А почему бы и нет?!

 В кои века нам с супругой удалось вырваться из плотных рабочих и семейных будней, которые буквально поглотили нас последние десятилетия. Путешествие планировали весьма давно, даже успели сменить несколько автомобилей, специально купленных для этой цели, и вот оно состоялось.  Позади безлюдные  трассы Дальнего Востока,  удивительные перевалы и степи, горы и пустыни Монголии, Горный Алтай, просто Алтай, Новосибирск... 

   Очередной день в пути.  Раннее летнее утро. Сибирь. Наш японский автомобиль повышенной проходимости, а попросту старенький, но очень  надёжный дизельный «Ленд Крузер Прадо», бодро мчит по федеральной трассе, наматывая на спидометр какую-то там по счёту тысячу километров.
    Утром  мы традиционно отпили кофе, приготовленный на газовой плитке, где-то на лесной полянке. Заварили в термос крупнолистовой чай с разного рода алтайскими травами.  Быстро собрали столик, стулья, чашки – ложки и поехали.  Мы полностью автономны в своём долгожданном путешествии: спать  можем прямо в автомобиле, кухня, чистая вода с собой. Даже постиранное бельё можем сушить в движении, развесив его в салоне на поперечно натянутых верёвках. В общем, настоящий дом на колёсах. За почти месяц в пути в нашем небольшом экипаже всё отработано до мелочей. Нас никто не гонит домой к определённой дате и можем позволить себе остановиться в любой момент и исследовать что-то интересное. 

   Мелькают за окнами леса и поля, города и деревушки, регионы.  Джип мчится где-то по Кемеровской области, с каждой минутой, с каждым километром приближая  нас к  Красноярскому краю. Нам всё очень интересно.
   Пока августовское солнце не поднялось в зенит, утро несёт приятную прохладу. Над  влажным асфальтом то тут, то там клубятся клочки серого тумана.  Днём может проявиться жара и тогда придётся раздеваться до шорт и маек, а пока хорошо.
   Трасса почти пустая. Дальнебойщики со своими вездесущими огромными фурами ещё отдыхают у придорожных кафе и нам можно успеть сделать утренний рывок в 100 – 200 километров по относительно незагруженной трассе. А вот когда фуры выйдут на трассу, встанут в небольшие колонны и неспешно потянутся на восток, то наша скорость резко снизится.  Груженые тяжеловозы  ползут со скоростью 50 – 70 км в час, а двух полосная трасса не позволяет обгонять  эти тихоходы в любом месте.  Вот и приходится плестись за ними, чертыхаясь по поводу узости федеральной трассы и медленной скорости автомобильного потока. К сожалению, в большинстве мест федеральные трассы ещё представлены старыми дорогами: узкими  и из-за низкой пропускной способности создающими массу проблем  водителям. Хотя, чего там кривить душой, во многих местах России ведётся глобальное расширение федеральных и региональных дорог.

   Итак, раннее утро. Наш джип, весело постукивая дизелем, выскакивает  на  очередной  подъём. Впереди показались две точки придорожной торговли по обе стороны трассы. Приближаемся и проносимся мимо. На скорости успеваем заметить, в принципе, обычную картину торговли. Самодеятельность. Но относимся к таким продавцам с уважением, зная, как люди в сёлах выживают только благодаря вот такой торговле лесными и огородными дарами. Это вам не огромные города, региональные центры, где есть работа. В провинции с этим сложно.

    Уже промчались, бегло вглядываясь в то, что продают сибиряки.  Перед глазами мелькнула и исчезла за окном неожиданная надпись: «Горячий чай». Мы переглянулись и, как-то не сговариваясь,  решили вернуться.  Хотя в салоне автомобиля, в специальной нише для стаканов, у нас стояли два небольших термоса с нашим свежезаваренным чаем, но объявление заинтриговало.
 
    Давлю на педаль тормоза. Тяжёлый автомобиль нехотя, как бы возмущаясь, начинает тормозить. Трасса  сзади пустая и я задом сдаю джип до места продажи горячего чая. 

   Выходим из машины, разминаем ноги, и видим традиционную для Сибири картину самодеятельной торговли. На деревянном помосте стоят два разнокалиберных стола, одни чуть выше другого.  На них лежат простенькие скатерти и в несколько этажей расставлены  товары: травяные сборы в пакетах, банки с разносолами, вареньем, какие-то настойки, кедровые орехи и другие дары тайги.  Рядом со столами, на небольшой скамеечке, стоят два ведра с местной ягодой. Негусто и как-то,  обычно для подобной торговли Сибири и Дальнего Востока.  Необычно было другое:  чуть сбоку стоит другой стол, и на нём гордо  возвышается настоящий дровяной самовар! Из него тонкой струйкой вверх поднимается ароматный запах дымка.  Вкусно! Вот это и выбивало данную торговую точку из обычного ряда.
 Снизу,  к лениво колыхающейся на утреннем ветерке скатерти, прикреплён плакат – «Горячий чай». Собственно, слово «чай» на плакате и привлекло наше внимание. Мы проехали  много тысяч километров, но такого «ноу-хау» ещё не встречали.  Повсеместно продавали только консервированные продукты, мёд, травы и тому подобное, но чтобы горячий чай? Оригинально.
 Второй раз осматриваем  небогатый торговый ассортимент.  На столах видим два небольших китайских термоса, конечно же, наше внимание вновь приковывает чуть дымящийся  самовар.  На заднем фоне, там, где заканчивается деревянный помост,  на растяжках из веревок, почему-то висят многочисленные цветные детские рисунки, выполненные на альбомных листах. Странное сочетание: торговля и выставка детских рисунков. Как-то неуместно.

 Продавцов два.  Уже немолодые мужики. Один из них, какой-то стыдливо суетливый, после нашей остановки и подхода к торговой точке, стал как-то боком-боком, неловко улыбаясь, отдаляться на задний план.  Постоянно озираясь на нас, он поспешил в лесок за хворостом для самовара. Затем вновь  подходил и незаметно уходил.  Ему было явно неудобно и как-то стыдно участвовать в торговом процессе. Он только норовил издалека поглядывать за событиями, стараясь не «отсвечивать»: этакий человек – невидимка.   А вот другой продавец был более интересным персонажем.
   Петрович - так звали  основного торговца, явно был после вчерашнего хорошего вечернего «отдыха». Это был сельский мужчина около сорока пяти лет, в традиционном для многих жителей лесной зоны России камуфляжном костюме.  Крепкие ладони, как у  деревенского умельца;  кудлатая, нестриженая голова; лицо припухшее, доброе и какое-то застенчивое.
     Его покачивало. Он,  даже двигаясь, прикрывал в дрёме глаза, вероятно, на миг засыпал, вздрагивал, как будто пробуждаясь. Все его движения были замедленными, плавными. На расстоянии нескольких метров от мужчины стоял устойчивый запах вчерашнего алкоголя. Как говорят юмористы – запах вчерашнего «амбре»…

    Было видно, что сегодня Петровичу было весьма непросто торговать. Можно было предположить,  что ранним утром его супруга со скалкой в руках вытолкала Петровича на торговлю, а для контроля снарядила ещё и родственника, который очень стеснялся что-либо продавать, но за Петровичем мог присмотреть, да и вовремя «стукануть», ежели продавец заноровит свернуть бизнес и «упасть на стакан».  Хотя  коллега Петровича мог быть просто его собутыльником, ждущим первой выручки, чтобы быстро сгонять за поллитрой  в сельпо и  «подлечить» организм, «уставший» от вчерашнего застолья.

   Мы посмотрели на другую сторону трассы. Там тоже была развёрнута торговля.  Товар был выставлен на грузовике, его было больше, чем у Петровича.  Торговцем был полный мужчина тоже в камуфляжном костюме, который энергично общался с покупателями.  Над грузовичком, на телескопической удочке, гордо реял флаг ВДВ.  Торговое место «десантника» и ассортимент товара смотрелись гораздо лучше, чем у Петровича, но мы и не подумали переходить дорогу. Нас привлекал очень колоритный Петрович. А он изредка поглядывал на конкурента и хмурил брови, вероятно крайне недовольный тем, что там торговля идёт бойчее. 

   Пока супруга внимательно рассматривала банки – бутылки – пакетики, я спрашиваю у Петровича о конкуренте:
- ВДВ рулит?
Петровича неожиданно эмоционально прорывает:
- Да какой он ВДВ!? ВДВ нашёлся!  Флаг повесил для рекламы. Какой он там ВДВ? Я вот танкист и тоже иногда флаг танковых войск вешаю! И что? А он – ВДВ…, - энергично машет руками Петрович и смешно кривит губы. Смотреть на его оживившуюся  мимику и слушать реплики в адрес конкурента очень занимательно.
  Супруга привлекает внимание «танкиста»:
- А торг уместен?
- А почему бы и нет? – бодро произносит Петрович. Ему явно плохо после вчерашнего, но он готов к диалогу и торгу. Напарник, или супругин контролёр,  так и держится где-то поодаль, но прислушивается к разговору. 
- А можно травы посмотреть?
- А почему бы и нет? – звучит дерзновенно.
- А можно чай налить в свои кружки?
- А почему бы и нет? – Петрович явно решил минимизировать  свои ответы, чтобы продержаться до конца рабочего дня.  Несмотря на его вчерашнюю усталость, он так  смешно и бодро говорил «А почему бы и нет!», что из его уст это звучало как-то уникально, по-особенному и необычайно живо, бодро.

  Мы сходили в машину за своими походными кружками  и попросили «танкиста» налить нам чаю.  Петрович взял одну из кружек и, открывая термос, почему-то заговорщицки прошептал, озираясь на своего коллегу:
- Я вам кедрового сиропу больше налью. Вы сегодня первые, - и сосредоточился на процессе налива ароматного травяного чая.
   Внезапно чай закончился. Петрович этого явно не ожидал и «подзавис»:
- О, мля, закончился, - он явно не знал, что делать дальше. Выглядел продавец весьма сконфуженным и это было очень комично.
- Так вот же горячий самовар стоит, -  легонько подсказываю ему алгоритм дальнейших действий.
- О, точно, - вдохновился  деревенский продавец.  Он замедленно налил в термос кипяток, потряс сосуд и, открыв крышку, долил  ароматный чай в кружку. Затем открыл кедровый сироп и щедро плесканул его по нашим кружкам.
- А зачем детские рисунки  висят? – допытываюсь у Петровича.
-А, это дочка нарисовала. Не выкидывать же, она старалась. А так людям приятно будет, посмотрят…

   Мы продолжаем топтаться около товара Петровича. Нам явно интересен этот персонаж, его такие смешные реакции на трудности  утренней торговли.
   Взяв выбранный товар, предлагаем Петровичу посчитать  его стоимость. Задача оказалась с первого раза просто невыполнимой!  Он смотрел куда-то вдаль, шевелил губами, останавливал свой блуждающий взгляд на банках, бутылках и пакетиках, с надеждой озирался на напарника,  который оживился при появлении денег, но так же стыдливо держал дистанцию.  Возникла мысль, что для Петровича торговля вовсе не его ежедневный труд, а он просто подменяет кого-то. Для него проще и привычней ходить по тайге, собирать там лестные дары, чем торговать. 

  Петрович  продолжал шевелить губами, силясь посчитать стоимость выбранного нами товара.  Супруга стала помогать ему.  Когда с процедурой подсчёта и расчёта было покончено, говорю продавцу:
- Ну, Вам всё продать!
 Петрович реагирует быстро:
- Да, какой там сегодня продать всё! – это он явно про своё «некомфортабельное» состояние. - Вот вчера торговля хорошая была! Ну, мы и отметили, - он как-то сконфузился, голубые глаза затянуло паволокой. Вероятно,  вспомнил утренние разборки со своей супругой, скалку в её решительных руках…

  Мы дружелюбно расстались с Петровичем, приветливо махнули его скромному напарнику, окинули взором грузовик конкурента,  гордо реющий флаг ВДВ,  и тронули в дорогу.  Чай от Петровича был, безусловно, хорош: многотравие качественным вкусовым букетом приятно пахло в салоне машины, изумительный вкус наполнял рот. 
  Мы нахваливали Петровича и его напиток, и ещё долго  со смехом вспоминали его незабываемое «А почему бы и нет?»
  До своего дома мы проехали ещё не одну тысячу километров, видели много торговых точек, самый разнообразный товар на столах придорожной торговли, но эксклюзив,  в виде горячего, ароматного травяного чая,  мы встретили только один раз –  близ неизвестной нам сибирской деревни в  Кемеровской области.  И украшал этот  чая, несомненно, Петрович! Нам было очень интересно,  как он неспешно говорил, засыпая на каждом шагу, устало двигался вокруг своего небогатого стола с таёжными дарами, и как незабываемо говорил: «А почему бы и нет?!»
 На наш взгляд, в  этих словах скрывалась какая-то  частица той самой русской души, которая всегда готова идти дальше нетореными тропами,  неведомыми путями, как-бы приглашая вступить на сказочный путь неожиданных поворотов, но всегда заканчивающихся хорошо, с добром. 
 «А почему бы и нет!»  -  звучавшие из уст Петровича как-то по-особенному дерзновенно, разворачивалось  многоуровневой глубиной Бытия мудрости простого русского мужика, пьющего горькую от утраты Великого Смысла, но всегда готового к самым неожиданным поворотам Жизни. Он способен  дерзко и решительно, как Юрий Гагарин, шагнуть за черту старого мира в неведомые дали…

 Спасибо, тебе Петрович! И до новых встреч!

                Фото с места события
 


Рецензии