Шрам-жизнь. Глава 21. Тепло дружбы

Глава 21. Тепло дружбы

В комнате было прохладно из-за приоткрытой форточки. Лёгкая занавеска чуть колыхалась. В помещении разносился чудесный цветочный аромат, он вызвал приятные ассоциации в метущейся душе хозяина спальни, успокаивая его. Дима лежал на кровати и горько плакал, сжимая в руках собственный сборник песен, который принёс Денис, как немую мольбу подумать над выбором. «Почему она требует, чтобы я разорвал помолвку? — думал юноша о Евгении Александровне. — Я ведь люблю Стешу. Почему мне надо выбирать? Я выберу любовь, но что станет с Денисом?»

Младший брат, которому недавно исполнилось восемь лет, как и все сверстники, верил в мечты, добро, сказку и в то, что каждый юноша — царевич. Денис считал, что Степанида не достойна его прекрасного брата, но всегда молчал об этом, никогда не выказывая недовольства. Мальчику хотелось, чтобы Дима и дальше шёл за своей мечтой, становясь всё более успешным певцом, и сейчас, пока того не было дома, подкинул парню в комнату сборник песен, чтобы таким намёком посоветовать не рубить с плеча. Когда Митенька постепенно становился популярным, популярным в своём классе становился и Денис — ещё бы, младший брат начинающего, но уже, по сути, известного певца! Да, Митраша популярен, но пока всё равно не настолько влиятелен в мире музыки, и если Евгения Александровна бросит подопечного, то постепенно слава артиста сойдёт на нет. Денис не преследовал меркантильных целей, хоть и родился в семье со средним достатком, и разбогатели они благодаря старшему брату — это правда, но Стеша не нравилась мальчику. Эта девушка казалась ему совсем не такой, какими описывались храбрые принцессы-рыцари или галантные леди. Простая хорошая девушка, немного приземлённая, немного грубая внешне, она не вписывалась в идеальный мир людей с высшим образованием. Криленковы Лариса Степановна и Егор Петрович оба окончили вузы. Зная это, всегда слыша от родителей, что учёба многое значит, Денис считал, что Стеша с девятью классами не достойна его брата. Дима же был в корне не согласен с ним.

Проплакав почти до вечера, молодой певец закрылся у себя в комнате, ни разу не спустившись в гостиную. О том, что произошло, прослышал Дениска, а родителям сама Евгения Александровна позвонила и сказала, что она против брака своего подопечного и «этой девицы». Лариса Степановна расстроилась, хотя виду не подала, но Криленковой тоже будущая невестка не очень-то нравилась. «Разве для этой дурно воспитанной особы без образования его родила и растила?» — думала кандидат в доктора медицинских наук. А Егор Петрович, как всегда, расстроился и испереживался за сына — он всегда занимал сторону Димы и Стеши, считая потенциальную невестку хорошей девушкой. И пусть её образование только аттестат из школы об окончании девяти классов — учиться никогда не поздно, ещё сможет пойти в вечернюю школу, а потом и в вуз.

После ужина, на котором Дима отсутствовал, в дверь неожиданно позвонили. Это оказалась Стрижевая.

— Здравствуйте.
— Добрый вечер, Евгения Александровна, — сухо поздоровалась Лариса Степановна.
— Евгения Александровна, ну что же вы так?! — разочарованно спросил гостью Егор Петрович, сокрушённо качая головой.
— Я к Диме.
— Он, наверняка, не хочет вас видеть, — заявил отец певца, а мать, мягко взяв мужа за руку, сказала тихо:
— Я позову его.

Лариса ушла, а продюсер и отец Димы остались одни.

— Стеше двадцать лет, и она женственно ждала, пока Митеньке исполнится восемнадцать, чтобы сделать ему предложение...
— Ей — двадцать лет?! — от удивления глаза Евгении, кажется, вышли из орбит. — Двадцать лет?! Вы не шутите? Я думала, они ровесники...

Егор ответить не успел: послышались шаги и голоса, а через минуту вышли Лариса и Дима, «которого женственно дождалась Стеша».

Юноша замер перед своим продюсером, не зная, что сказать. Он думал, что Евгения Александровна пришла узнать, что он выбрал: карьеру певца или свадьбу с любимой девушкой. Но вместо этого Женщина сделала шаг вперёд и заключила Диму в объятия.

— Прости, — сказала покровительница артиста.

* * *

Даша, вглядываясь на космодроме в толпу, искала глазами Люду. Девушка уже знала, что случилось с её отцом, о поступке её матери — обо всём. Подруга рассказала по телефону всё как на духу, даже не стараясь скрыть слёз, хотя Женщины не должны плакать. Дарья пригласила названную сестру к себе погостить, отдохнуть и всё обдумать.

— Дашк!
— Людк! — они наконец-то заметили друг друга в толпе прибывших и встречающих и побежали навстречу.

Подруги, кажется, сами не ожидали, что настолько соскучатся, и теперь, обнимаясь, не могли от радости подобрать слов.

— Ну, пойдём к такси. Я пока не такая богатая, чтобы собственную тачку купить.
— Спасибо, что встретила.

Даша кивнула, и они молча направились к выходу.

Когда девушки шли по территории космодрома к автомобильной стоянке, Дарья ничего не говорила — догадывалась, что испытывает Люда. А та и правда не могла поверить, что где-то бывает так красиво: яркость первых зелёных листиков на деревьях, изумрудная трава, набирающие цвет бутоны жёлтых и фиолетовых крокусов, и воздух — чистый, наполненной ароматом весны. Арвиан был ярче, чем серо-бежевый мир Земли, но всё равно Новая Венера в тысячу раз прекрасней, ведь она настоящая, не искусственная, не рукотворная космическая база, в ней было больше духовности, и истории и жизни. Люда, засмотревшись на всю эту красоту, даже забыла о своем горе. Но, уже сидя в беспилотном такси, вспомнила, как совсем недавно узнала страшную тайну сначала от Збигнева, потом от врача. Дарья с сочувствием смотрела на близкую подругу.

Космодром в Ирлиндхилле такой же, как и везде: современное стеклобетонное здание в окружении милого парка с цветами и флагами всех планет Вселенной. Отдаляясь от него в город, Люда увидела, что окраина столицы инопланетян ультрасовременная: с высоченными небоскрёбами, с аэрометро, левитирующими платформами, и с другими изысками архитектуры сегодняшнего века. На блестящих стенах домов отражались голубое небо, белоснежные облака и парящие машины. Внизу разбиты цветущие парки.
Центр Ирлиндхилла славился помпезной архитектурой, тут стояли дома с лепниной, статуями, портиками, со всевозможными захватывающими дух украшениями. Одни здания словно парили в небе, другие прятались в прелестных садиках за коваными заборами. Все лифты и платформы аэрометро оформлены под старину. Ирлиндхилл был прекрасен, он оказался ещё восхитительнее, чем на фотографиях и открытках, и Люда не могла поверить, что видит столицу Новой Венеры на самом деле. Подруги проехали мимо огромного здания с колоннами и портиком.

— Это — Военная Школа. Некоторые наши призывницы, которых я буду обучать, окончили её. Там, кстати, училась и Нэрва.
— Это кто?
— Наследница. Дочь Правительницы Эрши. Они у нас типа королевы и принцессы.
— «У нас», — улыбнулась подруге Людмила. — Полюбила уже Новую Венеру?
— Очень! Как же её не любить? Это такая радость — быть тут, где когда-то родилась Туманная Освободительница.
— Дашок, счастлива за тебя! — искреннее улыбнулась Люда.
— Не бойся. Прорвёмся! И тебя пристроим в армию.

И на душе Петровой словно распустились бутоны розы, на сердце потеплело: как хорошо, когда тебя кто-то любит.

http://www.proza.ru/2019/05/25/827


Рецензии