03. 08. 1987

Леонид Пулькин 1
03.08.1987, Понедельник
В этот день, разрываемый обещанием помочь родителям и нежеланием сорваться, я решил с ними не встречаться. Лучшего не нашёл, чем остаться дома. Наблюдая их, я узнаю в лошадиной дозе о своих недостатках. Мать моя не в ту сторону экономит и чрезвычайно неряшлива в своих словах и движениях. Чтобы вещь не пропала, даже старая и страшно неудобная, она будет её донашивать, пока не отслужит четыре своих срока. Надеется на то, что потом, когда жизнь наладится, станет спокойной, рассудительной, красивой, грамотной и т.д., а сейчас времени нет. Скорей, скорей с раздражающе досадливым топтанием на месте.
Раньше мне было жалко мать, теперь я сочувствую отцу. Главную работу в доме делает он. И отец, и мать потеряли свой мир, не говоря об общем, но живут вместе и строят третий дом. Я решил не помогать сегодня им, потому что всё более и более становлюсь вспыльчивым. Мышиная возня выводит меня из себя до невозможности, и вот – вот могу сорваться в праведно – комичный ненужный и непонятный им гнев.
Вечером перед работой зашёл к Александру Исачёву, чтобы застать Вовчика, а точнее, тихо посидеть и отвести душу, слушая музыку. Вадиму три года химии дали. Со мной Александр затеял литературный разговор, но его плохо было слышно. С литератором он считает нужно вести литературно – официальный разговор. С каждым по его специальности. Меня опьяняет, как вино, обстановка в его доме.
Мне приснилось, тренируюсь с Вовчиком, он по одну сторону стеклянной витрины, я по другую.