К Бабе-Яге в Калязин. Части 1-4

Заметки из путевого дневника с комментариями

Часть первая. Начало пути

     Эта история произошла – 7 мая 2012 года. Прочитали мы информацию, что в Калязине находится дом Бабы Яги и надумали с этой героиней русских сказок самолично познакомиться. Созвонились с туристическим агентством калязинским, получили гарантии, что сказочная старушенция примет нас в своем поместье и в путь.

     Было раннее утро, мы проснулись в своем номере "комфорт" с названием Гжель в гостинице "Царская деревня", которая расположена буквально в 200-х метрах от Троице-Сергиевой лавры на противоположной стороне проспекта Красной Армии – центральной улицы Сергиева Посада.

     Вечером мы добрались до отеля очень поздно, страшно уставшие после утомительной дороги от дома и еще более утомившей нас экскурсии по Александровой слободе, поэтому спать завалились сразу же, как до постелей добрались.
 
     Я утром, как проснулся, выглянул в окно, вечером-то мы это сделать не успели, да и смысла было немного, ночь уже наступила.  А тут солнышко светит, отражаясь в мириадах капелек росы, выпавшей за ночь, красота, сколько смотри, а не насмотришься.  А под окном аисты стоят, не живые, к сожалению, но выполнены не плохо. Как оказалось, аисты там установлены не просто так, а как напоминание о том, чем надо заниматься в этом отеле и днем и ночью. Это мне со смехом горничная поведала, забежавшая посмотреть не собираемся ли мы забрать с собой с корыстной целью постельное белье, или еще какие-нибудь, не принадлежащие нам отельные ценности.

     Часы показали семь утра, открылся ресторан, где был накрыт "шведский" стол и мы поспешили на завтрак. Времени в нашем распоряжении было не так и много, ровно в девять утра мы должны быть уже в Калязине, где рядом с памятником Ленину нас будет ждать гид, ну а где еще прикажите встречаться в старинном русском городе в постсоветское время?

     "Шведский" стол оказался весьма приличным. Мы с Сашей, сказав "большое спасибо",  решили хоть немного погулять по гостиничному двору, восхищаясь фантазией дизайнеров и любуясь на все те малые архитектурные формы, которые они умело и точно разместили на ограниченном пространстве.

     Ира в это время поднялась наверх дособрать вещи и сдать понравившийся нам номер. Дороговато, конечно, за несколько часов платить почти двести евро, но условия игры надо или принимать или отказаться в нее играть, а это означает: прекратить поездки и не увидеть хотя бы часть той красоты, которой буквально насыщен наш земной шар, а уж Россия в особенности.

     Саша была очень довольна теми горками, качелями и прочими детскими развлекаловками, которых полным-полно оказалось во дворе. Жаль, конечно, что обильная роса, увлажнившая все вокруг, не дала ребенку оторваться по полной программе.      
 
     Время шло, что-то задержало Иру в отеле, я уже начал волноваться, но тут моя расстроенная супруга подошла к машине и начала копаться в чемодане, занявшем уже  свое место в багажнике.

       - Вот, они, — наконец, произнесла Ирина и пошла в административный корпус с пакетом, в котором лежали использованные ею одноразовые тапочки.

     Это поразительно, но тапочки, которые так ненавязчиво лежали в ванной комнате, оказались дополнительной платной услугой, и за них надо было доплатить 50 рублей. Пока Ира решала все эти вопросы (администратор, кстати, деньги получила, а тапочки ей Ира так на память бросила), мы с Сашей сидели в машине, которая недовольно ворчала, что мы не даем ей воли, а ведь часики-то тикают. Прошло еще немного времени, Ира, ругаясь про себя на порядки в этом отеле, да и ведь права она, не дело это в довольно дорогом отеле тапочками рублевыми торговать, села, в конце концов, в машину.

     Так совершенно неожиданно мы потеряли более получаса драгоценного времени.

     Выставила Ира на навигаторе адрес цели нашего сегодняшнего путешествия – город Калязин Тверской области, и двигатель довольно заурчал, обрадовался, что работа нашлась. Расстояние нас ждало совсем небольшое, всего 126 километров, поэтому мы были уверены, что не опоздаем, если, конечно, ничего в пути не приключится. Поплевали мы на всякий случай через левое плечо, приговаривая: "тьфу, тьфу, чтоб не сглазили", да на всякий случай пожелали себе "ни рытвин, ни ухабов", и в путь отправились.

Часть вторая. Село Деулино, решающая точка в польско-литовской интервенции XVII века

     Все, вот мы и выбрались из путаницы Сергиев-Посадских улочек и машина начала потихонечку вкатываться в дорогу. По обеим сторонам бежали назад различные придорожные заведения – кафешки и автосервисы, небольшие магазинчики, да и все в таком роде.

     Только-только начали разгоняться, поднялись на небольшую горку, а на ней расположено большое село, "Деулино" -  успел я прочитать на придорожном знаке. О Деулино я знал ранее, поэтому притормозил именно там, где и было нужно – на площадке перед красивой шатровой церковью с отдельно стоящей колокольней.
История села и этой церкви таковы, что о них стоит упомянуть, а для тех, кто с ней знаком — не грех еще раз напомнить.

     После, казалось бы, сокрушительного поражения польской регулярной армии в октябре 1612 года от русского ополчения, возглавляемого князем Дмитрием Пожарским и Козьмой Мининым,  поляки решили повторить свою попытку по захвату Москвы и расчленению русского государства. С этой целью в апреле 1617 года сын польского владыки Сигизмунда III Владислав выступил со значительным войском из Варшавы и довольно быстро подошел к стенам Москвы. Формальным поводом для этого дерзкого нападения было недовольство поляков избранием на русский престол царя Михаила Федоровича, ставшего основателем династии Романовых, продержавшейся на троне более трехсот лет. Однако ничего у поляков с захватом Москвы не получилось и, потеряв под неприступными кремлевскими стенами часть своего воинства, Владислав решил поправить дело захватом и разрушением ненавистного ему Троице-Сергиева монастыря. Дело в том, что во времена интервенции 1609-1612 годов именно этот монастырь полякам захватить не удалось, а им этого очень даже хотелось, ведь Троице-Сергеева Лавра один из оплотов православия, разрушения которого с последующим обращением населения Руси в католичество они и добивались. Тогда польской армии не только разорить монастырь не пришлось, защитникам еще много их воинов под стенами крепости удалось навсегда упокоить.

     В ночь на 24 сентября 1618 года польское войско вновь появилось под монастырскими стенами с требованием сдать монастырь на милость победителя. Но прежде чем стать победителем, надо было еще захватить монастырь, а вот это-то никак у поляков и не получалось. Защитники монастыря, даром, что в рясы одетые, сражались весьма достойно, да и вооружены были отменно. Отбили они атаку польской пехоты пушечным огнем, заставив армию интервентов отступить в село Рогачево, находившееся в 12 километрах от православной святыни. Самые же отборные части польской армии под руководством воевод Сапеги и Гонсевского ждали сигнала к атаке в соседнем селе Сватково. Однако сигнала они так и не дождались, а вот до морозов сильных досиделись, а затем и голод подоспел, ведь все деревни и села в округе они разорили дотла. Здесь мне хочется привести цитату из одной любопытной летописи, названной ее автором келарем монастыря Авраамием Палициным "Сказанием": "Солдаты и многие люди, аки скот бродящие по выжженным деревням пищи ради и согретия, но нигдеже не обретаху; по лесам же кормов и дров ради ходящие, ти с коньми многи замерзаху".

     Вот тут уже захватчикам пришлось склонить головы и просить подписания мира с Московским царством.

     Для переговоров была выбрана маленькая, практически не пострадавшая от интервентов деревня Деулино, где 1 декабря 1618 года и был подписан договор о перемирии между Россией и Речью Посполитой на 14 с половиной лет, вошедший в историю как "Деулинский".

     В честь заключения договора в том же 1618 году архимандритом монастыря Палициным было начато строительство деревянной церкви Сергия Радонежского, которая 15 декабря следующего года была освящена.

    Деулино же приобрело статус села и даже новое название получило, очень кстати символическое – село Мирное, но название это не прижилось, вскоре все забыли о нем, а вот Деулино стоит на русской земле до сих пор.

     К несчастью, в 1865 году деревянная церковь Сергия Радонежского сгорела во время большого пожара, но неподалеку от нее в 1851 — 1853 годах уже была воздвигнута каменная шатровая церковь Спаса Нерукотворного Образа. К сожалению, фамилии авторов этого оригинального храма, аналогов которому не существует, до нашего времени не  дошли. Эта церковь испытала на себе все те горести и тяготы, обрушившиеся на нашу страну в начале прошлого столетия – в тридцатых годах она была не просто закрыта, а превращена в склад зерна, картофеля и сельхозинвентаря, в коем статусе и находилась до 1991 года, после чего была возвращена верующим и восстановлена.  Сейчас же Деулино является одним из подворий Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, такое полное правильное название носит монастырь. Церковь небольшая, но очень изящная, а то, что она вошла в историю, придает ей дополнительное очарование. Церковь, пусть и не в полной мере свидетельница ратных подвигов наших предков, но уж о минувших днях, может много
чего интересного рассказать.

     Помимо храма на этой территории стоит небольшое, огороженное металлической оградой деревянное здание — часовня на месте погребения игумена Бориса (Храмцова), одного из подвижников русской православной церкви, скончавшегося от тяжелой болезни в 2001 году на 47 году жизни.
 
     Вот так неожиданно по дороге мы и к кусочку истории нашего государства сумели прикоснуться.

Часть третья. По дороге до Калязина

       Дорога, по которой мы ехали, издревле является кратчайшим путем в старинный приволжский город Углич, почему и называется Старым Угличским трактом. Только  начали разгоняться, как через несколько километров опять пришлось притормозить, мы въехали в село Иудино, основанное еще в XVII веке, которое расположено в междуречье рек Куньей и Вексенки.

     Не традиционное название для православного села, не правда ли? Естественно имеется предание, объясняющее возникновение такого названия, но нам оно показалась не вполне убедительным. А легенда эта следующая – село было основано человеком по фамилии Юткин, этому имеются соответствующие исторические документы, со временем это название трансформировалось в Юдино, а вот позднее оно уже именовалось Иудино, что подтверждается дошедшей до нашего времени ведомостью о доходах за 1744 год.

     В селе находилась деревянная церковь, которую в связи с обветшанием в 1753-1771 годах сменила каменная церковь Рождества Христова, по праву считающаяся одной из красивейших церквей в Подмосковье. Церковь была построена в стиле русского барокко на пожертвования князя Луки Несвицкого и прихожан храма. В первой половине XIX века к церкви пристроили двухъярусную колокольню, которую соединили с трапезной, где был престол в честь Казанской иконы Божией Матери. Прямо от церкви налево уходит дорога, ведущая в поселок Реммаш.  Храм был очень известен, да и стоял на чрезвычайно удобном месте, поэтому в нем всегда останавливались помолиться паломники, следовавшие в Углич, в том числе и русские цари и высшие архиереи Церкви, о чем свидетельствует корона, укрепленная на кресте храма. В тридцатые годы с началом религиозных гонений в СССР, храм был закрыт и практически разрушен.  По колокольне стреляли из артиллерийских орудий в тщетной попытке ее уничтожить.

     В результате были утрачены многие церковные документы, в том числе и метрические книги. В здании церкви открыли вначале зернохранилище, а позднее склад химических материалов, а колокольню приспособили под силосную башню. В семидесятые годы прошлого столетия в СССР началась широко разрекламированная компания по реставрации памятников истории и культуры. К таким памятникам было причислено и здание церкви Рождества Христова, однако руководство совхоза, который являлся в то время ее владельцем, тут же отказалось от бывшего храма, выведя из него свои склады, и оставило здание бесхозным, после чего оно начало окончательно разрушаться. Все, что можно было унести – украли: окна, балки, стропила, половую плитку. Кровлю постепенно тоже разобрали, после чего внешняя сторона стен и своды обрушились.

     С 1991 года идет возрождение храма. Лишь через несколько лет были восстановлены обрушившиеся своды трапезной, заново отстроена паперть, восстановлена часовня и каменная ограда вокруг церкви и кладбища. Наконец, медью заблестела голова храма, а на звоннице в колокольне торжественно зазвонили двенадцать новых  колоколов.

     Село Иудино долгое время оставалось небольшим населенным пунктом где-то на самом стыке Московской, Владимирской, Ярославской и Тверской областей. В 1957 году поблизости от него был заложен завод "Реммаш", не зря ведь я ваше внимание заострил на дороге, туда ведущей, производящий продукцию оборонного назначения, и  появился поселок, получивший точно такое же название, что было вполне типично для всех закрытых городов. Завод быстро рос, рос и поселок, и к настоящему времени Иудино практически полностью поглощено Реммашем, в котором проживает свыше 7500 человек. Я не могу сказать, в каком состоянии сейчас находится завод, почему-то кажется, что в таком же, в каком и вся оборонная промышленность страны оказалась, иначе не появилось бы в центре Иудино красивое современное здание Сергиев-Посадского стекольного завода, который был запущен в 2004 году и является лидером в стране по производству тех изделий, без которых сейчас трудно представить любой магазин в нашей стране – тару для ликероводочной продукции.

     К нашему величайшему сожалению мы уже опаздывали в Калязин, и не смогли даже остановиться, чтобы как следует рассмотреть эту красоту, но в Интернете  имеется немало фотографий этого храма и его окрестностей.

     До Калязина оставалось совсем вроде небольшое расстояние и у нас все еще теплилась надежда, что если мы и опоздаем, то не намного, но…

    Надоели уже разговоры про российские дороги, но когда они внезапно прямо перед тобой превращаются в некое направление, то и приходится о них говорить. Вот так едешь, едешь спокойно, вдруг на тебе знак,  такой часто у нас встречающийся, "неровности на дороге" называется, и протяженность указана, например, 4 км, а как выглядят эти неровности лучше не вспоминать. И ладно, если эти неровности только на 4-х километрах расположены, а вот когда такие знаки встречаются с пугающей частотой, то время, теряемое на преодоление этих полос препятствий, не восполняемо.

     Как бы то не было, мы все же въехали в Тверскую область. Вдали показались синие купола церкви Рождества Богородицы, построенной еще в 1787 году. Какой же красоты возвышается над Нерлью в селе Поречье пятиглавый храм с изящной колоколенкой, стоящей к нему почти вплотную. Двупрестольной является  церковь, второй, холодный ее престол посвящен Рождеству Преподобного Сергия Радонежского. Как подавляющее большинство церквей, в тридцатые годы она была закрыта, а в ее помещениях располагались многочисленные службы, необходимые местному колхозу. С начала девяностых годов прошлого столетия церковь была возвращена прихожанам, и они с любовью восстанавливают все то, что ими же и было порушено при советской власти. Сейчас закончена реставрация стен, крыши и куполов. На церкви сияют золоченые кресты. Мы проехали через село Поречье, в котором по сведениям, имеющимся в Интернете, находится магазин-пекарня с вкуснейшими пирожками, булками и другой разнообразной выпечкой, которой нам, увы, не довелось попробовать, мы и без того уже безбожно опаздывали.

      Село называется Поречье, но ведь просто так такие названия на свет не появляются, село пополам рассекает река Нерль, вот и мы проехали по мосту через нее, вдали уже показалась станция дальней космической связи, а это значит, что наш сегодняшний путь подходит к концу, впереди Калязин.

     Ну, вот и он. Встречает нас город оригинальным рубленым домиком с двухскатной ярко синей черепичной крышей. Эка невидаль, ведь в большинстве русских городов, особенно в небольших, рублеными избами никого удивить нельзя. Так то так, а вот калязинцы умудрились удивить. Дело в том, что  фундамент дома в пять кирпичей стоит вовсе не на земле, как все нормальные дома, а на массивном кирпичном квадратном столбу трехметровой высоты, при этом столб этот повернут в отношении взгроможденного на него дома, на 45 градусов.

     Ну а за деревьями уже показалась Вознесенская церковь, которая по людской воле оказалась на бывшем городском стадионе

Часть четвертая. Эти удивительные реки с названием Нерль

       Мы уже привыкли к тому, что в своих поездках часто встречаем одинаково названные населенные пункты, реки и озера, и этому совсем не удивляемся. Вот и в этой поездке нам дважды пришлось проехать по мостам через разные реки Нерль, первый раз под Владимиром, а затем – на подъезде к Калязину.  Сначала мы восприняли это совершенно спокойно, зато позднее, побольше разузнав про эти реки, удивились, и даже здорово удивились. Оказалось, что обе эти реки берут свое начало почти рядышком, на одной возвышенности в Переславском районе Ярославской области, сбегают с этой горки в разные стороны и должны бы, по логике вещей, расстаться навсегда, но нет, их вода, пройдя многие километры, оказывается в одной и той же Волге. Главная река нашей Родины, сделав огромную петлю, вначале принимает в качестве первого большого правого притока на своем много тысячекилометровом пути ту Нерль, с которой мы встретились под Калязином, а затем, когда в Нижнем Новгороде объединяется с Окой, то в нее попадает и вода Нерли, через которую мы перебрались под Владимиром.

     Надо разобраться с этими речками решили мы, и вот представляем вам результаты этой разборки. Прежде всего, интересно, откуда такое название взялось? Тут-то все просто оказалось, в стародавние времена на этих землях проживали древние финно-угорские племена, вот в их языке корень "нер" и означал, вода или река, отсюда же происходит и название знаменитого озера Неро, на берегах которого Ростов Великий расположился.

     Разумеется, люди уже давно дали каждой из рек прозвища, чтобы легче было тезок различать. Ту, которая под Калязином протекает, обозвали "большой" или "Волжской" Нерлью, а другую соответственно "малой" или "Клязьминской", эти названия прижились, но поскольку обе эти реки не вполне обычны, то здесь тоже получилась полная несуразица. "Большая" Нерль значительно уступает своей тезке по всем речным параметрам – и короче и уже, и мельче оказалась, но при этом ее все равно "большой" кличут. Та, которая "большая", берет свое начало в Плещеевом озере под именем В;ксы, а затем пройдя через Сомино озеро становится Нерлью. Речка действительно не маленькая – длина ее составляет 112 километров, и в самом низовье на протяжении примерно 40 километров до сих пор пригодна для судоходства. Молодой царь Петр I  построил на Плещеевом озере свою "потешную" флотилию, которая из-за отсутствия связи с большой водой навсегда застряла на озере. Говорят, что им были сделаны попытки расширить и углубить Нерль для того, чтобы вывести корабли в Волгу, но они закончились неудачей.

     В устье реки на ныне затопленной территории располагался один из городов, основанных Юрием Долгоруким – Кснятин, ныне от него лишь название в старинных книгах сохранилось.

     Вот и все, что нам известно об этой реке.

     Посмотрим, что представляет собой та Нерль, которая получила приставку "малая".

     Эта река значительно длиннее Нерли "большой", ее протяженность 277 километров, протекает она по Ярославской, Ивановской и Владимирской областям, и впадает в Клязьму в качестве левого притока около Боголюбова. Нерль "малая" довольно глубокая и широкая река – глубина от четырех до шести метров при ширине в среднем 70-80 метром. При весеннем разливе река затапливает огромные площади, поднимаясь до 6 метров.

     Ученые предполагают, что близость истоков двух Нерлей позволила в XI-XII веках сильно сократить водный путь из Волги в районе древнего города Кснятина до Волги в районе современного Нижнего Новгорода. Суда, поднявшиеся по "большой" Нерли в Плещеево озеро волоком перетаскивались в речку Мосу, приток "малой" Нерли, а затем по Клязьме и Оке  они вновь выходили на Волгу. Такой путь не только значительно сокращал продолжительность плавания, но и позволял провести суда в стороне от мест возможного нападения на них воинственных степняков. Еще до XVIII—XIX веков в устье "малой" Нерли заходили с Клязьмы нижегородские суда с грузом пшеницы для последующей ее переработки на нерльских мельницах, считавшихся лучшими во всей округе, в знаменитую муку "крупчатку". Мой папа, чье детство прошло на клязьминском берегу неподалеку от Владимира, вспоминал, как в дореволюционные годы мимо их дома шли караваны судов и барж в сторону Владимира. Сейчас обе реки настолько обмелели, что ни о каком судоходстве не может быть и речи.

     Но вот в историю мировой культуры  вошла именно эта Нерль, Клязьминская, поскольку именно на ее берегу, вернее в том месте, где она в те времена впадала в Клязьму, по приказу князя Андрея Боголюбского в 1165 году была построена одна из красивейших церквей – Покрова-на-Нерли. Белокаменный храм построили на искусственном холме, на врытом в него пятиметровом каменном фундаменте. Сейчас и место слияния рек оказалось довольно далеко от храма, и сама церковь как бы вросла в землю, холм почти  сровнялся с соседними полями, но до сих пор во время весеннего разлива речная вода подходит под самые стены православной святыни.
Несколько лет назад мы побывали в храме, тогда еще можно было подъехать к нему на машине. Где-то ближе к концу села, если ехать из Владимира в сторону нижнего Новгорода, но, еще не доезжая до Боголюбского женского монастыря, направо вниз спускается крутая улица, упирающаяся в тоннель под железнодорожными путями. Далее грунтовка шла полями почти упираясь в церковь. Оставили мы машину чуть поодаль и пешочком направились к церкви. Был жаркий летний день и в небольшом пруду рядом с храмом купался народ. Конечно, в основном это были дети, но пару мужских голов мы тоже заметили.  Пруд отделяет от поля небольшой вал, на котором стояли мольберты и несколько человек усердно выписывали детали внешней отделки храма. Я разговорился с одним из художников, который сказал, что использует любую возможность, чтобы приехать и снова и снова писать "невесту".

     - У меня, - сказал он, - ее портретов накопилось немало. Представляете, сколько раз приезжал сюда и каждый раз как будто вижу ее в первый раз. Влияет все: время дня и года, высота травы и цвет неба. Это самый удивительный храм в мире.

     - А почему вы ее невестой назвали?

     - Это вовсе не я. Так ее все художники называют. Да, вы сами присмотритесь к ней издали, словно молодая девушка в подвенечном платье с фатой на голове стоит.

     С тех пор я, как мимо на поезде еду, жду, дождаться не могу новой встречи с этой красавицей, пусть мимолетно, но увидеть ее радость.


Рецензии