названия пока нет. глава первая, вторая, третья

                Глава первая
Сладкая, сытая жизнь набила уже оскомину, хотелось новых ощущений, или на худой конец какой-нибудь встряски. Хотелось что-нибудь новенького в человеческих отношениях, хотелось подвига или благородства в поступках. Чего-нибудь, чем можно было гордиться, или не стыдно было подписаться под славными деяниями.


Катерина…., где ты…? Полусонный голос протяжно разыскивал, не вставая с кровати свою супружницу. Это был избалованный, молодой и не трезвый  человек тридцати трёх лет отроду, с модным именем Ярослав.
Катюша,- продолжал орать на весь дом Ярик, именно так звали его все окружающие, за исключением прислуги.
Катюша отзовись, я уже хрипну, а ты молчишь, я умру от засухи, организм требует влаги, а тебя нет рядом.  Кто же мне стакан воды подаст в старости, если тебя сейчас не возможно найти в трудную минуту.
Рядом я, не ори за графином ходила, с усмешкой произнесла Екатерина.
Симпатичная молодая женщина тридцати пяти лет, высокая с ухоженными, длинными волосами, в красивом ночном пеньюаре, молча смотрела, как Ярик лакал воду из графина работая кадыком, словно поршнем отсекая лишние потоки реки.
Я так понимаю, всё выпить на вечеринке, в очередной раз не получилось? Спросила Катерина. Ты ставь хоть реальные задачи, с усмешкой добавила она. Привезли как овощ, мятый, грязный, и вонючий. Еле тебя отмыли, ты где валялся, в подсобке какой то? Ярик, тебе уже тридцать три года, а ума как у пацана двадцати летнего. Тормозов нет, уважения ко мне никакого, я поэтому уже с тобой никуда не хожу. В твоём возрасте Христос умер и воскрес, зачем то сказала Катерина.
Это ты сейчас зачем сказала, не глядя на Катю, спросил Ярослав.
Как пример привела, что много можно сделать для людей и вообще.
Я наверно ещё не протрезвел, Ярослав смотрел на Катерину с ухмылкой.
Для людей и вообще, повторил он.
Бред какой то ты несёшь Катюш,  у тебя есть всё, всё о чём некоторые и не мечтают даже. Я теперь начинаю понимать поговорку « С жиру бесятся» это про  тебя.
Нет, поговорка как раз про тебя, забрав графин и поставив на стол, сказала Катерина. Мы сладко пьём, вкусно жрём, мягко спим и т.д.
Да, я всё это заслужил, падая на кровать, пробубнил Ярослав, водичка подняла старые дрожжи и голова начала набирать обороты, кружась словно карусель. Я удачно родился, у хороших родителей, мне повезло, я баловень, продолжал бубнить Ярослав, явно проваливаясь в дрёму. А кому то не повезло, но я то, тут причём, стукнув себя в грудь, он закатил глаза и громко засопел.
Готов, баловень судьбы, сказала безразлично Катерина, глядя как муж, проваливается в царствие Морфея.
Надо что-то менять в этом болоте, иначе засосёт, трясина уже под горлышко подошла. Проспится, будет серьёзный разговор, менять надо в корне образ жизни.  С пьянкой заканчиваем и вообще, шептала Катерина, глядя как ровно вздымается грудь пьяного Ярослава.
К вечеру Ярик вышел из состояния не стояния, и сидя в кресле качалке в саду, листал гламурную прессу. Катерина бродила по саду искоса поглядывая на Ярослава, и не решаясь подойти наматывала круги  вокруг супруга.
Кать, у меня голова закружилась от твоего планомерного нарезания кругов вокруг меня, посмотрев на жену, улыбнулся Ярик. Сказать чего хочешь, иль попросить об чём, фразой из известного фильма продолжил разговор Ярослав.
Разговор есть серьёзный, подсаживаясь рядом , произнесла Катерина.
Прям серьёзный? С ухмылочкой переспросил Ярик.
Да серьёзный, акцентировала Катя.
Надо что-то делать с нашей жизнью, она течёт не потому руслу, о котором мы мечтали, смотря себе под ноги, Катюша  произносила фразы уверенным голосом. Мы прожигаем нашу жизнь, у меня есть большой шанс стать вдовой лет в 40,  а мужу алкоголику захлебнуться собственной блевотиной или умереть от цероза печени. В итоге детей нет, причина не ясна, почему нет, муж на кладбище, загибая пальцы на руке, Катерина не произвольно вошла в роль вдовы.
ЭЭЭЭ эй я рядом, откладывая журнальчики в сторону, сказал Ярослав.
Ты чего это меня мать раньше времени хоронишь. Какое русло? О чём ты там мечтала? Я шикарно живу как у Христа за пазухой. У меня есть всё, расплывшись в улыбке, сказал Ярослав.   
У нас нет самого главного, уважения к самим себе, тихо произнесла Катерина.
А это что? И кому оно надо?  Продолжая улыбаться, Ярослав приобнял Катюшу.
Мне надо, тихо прошептала Катя.
Хорошо, брошу пить, буду домашним семьянином, будем ходить в кино и цирк, или куда там надо ходить в нашем «русле о котором мы мечтали»
Мы через полгода завоем от безделья и унылого однообразия. Нам в тридцать пять станет по пятьдесят лет.  Ярослав упал в кресло после бурной речи.
Надо просто озаботится, сказала Катя
Это как? Ярослав с интересом посмотрел на жену.
Вон Глушаковы, наши соседи по даче, взяли из дома престарелых бабушку и ухаживают за ней. Ты знаешь, какой у них рейтинг в соцсетях, ого го. Одних просмотров несколько тысяч.  Они выкладывают туда всё, как гуляют с бабушкой, кормят её и т.д.
Это что за новая хрень какая то? Вопросительно посмотрел на жену Ярослав.
Ну да, раньше детей брали из детских домов, а теперь стариков берут из домов престарелых, от которых живые дети отреклись.
И на хрена они нам нужны, если их детям не надо? Непонимающе пуча глаза, выпалил Ярик.
А Мэрия всякие бонусы даёт таким семьям, которые со стариками няньчуются, с квартирами помогают, с продуктами .
Кать ты дура? не выдержав, спросил Ярослав. Какие квартиры, какие продукты. У нас дом размером с Хрущёвскую пятиэтажку, у нас продуктов как на продовольственной базе, зачем тебе бонусы от Мэрии?
Ярослав быстро начал шарится в телефоне, явно что-то ища в нём.
Вот, прочитал он, рассеяно глядя на аппарат.
Да тут не одни Глушаковы, тут до хрена таких дебилов, перелистывая электронные странички, бормотал Ярослав. Может лучше, из детского дома возьмём малыша? Или давай заведём собаку. Предложил Ярослав, смотря на супругу умоляющим взглядом.
Хочу старушку, сказала Катерина, тоном не терпяшим возражения.
Ну старушку, значит старушку,- сказал Ярослав.  Наиграется и вернём назад, в конце концов, подумал он. К матери родной ездит раз в полгода, а тут с бабкой чужой нянчится собралась, что-то мне подсказывает, что эта затея провальная, и «русло» повернётся назад в правильное направление, и заживём как раньше, усмехнулся Ярослав.
                Глава вторая
Ну, что? Спросил Ярик, вперёд и с песней. Настроение у него было игривое, его распирали чувства непонятные ему самому. То ли превосходство над всеми, а может ему просто казалось, что весь мир крутится вокруг его персоны.
Катюша, нам бабуля нужна попроще, или с закидонами? В их возрасте я читал, что с закидонами не редкость, набор болезней и отсутствие полноценного общения мутит их разум, улыбаясь, констатировал Ярослав.
Ярик, кончай пошлить и нести всякую ересь, серьёзно произнесла Катерина, приоткрывая окно Мерседеса. Мы сегодня сделаем благое дело,
Продлим кому то жизнь, сказала многозначительно она.
Чё, каким это образом? Оторвавшись взглядом от дороги, и повернувшись в полуобороте  к Катерине, спросил Ярослав.
Нашим вниманием и заботой, мы продлим кому то жизнь. Обязательно,
добавила она, смотри на дорогу лучше. Далеко нам ещё, поинтересовалась Катя.
Минут сорок если без пробок. Все эти заведения за городом, как правило,
а туда как получится, так и доедем. Ровно через час машина въехала за чугунные, кованные ворота с вензелями. Это была старая усадьба, небольшой домишко, с осыпавшейся штукатуркой и выпавшими кирпичами из углов здания. С разбитым порогом, но со свежевыкрашенными лавками перед входом. Правда, с современным пластиковым стеклопакетом.
Приехали, сказал Ярослав, сладко потянувшись, это наша богадельня,  добавил он. Это я в кроссворде прочитал приют для стариков и инвалидов, называется богадельня.
Не красивое название, в этом слове нет души, буркнула Катерина, и открыв дверь выпорхнула из машины. Природа, оглядываясь по сторонам, и вдыхая полной грудью запахи, улыбнувшись, сказала она.
А где народ? Прочитал Ярик в её глазах. Скорее всего в домике, натужно улыбнулся он. Первое движение к цели давалось тяжело обоим. Решительности не было ни у Кати, ни у Ярослава. Беря в свои руки инициативу, Катерина, схватившись за огромную медную или бронзовую ручку двумя руками, потянула её на себя. Дверь скрипнула и приоткрылась. Разруха внутри превзошла все ожидания, потёртый фасад показался архитектурным изыском по сравнению с внутренним убранством богадельни. Драные обои, свисали клоками с облезлых стен, коричнево-красная краска на деревянных полах вызывала полное отторжение у Катерины как у человека творческого. Белая крашенная мебель, наводила ужас даже на Ярослава. На хрена было тумбу красить белой краской, спросил он у Катерины.
Мы здесь не за тем, чтобы что-то осуждать, мы здесь по делу, строго произнесла она.
Есть кто-нибудь, негромко спросила Катя
Вам зачем? Вопросом на вопрос, спросила женщина лет пятидесяти на вид. На весь дом и всех его постояльцев я одна и администратор, и кухарка и медсестра и уборщица. Есть правда по кухне помощница, но она из постояльцев. Зовут меня Светлана Борисовна.
А посмотреть можно? Спросила Катерина, не особо понимая сама, на что хочет посмотреть.
Да на здоровье, сказала Светлана Борисовна, смотреть то только особо не на что. Живёт у нас 42 человека половина инвалидов, на всю нашу бригаду мне выделяют тридцать тысяч рублей в месяц, то бишь по семьсот рублей на человека и корми их как хочешь, зло, сплюнув на пол, добавила она.
Мурашки пробежавшие по спине Катерины, и перекошенное лицо Ярослава, заставило Катю сделать шаг вперёд. Мы всё таки посмотрим , сказала она, глядя на Светлану Борисовну.
Толкнув вперёд двойную межкомнатную дверь, взгляду супружеской пары предстал советский пионерлагерь «огонёк» или «дружба» одно большое помещение утыканное кроватями и белыми, крашенными тумбами.
Посреди былого великолепия некогда богатого особняка, ходят, сидят, и лежат явно не богатые люди. В основном старики обоих полов. Кто-то смотрит телевизор, кто-то спорит с соседом в полголоса, не обращая никакого внимания на посторонних. Как в фильме ужасов, шепнул Катерине на ухо Ярослав. Сейчас они нас унюхают и будут бегать за нами в попытке сожрать. Как тебе такой сценарий? Серьёзно посмотрев на Катю прошептал Ярослав. Ты как хочешь, а я сваливаю, с меня хватит на сегодня приключений. Эти зомби на долго у меня отбили желание пить. Давай никого брать не будем, я просто брошу пить, обещаю. Хочешь, я ещё денег переведу им на хавчик, только поехали уже домой.
Катерина молча, смотрела на происходящее вокруг неё, не обращая внимания на бубнёжь Ярослава.
Домой, выпалила она после длительной паузы.
Всю дорогу до дома Ярослав пытался шутить про зомби, а Катерина смотрела в окно и думала, как же можно прожить сорока человекам на тридцать тысяч рублей целый месяц. Мы вчера в ресторане больше оставили, хотя толком не ели, не пили.
Такой же приют не один на весь город? Спросила она у Ярика.
Да нет конечно, сказал Ярослав я в первый попавшийся пальцем тыкнул и поехали. Кать, может оставим эту идею в покое, я тебе обещаю пить бросаю с сегодняшнего числа.
Вопрос уже не в твоей пьянке, а в том, что многим людям нужна наша помощь, патриотично произнесла Катерина.
Ты  чё, мать Тереза? При нашем достатке, даже мы помочь не сможем всем желающим, повысив голос, произнёс Ярослав.
А вот Глушаковы могут, сказала Катерина
Одной бабке, а не всей стране, заорал Ярик, ты меня начинаешь бесить уже. Возьми себе бабку и нянчись с ней. Столько хобби вокруг Скрапбукинг, квилинг, декупаж, валяние из шерсти, и другие красивые названия, как называется твоя затея со старушкой? что это за хобби.
Не в одном словаре нет такого слова, махая руками перед лицом Катерины, продолжал напряжно орать Ярослав.
Это не хобби, спокойно сказала Катя, это сердоболие,  это помощь людям.
Мы  живя в достатке просто забываем, что есть голод, нищета, болезни и просто несчастные люди у которых нет ни родных, ни близких, и им просто нужно общение, им нужна семья.
Но почему моя, вопросительно посмотрев на Катю, спросил Ярик. У нас свои старики есть, они упакованы конечно, живут отдельно, но когда то мы им будем нужны,  вот тогда мы их будем делать счастливыми, а пока у нас есть время на отдых. Я ещё морально не созрел, сказал Ярослав. Приехали, он вышел из машины. Мне надо снять стресс, ты со мной? Посмотрев на Катерину, и не дождавшись ответа, двинулся в сторону дома.
               
                Глава третья
Прошла неделя. Ни Катерина, ни Ярослав не поднимали тему с поездкой в приют, даже разговора не было на этой неделе об этом. Может угомонилась, думал Ярик, смотря на Катерину слегка посеревшую, как ему казалось. Мать ты хвораешь что ли, спросил он у Кати. Что-то мне не очень нравится твой внешний вид, вся в думках каких то. Не даёт мне покоя увиденное, влилась в разговор Катюша, сны какие-то снятся, мысли весь мозг съели. Копошатся там, постоянные головные боли, сплю плохо, вот и серая, заключила она.
Ты заметила я уже неделю ни-ни, похвастался Ярик. И даже не хочется, веду здоровый образ жизни, всё для тебя родная, сказал Ярослав и поцеловал Катерину в макушку.
 Может, съездим ещё в какой-нибудь, жалостно посмотрев на Ярика, спросила Катерина.
Так, эта дурацкая идея, не оставила в покое твой мозг, с лёгким раздражением  выпалил Ярик.  Когда желаете? Спросил он, понимая, что сама она не откажется от этой поездки, тем более, что сам обещал ей этот выезд.
Завтра можно? посмотрев в сторону мужа, спросила Катя.
Можно, утвердительно мотнул головой Ярослав.
Катюша улыбнулась, и пошла к зеркалу, наводить на лице марафет, словно выезд был назначен на ближайшее время.
Лизочка, крикнула Катюша, а что у нас на завтрак?  Что-то аппетит проснулся зверский, три дня толком не ела, заключила она.
Лизочка- это, домработница сорока пяти лет, не очень привлекательная, но и не отвратная. Для прислуги самый раз, считал Ярослав. Она была при доме, ещё до свадьбы Кати с Ярославом. Женщина аккуратная, чистоплотная и немногословная за это её семья и ценила.
Стол накрыт, Екатерина Дмитриевна, прибежав из столовой, доложила Лизочка. Она всех называла по имени-отчеству, и панибратства не терпела сама и заставляла других следовать этикету, и правилам общения.
Скажу тебе по секрету, шепнула Катерина Лизе, завтра мы едем с Ярославом в приют за старушкой, по-детски улыбнувшись, она посмотрела на Лизу. Та, опешив и не поняв ни слова из сказанного, растерянно заключила, - ну и славненько. Эта фраза всегда срабатывала под любые конфузы.  За какой старушкой? Елизавета и понятия не имела, но уверенный тон Катерины, внушил ей спокойствие, и она уверенно посеменила на кухню кормить хозяйку.
Яркий луч утреннего, летнего солнца ворвался в комнату, и начал заполнять светом каждый тёмный угол спальни Катерины. Сладко потянувшись, Катя, скинув ноги на пол, посмотрела на часы. Двадцать минут шестого, господи какая рань, а сна нет не в одном глазу. Вставать рано, а заснуть не смогу уже, и чем мне заниматься, спросила сама у себя Катерина, присаживаясь возле окна. Садовник щипал уже кусты огромными ножницами, наводя красоту в самшитовой живой изгороди.
Любуясь красотой огородного пейзажа, Катя сама не заметила, как задремала, склонив голову на руки, лежавшие на подоконнике.
Ты спать то ложилась?  Услышала она голос Ярослава, или всю ночь бдела у окна?
Спала нормально, потягиваясь, произнесла Катерина, это я утром у окошка, от монотонной стрижки кустов садовником, задремала.
Я нашёл в черте города пансионат, произнёс Ярик, глядя на Катерину. Это точно не должно быть похоже на богадельню, там сутки проживания стоят полтары тысячи рублей, многозначительно подняв палец к верху, добавил он. 
Пансионат звучит многообещающе, сказала Катя, это не приют собачий, в котором мы были.
Да что ты, по описанию у них там полное лакшери, двести рублей добавляешь, и медицинское обслуживание  у тебя на сутки обеспечено. Номер двухместный, шести разовое питание, индивидуальный подход продолжал перечислять Ярослав.
А кто оплачивает всё это? Поинтересовалась Катерина.
Родственники или сами постояльцы, не все же в этой жизни нищеброды.
Так какой нам смысл забирать кого-то из этого пансионата? если у них там и без нас всё здорово, непонимающе, Катя посмотрела на Ярика. В чём будет заключаться наша миссия.
В общении, как ты хотела, «нашим вниманием и заботой» ты собиралась продлить, кому то жизнь, сказал Ярослав. Это красивый концлагерь, они хорошо живут там, но они никому не нужны в этой жизни. Дети готовы платить не маленькие деньги, за заботу о своих предках, аргументируя своей занятостью и не возможностью содержать их дома. А некоторые старики сами оплачивают, из своих сбережений, беззаботную старость. На которую копили всю молодость. У них не родных, не близких, им здесь по кайфу, они типа в социуме, усмехнулся Ярик.
Потом, чего мы теряем? спросил он, не понравится, уедем. Их полно сейчас на каждом углу,  называются по разному, где приют, а где пансионат, а смысл один богадельня. Слушай Кать, я уже сам начал проникаться этой идеей.
Правда? Спросила Катерина, недоверчиво посмотрев на Ярика.  Ага, правда, сказал Ярослав  и поцеловал её в очередной раз в макушку.
Ты скоро меня в лоб будешь целовать, улыбнулась Катерина, что не настолько становлюсь хороша?
Типун тебе на язык, я без всяких задних, заволновался Ярослав, что ты, я тебя люблю, а то носился бы я с тобой, как курица с яйцом, и крепко поцеловал Катюшу в губы.
Собирайся потихоньку, путь хоть и не дальний, но время на дорогу всё равно потратим.
Вот это другой коленкор, подъезжая к современному зданию похожему на школу, или поликлинику, сказал Ярослав. Стекло и бетон это удел нашего времени, изыски из мрамора и чугуна пережитки прошлого, хотя и красиво, заключил он. Катерина, хватит дремать,  обратился он к жене.
Что-то меня сморило, или укачало, рано проснулась, начала она оправдываться. Погоди, сейчас глаза продеру, а то как с бодуна опухшая, рассматривая себя в зеркало, сделала заключение Катя. Протерев глаза, и помяв щёки, Катя  прищурившись, стала рассматривать  казённое заведение. Совсем не дурно, сразу виден патронаж властей города, не то что частная шарашкина контора. Жизнь в пансионате кипела, сестрички в белых халатах шныряли по двору как челночницы, толкая перед собой, кто тележку с бельём, кто коляску с инвалидом, вышедшим на прогулку.
Ну, что вперёд? Спросил Ярик.  Бабуська к нам сама не придёт, её надо выбирать, захохотал он. Выйдя из машины, Ярик по-джентельменски открыл дверь Катерины и протянул ей руку. Прошу мадам, сказал он, ухмыльнувшись. Ярик заканчивай хохмить, дело то серьёзное, произнесла Катерина. Это я от волненья, сказал Ярослав, и взяв Катю за руку направился к центральному входу.
Опухший от безделья охранник преградил им дорогу. Вы к кому? спросил он, вертя в руках связку ключей, посещение после четырёх.
Нам бы к заведующему вашего заведения попасть, не особо обращая внимание на халдея,  сказал Ярик. целенаправленно двигаясь к парадному входу.
 А зачем? спросил охранник, в очередной раз, преграждая путь посетителям.
Чего-то я не очень понимаю, почему  я должен вести свой диалог с этим «воякой» поглядев на форменную одежду охранника, сказал Ярослав. Уважаемый, мы можем как-нибудь миновать с вами общение? посмотрел вопросительно Ярослав, вы в свою рацию поинтересуйтесь, как мне побеседовать с руководством.
Отойдя в сторону, охранник с кем-то перекидывался фразами, из отрывков которых можно было понять, что «самого нет на базе»
Давайте зама какого-нибудь, строго сказал Ярик, я не располагаю лишним временем на прогулки по богодельне. Моё время стоит дорого, зачем-то добавил он.
Всё это время молчавшая Катерина, отвернулась в сторону, пряча улыбку.
Входная дверь распахнулась, и в проёме появилась миловидная дама лет пятидесяти, в белом халате. Это вы меня спрашивали, обратилась она к Ярославу. Если вы имеете какое-нибудь отношение к руководству, а не к охране, тогда мы, сказал он, оглянувшись на охранника.
Зовут меня Ирина Валерьевна, я заместитель заведующего нашего пансионата. Игорь Витальевич сегодня в отъезде. Проходите, предложила хозяйка. Справа от входной двери был не большой кабинет, смахивающий на смотровую или приёмную комнату. Что вас привело к нам, у вас Бабушка или …. Нет, отрезал Ярослав, у нас пока никого, но мы хотели бы взять на содержание какую-нибудь старушку, не совсем древнюю, ну сами понимаете.
Не понимаю, искренне сказала Ирина Валерьевна. Что у вас не было ещё такой практики? Удивлённо посмотрел на неё Ярослав. Откройте интернет, и вы замучаетесь листать страницы с постами, как очередная семья приютила у себя стариков из пансионата или приюта. У меня работы полно, и нет времени на безделье, чтобы лазить по интернетам, серьёзно произнесла Ирина, у вас все ко мне? Поинтересовалась она.
Я вполне серьёзно Вам заявляю, что мы намерены забрать к себе на содержание старушку из вашего пансионата, разгорячился Ярослав.
Молодой человек вы вроде не глупец, никого вы отсюда не заберёте, уверенным голосом произнесла Ирина Валерьевна, это наши деньги, поверьте на слово, нам приходится много работать, чтобы они попадали именно к нам в пансионат. Сергей, обратилась она к охраннику, проводите гостей. Не смею вас больше задерживать всего хорошего, и удачи вам со старушкой, иронично добавила она.
Облом, садясь в машину, сказал Ярик. Они не имеют права нам отказать, выпалила молчавшая всё это время Катерина. Есть закон. Какой закон? Ты его видела? Спросил Ярик. Может и есть какая-нибудь писюлька, что по обоюдному согласию сторон можно произвести этот акт передачи одного лица под опеку другого. Это нам с тобой в усадьбу ехать опять надо, там нам отдадут хоть всех сорока двух человек. И ещё тридцатку денег на жрачку подгонят, захохотал Ярослав.
Может ты и прав, смотря себе под ноги, бормотала Катерина, этим наша забота не нужна, у них там всё хорошо. А вот с усадьбы люди реально брошенные, они в нас нуждаются. Решено, едем завтра, твёрдо произнесла Катя.


Рецензии