Ведьма бархатной ночи

Ориби Каммпирр
           Синяя звёздная ночь укрывала ладонями город. Разноцветные искры разлетались от дальних звёзд. Какое-то волшебство явно спускалось с них, падая на вывески магазинов и окрашивая их в те же цвета. Жаль, но не все люди были в состоянии увидеть это крошечное милое чудо, по той единственной и простой причине, что многие из них просто спали. Всё-таки ночь отвоевала своё время не только что, и шёл уже третий час.
          Одинокая, впрочем, лишь молчаливая девушка поднималась по лестнице высокого здания. Она дошла до конца и остановилась в тот момент, когда уже ступила на крышу. Огляделась, улыбнулась самой себе, как будто предполагая, что кто-то невидимый видит, нет, увидит её здесь, как будто он искал и преследовал…
          На крыше больше не было никого. Только темнота, тишина, но эти компаньоны – не люди, и им девушка была только рада, а людей она избегала только лишь от того, что боялась или не хотела прервать своё странное чувство. Она не хотела покончить с собой, не подумайте о такой глупости; не хотела отдохнуть от людей или выкурить ещё одну сигарету, незамеченную мамой и бабушкой. Она только лишь и хотела быть здесь – стоять на перепутье ветров и чувствовать биение их настроений, смотреть ввысь и как будто тянуться к ней, ощущать что-то странное и неуловимое, что толкало, почти окрыляло на действия.
          Это странное чувство возникло не так давно. В тишине ещё одной синей ночи, в моменты такого же спокойствия и умиротворения, в вихре сделанных и несделанных дел, дней обыкновенных и радостных и обычных летних пейзажах ей пришла мысль, что надо забраться на крышу. Надо, точнее хочется, её прямо тянуло сюда.
          Почему ночью? Так в этом вся суть. Выглянув однажды в окно, вы вряд ли бы увидели за ним волшебство, даже если бы оно там и было, но вы и она – люди разные. И некоторые нередко видят то, чего вы обычно не видите или не замечаете… Дело не в каких-то особенных и удивительных глазах этой девушки. Единственное, что можно назвать таким у неё, душа, и то, если вы в неё верите. Наблюдательность или, лучше сказать, любопытство свели её случайно с другим ночным таинством – ощущением величия красоты.
          …Вот и сейчас, стояла она, завороженная, удивлённая, точно бы очарованная, стояла и смотрела на небо, на бесконечный сине-чёрный простор. Тьма расступалась и потому не казалась ей чёрной (поэтому была синеватой). Что-то магическое привлекало, манило, заманивало к себе в вышину. С чуть приоткрытым ртом стояла наша одинокая девушка. И лёгкий восхищённый румянец касался её взволнованных щёк.
           Что-то невообразимое творилось высоко в небе. Там горели не только звёзды, но как будто зажигались миры. Глядящая видела их, как если бы наблюдала сейчас в телескоп. Могла различить каждую чёрточку, кратер на Луне или Марсе, каждое кольцо, каждый спутник… Каждый далёкий мир.
         Восхищение переходило границы. Оно сливалось с невиданной музыкой, которая как будто бы лилась оттуда сверху. Скрипки ветров играли мелодию жизни, открывали невиданный мир и доносили далёкие звуки. А наши, земные шорохи, так же перестали существовать. Не пели первые птицы, не шумел под ногами город, не слышалось даже машин, хотя раньше они летали с невиданной скоростью, даже больше! – летали над головой самолёты, и качались скрипучие провода. Остались только планеты, непредсказуемые, удивительные, бесконечно прекрасные и недостижимые.
         Как красивы были эти миры! И как красив был сей миг, когда бархат дорогой чёрной ткани буквально переливался всеми существующими на планете камнями, драгоценными и бесценными, лишёнными какой-либо стоимости!..
          Девушка стояла на крыше, не глядя совершенно на город, не оборачиваясь назад, не заглядываясь в пропасть пройденных этажей и точно забыв о том, где она сейчас и что делает. Точно поддавшаяся чарам сильнейшего волшебства, она находилась здесь достаточно долгое время и лишь после, по прошествии некоторых событий на небе, чуть изменила своё положение, но, как подумали вы, не ушла, и всего лишь обратила глаза к другим звёздам, повернулась с одной стороны света к другой и продолжила тихое восхищение…
         Она шептала какие-то слова, которые тут же подхватывал ветер и уносил с крыши вниз, воровал и отдавал другим ветрам. Шаловливые потоки стихии впитывали вдохи и выдохи, едва слышные шаги и сомнения. А ночь забирала тень. Девушка буквально летала по небу, глядела вниз на людей…
         Она думала о том, что сказала, что недавно пришло на ум. Как безумно красив этот мир, и что эта красота больше, чем что-то земное. Неземное! Но от этого не менее удивительное. Что, должно быть, мы, все мы, подверглись какому-то потустороннему всепоглощающему влиянию. Что мы околдованы, и это – не совсем наши чувства. Что космос – есть сердце странного волшебства, сводящего нас, людей, с ума, заставляющего взлетать на орбиту. Что это – творение как минимум высших богов. Таких, как, к примеру, Природа. Что мы – только пешки, но в данном случае восхищённые. Ночь – время лучших мечтаний. Волшебство заслоняет днём Солнце. Освежает ли оно наши головы, заставляя видеть только собственный мир, не заглядываясь на другие созвездия? Или как раз-таки заслоняет собой лучшее, что успел подарить нам наш мир?
          Те галактики, что видны лишь на фоне бархатной синей тьмы, созданы не фантазией, они есть, пусть и где-то далеко-далеко. Есть ещё одно объяснение, но оно почти такое же, как и первое. Мы все околдованы. Красотой. Потому что ей это под силу. Природой, Галактикой, так ли важно? Мы все всегда смотрим вверх, заглядываясь в эти чёрные дали. Мы ищем в них что-то, находим… Мы верим, что после найдём. Мы уверены. Ждём. И тогда волшебство к нам приходит. Мы околдованы ведьмой из космоса, ведьмой синей и бархатной ночи, заставившей нас полюбить дальний и, если вдуматься, чуждый, опасный нам мир. И мы любим его, поддаёмся... Возможно лишь потому, что в правду есть какие-то силы.


Севастополь, май 2019, 359