Читатель и книга

Для чего человек берёт в руки книгу?
Возможно, для пресса (не путать с «прессой»). Или чтоб что-то прикрыть. Возможно, подставил вместо отломавшейся ножки стола. Возможно, для растопки. Возможно, чтоб прочесть. Возможно, чтоб сдать в макулатуру... Стоп! Чтоб прочесть? Это интересно! И я позволил фантазии разгуляться.
Читатель открывает книгу. Почему? Он услышал о ней какой-то отзыв? Решил проверить чьё-то мнение? Увидел известное имя писателя? Получил задание прочесть? Увидел заинтриговавшую его аннотацию? Да какая разница!
Любуется обложкой? Даже её не замечает? Читает название? Вспоминает авторов? Поворачивает, чтоб поцеловать портрет автора на обратной стороне обложки?
И вот он читает.
Аннотация. Зевает и закрывает (чтоб прикрыть, подставить, макулатура...). Смотрит на страницу номер 3, читает. Пролистывает вперёд, ещё вперёд, до конца и закрывает (чтоб подставить, прикрыть, навалить...). Читает первый абзац, потом второй, потом всю страницу, ещё, ещё... Зевает. Закрывает (чтоб подарить кому-то красивый предмет). Читает до конца!
Задумывается.
Разочаровывается.
Скучает.
Считает ненаучным и глупым.
Ощущает прилив счастья.
Ощущает прилив знаний.
Ощущает прилив сил для исполнения гражданского долга.
Ощущает ненависть к врагам.
Любуется персонажами.
Ненавидит персонажи.
Плюётся... Почему? Да не понравилось! А почему раньше не бросил читать? А было интересно! А что не понравилось? А обмануто ожидание! Ну, это не причина!

Но это же здорово!
Читатель мало того, что отважился прочесть, он имеет своё мнение!
И тут самое главное: почему оно именно такое и откуда это самое мнение берётся?

а) Читатель даже не заметил трудов и таланта автора (настолько был увлечён).
б) Читатель оценил мастерство автора (несмотря на то, что был увлечён).
в) Читателю не понравилось содержание.
г) Читателю не понравился автор, и он плюёт в портрет автора на обратной стороне обложки и растирает.

Если быть объективным, только мнение (б) можно считать «грамотным». Остальные говорят только о том, что читатель ещё не состоялся.
Как же так? Читатель потому и читатель, потому что читает! И по-другому его невозможно назвать! И какая разница: грамотен он или нет! В конце концов книгу берут для того, что набраться этой самой грамотности (вспоминается букварь)!
Но есть случаи ещё более печальные.
Читатель видит задумку автора, видит, как он пытается реализовать замысел, видит достоинства и просчёты... Но ощущая, что плоха не книга, а не понравившееся содержание, считает, что плоха именно книга! И не задумывается, почему содержание хорошо оформленного сюжета или отлично выписанных героев или обстановки не понравилось!

Классический пример: «Лолита» Набокова.
Я не знаю ни одного человека, который был бы без ума от педофила Гумберта или малолетнего «беса» Лолиты. Большинство возмущаются безнравственностью. Из них некоторые бросают эту «исповедь» читать на середине. Из них некоторые начитают всех убеждать в преступности романа (и вообще, «зачем о таком писать»?). Некоторые, вспомнив слова Флобера «Эмма Бовари — это я», считают прототипом Гумберта самого Набокова (вспомним, что пришлось пережить Достоевскому, которого тоже обвиняли в педофилии за его героев: несовершеннолетнюю Сонечку Мармеладову, за насильника и педофила Свидригайлова, за растлённую барином Грушеньку в «Братьях Карамазовых»...).
Меньшинство пожимает плечами, и не пытается разобраться: слишком одиозный роман.
И только внимательные читатели вдруг задаются вопросом: а почему этот роман вызывает такое отторжение? Ведь написан он превосходно! И всё дело в том, как роман воспринимается! И неужели Набоков не понимал, что пишет что-то непотребное? А, может, всё наоборот? Именно мастерство писателя вызывает такой эмоциональный отклик у читателя?

И первый вопрос: зачем он так написал?
Когда этот вопрос задаёшь читателям, которые не задумываются «зачем?», а только сейчас услышавшим этот вопрос, они отвечают с убеждением в голосе: «Если это откровение, то это означает только одно: Набоков – педофил!» И добавляют: «Он вообще антисоветчик и американский и антирусский писатель!» Т.е. герой Набокова – он сам? Поэтому писатель так убедителен? А Толстой убедителен потому, что сам несколько раз бросался под поезд, чтоб вспомнить свои ощущения и вложить их в голову Анны Карениной? А сколько месяцев Толстой дремал в Тарутино, вживаясь в образ Кутузова?..
Нет, дорогие читатели, отождествлять автора с его героями – неблагодарное дело, всегда можно найти уничтожающий аргумент. Впрочем, если  долго говорить, например, что «Россия – зло», обыватели этому начинают верить даже больше, чем Господу Богу.
Но в чём тогда замысел Набокова?
Дальнейшее читатель вполне мог найти сам, если бы задался целью. И всё это даже кажется настолько очевидным, настолько примелькалось, что кажется банальным. А читателю ведь хочется скандальчика!
Итак.
1. В «Лолите» Набоков ушёл от реалистических традиций. Роман неискушённому читателю, привыкшему к букварям, воспринимается «всерьёз»; можно даже подумать, что автор сочувствует и даже заставляет читателя сочувствовать педофилу. Это ощущение в США, тем не менее, быстро прошло уже во время «сексуальной революции» 60-х годов, и тогда роман вдруг стал «сексуальным бестселлером». Но разве отношение автора к своему герою должно быть очевидным до морализаторства? Разве автор не может своё отношение к герою выразить похитрее? Я неспроста задал вопрос: почему к героям романа отношение читателей отрицательное, хотя Набоков ни одним прямым словом не обозначил, что его герои асоциальны? Но если автор добился такого осуждающего прочтения, значит, он этого и хотел?
2. Набоков вообще-то вложил в уста героя слова «меня не интересуют половые вопросы». Но уверенный в себя читатель, заинтригованный первым скандальным планом, не замечает, что там за ним. На самом деле сюжет о клиническом случае – замануха. Набоков придумал даже термин «либидобелиберда», намекая на термины фрейдовского психоанализа.
3. И что на втором плане? Судьба художника и его творчество. В какой-то степени (без сексуального подтекста), это писательская биография самого автора, зашифрованная аллюзиями, цитатами, наработанными Набоковым «зеркалами» и «лабиринтами».
4. Есть ещё один план, отмечаемый критиками: роман – аллегория взаимоотношений писателя Набокова и культуры США. И действительно, герой пытается овладеть Долорес так же, как метафорически это пытается сделать Набоков с Америкой, колеся по стране в погоне за несбыточным. Америка кажется Набокову неискушённой по сравнению с Европой, но вполне искушаемой. И кажется, что тут писатель – Иван Сусанин, ведущий читателя по времени и пространству США в литературные дебри американской словесности, оглядываясь на приевшуюся европейскую.

Итак, если читателю вдруг что-то нравится или не нравится, нужно сообразить из-за чего. Одно дело, если не удовлетворяет стиль, тематика. Это вообще не причина гнобить автора за то, что у читателя иные литературные пристрастия и ему что-то не понравилось в сюжете.
Другое дело, что сам текст низко профессиональный, а читатель искушённый до такой степени, что может отличить имитацию (примитивизм) от отсутствия элементарных писательских или поэтических навыков (примитив). Нет особого смысла делать многостраничные разборы некачественного текста (это бесполезно и вредно для самого автора). Достаточно нескольких цитат.
А вот если текст написан хорошо, но не нравятся герои или кажется, что автор сочувствует отрицательным персонажам, то надо сесть и подумать: зачем это понадобилось? Одно дело, если автор действительно «сатанист», а другое – хитро изобличающий «сатанистов». Вот где и нужен грамотный читатель.
И речь во втором случае нужно вести не о том, плох или хорош текст, а насколько хорошо автором раскрыта тема. И воевать не с текстом, а, если это понадобится, со взглядами автора. Текст при этом – обличающие улики.

Апрель-май 2019


Рецензии