, прибывшие из менее прогрессивных обществ, не испытывали неудобства, а расплачивались, как привыкли, материальными купюрами. А так ново-венерианцы всё той же силой мысли оплачивают и покупки, и услуги. Вся жидкокристаллическая аппаратура считывает рисунок глаза человека и эмоцию взгляда, распознавая желания людей, и таким образом происходит взаимодействие с роботами и техникой. Все деньги граждан Новой Венеры лежат в банках, они обеспечены природными богатствами, но валюта давно виртуальная — в пластике её выпускают только ради жителей других планет. Называется она в честь Туманной Освободительницы — Ир. Услышав о таких сложностях, Дарья подумала, что привыкать будет туго.

Древняя столица в центре сохранила старинный облик. Даша увидела очень красивые величественные здания, и транспорт, который девушка даже представить себе не могла: платформы-лифты, парящие мосты и многое другое, стилизованные под старину. Самым прекрасным сооружением считался дворец Правительницы Эрши — «царицы» конституционной монархии. В беспилотных такси, выбирая маршрут, можно указать, что хочешь посмотреть на королевский дворец. «Царевна» — или принцесса — здесь именуется Наследницей. Сейчас ею является дочь Эрши — Нэрва-45. Приятную в общении добрую девушку очень любят. Она сверстница Даши и Люды. По дороге в военное ведомство Дарья видела портреты царской дочери на рекламах благотворительной организации.

Девушку ожидали полковник Ферэци-А-114 и подполковник Аудация-Си-Зэт-5 — именно они на выпускном и пригласили Дашу в армию Новой Венеры. В ведомстве выпускница Арвиана показала свои документы, приглашение, диплом, заявление на получение гражданства. Военные провели беседу о Чести, Достоинстве, о Настоящих Женщинах, о Родине и Матриархате, после чего вручили Дарье документы на маленькую квартиру в доме для военнослужащих. Служить девушке предстояло в чине младшего лейтенанта в роте северного района Ирлиндхилла, её задачей было обучать призывниц. На этой планете военный мир звался Космической Армией во главе с маршалом. На Земле вооружённые силы назывались Космическим флотом и находились под командованием Адмирала. Дарья в самых смелых мечтах мечтала стать маршалом, но была согласна и на генерал-полковника.

Хотя девушке и дали неделю на адаптацию, она всё же сразу захотела познакомиться с местом службы. До вокзала аэроплатформы, которую прозвали электричкой, Аудация посоветовала Даше отправиться на «бусах» — так быстрее. «Бусами» оказалась специально выделенная трасса, над которой левитировали сравнительно небольшие сферы — гражданский транспорт, который эмигранты с Земли называли маршрутками. С высоты птичьего полёта дорога действительно казалась похожей на бусы. На базе девушка встретилась с капитаном Бертой — своей начальницей. Женщина оказалась намного старше Даши, но они сразу понравились друг другу, и в первый же день допоздна засиделись в буфете роты за чаем, беседуя обо всём на свете. Молодая военная вернулась в отель далеко за полночь и тут же свалилась спать. Таким стал первый день в новом доме.

В последующие дни Даша с превеликим удовольствием начала обживаться: получила форму, съехала из отеля в свою квартирку, маленькую, но зато в историческом центре столицы, где невероятно красиво. На выданный аванс немного отоварилась, знакомилась с городом, созванивалась с новой подругой Бертой, советуясь практически в любых мелочах. И так по прошествие нескольких дней Даша с ужасом и со стыдном поняла, что так и ни разу и не позвонила ни Люде, ни Анджею, ни на Арвиан... Новая жизнь на прекрасной Новой Венере уже поглотили Дашу полностью.

* * *

В тот день Люда с замершим от страха сердцем отправилась в больницу, где умер её отец. Девушка не решила, что будет врать персоналу, чтобы ей рассказали о судьбе умершего пациента. На ватных ногах она преодолела высокие ступеньки, удивляясь, как их преодолевают больные, которым тяжело подниматься. Дрожащей рукой Люда открыла стеклянную дверь и вошла. Она оказалась в огромном круглом холле со старомодной обстановкой с круглыми лампами на потолке и коричневым кафелем на полу, воздух освежали кондиционеры. Выстояв очередь в регистратуру, Людмила кое-как нашла в себе силы сказать молодому мужчине:

— Как я могу узнать о судьбе одного пациента, который умер тут много лет назад?
— А вам зачем? — удивился работник больницы. — Раз много лет назад, то вам в архив надо, а чтобы туда попасть, нужно разрешение на допуск.
— Поймите, я не могу ждать — я в столице проездом, у меня на носу командировка на другую планету, — врала Людмила. — Не знаю, когда попаду сюда ещё раз.
— Ах, — работник регистратуры огляделся и, заметив, что за девушкой больше никого нет, сказал: — Попробую вам помочь. Как звали этого пациента?
— Петров Захар.

Набрав имя на жидкокристаллической клавиатуре компьютера, молодой человек спросил об отчестве. Люду тут же прошиб холодный пот — она никогда не знала имя деда. Или просто не помнила, к сожалению. Пришлось сознаться в этом.

— Что? — работник регистратуры нахмурился. — Раз не помните, зачем вам это надо знать? Я думал, вам нужна информация о родственнике. Не задерживайте меня в таком случае.
— Подождите! Подождите! Посмотрите, пожалуйста, в базе, может, он один такой — Захар Петров? А если нет, то методом исключения.
— А если сто пациентов с таким именем? — сердился молодой человек. — Так и будем «методом исключения» до вечера искать? — его испепеляющий, строгий взгляд впился в посетительницу, а та задрожала от волнения.

«Да, кажется, всё пропало!» — Люда поддалась панике. В голове рисовались картинки, как её отсюда с позором выгонят. Девушка посмотрела на парня и попыталась сделать неловкий комплемент, сказав, что такому красавцу не к лицу сердиться, но это его ещё сильнее рассердило. Бросив гневный взгляд на незнакомку, он гордо поднялся, чтобы уйти.

— Но что вам стоит мне помочь?! — с отчаянием в голосе воскликнула Людмила. Тот несколько удивлённо взглянул на посетительницу. А она продолжила: — Я же не просто так интересуюсь. Значит, мне это важно.

Молодой человек сел на место. На миг стало словно холоднее. Петрова занервничала, а работник регистратуры успокоился, но по-прежнему сердито спросил, какого года рождения был этот Захар Петров. Людмила ответила, что возрастом примерно, как её отец. Парень фыркнул, мол, откуда он знает, сколько ей лет.

— Мне восемнадцать. — Люда заставила себя улыбнуться и добавила: — А вам, полагаю, ещё меньше? Практику проходите здесь? В медицинском техникуме учитесь?

Лицо молодого человека вспыхнуло. Неизвестно, угадала ли она, но комплимент в адрес юной внешности сделал своё дело. Парень, борясь со смущением, пробурчал, что-то невнятное и принялся набирать что-то на жидкокристаллическом экране в столе.

— Васька, — повернув голову, крикнул он кому-то, — включи чайник.

В душе Люды всё затрепетало — неужели парень и в самом деле поищет в базе данных её отца, и не придётся ждать допуск в архив...

— Ну, вот их тут три Петровых Захара: Иванович, Витальевич и Григорьевич. Какой вам нужен? Год рождения помните, наверное?
— Нет.

Тот нетерпеливо вздохнул и попросил вспомнить хотя бы примерно, но Люда даже предположить не могла. Молодой человек, начиная нервничать, извинился, сказав, что пойдёт на обед.

— Стойте! — остановила его Даша и прошептала, чтобы никто не слышал: — Он был мужем Петровой. Может, знаете его отчество?
— Петровой? Ну, понятно, что, либо муж, либо сын Женщины с такой фамилией, — но тут, кажется, до молодого человека что-то начало доходить: — Это не Петрова ли Алевтина? Не мэр ли бывшая?
— Она самая.

Слова прилипли к горлу, и Люда была готова услышать сейчас всё что угодно. Молодой человек тут же напрягся. Брови сошлись на переносице. В Эльмирграде до сих пор не любят вспомнить бывшего мэра.

— А вам зачем знать? Кто вы им?
— Я... родственница её мужа. Дальняя племянница.
— Дальняя племянница? Ага, так я вам и поверил! Вы, наверное, журналистка!

И Людмила, делая вид, что её раскрыли, наврала, что он угадал, что она действительно является журналисткой. И быстро, предчувствуя просьбу показать удостоверение, сама добавила, что забыла его в отеле. Работник регистратуры глубоко вздохнул и сказал, что ничем помочь не может и попрощался. Наверняка медперсонал учат, что говорить в подобных ситуациях. Может быть, в клинику уже приходили журналисты, чтобы выяснить подробности смерти супруга Петровой. Видя, что работник регистратуры хочет уйти, Людмила взмолилась:

— Но вы же обещали помочь! Поймите — я в безвыходном положении!
— Ничего не знаю! Я думал, вы родственница, — вставая, заявил молодой мужчина.
— Войдите в моё...
— Вам повезло. Вон идёт Анна Леонидовна — главврач. Попробуйте к ней обратиться. — Наверное, парню просто хотелось отделаться от навязчивой незнакомки.

Девушка обернулась и увидела высокую темноволосую Женщину во врачебном халате.

— Представьте меня ей.
— О-о-о-о-ох! Ну, идёмте!

Молодой человек вышел из дверцы в стене регистратуры, предупредив всё того же Ваську, что уходит, и они вдвоём с Людой поспешили догнать врача.

— Анна Леонидовна, девушка хотела бы поговорить с вами.
— Да, — кивнула Люда, — если у вас, Анна Леонидовна, есть на то время.
— А что случилось? — удивлённо взглянув на нее, спросила Женщина.

Людмила с мольбой взглянула на работника регистратуры, и тот, поняв немую просьбу надоедливой девицы, с недовольством объяснил врачу за неё:

— Анна Леонидовна, вы ведь были лечащим врачом Петрова Захара Витальевича? — Та кивнула, не в силах срыть изумление и даже страх. — Так вот, эта девушка хочет знать о его судьбе.
— О его судьбе? Все знают, что Захар Витальевич умер.
— Да, но я бы хотела знать подробнее.
— А зачем?
— Анна Леонидовна, я говорил этой девушке о разрешении доступа в архив, но...
— Я — его дочь! — неожиданно созналась «эта девушка».
— Что?! — в шоке воскликнули медики хором и даже отшатнулись. — Дочь?!

http://www.proza.ru/2019/05/25/99


Рецензии