Утро Победы

 Ночью меня разбудили позывные, доносившиеся из старого репродуктора-тарелки, висевшего на стене прямо над моей головой.

    - Ты снова забыл радио выключить, - сонно заворчала бабушка в соседней комнате..
    - Я музыку слушал, - начал оправдываться я, - и нечаянно заснул... Я сейчас выключу...
   Я встал на табурет и в темноте начал крутить винтик, который уменьшал звук. Репродуктор хрипел, но не сдавался...

                - Обожди, не выключай, - остановил меня голос деда. - Раз они в два часа ночи стали позывные передавать, значит что-то важное скажут...
                Не успел он договорить это, как тарелка замолкла, и я начал крутить винтик в обратную сторону. Но теперь репродуктор не хотел говорить....

И вдруг...

    Меня оглушил голос, который я хорошо знал ….
Однажды, когда я читал соседям, собравшимся у нас во дворе, «Сообщения Информбюро» из газеты «Правда», которую получали на всей нашей улочке только мы, кто-то из них сказал:
- Молодец! Читаешь, прямо, как  Левитан...

«Приказ Верховного Главнокомандующего по войскам Красной Армии и Военно-Морскому Флоту, - разносился по всему дому голос Левитана. - Восьмого мая тысяча девятьсот сорок пятого года в Берлине представителями германского верховного командования подписан акт....»

- Победа! - услышал я шепот деда, неведомо как оказавшегося рядом со мной, но шепот этот показался мне громче любого крика.

   Он осторожно снял меня с табуретки, прижал к себе, и я почувствовал на своей щеке его слезы...
 - Значит, это уже — всё?... - растерянно сказала бабушка, появившаяся в проеме дверей.

  Дед силился что-то ответить ей, но в это время раздался оглушительный стук в окно и звонкий голос соседки Зины прокричал:
- Вы слышали?! Победа!!!
  Потом, не прошло и минуты, мы слышали, как уже она стучит в дом напротив, а по улице нарастает немолчный шум, состоящий всего из одного слова — Победа!

Усидеть в доме было невозможно, и я, не одеваясь и спотыкаясь в темноте, выскочил из сеней, распахнул калитку и увидел картину, заставившую меня замереть от восторга и... страха.

   … Два года той страшной войны я провел в полевом госпитале, которым командовал мой отец...

   … Мне было всего пять лет, когда я увидел раненых солдат... Сотни и сотни страдающих людей, с измученными, бледными лицами, окровавленными повязками на головах и пронзительно-тоскливым взглядом угасающих глаз....

   ... Я пережил страшные бомбежки, когда осеннюю тишину сёл разрывал жуткий вой, и матери закрывали своими телами испуганных, плачущих детей...

   … А когда после бомбежки мы выходили из щелей, выкопанных в садах, то земля в них была усыпана опавшими желтыми яблоками, среди которых лежал маленький молодой солдатик с огромной винтовкой, не добежавший до убежища....

… Почти на моих глазах немецкая разведка расстреляла моего отца, а один из немцев, убивших его, стрелял из автомата в маму, державшую меня на руках...

   … Солдат в длинной шинели, с огромной «козьей ножкой» в уголке рта, которому мама рассказала, как убили отца и как мы с нею всю ночь шли к «нашим», снял с головы пилотку, вытер ею с лица то ли пот, то ли слезы, и сказал, улыбнувшись мне:
  - Долго жить будешь, малец... Шесть километров по минированной дороге ты нынче прошагал...

   … В сорок третьем немцы отступали, и мама везла меня к бабушке, чтобы я забыл, что такое война и вернулся в детство. Но война словно не хотела, чтобы я забывал ее ужасы и напоследок не щадила меня... Мы шли под вечер с мамой по дымящемуся еще после боя полю , и она говорила мне строго:
- Смотри себе под ноги! Вечно ты спотыкаешься!
Гораздо позже я понял, что она просто не хотела, чтобы я видел горы трупов наших и немецких солдат, лежавших вдоль дороги.... Но я видел их...


  - Победа! - гремела улица радостным гулом...
                - Победа! - кричало радио...
                - Победа! - все пело во мне...

    Но темные фигуры людей, запрудившие темную улицу вызывали у меня какой-то страх.... Я уже видел такое однажды: было очень много людей в такой же запруженной улице, потом им скомандовали: «Становись», они взяли винтовки и ровными рядами ушли... Воевать... На то дымящееся поле...


Вскоре появился краешек солнца, и мой страх прошел...

  Наступало  утро девятого мая...
  Первое  Утро  Победы..


Рецензии
Спасибо! я родилась после войны.Но как будто видела все это. Я тоже посвятила свой последний рассказ Дню Победы!Мы люди одной Великой страны и мы все ПОМНИМ!Спасибо! Успехов Вам.

Вера Коллер   01.05.2019 18:03     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.