Соблазнительница. часть 6

http://www.proza.ru/2018/11/12/1199
http://www.proza.ru/2017/01/20/398/начало/

Покидая  обитель  бывшей  певицы,  Георгий Николаевич с усмешкой  отметил:   "Надо  же - какие страсти - мордасти!  Люди  порой  наивны - живут  заоблачными несуществующими  категориями... Ну, мне это не грозит,  я - материалист,  а  не   какой-то  дурак - мечтатель.  Как,  будучи  замужем  за  приличным  человеком,    позволить  себе  увлечься  другим?  Напрашиваться  в  сиделки.  Неужели  такое  бывает?  А  с  виду  неглупая,    впечатления   легковерной   не  производит".

Никогда   не   произноси  слова  "никогда",  ибо  неведомо,  что  завтрашний  день  тебе  готовит. 

Он,  болезный,  конечно,  не  знал,  что  там,  далеко - далеко,  высоко - высоко,  Бог   любви  Амур  уже  отпустил натянутую  тетиву,  и  отравленная  пагубным  зельем  стрела  полетела  к  намеченной  цели.  Ему,  рассудительному  и  верному  семейным  ценностям,  отведено  наслаждаться  безмятежным  сном  несколько  дней.  Кто  бы  мог  предположить,  что  и  профессор  так  легко  падет  жертвой  пламенной  страсти?


А  началось  всё  просто, впрочем, как  любые  события  -  и  великие,  и  незначительные.

... Вроде  бы   ничем  не  примечательное  утро.  Профессор  вызывает  к  себе  заведующую   лабораторией.
 
- Нина  Семеновна,  Вы   провели   тестирование  вещества  серии  АМ  номер 2205?

- Да,  да,  Георгий Николаевич,  в  течение   десяти  минут  я  передам  Вам   заключение.  Оно  давно  готово.

- Благодарю. Жду.

Вскоре  на  пороге  кабинета  возникает   незнакомая   молодица,  и  одновременно  с  её  приходом  раздается  телефонный  звонок.  Начальник  кафедры,  уловив   в   трубке  голос   жены,    радостно  восклицает:

- Аннушка, дорогая,  запиши  меня  к  хирургу.  На  завтра. Болит  нога, по-видимому,  ноготь  на  пальце  врос.  До  работы  еле  доковылял.   А  сегодня  никак  не  могу. Занят.

Когда  шеф  положил  трубку,  вошедшая,  поздоровавшись,  вручила  запрашиваемый  документ.  И  неожиданно  промолвила:

- Извините,  случайно  услышала  Ваш   разговор.

Профессор  нахмурил  брови.

- И  что?

- Я  могла  бы  Вам  помочь.

Он,  оглядев  невзрачную  работницу,   не  скрывая  иронии,  произнес:

- Вы?

Ох,  неизвестно,  простится  ли  ему  когда-нибудь  такое  недоверие,   и   не  станет  последующее  скрытым  актом  мести?

- Я  год  проработала  в  салоне  красоты  --  до  поступления  в  институт. Ваша  проблема  мне  близка.  Если   обратитесь  к  хирургу,  тот  сделает  анестезию, операцию  проведет  всухую, останется  рана,  будете  ходить с  повязкой  несколько дней.  А  можно  распарить ногу, легко срезать мешающий  краешек.  Правила  асептики  я  соблюдаю.

- Подумаю.

Бывшая  педикюрша  написала  адрес  и  телефон,  добавив:

- Если  отважитесь, позвоните.

"Да, ну, буду еще  ходить  по  лаборанткам", - гневно  подумал  Георгий  Николаевич  и  в  сердцах  выбросил  записку.

Спустя  несколько  часов,  проведенных  в  неподвижности  на  заседании  факультета,  руководитель  кафедры  ощутил  невыносимую  боль  в  ноге.  Дождавшись  окончания  мероприятия,   ворвался  в  кабинет  и  бросился к  мусорному  ящику.  О, спасение!  Техничка  еще  не  убирала.  Вызволив  ценную  бумажку  из   кучи  хлама  и  известив  сослуживицу   о  намерении  приехать, шеф    отправился  по  указанному  адресу.

***

...Обшарпанный  многоквартирный  дом   ютился   на  окраине  города.  Профессор  с  трудом  одолел  несколько  пролетов   скрипучей  деревянной  лестницы.   
И   уже   по  истечении  нескольких  минут,   удобно  восседал  в  кресле  с  погруженными   в  тазик   ступнями.  От  предложенного  чая  важный  гость  отказался:

- Не  хочу  абсолютно  ничего,  кроме  скорейшего  избавления  от  мучений.

Через  некоторое  время   хозяйка  жилища  принялась   за  дело.  Ловко  сбрив    на  подошве  ороговевшую  кожу,  приступила  к  обработке  ногтей.  Он  успокоился  и  отметил  про  себя,  что  процедура  сия  вполне  приятная   и,  скорее  всего,  девице  под  силу  облегчить  его  участь.  По  привычке  не  терять  время,   пришелец  раскрыл  научный  сборник, прихваченный   с  собой,   и  увлекся  чтением.

В  какой-то  момент  он  взглянул  на   занятую  работой  сотрудницу.  Еще  полностью  не  осознав,  что  за  картина  разверзлась  перед  ним,  внутри  у  него  всё  пришло  в  движение.  Халат,  в  который  облачилась  барышня,  из-за  активных  действий  правой  руки,  перетянувшей  на  свою  сторону  левую  половину  одеяния,   распахнулся,  обнажив  небольшой   фрагмент  женского  тела.

Смутившийся  гость  быстро  отвел  взгляд,  посчитав   излишним  созерцание  недозволенного  объекта,  вернее,  его  части,  и  вперился  в  статью.  Но,  какое  там...  Буквы  никак  не  хотели  образвывать  слова, наскакивали  друг  на  друга,  плясали  и  разбегались.  Утратилась  способность  выстраивать логическую цепочку.

"Так,  не  поднимай  глаза,  ты  ничегошеньки  не  видел!" - скомандовал он себе.

Но   смотреть  в  журнал,  где  мало  что  понятно,  для  него  оказалось  сродни  пытке.

"Дома  у  тебя  Аннушка  и  замечательные  детки.  О  них  радей!" - продолжал   он  себя  увещевать.

Но  похоть  не  контролируется   разумом,  и   он,   желая  увидеть  бюст  целиком,   заерзал  на  стуле,  гадая,  как   быть.   Он,  по  натуре  охотник,  привык  добиваться  всего.  И,  что,  на  этот  раз  ему  уготовано  довольствоваться  строгими   догмами  целибата?   Превозмогая  крамольное  влечение,  с  трудом  продолжал  оставаться  невозмутимым.

По  завершении  работы,   педикюрша  надавила  на  проблемную  фалангу.

- Георгий  Николаевич,  есть  еще  дискомфорт?

Изможденный   овладевшим  им  возбуждением,  он  и  не  сообразил,  что  от  него  требуется. Вопрос  повторили.

- Ах,  да,  вроде   уже   хорошо, - растерянно  пролепетал  избавленный  от  физических  страданий,  но  в  момент  приобретший  сердечный  недуг.

В  теле  ощущалась  мелкая  дрожь.  "Это  же  надо! Когда  со мной  такое  случалось?  В далекой  молодости!  О, как  тягостно!  Что  на  меня  накатило? Что  послужило  толчком?  Её  прикосновения?  Теплая  ванночка?   Слегка  обнажившаяся  грудь?"

Он  положил  на  тумбочку  извлеченную  из  портмоне  купюру  достоинством  в  100  леев,  зная,  это  в  разы  превосходит  реальную  стоимость  услуги.

- Что  Вы!  Что  Вы!  Я  по-дружески,  не  ради  денег.

- Какие  мы  с  тобой  друзья?  До  сегодняшнего  утра  понятия  не  имел о тебе. Алена, кажется?  Труд  всегда  надо  оплачивать. Спасибо.  А  возможно повторение?

- Не  раньше  трех  недель, -  заверила  обольстительница,  как  ему  показалось, без  всякого  энтузиазма.

Подавляя  естественный  мужской  инстинкт,  растревоженный  самец  вышел  из  озадачившей  его   квартиры.

"В  ней  ничего  нет.  Серая - серая  мышь.  Ты,  известный  ученый,  на  кого  засмотрелся?"

Возвратившегося  в  родные  пенаты  жена  встретила  словами:

- Бедняга, такие испытания  на  твою голову. Ай-я-я...

В  пылу  накативших  фантазий,  Георгий  Николаевич  яростно  принялся  целовать  её   в  губы,  шею,  декольте.

- Зайчик,  я   соскучился  по  тебе!  Ты - вечно  в  детях, я - в  науке, а  жизнь проходит!  Идем,  идем  в  спальню!  Я  хочу  тебя любить, как  когда-то!

- Ой,  - Аннушка  стала  вырываться  из  цепких  объятий  мужа. - Я  устала. Перенесем   на   выходные.  Ты  прямо  озверел.  Никогда  таким  не видела.

- Как  всегда, - грустно  констатировал   истосковавшийся   по  женским  ласкам  отвергнутый  муж.  А  ведь  любовные  игры   прекратились   года  как четыре - с  рождением  младшенькой.  Жена  не  тяготела  к   интимным  отношениям,  а  ученые  мужи  обычно  заняты  чрезвычайно серьезными делами. Да  и  по  природе она - флегматичная,  не  маневренная,  без  огонька.  Красавица, но  туповатая, всегда с  полуоткрытым  ртом, преданно  глядящая  на  супруга.  А  в постели - бревно, но только что верное.  Верное, но  бревно. Импотента   из  меня  сделала. А  ведь  был  же когда-то жарким хлопцем!

Напрочь  отфутболенный   уединился   в  рабочем  кабинете, распластался  на  диване   и   предался   грезам.   В  нем  как  бы  сосуществовало  двое - один  с  холодным  здравым  рассудком, занявший  позицию  адепта  моногамии,  второй -  озабоченный,  готовый  пуститься  во  все  тяжкие, не отказывающийся  от  заманчивой  добычи, да  еще  и  блудник  в  придачу.  Кто  же  победит  в  этой схватке?

А  думы  навязчиво  крутились  вокруг  распахнувшегося  кимоно, приоткрывшего полоску  женской  прелести. Ему  интересно, какой  формы  у  Алены  грудь - полусферической, овальной или в виде пирамидок.  А  венчики - розовые или кофейные?  Он-то видел только  верхнюю  часть, а,  в  целом,  она  какая?  Эти мысли  глушил  рык  первого,  высоконравственного: "Прекрати! Не подобает достойным  увлекаться  случайно  встреченными..."

Наконец,  профессор  отошел  к  Морфею  в  сладостном  предвкушении  завтрашнего  дня, дня, в  котором будет Алёна...

***

Утром  бедолага  появился  на  работе  загодя.  Припал  к  окну  с  видом  на  дорожку,  по   которой  сотрудники  шествуют  к  институтскому  корпусу.  Вскорости  появилась  Алёна.  Он  затрепетал.  Каждая  частичка  его  тела  вошла  в  резонанс  с   биением   сердца.

"Ну, что  ты  в  ней  нашел?  Угрюмая,  неприметная.  В  вязаных  берете  и  шарфике   цвета   застиранных  кальсон,  длинное  пальто,  как  у  монашки,  обувь  на  низком  ходу.  Безвкусица  и  нищета. Поздравляю тебя, мэтр, с удачным выбором!" - злословил тот, что первый.   

А  второй,  словно,  противовес:  "Коль  простая,  значит,  доступная. Неприглядная,  так  в  «тихом  омуте черти водятся».  Что  тормозишь, мужик?  Она  же визжать будет от тебя.  Вперед,  осаждай  Бастилию!"

Вот бы  выбежать  навстречу,  сжать  её  в  тиски,  увести  подальше  от  людских  глаз, чтоб одни, одни на белом свете, без всяких  обязательств.  Но, нет, люди  вынуждены  играть  роли. В  основном, изображать  целомудрие. Ох, диким  животным   легче - побежал,  куда  захотел, с  кем  захотел, к  кому  захотел...

***

Лаборатория, где  трудилась  Алена,  расположена  в  конце   коридора  и  является  епархией  Нины  Семеновны.  Преподавательская  с   учебными  залами   и  кабинетом  заведующего  кафедрой - в  другом  крыле.   Непосредственной   связи  с  работниками   подразделения  нет.  Туда  не  заглядывает  он  за  ненадобностью.  Стало  быть,  на  работе  ему  с  девушкой,  владеющей   педикюрным  мастерством, во  веки  веков  не  пересечься.   

В  течение  дня,  хотя  забот  невпроворот:   рецензию  на  монографию  написать, подготовиться  к  лекции, составить  план  мероприятий   на   следующий  месяц, профессор,  тем  не  менее,   витал  на  другой  планете.  Его  занимал предполагаемый  контур  груди  лаборантки -  беспрестанно  чертил   углы  различного  градуса.  То  острый,  то  прямой,  а  то  и  вовсе  тупой. Который  из  них?  Маленькая или большая?  Упругая  или  мягкая?  Теплая  или  прохладная?

"Чего   маешься? - вопрошал  блюститель порядочности. - Не  встречал  по  жизни  обнаженных  дам? В  Черногории, Прибалтике, Германии - на  нудистских  пляжах  мало  показалось?  А  в  лучших художественных галереях  мира  изображений  голого  тела  классиками  недостаточно?  И  фильмов  эротического содержания  тоже  не  видел?  В конце  концов,  довольствуйся  телесами  жены!"

Другой  тут  как  тут  заступался  за  неустойчивого  в  моральном плане: "Неизведанное  слаще  всего!  Попробуй! Не  робей! Обещаю, ты  испытаешь неповторимое  блаженство.  Для  чего  живешь? Чтобы  воздерживаться, ущемляя  себя в угоду пуританскому  обществу?  А  стоит ли?  Не воруешь, не грабишь, ты просто хочешь  минутку  счастья..."

***

Он  вызвал  к  себе  заведующую  лаборатории.

- Нина  Семеновна,  охарактеризуйте   Ваших   работников.  Накануне  послали  ко  мне  эту...ну, несимпатичную,  как  её звать?

- Алена  Руссу.  Да, красотой она не блещет.

- А умом?

- Тёмная лошадка.  Но   такие  добиваются  в  жизни всего. Я знаю эту породу. Деревенской закваски  города  берут  на  раз.

- А на чем основано Ваше заключение?

- Оч-чень,  уж  оч-чень  целеустремленная.  Всегда  с  книгой. Учится в заочной аспирантуре  при  Академии наук. Какие-то опыты ставит. Я запретить не могу. Это - не в ущерб работе. Она же печатается в научных журналах.

- Вот как?  А насчет парней?

- Так, студенты-гастролеры. Особо хитрые пытаются  ухаживать  за  нашими  девчатами,  просят  ответы  на  вопросы  при  зачете  подсказать,  на  экзамене  билетик  нужный   подложить.  А  как  сессия  закончится,  ищи ветра в поле. Другие  поддаются, а эта - ни за что. Говорит, нечего время впустую транжирить. Вот защищу диссертацию,  выберу  себе  подходящего!  Мы  ей: "Алена, оденься во что-то яркое, молодежное". Нет, ходит, как сектантка, чтоб  ничьего внимания не  привлекать.

- Живет где?

- На квартире.

- Так это дорого!

- Оплачивает  лишь  коммунальные. Хозяйка  жилья  работала в студенческом общежитии   вахтершей, они  там  и  познакомились.  Нынче  та  уехала на заработки  в  Россию  и  попросила  Алену  присмотреть за  квартирой. Чужим  сдавать побоялась.

Для  отвода глаз  он  еще  выслушал  не  интересующую  его  вовсе  информацию об остальных, в  конце  поблагодарив  удивленную  профессорским  любопытством сотрудницу.


Продолжение следует   http://www.proza.ru/2019/03/25/1993


Фото из интернета


Рецензии
И чем это ваша героиня приворожила профессора?
Есть у меня предположение, но боюсь ошибиться.
Буду с нетерпением ждать продолжения, Светочка.
С теплом.

Кира Крузис   22.03.2019 14:50     Заявить о нарушении
Приворожить может даже неприметное нечто!

Светлана Юшко   22.03.2019 17:08   Заявить о нарушении
Почти все мужики - козлы. Я знаю только одного хорошего...

Роман Огнев   22.03.2019 23:14   Заявить о нарушении
Роман, и это - Вы /тот, что хороший/?

Светлана Юшко   23.03.2019 09:09   Заявить о нарушении
Я бы сам признался, но помешала моя излишняя скромность. Она меня когда-нибудь погубит. Если, конечно, раньше это не сделает чрезмерная доброта...

Роман Огнев   23.03.2019 15:05   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.