Память сердца Вероника Тушнова

               
              Сегодня я предлагаю поговорит о замечательной поэтессе Веронике Тушновой. Песни на ее стихи звучат в концертных залах, с экранов телевизоров, находят отклик в душе людей разного возраста и сословия. В этих строчках мы находим зеркальное отображение наших дум, трагедий, счастья. Это обо мне, о тебе, о нас писала и нам открывала свою душу Вероника Тушнова.  Слушая стихи и песни поэтессы, мы открываем свою книгу - нашу Память сердца. 

Память сердца! Память сердца!
Без дороги бродишь ты, -
луч, блуждающий в тумане,
в океане темноты.
Разве можно знать заране
что полюбиться тебе,
Память сердца, память сердца!
В человеческой судьбе…

             У каждого из нас есть своя память, но не каждому дано открыть свое сердце и в пятьдесят лет закружить, как юная Джульетта, в красочном танце любви.  Подарить своему любимому все, сразу, без оглядки на прошлое и настоящее.  Не обращать внимания на словоблудие рядом существующих, на тяготы быта, на не уют и зыбкость.    Жить одним днем, одним мгновением, на последнем дыхании, отдавая всю себя, не сожалея, не сомневаясь. А она так жила, жила с этой верой и надеждой. Верила  и нас, всех, научает верить что «жизнь не кончается завтра!»

А знаешь, всё ещё будет!
Южный ветер еще подует,
и весну еще наколдует,
и память перелистает,
и встретиться нас заставит,
и еще меня на рассвете
губы твои разбудят.
Понимаешь, все еще будет!
В сто концов убегают рельсы,
самолеты уходят в рейсы,
корабли снимаются с якоря…
Если б помнили это люди,
чаще думали бы о чуде,
реже бы люди плакали.
Счастье — что оно? Та же птица:
упустишь — и не поймаешь.
А в клетке ему томиться
тоже ведь не годиться,
трудно с ним, понимаешь?
Я его не запру безжалостно,
крыльев не искалечу.
Улетаешь?
Лети, пожалуйста…
Знаешь, как отпразднуем
Встречу!

             Многие поэты, наши современники, хорошо или плохо, передавая сотни оттенков писали и пишут о любви. Но любовная лирика Вероники Тушновой неподражаема.   За самыми обычными словами мы чувствуем душу поэтессы, для которой любовь была смыслом всей жизни. Жизнь, колесами отсчитывая ритм, мчится вперед, отстукивая на стыках годы, а мы слушаем современные хиты, исполняемые нашими любимыми артистами, (Пугачевой, Долиной) и удивляемся, и сопереживаем, и примеряем к своим переживаниям, к своим жизненным ситуациям, судьбу женщины другой эпохи.

Моя судьба – остаться без судьбы,
Моя судьба – нести другие судьбы,
Я – как стекло… Мне взором не судьи,
А друга в души ваши заглянуть бы.

Пускай же вздох мой не затянет гладь
Окошка в мир завесою туманной.
Всего тяжеле – не существовать
И легче легкого – быть безымянной.

Есть у меня семья и нет семьи.
Я зря брожу в саду цветущим летом.
В траву роняет лепестки свои
Любовь моя, завянув пустоцветом.

             Любовь - основная тема стихов Вероники Тушновой.  Любовь, со всеми её горестями и радостями, утратами и надеждами, разделённая и безответная… какая бы она не была, без неё жизнь не имеет смысла. Бог наградил поэтессу удивительным талантом - беспредельно любить жизнь во всех её проявлениях и уметь радоваться «малой малости». И потому…

Не отрекаются любя.
Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя,
а ты придёшь совсем внезапно.
А ты придёшь, когда темно,
когда в стекло ударит вьюга,
когда припомнишь, как давно
не согревали мы друг друга.
И так захочешь теплоты,
не полюбившейся когда-то,
что переждать не сможешь ты
трёх человек у автомата.
…А в доме будет грусть и тишь,
хрип счётчика и шорох книжки,
когда ты в двери постучишь,
взбежав наверх без передышки.
За это можно всё отдать,
и до того я в это верю,
что трудно мне тебя не ждать,
весь день, не отходя от двери.


               Она ждала всю жизнь, и он действительно пришёл.  Пришел, когда весна отцвела буйным цветом, и не оглянулось жаркое лето, когда откружил в воздухе желтый лист и заискрился серебром первый иней. Когда уставшая душа медленно остывала от солнечного тепла и ласки, судьба неожиданно преподнесла Веронике щедрый  подарок — подарила вторую молодость, подарила чувство, безграничное и безмерное, которое захлестнуло ее и вызвало к жизни целую лавину эмоций и надежд, радости и разочарований.

Хмурую землю стужа сковала,
небо по солнцу затосковало.
Утром темно, и в полдень темно,
а мне всё равно, мне всё равно!
 А у меня есть любимый, любимый,
с повадкой орлиной, с душой голубиной,
 с усмешкою дерзкой, с улыбкою детской,
на всём белом свете один-единый.
Он мне и воздух, он мне и небо,
всё без него бездыханно и немо...
А он ничего про это не знает,
своими делами и мыслями занят,
пройдёт и не взглянет, и не оглянется,
 и мне улыбнуться не догадается.
Лежат, между нами, на веки вечные
не дальние дали - года быстротечные,
стоит, между нами, не море большое –
горькое горе, сердце чужое.
Вовеки нам встретиться не суждено...
А мне всё равно, мне всё равно,
а у меня есть любимый, любимый!

             Любимый «с повадкой орлиной» - Александр Яшин – известный поэт, прозаик. 
             В их судьбах   было много общего. Они родились с разницей в два года в один и тот же день - 27 марта. Практически в одно и тоже время ушли добровольцами на фронт, но она – санитаркой в госпиталь, а он -военным корреспондентом. У обоих за плечами не по одному браку. Но если Тушнова ко времени встречи   свободна от обязательств, то Яшин был мужем и отцом семерых детей от трех предыдущих браков.  Большая семья, которую друзья в шутку называли «яшинским колхозом», требовала забот и внимания.
              Он не мог оставить жену и детей, слишком долго и трудно он шел к семейному благополучию. Да и Тушнова, с чуткой, доброй, сострадающей душой, никогда не согласилась бы на такой шаг.  Она ничего не требовала от любимого, соглашаясь на всё, всё понимая и принимая.

Глаза твои хмурятся,
горькие, мрачные,
тянется, курится
зелье табачное,
слоятся волокна
длинные, синие,
смотрится в окна
утро бессильное.
Сердце не греется,
дело не ладится,
жизнь драгоценная
попусту тратится.
Может быть, кажется,
может быть, чудится,
что ничего уже в жизни
не сбудется…
Думаю с грустью:
чего я стою?
На что гожусь я? —
место пустое!
Чего я стою
с любовью моею,
если помочь тебе
не умею?
             Она была согласна на все, лишь отказаться от своей любви не могла, не умела. Они встречались тайно, уезжали в другие города, останавливались в гостиницах… но больше всего любили ездить в лес, бродили целыми днями, ночевали в охотничьих домиках, сторожках.  У них не было общего крова, быта, семейного дома в общем понимании, но «дом мой в сердце твоем!»  Темный лес, старые избушки лесников были их счастливыми пристанищами на день, на два, а затем вновь в круговерть обыденности и ожидания.

Сияет небо снежными горами,
громадами округлых ярких туч.
Здесь тишина торжественна, как в храме,
здесь в вышине дымится тонкий луч.
Здесь теплят ели розовые свечи
и курят благовонную смолу.
Нам хвоя тихо сыплется на плечи,
и тропка нас ведет в густую мглу.
Все необычно этим летом странным:
и то, что эти ели так прямы,
и то, что лес мы ощущаем храмом,
и то, что боги в храме этом мы!

             Красивое ощущение чуда от тишины, от единения с природой, от ощущения двоих было недолговечным. Яшин боялся огласки и потому возвращаясь на электричке в Москву, он просил Веронику выходить за две-три остановки раньше, чтобы их не видели вместе. Для нее это было тяжело, но она не могла отказать ему ни в чем.

Сутки с тобою,
месяцы — врозь...
Спервоначалу
так повелось.
Уходишь, приходишь,
и снова,
и снова прощаешься,
то в слезы, то в сны
превращаешься,
и снова я жду,
как во веки веков
из плаванья женщины ждут
моряков.
Жду утром, и в полдень,
и ночью сырой,
и вдруг ты однажды
стучишься: — Открой! —
Тепла, тяжела
дорогая рука...
...А годы летят,
как летят облака,
летят-пролетают,
как листья, как снег...
Мы вместе — навек.
В разлуке — навек.

             Нечаянные встречи и долгие разлуки. Жить в ожидании «весь день, не отходя от двери!» - какая женщина может это выдержать? Она мечтала быть рядом, быть желанной и необходимой, единственной и неповторимой! Она мечтала о семье, о счастье видеть, чувствовать любимого человека рядом – утром, вечером, днем!

Осчастливь меня однажды,
позови с собою в рай,
исцели меня от жажды,
подышать немного дай!
Он ведь не за облаками,
не за тридевять земель, -
там снежок висит клоками,
спит апрельская метель.
Там синеет ельник мелкий,
на стволах ржавеет мох,
перепархивает белка,
будто розовый дымок.
Отливая блеском ртутным,
стынет талая вода...
Ты однажды
ранним утром
позови меня туда!
Я тебе не помешаю
и как тень твоя пройду...
Жизнь такая небольшая,
а весна - одна в году.
Там поют лесные птицы,
там душа поет в груди...
Сто грехов тебе простится,
если скажешь:
- Приходи!

             Но он не зовет! Он прячется и прячет свои мысли и чувства. Он молчит. Он не может ей что-то обещать, и лгать не желает. Она чувствовала, что он будет с ней недолго, но «влюбленное сердце разума не имеет» и Вероника принимает его условия.

И вот ты купе закрываешь,
Включаешь ночник голубой...
Ты знаешь,
ты только скрываешь,
что еду я вместе с тобой.
То колкий, то мягкий не в меру,
то слишком весёлый подчас,
ты прячешь меня неумело
от пристальных горестных глаз.

             «Все тайное когда-нибудь становиться явным» Все усилия Александра Яшина сохранить их отношения в тайне не удались.  Кто-то увидел, кто-то услышал, передал один другому: «А знаешь…?» И никто не подумал, каково ей скрываться и прятаться, что твориться в его душе...  Как живется им?

 А я с годами думаю все чаще,
что краденое счастье — тоже счастье,
как ситник краденый — все тот же хлеб насущный,
спасенье жизни неблагополучной.

             Но спасти жизнь неблагополучную не удалось. Все перепуталось, переплелось в какой-то клубок: еще не совсем утихшая травля после опубликованной правде о русской деревне, слухи, сплетни, пересуды, трагедия в семье – в кабинете отца застрелился сына Саша, осуждения друзей… И он не выдерживает, он прекращает встречи с Вероникой.

Гонит ветер
туч лохматых клочья,
снова наступили холода.
И опять мы
расстаемся молча,
так, как расстаются
навсегда.
Ты стоишь и не глядишь вдогонку.
Я перехожу через мосток...
Ты жесток
жестокостью ребенка —
от непонимания жесток,
Может, на день,
может, на год целый
эта боль мне жизнь укоротит.
Если б знал ты подлинную цену
всех твоих молчаний и обид!
Ты бы позабыл про все другое,
ты схватил бы на руки меня,
поднял бы
и вынес бы из горя,
как людей выносят из огня.

             Не поднял, не вынес и она не понимает почему. Она ищет причину разлуки в себе, она винит себя.
В чем отказала я тебе,
скажи?
Ты целовать просил —
я целовала.
Ты лгать просил, —
как помнишь, и во лжи
ни разу я тебе не отказала.
Всегда была такая, как хотел:
хотел — смеялась,
а хотел — молчала...
Но гибкости душевной есть предел,
и есть конец
у каждого начала.
Меня одну во всех грехах виня,
все обсудив
и все обдумав трезво,
желаешь ты, чтоб не было меня...
Не беспокойся —
я уже исчезла.

             Она одна переживала горе-разлуку, бродила по тем местам, где когда-то были вместе. Не имея возможности видеться с ним, она находит другой способ общения «Я говорю с тобой стихами, остановиться не могу. Они как слёзы, как дыханье, и, значит, я ни в чём не лгу».  И несмотря ни на что – ждала.

Я жду тебя.
Я долго ждать могу.
Я не дышу - надежду берегу.
Трепещущий предсмертно огонёк...
Такой она мне видится воочью.
На ней всех сил моих сосредоточье,
на ней скрещенье всех моих дорог,
она существованья сердцевина,
в короткий блеск сведённая судьба,
в ней всё соединилось воедино:
отчаянье, заклятье и мольба.
Мой кругозор неимоверно сужен,
всё, что не ты, - междупланетный мрак.
Я жду тебя.
Ты до того мне нужен,
что всё равно мне, друг ты или враг.
Я жду тебя
всем напряженьем жизни.
Зря говорят - игра не стоит свеч.
Когда лучи вот так сойдутся в линзе,
любой пожар под силу им разжечь!

             В этот период разлуки, ожидания Вероника издает свою последнюю книгу «Сто часов счастья». В ней она описала надежду и ожидание, все радости и горести, которые принесла ей последняя любовь.

Раскрываю глаза,
и сразу -
та, последняя фраза,
последнее то молчанье,
последний взгляд, на прощанье.
И сразу
горячей волною
сердце моё зальётся,
и сразу
пол подо мною,
как на море, покачнётся...
И опять я веки зажмурю,
и опять в дорогу отправлюсь,
благословляя бурю,
с которой никак не справлюсь.
Говорят, погибают в море
с волнами в рукопашной...
Ну и что?
Подумаешь, горе!
На свете одно мне страшно -
страшно : а вдруг
ту полночь
ты по-другому
помнишь?

             И он пришел… в больницу, когда Вероника лежала с диагнозом – рак. Она не хотела, чтобы он видел больной и немощной и в последние дни, когда «улетала от боли», запретила ему приходить. Она хотела, чтобы он запомнил её красивой, весёлой, живой. До последнего мгновения она верила и любила, его одного, единственного. И попросила, прощаясь:

Я стою у открытой двери,
я прощаюсь, я ухожу.
Ни во что уже не поверю, —
всё равно
напиши,
прошу!
Чтоб не мучиться поздней жалостью,
от которой спасенья нет,
напиши мне письмо, пожалуйста,
вперед на тысячу лет.
Не на будущее,
так за прошлое,
за упокой души,
напиши обо мне хорошее.
Я уже умерла. Напиши!

             Умерла Вероника Михайловна Тушнова 7 июля 1965 года. Смерть любимой потрясла Александра Яшина.

Думалось, все навечно,
Как воздух, вода, свет:
Веры ее беспечной,
Силы ее сердечной
Хватит на сотню лет.

Вот прикажу -
и явится,
Ночь или день - не в счет,
Из-под земли явится,
С горем любым справится,
Море переплывет.

Надо -
Пройдет по пояс
В звездном сухом снегу,
Через тайгу
На полюс,
В льды,
Через "не могу".

Будет дежурить,
Коль надо,
Месяц в ногах без сна,
Только бы - рядом,
Рядом,
Радуясь, что нужна.

Думалось
Да казалось...
Как ты меня подвела!
Вдруг навсегда ушла -
С властью не посчиталась,
Что мне сама дала.

С горем не в силах справиться,
В голос реву,
Зову.
Нет, ничего не поправится:
Из-под земли не явится,
Разве что не наяву.

Так  и живу.
Живу?
 
             Но сколько бы он не писал о ней, сколько бы не называл «навсегда любимой» … «Нет, ничего не поправится», беспросветное одиночество.
«На веки веков - пусто!» 
  Он уезжает в Бобришное угорье, где блудниковскими плотниками по его просьбе был построен дом.

«Ни запоров не надо, ни замков, ни ограды,
Добрым людям избушка круглый год будет рада».

              Бобришный угор стал последним земным пристанищем поэта. Через три года после ухода Вероники, 11 июля 1968 года он умирает от той же болезни, рак.

             Говорят, от любви не умирают. Не правда. Умирают. И в пятьдесят умирают, если любовь настоящая. Миллионы людей говорят: я тебя люблю, я не могу без тебя жить…, не осознавая трагическую силу этих слов. Влюбляют, влюбляются, находят новых жаждущих слышать эту трагическую мантру слов, не осознавая ее великую силу, расстаются, забывают спокойно живут дальше. А они – Вероника и Александр – не сумели, не ...



14.04.2019г.                г.Москва


Рецензии
Большое спасибо, Альбина! Спасибо!
Люблю её поэзию.
Написано мягко, тепло, нежно, будто несёте огонёк её строк в ладонях.
Дай Вам Бог,

Роза Исеева   03.09.2019 18:29     Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.