Нежность цвета хаки

---Нежность цвета хаки---

1974, декабрь
Здравствуй, любимая. Нахожусь в городе Ленинске на Байконуре. Здесь запускают ракеты. Служба у меня идёт отлично. Шесть месяцев меня будут учить на военного строителя. Так что буду отстраивать Байконур. След моего труда останется здесь навечно. Живу надеждой на то, что будешь писать тёплые письма, любимая.

Любимому: «Разлука. Словно страшный долгий сон навис над нами сумеречной тенью, как струн гитарных вязко-низкий стон сорвался и поверг наш мир в смятенье. Но, как цветок из-под земли заснувшей, протягивает к солнцу лепесток, так моё сердце через жар и стужу летит к Тебе, храня любви росток. Люблю Тебя, как Свет, как Мир, как Жизнь. Мне не страшны проклятые разлуки. И тянутся к Тебе - Ты оглянись! – сквозь ночь, как к солнцу, к счастью   - мои руки».
 
1975, январь
Новый год мы провели по-солдатски: ходили в клуб, ставили концерт, смотрели кино. Любимая, спасибо за прекрасные письма - они ценнее всех книг. У нас бесконечные занятия, личного времени – тридцать минут в сутки.  Армия – это железная дисциплина. Сержант кричит: «Равняйсь! Смирно!» А у меня в это время в мыслях только Ты, любимая. Горжусь Тобой, солнышко ясное.
Мы всем взводом были на работе у дома космонавтов. У них постоянные тренировки. Всех видел в лицо: Севастьянов, Гречко, представляешь? Обыкновенные люди, а за ними такой уход!  Четырнадцатого июля они полетят в космос. Прибудут американцы, а мы будем в оцеплении и увидим их!
Здесь сильные степные ветры леденят воздух - давит байконурский мороз. Выпал снег, но в холод солдат согревает строевая подготовка. Через полтора месяца придёт весна, а уж летняя жара здесь будет градусов под пятьдесят. Любимая, сейчас пишу, словно с Тобой разговариваю. Ко всему можно привыкнуть, только не к разлуке. Смотрю в серо-зелёное пространство казармы и ищу сердцем Твой образ -  вдруг проявится в воздухе.  До последнего своего часа буду думать только о Тебе. Всю жизнь буду оберегать Тебя от обид и невзгод. С каждой минутой понимаю, что жить без Тебя не смогу, Ты мне нужна больше жизни, понимаешь?   
*Преподаватели у нас – это солдаты «старики». Взял на себя соцобязательство – учиться на «отлично». Смотрю на прохожих в окно учебки: глазами ищу Тебя, хотя знаю, что Ты далеко. Милая моя, осталось всего сто недель до нашей встречи!  Дембель неизбежен.  Любимая, получил долгожданные письма - пачками по пять штук в конверте!  Значит, Ты, моя любимая, писала ещё тогда, когда не знала адреса!  В этих письмах – Твоя жизнь и любовь. Мы с Тобой не сможем жить друг без друга. В ответ услышал Твой нежный шёпот дуновением весеннего ветерка. Любимая, мне понравилось Твоё письмо в стихах!  Свет мой ясный, все мои ласковые слова для Тебя -  ничто по сравнению с той любовью, которая живёт в моём сердце.  Дни летят, и с ними моё сердце летит к любимой! Как выразить словами бескрайность моря моей любви к Тебе? 
*Я - за справедливость: если кто-то поступает непорядочно – разберусь. Находился в наряде дневальным, и мне двадцать четыре часа не положено было спать.  Днём следил за порядком. Ночью писал благодарности воинам взвода.
* Наш город закрыт, въезд запрещён, и на встречу нет надежды. Пишу коряво - осталось десять минут, а мне ещё надо пришить воротничок. Любимая умница, радуюсь Твоим успехам. Мой праздник – это Твои письма, они согревают меня, и легче служить.  Приснилось, что Ты грустишь, я Тебя обнял, Ты радостно улыбнулась. И тут: «Подъём!»  А у меня настроение отличное: во сне побывал с Тобой, радость моя.  На миг бы заглянуть в Твои глазки, узнать не изменился ли Твой нежный взгляд. Учись спокойно - я же воин Советской Армии и Тебя охраняю.
Нас водили в город, чтобы сфотографировать на комсомольский билет. Мой прежний билет забрали в автошколе.  Как же жить без комсомола? В нашем посёлке была такая ненадёжная организация, что документы затерялись. Я заново стану комсомольцем.
Любовь не знает расстояния. Горы сверну, чтобы защитить Тебя, но жить не смогу без Твоих писем. Пытаюсь мысленно дотронуться до Твоего образа, но он тает и исчезает. Солнышко моё ясное, я жизнь отдам за Тебя. Любимая, Ты только береги себя!

1975, февраль
*В своей учёбе получаю одни пятёрки. Пишем много, общие тетради заполнены конспектами. Пишу той ручкой, которую Ты мне подарила, и берегу её, как талисман. С началом февраля наступили сильные морозы. Я их переживу, потому что живу надеждой, Твоей нежностью и любовью. Только с верой в Тебя я спокойно служу в Советской Армии. Моя непрерывная мечта – обнять свою нежную жену. Время придёт - будем вместе всю жизнь. Какое это чудо, что мы встретились! Радость моя бесконечная, взлетел бы ракетой к Тебе! Верь, я буду достойным Родины и Тебя.
*В сутки нам положено спать три часа. Только мысли о Тебе отвлекают меня от сна и голода. Я замечаю, что становлюсь сильней духом, привыкаю не обращать внимания на трудности.  Только лучи Твоих ясных глаз и Твои драгоценные письма могут согреть меня в этот жуткий холод. Здесь понял ценность того времени, когда мы с Тобой были вместе. Это счастье, что мы в этом мире нашли друг друга!  Разлука закончится, и наша жизнь будет усыпана тюльпанами. А пока нашу любовь передают письма. 
 
Любимому: «В моих руках – Твоё письмо, Твоей рукой написанные строки, и так мне дорого оно, как дорог Ты, мой милый, мой далёкий. Читаю Твои добрые слова, смотрю на строки ласково и нежно, и счастье льётся, словно синева от неба – безгранично и безбрежно».

*Ты – для меня вся жизнь. Мы с тобой будем самыми счастливыми на земном шаре, когда я вернусь. Какое же это длинное слово – «вернусь». Я буду долго и бережно носить Тебя на руках, как драгоценность. Мне понравился фильм «Москва – любовь моя».  Нам с Тобой такие чувства понятны. Всё так и есть, правда? Будем хранить свою нежность два года, и подарим её друг другу при встрече. Как герои легенд, преодолеем все трудности. Только Ты береги себя. 
Солдатская служба нелегка, но она нужна Родине. Мы два года не увидимся: сюда приехать нельзя. Здесь вокруг стоят ракеты на старте, и построено много городов, которых нет на карте. 

Любимому: «Завидую звёздам и солнцу - им выпало счастье большое видеть Тебя каждый день. Завидую ветру тоже – ему счастья выпало больше – он может касаться нежно лица Твоего и рук. Завидую капле воды – счастье её безгранично: касается капля безмолвно объятых жаждой губ. Но нет им огромной радости: ни звёздам, ни солнцу, ни ветру, ни капле холодной воды –   ведь им никогда не узнать глубины своего счастья. Такое счастье и радость выпало моему сердцу – счастье Тебя любить!»

*Можешь меня поздравить с первым экзаменом на пятёрку. Мне попались вопросы: Ленин о государстве, диктатура пролетариата, командование ЦК КПСС. Завтра у меня второй экзамен по производству монтажных работ и железобетонным конструкциям. Тебе надоело читать про скучные работы? Я напишу о радости. Милая моя, 23 февраля я получил Твоё письмо!

1975, март
Работаю с большим желанием, потому что освоил здесь нужную специальность, и увидел результат своего труда: строим огромные объекты. Не получаю писем полмесяца -  их отправили обратно, пока я был на секретной площадке.

Любимому: «Разве можно забыть счастливые дни, зарево ласки и радости в искрах Твоих глаз? Всё, что навечно согрето нашей любовью, освещает мою память. Это священно. А потому я буду ждать».
 
*Здесь сотни строительных площадок: возводятся военные сооружения, но рассказывать о них нельзя. На площадке нам так досталось!  Мёрзли, спать ложились в одежде, хотя какой там сон - не спал ночами. Ребята с ног валились, ангина всех задушила, охрипли, желудки испортили, натерпелись горя сполна.  Придёт пустынное лето и даст жару. В городе можно спрятаться за деревья, а на площадках – тени нет. Но мне не страшны горячие пески: привык к ним, когда в геологоразведке работал, а ребятам из России придётся нелегко. Заклинаю Тебя, моя ненаглядная, береги себя!

Любимому: «Люблю Тебя – к Тебе, как молний вихрь, летят слова, пространство рассекая. И смотрит удивлённо мир: «Возможна ли любовь такая?» Возможна! Это знаю я, и это знаешь Ты, мой милый, нежный. Пусть вечно ищет - вертится Земля, ей не найти нигде сердец надежней».

*Я в каждом письме узнаю, как Ты проводишь дни своих занятий.  Читая, представляю, как мы идём по городу. Ты рядом со мной счастлива, фантазируешь или смеёшься. Наша любовь не угаснет, как солнце. Время разлуки нас не изменит, останемся такими же, какими расстались.  Всё вернётся, как только увидим друг друга. Любимая, время летит быстро, когда оно занято, а душа спокойна.
 
Любимому: «Когда узнала я, что есть на свете Ты, то мир вокруг меня мгновенно изменился: стал миром музыки, любви и красоты, и в блеске светлых нитей солнца растворился».

1975, апрель
Учусь на командира отделения, чтобы командовать людьми и работой, правильно закрывать наряды. Здесь тепло, вот-вот распустятся листья на деревьях. Я хочу служить и приносить пользу Родине! В ленинский субботник мы проделали большую работу по строительству дома космонавтов. В июле будет совместный полёт наших космонавтов с американцами. Отношения с ребятами отличные, друзья меня уважают. Это настоящая солдатская дружба.
Скоро придёт годовщина того счастливого дня, когда мы с Тобой обрели друг друга, и Мойынкумская степь подарила нам ковры из красных маков.  Весь мир был у наших ног! Прошло уже полгода разлуки, а наша любовь всё так же сильна. Ласточка моя, спасибо за веточку сирени в конверте, она такая же красивая, как Ты.  После службы меня принесут к Тебе крылья Аэрофлота и любви.

1975, май
Армия – это хорошая школа. Здесь надо быть сильным. После парада в День Победы нам показали новый двухсерийный фильм «Блокада».
Скоро уедем на космические стройплощадки бригадирами, и надо проявить большое старание в работе. На нас лежит ответственность: этот выпуск – первый, раньше здесь не было такой специальности. Если справимся с заданиями, то и в будущем будут учить солдат такой профессии.  В классе ребята заучивают политические блоки.  А я эти блоки хорошо знаю, и поэтому у меня сейчас в голове совсем другая политика по имени Моя Любимая. Снишься мне каждый день, моя ненаглядная. Ласточка моя нежная, знай, что я думаю только о Тебе, хотя пишу реже из-за переездов на площадки.  Всё-таки я удачно попал служить: видел запуск ракет и всех космонавтов вблизи. Видел и американскую делегацию, правда, здорово?! 
*Любимая, можешь меня поздравить, экзамены вытянул на «отлично» и получил два удостоверения за полгода службы. Первое – по специальности бригадир-каменщик, а второе…   Гордись, любимая: «Военный строитель по специальности, командир отделения, бригадир широкого профиля».
* На стройплощадке меня сразу поставили бригадиром по каменной кладке. Всё это необходимо будет в жизни. Важные объекты строим для удачных полётов наших космонавтов. Ты себе даже представить не можешь, дорогая, какие ответственные задания приходится выполнять в пустыне! Нас окружают ракеты на старте. Здесь живут только военные, всё засекречено. Судьба предоставила возможность отдать долг Родине на Байконуре. Я работаю и за мастера, и за бригадира. Приходилось не спать по трое суток.

1975, июнь
Днём невыносимая жара и пыльные ветры. По ночам не дают спать фаланги и скорпионы. У меня в бригаде восемнадцать человек. Пока справляюсь с командованием. Загорел, как негр, а волосы побелели. Спасибо, моя ласточка, за то, что Ты даришь мне огромную, как космос, любовь. В Твоём письме нашёл тюльпан – знак нашей любви.

Любимому: «Любимый мой, когда не будет хватать слов для выражения моих чувств, я буду присылать Тебе засушенные цветы. Они становятся бурыми, цвета болота. Нет, это цвет хаки. Такой, как твоя гимнастёрка.  Нежность цвета хаки хрупка, но наша любовь крепка, потому что эти цветы, умирая мимолётной хрупкостью, продлят жизнь нашей любви до бесконечности. Жду Тебя, как утро ждёт рассвета».

*Выполняем огромный объём строительных работ на благо Родины. Мастеров нет, а затёртые чертежи порваны. Я два дня разбирался в этом бумажном хламе и сейчас работаю мастером.
Любимая, Твои нежные письма - это драгоценные частицы Твоего золотого сердца. Спасибо, родная моя половиночка. Сердце моё, увидеть бы Тебя хоть краешком глаза!  Помню всегда чудесный вечер: нас счастливых на песке у волн Балхаша.  Стараюсь по возможности писать Тебе каждый день. Но бывает и так – напишу письмо, и в кармане ношу его, пока не найду конверт. Город далеко, а мы живём в строительном отряде.  Палящее солнце принесло полсотни градусов жары.  Но кто же здесь будет строить, как не мы?

1975, июль
Любимая, ты писала, что смотрела по телевизору запуск космического корабля «Союз-Аполлон», а я всё это видел близко -  был от этой ракеты на расстоянии полторы тысячи метров. Очень красиво! Бурлящее море огня! Ракета поднимается с таким шумом, что стёкла растрескиваются.  Я подолгу не сплю и думаю о Тебе. Выйду ночью из казармы и представляю, как моя любимая спит, а эти тихие звёзды её оберегают. Ненаглядная моя умничка, радуюсь тому, что Ты отлично защитила дипломный проект и скоро уедешь к северным оленям от этой невыносимой жары. Когда поедешь в Сибирь, любимая, не забудь, что там будет холодно, поэтому береги себя, а за меня не волнуйся.  С нами всегда наша любовь – это вечная нежность, это - Космос, неподвластный времени разлуки! 
(цитаты из писем)

---Причастны к космосу! ---

В тридцатиградусные морозы солдат поселили в неотапливаемые казармы. Спали защитники Отечества в куртках-ватниках и ватных штанах. Ребята простывали, болели, задыхались. Медпункта не было. Дороги были перекрыты, а до города – более трёхсот километров. Офицеры ненадолго приезжали на электричке только тогда, когда сопровождали прибывших солдат. Жёстко командовали старослужащие «деды». Летом в конце рабочего дня привозили воду в баках – мылись по пять человек прямо в одежде. Солдаты строили шахты и газоотводы под землёй, а также стены толщиной полтора метра для помещения с аппаратурой и бункера с командным пунктом.  После каждого взлёта рушилось всё, что строили. И работа начиналась заново. Взлёты производились каждый день. День советско-американского полёта ждала вся страна. Утром в «красном уголке» была передана по радио команда на взлёт. Солдаты вышли и с крыши смотрели на вихрь пламени. Когда космический корабль «Союз-Аполлон» исчез из вида, вернулись, чтобы досмотреть телепередачу о полёте. 
 Парни в гимнастёрках были причастны к этому событию: больше года в трудных условиях строили площадку для полёта. Вечером офицеры раздали солдатам по пачке сигарет «Союз-Аполлон», привезённых американцами. 



------------------

17 июля 1975-го на высоте около 200 км над Землей произошло событие, по своей значимости сравнимое с первым полетом человека в космос — на орбите состыковались советский корабль "Союз-19" и американский "Аполлон". Смысл этой стыковки не только в том, что впервые было доказано: разные с технической точки зрения пилотируемые аппарты могут, при необходимости, оказать помощь терпящим бедствие коллегам. Главное — земляне: "коммунисты" из СССР и "капиталисты" из США, объединили усилия в деле освоения космоса. Увы, дальнейшая программа совместных полетов была заморожена на 20 лет. Лишь в третьем тысячелетии стало очевидным: для реализации грандиозных планов, например пилотируемого полета на Марс, требуются усилия многих стран, ибо одной это не по карману.
ХРУЩЕВ "ПОСЛАЛ " КЕННЕДИ. Первым человеком, который заговорил о совместных космических полетах, был не ученый-"технарь", а президент США Джон Фитцеджеральд Кеннеди. Еще в 1963 г. он предложил советскому лидеру Никите Хрущеву осуществить совместный полет на Луну. Но Хрущев, убаюканный превосходством  русских в космосе на тот момент, отказался. А жаль, если бы он согласился, возможно, туристы с Земли уже гуляли бы по лунной поверхности.

Но стремительное освоение космоса потребовало от СССР и США четких совместных действий хотя бы при спасении экипажа корабля, попавшего в аварийную ситуацию. День сегодняшний это подтверждает на примере общей работы на международной космической станции (МКС): после того как в 2003 году  погиб американский многоразовый корабль "Колумбия", русский "Союз" до сих пор используется на МКС как спасательная шлюпка. И пока не будут построены и отработаны новые транспортные корабли "Клипер" (Россия) и "Орион" (США), альтернативы "Союзу" нет. 
СТЫКОВКА ВОПРЕКИ. К проекту "Союз—Аполлон" СССР и США готовились пять лет — с 1970-го. Причем, "на поклон" пришли американцы: администратор НАСА Джон Пейн предложил Президенту Академии наук СССР Мстиславу Келдышу обсудить вопросы, связанные с совместными полетами. Пришли вынужденно. Ведь, несмотря на то, что Штаты первыми высадились на Луну, взяв тем самым реванш у русских за запуск первого спутника и полет Гагарина, в 1970 году конгресс США отказался финансировать лунную программу, кратко сформулировав, почему он это сделал: "Ничего нового о Луне США дальнейшие полеты на нее не дадут".
Программу вояжей на долговременную орбитальную станцию "Скайлэб" НАСА сократила с нескольких десятков до трех и после их выполнения, утопила "Скайлэб" в Индийском океане. Впрочем, астронавты так настрадались во время работы на "Скайлэбе" из-за допущенных конструкторских ошибок и технических недоработок, что, наверняка, были этому рады.
Решение о создании многоразовых космических транспортных кораблей США приняли только в августе 1973 г. У НАСА осталось несколько  мощных ракет "Сатурн" и три  корабля "Аполлон", применить которые они не могли, не зная, что же им делать дальше в космосе.
 
НЕ "ПАПА" И НЕ "МАМА". Конструкция как "Союза" так и "Аполлона" делала невозможной их стыковку без существенных доработок. Например, космонавты дышали кислородно-азотной смесью, а астронавты — чистым кислородом, радиотехнические средства поиска и сближения кораблей работали на разных принципах и частотах, да и сами стыковочные узлы были изготовлены по принципу "папа-мама" — то есть у одного "Союза" (или "Аполлона") — штырь, у другого — приемная воронка, причем конструктивно наши и американские узлы отличались. В итоге на каждом корабле проекта "Союз—Аполлон" был создан универсальный трехлепестковый стыковочный "гермафродит", прекрасно себя зарекомендовавший в работе. Кстати, он и сейчас используется на МКС.
"Образцово-показательная" стыковка прошла, тем не менее, со сбоями, о которых, конечно же, не сообщали в прессе: у наших вырубилась телесистема, которая должна была передавать "картинку" братания в космосе, а у американцев застрял штырь в механизме стыковочного узла, что не позволяло астронавтам перейти из "Аполлона" в "Союз". Эти неполадки устраняли почти сутки.

ПРАЗДНИЧНЫЙ УЖИН — СОК И БОРЩ ИЗ ТЮБИКА
Мало кто знает, что проект "Союз—Аполлон" планировался намного более масштабным, чем получилось в итоге. На орбите готовились собрать большой международный космический комплекс  "Союз"— "Салют" — "Аполлон", где "Салют" — первая орбитальная станция СССР.
Увы, уже в 1972 году оказалось, что это невозможно по техническим причинам: не успевали перекомпоновать основную двигательную установку "Салюта", чтобы установить второй стыковочный узел — для приема "Аполлона". В итоге остановились на усеченном варианте — с помощью специально разработанного стыковочного шлюза в космосе соединялись только корабли.
Их экипажи были назначены за три года до полета. "Союзом-19" командовал "космонавт-11" полковник Алексей Леонов, с ним — бортинженер Валерий Кубасов, уже имевшие по одному полету в космос. Американцев было трое: командир корабля Томас Стаффорд и астронавты Дональд Слэйтон и Вэнс Брандт. После пристыковки "Аполлона" первыми в гости пришли американцы Стаффорд и Слэйтон, а Брандт остался "на хозяйстве".
После взаимных приветствий, произнесенных по-русски астронавтами и по-английски космонавтами, объятий и рукопожатий, они соединили состоящие из двух половинок памятные медали, подписали документы о сотрудничестве, обменялись сувенирами и поужинали соками в тубах, борщом, антрекотом и бородинским хлебом — все из тюбиков, кроме хлеба.
18 июля Леонов побывал на "Аполлоне", а Брандт — на "Союзе". Хождение в гости закончилось первой совместной космической пресс-конференцией.
19 июля корабли расстыковались и на краткое время состыковались повторно, при этом активным кораблем был уже "Союз". Наши приземлились штатно, астронавты — с проблемами: они при посадке слегка отравились парами ракетного топлива.
КОНВЕРТЫ С ЛУНЫ, ПЕЛЬМЕНИ ПОД ВОДКУ И "ВОДКА" В КОСМОСЕ. При формировании в 1972 году американского экипажа для международного проекта "Союз-Аполлон" выявили первый в истории случай "космической коррупции": кандидат Джон Свайгерт был уличен в том, что, передал экипажу корабля "Аполлон-15", посетившего Луну, несколько сотен почтовых конвертов со своей подписью, а по  возвращению на Землю попытался хорошо заработать на их продаже. Этот случай стал известен СМИ и, разумеется, разразился скандал.

Экипаж "Аполлона" отчислили из НАСА, а Свайгерта наказали, исключив из международного экипажа. Его заменил Дональд Слейтон. Последний мог стать "американским Гагариным", но перед самым полетом у него обнаружили аритмию сердечной мышцы. Трудно представить себе, на какие ограничения пошел астронавт, чтобы вернуться в строй.
Интересно, что позднее, в начале 80-х Слейтон посетил СССР, где встретился с конструктором известной боевой межконтинентальной баллистической ракеты "Сатана" Владимиром Уткиным, которую до сих пор панически боятся американцы. Слейтон выразил свое уважение создателю столь грозного оружия. Конструктор в ответ пригласил его на пельмени, коих они налепили вдвоем огромное количество, причем гость превзошел в этом искусстве хозяина, заслужив его похвалу. А при употреблении пельменей, естественно, под водочку, ни в чем не уступил Уткину и в борьбе с "зеленым змием".
Кстати, о водке: весь мир обошло фото, сделанное на орбите во время стыковки "Союза" и "Аполлона" бортинженером Валерием Кубасовым, на котором Стаффорд и Слейтон пьют из туб, на которых написано "Водка". На самом деле в тубах был... борщ: шутник Алексей Леонов, командовавший экипажем "Союза" разыграл американских коллег. Он сам смастерил водочные этикетки и приклеил их на тубы, а затем предложил астронавтам в честь первой международной стыковки "нарушить режим космонавта". Как видим, шутка удалась на все сто процентов.

ПАМЯТНЫЕ СИГАРЕТЫ ПРОДАВАЛИ СПЕКУЛЯНТЫ
Международный полет "Союз—Аполлон" широко рекламировался в СССР. Была выпущена серия почтовых марок и конвертов со штемпелем первого дня гашения, открытки, фотоальбомы и даже сигареты "Союз—Аполлон" со знаменитым вирджинским табаком.
Понятно, что все это было страшным дефицитом: марки распространялись только среди членов "Всесоюзного общества филателистов", по воспоминаниям автора этих строк, за конвертами с "байконуровским" спецгашением на почте города Ленинска (ныне Байконур) вытянулся длиннющий "хвост". Без очереди не пускали даже тех, кто принимал участие в проекте "Союз—Аполлон".
На Байконуре сигареты "Союз—Аполлон" было можно свободно купить блоками: 1,5 рубля пачка, что тогда считалось довольно дорого, но стильно, в других городах СССР их разметали мгновенно и перепродавали по спекулятивным ценам.

http://www.segodnya.ua/print/news/293109.html

http://www.from-ua.com/technology/42c8dc610887c.html


Рецензии
Читала и вспоминала песню "Надежда". Хрупкая нежность цвета хаки. Очень поэтично.

Анна Сивак   24.03.2019 13:39     Заявить о нарушении
Доброго вам здоровья, Анна, за прекрасные ассоциации.

Ирина Жгурова   24.03.2019 14:22   Заявить о нарушении