енс

            События 3-11 августа 1992 года

   Дату приезда я просил Енса сообщить заранее, что он и сделал: письмо пришло второго вечером, а утром третьего – встречать его на Варшавском вокзале, Они считают нас дикими, но провезите любого западноевропейца в метро и сразу станет ясно кто есть кто. Эскалаторы в супермаркетах у них, конечно, есть, но маленькие и движутся медленнее. Енс не сразу решился ступить на эскалатор, но сзади наперли и он прыгнул на него  «солдатиком» с десятиметровой  вышки. Диктор кровожадно вещал про опасности  проезда по эскалатору.
 «Что там говорят?» - спросил Енс. Я перевел. Он судорожно схватился за поручень, пальцы с обеих сторон аж касались металлических частей балюстрады. «Не так активно – поправил я его – а то пальцы затянет под поручень и руку оторвет». Енс положил ладонь на резиновую ленту как паинька-первоклассник, пальцы от напряжения побелели, лоб заблестел от холодного пота.
 Потом он научился держаться за поручень, но искусством бега по эскалатору так и не овладел – всегда отставал. Как-то обернувшись, я сам чуть не стал жертвой падения: на лице Енса была испуганно-восторженная мина впервые
 спускающегося с американских горок, а ноги, задевая стоящих справа, выписывали такие кренделя, будто бы он ехал на детском велосипеде-«медвежонке», изо всех сил пытаясь развить предельную скорость.
Маневровый паровоз на полном ходу.
   Вышли из метро. Увидел он слегка подржавевший троллейбус, да как заржет на всю улицу:
«Ого-го! Ржавый троллейбус! У нас в Германии нет ничего хорошего, только отличное! А тут ржавый троллейбус! Я попал на другую планету!»
   Вызвал приятеля отмечать прибытие «инопланетянина». Енс пытался сачкануть. 
- Оу, кляйн. Мали-мали.
- Кляйненькую-кляйненькую!.. Олег уже хат почти дотринкен и майн глас ист пуст. Шнеле-шнеле!
Легкое опьянение порождало предсказуемую шкодливость – стали учить Енса разговорному русскому. Для этого шоу  нужно кроме иностранца  не менее двух русских – в одиночку слушать мат с акцентом не смешно, поверьте богатому филологическому опыту. Несмотря на отсутствие аналогов в немецком, суть этих слов он уловил быстро и уже на следующий день выбить из него какое-нибудь «saepis»  вместо «очень карашо» не удавалось.
    Катаемся по Неве на «галоше», рядом с нами – туристы из ФРГ. Енс познакомился с какой-то Ютой, говорит ей: «Если что – звони, я вот тут живу.» И так запросто дает ей все мои координаты. Гостеприимен у меня дома, нечего сказать.
   То лето баловало хорошей погодой и я ходил на пляж, как на работу. В общем, вел растительный образ жизни. А тут пришлось трудиться по 18 часов в сутки, да и поспать толком не удавалось. Спектр оценок меня окружающими сходился в одном - жуткий болтун. Но не в сравнении с Енсом!! Тараторил он с весьма своеобразным мекленбургским акцентом, так что приходилось к тому же трансформировать его немецкий в нормальный.
   Выгуливать его по городу как шустрого малыша, который обязательно свалится в первый же люк, перепачкается даже в мраморном зале и при этом изводит ненасытной любознательностью, перескакивающей с объекта на объект.
   В ДЛТ Енсу приспичило пить. В отделе стояла полуторалитровая бутыль с лимонадом за 160 руб. Узнал у меня курс марки (тогда был 1 к 100) «Оу, это же почти 2 марки!» и р-раз с ними к кассе. Едва успел поймать его за хвост – стоять, Зорька! И так на каждом шагу. Кстати, вся «великая жажда» Енса удовлетворилась парой глоточков.
   Вечером Енса встревожило несколько комаров под потолком моей комнаты.
- Их надо поубивать, а то они меня пооткусывают за ночь, от меня только косточки останутся. Тебе есть придется меня хоронить.Свернул газету. А рост у него 188. И давай лупить ей по потолку. От комаров оставались живописные пятна и полосы. Мне пришлось смывать это художество малярной кистью.
- Давай ты их будешь уничтожать, - говорит – у тебя лучше получается. У тебя – талант.
Далее все выглядело как на рекламном плакате фильма «Чапаев». Василий Иванович показывает ленинским жестом – Петька строчит из пулемета. То есть я прыгаю с кисточкой по всей комнате, а Енс руководит.
  Гостям – лучшее. Уступил для сна ему  полутораспальную трахту, а сам устроился на надувном матрасе. Дырку в матрасе я заклеил, но воздух все равно потихоньку сочился. На пляже-то это нормально. А тут -  просыпаться по 3-4 раза. Встаю поддувать матрас, а эта рожа лежит, ухмыляется, глядя на мои потуги.
- Молодец, ты работаешь как помпа. Ты, наверное, был ударник коммунистического труда.
- Ах ты … - ласково говорю ему на это.
- Что есть по-русски «iopany ischak»?
- Дорогой гость.
- Оу, - польщено прошептал Енс – я есть очень iopany ischak.
Потом разбудил среди ночи:
- Пётр, тут летает комар - убей его.
- Мне он спать не мешает - ты и убивай. Они на тахту прикормлены.
- Да, у меня сладкая кровь, им больше нравится моя...
- Очень рад - говорю - что моя им не нравится.
Оба мы с Енсом железнодорожники, но у меня это тогда - будущая инженерная специальность, а у него - диагноз. Из всех музеев его заинтересовали только два железнодорожных /ЦМОЖД и ЦМЖТ/,так что культурная программа замкнулась на окрестностях пяти вокзалов. Был бы на Западе журнал "Играющий железнодорожник" - Енс, при всей своей сексуальной озабоченности,
выбрал бы не голых женщин, а паровозы. Немцы вообще помешаны на технике. До посещения "Авроры" Енс считал, что в России никогда ничего путного, кроме детей, делать не умели. Осмотрев механизмы в машинном отделении крейсера понял, что был неправ.Из наших продуктов Они в восторге от солёных огурцов, мороженого и кондитерских изделий. Енс не исключение, но, в отличие от своих соплеменников мог есть всё это одновременно. Наличие мороженого на каждом углу давало моим ушам необходимые передышки. Мне в детстве, кстати, тоже затыкали рот таким способом - что ни сделаешь, чтобы услышать прекрасность молчания! Как только Енс не получил ангину?..
   Енс хотел познакомиться с русской кухней. Видимо слыхал, что у нас пьют все, что горит, но я никак не мог понять почему он сам рвётся попробовать русское национальное блюдо "солярка". Выяснилось, что это солянка. Купил в ларьке её концентрат в стеклянной баночке. У каждого из нас по сумке.
- Енс, положи к себе - будет Тебе из этого вечером солянка.
- Нет - говорит - в твоей сумке места больше...
Идём по Невскому к метро, через полчаса будем дома, где ждёт готовый обед.
Нет - Енсу приспичило поесть в ресторане. От фешенебельных его заранее отвадил - дескать, везде мафия. Завел в кафе. На стене самодельный плакат "У нас порядок такой: покушал - убирайся сам". Мне пришлось быть за официанта. Вместо хлеба - булочки с детский кулачок. Взял их 6 штук. Пошел за салатами. Вернулся - блюдо пустое. Думаю: оголодал мой фриц. Взял еще. Вернулся с компотами - опять блюдо пустое. Взял ещё. Сделал шаг от стола и резко обернулся. Енс раскрыл мою сумку и с плутовской миной кистевыми бросками отправляет туда булочку за булочкой. Они на краешке тарелки подлетают как на трамплине и аккуратно ложатся в цель. Иллюзион прямо какой-то. Енс оправдывается: я очень люблю "булячка"!
С тех пор я его прозвал "герр Булячка". Что за животное пошло на "шяшлик" - не знаю, но Енс остался очень доволен. Без ста грамм своего гостя я уже не выносил.
Показал ему на Аничковом мосту след от снаряда:
- Это твои фашисты стреляли.
- Почему мои?
- А что, мои что ли?!
 Характеристику Енса можно начать словами "характер нордический".
Переубедить его в чем-то сложно. Когда я только начинал переписываться - по русской привычке адрес давал в дательном падеже. У них же принято всё в именительном, причем, сначала -имя-фамилия, а потом все остальное в обратной последовательности относительно нашей. Енс по-прежнему начинал письма ко мне "Уважаемый Коагдратьеву Петру". Пытался доказать ему, что никакой я не румын Взад Стамеску и что даже в дательном падеже моя фамилия выглядит несколько иначе. Енс парировал:"Я лучше знаю.Я всегда пишу "Коагдратьеву" и доходит. Значит все правильно. Стальная немецкая логика. Разубедил только показав свой загранпаспорт.   
В поезде Берлин-Петербург проводник в шутку называл чай "чайковский",
так Енс и стал именовать этот напиток, ровно как и решил, что по-русски "девушка" - "матрешка".
Разговорник Енса заслуживает особого внимания. Русские слова в нем писались по ломаной линии с безобразной латинской транскрипцией, в каждом по несколько ошибок. Прочитаешь вслух - сам не поймёшь, что сказал. Про стилистику и не говорю. В России Енс хотел найти себе невесту:"Ваши матриошька красивее и, главное, неприхотливее - нашим то подавай и это." С виду наш жених - типичный пруссак: недостаток волос на лбу компенсирован тараканьими усами. Его сводный брат проработал год в СП в Петербурге и снабдил Енса бумажкой - два женских имени с номерами телефонов. Даже какого возраста непонятно.
Наташе оказалось 40, она просто менеджер этого СП. Юля к своим 25-ти годам имела 10 классов образования, больше ничего. По уровню немецкого даже на переводчицу в то СП не вытянула. Так и не работала, да и не стремилась. Снимала комнату в коммуналке. Ей позвонить  Енс решил уже самостоятельно.
Раскрыл разговорник, набрал номер. Трубку поднял кто-то из соседей этой тунеядицы и услышал на ломаном русском предельно конкретную фразу:"Я хочу Юлия". Юля оказалась так себе, но Енсу - не даром славится русская красавица. Такой, впрочем, даром славиться и не резон. Отправил их в кино,
 объяснив ей куда вечером доставить моё сокровище. У меня на часы разлуки с гостенёчком как крылья выросли!
Встречаю их на остановке. Енс, кинув исподволь на меня самодовольный взгляд, на прощанье поцеловал Юлю в щёчку. Идём через двор. Упредив вопросы, кои я и задавать не собирался, Енс хвастается своими сексуальными завоеваниями:
- Я обещал Юле оплатить билеты в оба конца и она даже/!/   любезно согласилась приехать ко мне по приглашению!
-Да на таких условиях - заметил я - к тебе каждая вторая встречная поедет.
Но Енс был убеждён, что я уж слишком сильно редуцировал его успехи и поделился дальнейшими планами:
- Я буду водить ее вечерами в росторанчики. Она поживёт у меня пару недель, освоится, а потом я найду ей работу.
Я живо представил как эта Юля разомлеет в Гамбурге, посчитав, что её так на руках носить всю жизнь и будут,
а тут - бабах! "Арбайтен, арбайтен, милая!..
Сидим после ужина на кухне, рассказываю Енсу политические анекдоты.
(Тоже способ заставить его немного помолчать - наступление лучший вид обороны.) Немцы вообще сильно политизированы, новости из быв.СССР там всегда под рубрикой "горячие точки". Смотрят они это даже регулярнее, чем наши домохозяйки "Санту-Барбару"/!!/. Но на лице Енса нарастает желание услышать анекдоты на тему секса. Ладно.
- Женский монастырь. Вбегает настоятельница: "Сестры, к нам морковку привезли!" Все : «Ура!!" "Да что вы радуетесь, дуры? Тертую!»
Енс продолжает слушать.
Пауза затягивается.
- Все что ли - спрашивает - а над чем смеяться?
- Не понимаешь что ли? Их обломили - морковь тертой привезли.
- Ну и что - говорит — у нас всегда морковь продаётся мелконарезанной и консервированной. Очень удобно - не надо чистить.
Пришлось объяснять ему второе назначение у нас подобных продуктов.
- Зачем им его? - растерялся Енс - ведь есть внутренние массажёры с
электроприводом.
- А ты их здесь где-нибудь видел в продаже? У нас всё натуральное. Для нимфоманок, например, можно и кабачки.
- Оу кабАчки, кабАчки - Енс воспрял духом и его лицо прониклось преклонением перед такими женщинами, даже благоговейным страхом.
Тогда я рассказал ему другой анекдот. Стоит очередь за огурцами.
 Одна женщина очень долго выбирает: "Мне вон тот. Нет этот слишком длинный, этот гниловат.
 Вот, пожалуйста, с пупырышками." Купила в конце концов. Продавец спрашивает следующего покупателя: "А вам какой?"
 Тот отвечает:"А мне всё равно, я их есть буду."
Тут до Енса дошло!
Оу! - говорит - я его всем буду рассказывать.
 Представляю, с каким предисловием...
Чтобы хоть немного отдыхать от Енса я выходил вечерами покурить в часов 9 и возвращался эдак к двум, когда он уже спал.
   Пока Енс собирался в последний день я перебирал свою коллекцию автомоделей в масштабе 1:87. Енс живо к этому подключился. Собрал в коробочку все лучшее, сказал: «Спасибо, это хороший подарок». Потом отобрал еще моделей, марок на 100:"Это мне на почтовые расходы, на письма к тебе, майн либер."С некоторой моей помощью Енс набил подарками здоровенный баул. Я назвал эту сумку "мечта оккупанта". Одаривал его и просто от щедрой русской души, и потому что Енсу предстояло делать мне приглашение, но больше всего потому что я был искренне рад его отъезду. Я выставлял перед ним по несколько матрёшек, дымковских игрушек, говоря:"Выбирай, что тебе больше нравится". Многозначительно намечалась ответная реакция. На лице Енса мелькали отблески напряженной борьбы расстроганной души с ещё здравым рассудком. Наконец плотина разума рухнула и он поднёс мне как дар свыше зажатые в кулак две пластиковые авторучки:
"Выбирай любую."
   На вокзале я спросил у диспетчера с какого пути поезд на Берлин.
Она ответила, что, наверное, с десятого. Енс еще не отвык от немецкого порядка и сказал на это по русски: "Эпани бардак!"Сил праздновать 11 августа как день освобождения от немецко-фашистских оккупантов не было...


Рецензии