Гурзуф. А также Пушкин, Воронцов, Губонин...

К пятилетнему юбилею возвращения Крыма в «родную гавань»,
       домой, в Россию
          
                ГУРЗУФ, ТЫ ОДНА ИЗ ПЕСЕН КРЫМА!
               
      Глубокой осенью 2018 года побывала я в Гурзуфе. Никогда здесь раньше не была. Но к морю я поеду хоть зимой. А ещё мне нравится перелистывать страницы истории.
   В России много мест – бриллиантов самой высокой пробы. Да и сама Россия – бриллиант. Но Крымский полуостров – это и бриллиант, и изумруд, и рубин…      
    О Крыме, как и о Москве, можно сказать: Крым – как много в этом звуке для сердца русского слилось, как много в нём отозвалось!..
 
                КРЫМ, ТЫ НАШ!

    На Крымском полуострове шагу не ступишь, чтобы не встретиться с древностью, со следами различных дел и творений людей, верой и правдой служивших Отечеству – России. Здесь за прошедшие века пролито много крови её защитников - матросов, солдат и офицеров...
   Не могу простить большевику-коммунисту Никите Хрущеву (россиянин по месту рождения), что он в 1954 году подарил Крымский полуостров Украинской ССР.
   Да, не Украинская ССР самостийно оторвала от России огромную территорию.  Но, будучи «дружеской союзной республикой», и не подумала отбрыкиваться от щедрого подарка.
   А потому что привыкла к щирым подаркам от России. Это уже другая тема, но приведу хотя бы несколько  примеров:
 
   ОДЕССА.  Её история очень интересная.
   На том месте, где появился город, была турецкая крепость Хаджибей. Русская армия взяла её штурмом и выбила османов (турков).  В 1793 году там основана русская крепость. Городом стала с 1794 года, а официальное название «Одесса» город получил в 1795 году.
    Одна из версий названия. Недалеко было когда-то древнегреческое поселение Одесос. Так и появилась «Одесса».

   Меня интересовало, когда Одесса, в которую так много было вложено труда русских рук и русских денег, стала украинской? Оказывается, не так уж и давно: с 30 декабря 1922 года, когда появился СССР.
   Декабрь для СССР получился роковым. В этом же месяце – 8 декабря  1991 года - СССР развалился.

   ДНЕПРОПЕТРОВСК.  Русское поселение и порт на реке Днепре появились в 1776 году. До 1796 г. – Екатеринославль; 1796-1802 гг. – Новороссийск; 1802-1926 годы – вновь Екатеринославль. Понятно, в честь кого назван город Екатеринославлем? Здесь русский поэт А. С. Пушкин проезжал в 1820 году (см. об этом ниже).
   ХАРЬКОВ. Основан как русская крепость в середине XVII века…
   А ещё, кому это интересно, посмотрите биографии ставших украинскими русских городов: НИКОЛАЕВ (порт на Чёрном море; основан в 1789 г.); МЕЛИТОПОЛЬ (до 1841 г. Новоалександровская Слобода; город с 1841 г.), КИРОВОГРАД (основан в 1754 году как русская крепость святой Елизаветы; до 1924 г. Елизаветград).
    Список будет длинным. И КИЕВ не забудьте.
   
   Во всех этих новых русских поселениях, городах и крепостях строились дома, дороги, промышленные предприятия, учебные заведения (Харьковский университет основан в 1805 году), дворцы, храмы; как положено, обустраивались  морские и речные порты, строились военные  корабли и торговые суда.
  Это всё и ещё многое, построенное русскими руками и на русские деньги, было передано Украине на блюдце с золотой каёмочкой. Конечно, вместе с природными богатствами.
  Всмотритесь в годы. Тогда ни Украинской ССР, ни, как теперь, государства Украины, и в помине не было.
   
    Но самая настоящая для России трагедия случилась в 1954 году - аннексирование Крымского полуострова (из «Словаря иностранных слов»: АННЕКСИЯ – лат. annexio – присоединение, захват территории чужого государства вопреки воле его населения, что является грубым нарушением принципа самоопределения наций). Так что Н. С. Хрущева можно назвать аннексионистом.

   Человек может подарить лишь что-то своё, допустим, шляпу.  Н. Хрущев не был владельцем СССР; государство – Советский Союз - не было его частной собственностью; его дачей; его земельным наделом.
   Следовательно, он не имел никакого права (в том числе и юридического) на передачу Украинской ССР части российской территории.   
   Вот что значит человек – не патриот земли, которая дала ему жизнь! Вот что значит человек – малообразованный!

    Так и ушёл в мир иной, не покаявшись. Не читала его мемуары, рукопись которых он ещё при жизни передал сыну, живущему в США. Возможно, там есть хоть какое-то сожаление по поводу того, как он самовольно распорядился судьбой автономного Крыма. Впрочем, уверена, что сожаления там нет.
   Недалёкий человек видит лишь то, под его носом, и делает то, что ему выгодно.

   Кто-то хочет со мной поспорить? Согласна на дискуссию, но сначала предлагаю сюжет для события, в котором персонажи – это вы.
  Вы с семьёй живёте в доме, который сами построили, обустроили. У вас полная уверенность, что вы защищены законами, что на ваш дом, на ваши гражданские права никто покушаться не будет. С тем и ложитесь спать.
   А утром в дверь стучат. Ещё толком не проснувшись, открываете дверь. Незнакомые люди говорят: теперь вы, ваше семейство, ваш дом и даже ваши имена, отчества и фамилии не российские (литовские, украинские, узбекские, молдавские и прочие), а перешли в другое государство.

   Вы обязаны теперь подчиняться законам этого государства; получить паспорт нового образца и перевести фамилии, имена, отчества на новый для вас язык.  Что значит: «Нас никто не спрашивал»? Кто вы такие, чтобы коммунистические боссы хотели бы узнать ваше мнение! Цыц!»
   Это вам напоминает рыбу, пойманную в сеть? Правильно. Именно так и случилось с Крымом, его населением. Засыпали гражданами России, а проснулись гражданами Украинской ССР.
    Есть русская пословица: без меня меня женили. Похожая ситуация.
  Уверена, что подобная перспектива не может кому-то понравиться. Тогда и причины для спора нет.

   На российском телевидении (теперь канал НТВ) идёт передача «Жди меня». Потерявшиеся люди встречаются через десятки лет. Встретившись, обнимаются и плачут. От радости.
   Так и Крымский полуостров ждал 60 лет встречи с матерью-Россией. Дождался. И не разочарован. И Россия, и Крым возмужали. Теперь – отныне и навек – у них одна дорога.

   В Крыму можно купить эксклюзивные магнитики на холодильник. Фантазия художников гуляет вовсю.
   Мне понравился магнитик со словами «Крым наш!»  - на фоне Памятнику затопленным кораблям в г. Севастополе; здесь же фото Президента РФ В. В. Путина в морской форме.
   Но супер магнитик с таким сюжетом: фото Н. С. Хрущева и слова «Крым сдал» и фото В. В. Путина и слова «Крым принял».

                НЕ СЕБЕ, А РОДИНЕ!

   «Не себе, а Родине!», - девиз Петра Ионовича Губонина, которого называют отцом Гурзуфа. Этот гражданин России заслуживает того, чтобы о нём рассказать.
   Пётр Губонин родился в 1828 году (как и писатель Лев Толстой) в деревне Борисово Коломенского уезда Московской губернии в семье крепостного крестьянина. Окончил три класса приходской школы. Отец его был камнерезом. Когда Пётр подрос, то стал работать с отцом.
 
   Работа была тяжёлой, но он справлялся. Видно, не просто так дали ему имя Пётр, что в переводе с древнегреческого языка означает «камень». Знавшие его утверждали, что Пётр Ионович легко гнул металлические прутья и подковы.
   Природа наделила его талантами и смекалкой. Постепенно он завоевал репутацию хорошего специалиста в тех делах, где применялся камень и другие материалы для строительства. Когда появились деньги, он выкупился из крепостных (1858 г.) у помещика Бибикова.

   Биография Петра Губонина насыщена разного рода строительством и меценатством. Он участвовал (надо думать, что как один из подрядчиков) в облицовке гранитом цоколя Исаакиевского собора в Петербурге и в возведении набережных в Москве.
   Разбогател, стал железнодорожным магнатом, получил дворянское звание и вместе с ним девиз «Не себе, а Родине». И отлично служил России всю жизнь.
   П. И. Губонин  в разных регионах России построил 20 железных дорог (пять тысяч вёрст) и несколько металлургических заводов. Например, он вложил свои средства в строительство (тогда по-другому они назывались) Брянского машиностроительного и Днепропетровского металлургического заводов. И не только этих.

   Его считают также одним из инициаторов нефтеперерабатывающей отрасли в России. Им было создано Бакинское нефтяное общество.
    Интересный факт: когда потребовалось усовершенствовать перегонку нефти, Пётр Ионович пригласил к себе на работу химика, создателя периодической системы химических элементов Дмитрия Ивановича Менделеева (1834-1907).

   О том, какой переполох возникал среди банщиков в Сандуновских банях в Москве при появлении там Петра Губонина, рассказывал московский репортёр Владимир Гиляровский. Переполох вызывался щедрыми «чаевыми».
    Современники Петра Ионовича говорили о нём, как о симпатичном, весёлом мужчине; отмечали его интеллигентность и начитанность.

   Как его занесло в Крым? Понятно, что такой деятельный человек не должен был сидеть на одном месте; он много разъезжал. После присоединения (при Екатерине Второй; годы её жизни 1729-1796) Крымского полуострова к Российской империи (1783 г.) он начал активно изучаться и развиваться. Первопроходцами стали специалисты разного профиля из Петербурга.
   Особенно активно осваивался Крым в тот период, когда генерал-губернатором Новороссии был Михаил Семёнович Воронцов (1782-1856).

   Пётр Губонин построил железную дорогу Харьков - Севастополь. А ещё он на свои деньги построил и подарил первый железнодорожный вокзал в городе Симферополе. Во время Великой Отечественной войны здание было разрушено. На его месте построили новый вокзал.
   Не уверена, что на этом здании есть мемориальная табличка о даре Петра Губонина. А надо бы её повесить. Добрые дела не должны забываться.

   Промышленник влюбился в Крымский полуостров, а именно – в Гурзуф. В ту пору это было «грязное зачуханное селение». Построили его на скалистом берегу Чёрного моря для тех, кто растил виноград и делал вино.
   А дальше необходимо рассказать о Гурзуфе и о людях, усилиями которых «грязное зачуханное селение» постепенно стало преобразовываться в европейский городок, а затем – в известный крымский курорт.

   Первое имение здесь построил (на возвышенности) Арман Эмманюэль дю Плесси Ришелье (1766-1822), герцог. Он эмигрировал в Россию во время Великой французской революции. В 1805-1814 годы был генерал-губернатором Новороссии, немало сделал для хозяйственного освоения края и развитию Одессы (в 1814 году вернулся во Францию, был министром правительства Людовика XVIII).
    Герцог Ришелье заложил и парк, который сохранился до сих пор. Понимаешь, что здесь немало деревьев, которым не один век, когда, чтобы увидеть их верхушки, поднимаешь голову так высоко, что начинают трещать шейные позвонки.

   У наследников Ришелье в 1824 году имение купил граф, новороссийский и бессарабский генерал-губернатор (1823-1844 годы) М. С. Воронцов. Его владения занимали около 300 гектаров, что было почти половиной Гурзуфа. В 1840 году часть этих земель купил киевский губернатор Иван Фундуклей.
   Его наследникам Гурзуф не нравился, и они продали его (1881 г.) московскому купцу, статскому советнику Петру Ионовичу Губонину.

    И правильно, что его называют «отцом Гурзуфа».
    Именно Пётр Ионович задумал создать здесь курорт, использовав все блага крымской природы: много солнечных дней, мягкий сухой климат, море, воздух, очищаемый только тут произрастающей  «крымской сосной» и другими хвойными деревьями.
   Трудно представить курорт без различных медицинских процедур. Здесь всё это было на должном уровне: различные лечебные ванны, массаж, соляные пещеры и прочее для оздоровления.

   Благоустраивался и расширялся парк, заложенный бывшими хозяевами. По территории Губонинского курорта протекает речка Авунда. Начало она берёт где-то в горах, а впадает в Чёрное море. Во время таяния снега в горах и дождей речка выходила из своих берегов. Именно тогда Авунда была укрощена высоченными каменными берегами.
   Она и теперь жива, немноговодна, но лишь до сильных дождей. Её шум, как своеобразная музыка, дополняет прелесть и сегодняшнего курорта.

   Петру Губонину, с его огромным опытом строительства разных промышленных объектов, совершенно не трудно было оснастить курорт электричеством, водопроводом, канализацией. Он построил 6 гостиниц. Они оригинальны; можно сказать, в русском духе, поскольку окаймлены деревянной резьбой; те, что поменьше, напоминают деревенские усадьбы.

   Они никогда не пустовали. Для тех, кто жил на курорте, был открыт ресторан. Архитекторы не поскупились на фантазию: здесь интересный интерьер, украшения в виде статуй красавиц, напоминающих богиню Венеру (Афродиту), и не только.
  Теперь это столовая санатория «Гурзуфский». Меня порадовало, что на её стенах висят портреты тех хозяев и меценатов, кто внёс свою лепту в развитие этого курорта и Гурзуфа.
   Ради того, чтобы гости получали качественную и разнообразную еду, Пётр Ионович построил рыбный завод, пекарню; овощи и фрукты выращивали в своих садах и огородах.

   На выставке в Вене он увидел грандиозный и оригинальный фонтан «Ночь». Захотел купить для своего курорта. Но оригинал не продавался. Ему сделали копию.
   С тех пор и поныне «Ночь» радует и современных курортников своими любовными композициями.  А вокруг фонтана во всей своей красе агавы. Интересная особенность этого многолетнего растения: цветёт один раз в жизни; после цветения отмирает. Тогда садовники высаживают новые кусты.
   Есть ещё здесь фонтан «Рахиль», который чуть не уничтожили большевики.

   На территории курорта  П. Губонин построил и православный храм (1894 г.). Вход в парк и в храм для всех желающих там побывать был бесплатным.
   Надо отметить, что как только в Гурзуфе забурлила жизнь, здесь появились богатые москвичи. Они скупали у местных жителей сакли и на их месте строили двухэтажные дома. Многие из них сохранились.

   Не забыл П. Губонин и о жителях Гурзуфа. В посёлке на его деньги были открыты первые аптека, почта, телеграф, медицинский пункт. Часть своего имения он отдал под школу для местных детей. Содержалась она на средства Петра Ионовича.
   Вот таким щедрым меценатом был российский железнодорожный (и не только) магнат П. Губонин. При жизни у него всё было прекрасно: любимое дело, любимая жена, дети.

   Умер Пётр Ионович в 1897 году; внезапно, в Москве, куда он часто ездил по делам. Через год скончалась его супруга. Их похоронили в крипте храма на территории курорта. Наследники не смогли содержать курорт. Сергей, сын Петра Ионовича, продал гостиницы.  У новых хозяев они были убыточными.

      Потом в России случилась «революция» в октябре 1917 года. Курорт, построенный П. И. Губониным, национализировали. Сначала он был профсоюзным санаторием имени Л. Б. Каменева (соратник В. И. Ульянова-Ленина.). В 1922 году его взял себе Наркомвоенмор; то есть он стал военным санаторием и просуществовал в таком качестве до 2003 года.

   С 2003 года санаторий находился под управлением Администрации Президента Украины Л. Д. Кучмы, но здесь он никогда не отдыхал. В настоящее время - санаторий «Гурзуфский»; находится в ведении Администрации Президента РФ.
   Храм, построенный П. И. Губониным на территории курорта, до наших дней не дожил. В 1932 году его разобрали большевики, для которых религия была «опиумом для народа».
  Но самое отвратительное их дело: выбросили гробы с останками Губониных.  Их захоронили местные жители на кладбище Гурзуфа. Где? Следы потеряны. А, возможно, захоронение никто и не искал. 

   Я прочитала в Интернете, что в Гурзуфе проводятся «Губонинские чтения». Общественники посёлка пытаются добиться разрешения поставить на территории санатория памятник Петру Губонину. Они собирали подписи под письмом к Президенту России В. В. Путину.
   Возможно, уже собрали те подписи и отправили письмо. Если бы мне предложили, я бы с радостью поставила и свою подпись. Не понимаю, зачем обращаться с такой просьбой именно к Президенту РФ? Наш Президент и без таких просьб уже чуть ли не занимается разрешением на вкручивание лампочек в подъездах.
   Могу предположить, что многочисленные и разнообразные просьбы россиян к Президенту РФ вызваны «несговорчивостью» государственных чиновников, ответственных за те дела.

   Сейчас есть лишь табличка, на которой портрет «отца Гурзуфа», даты его жизни. Укреплена табличка на стене одного из корпусов санатория, который был построен из материалов разобранного православного храма.
   Труженик, патриот России, щедрый благотворитель, широкой души русский человек Пётр Ионович Губонин памятника достоин.

   По всему видно, что бюджет этого санатория весьма скромный. Есть слух, что рассматривается вопрос о передаче вновь всего этого курорта (санаторий и парк) какому-то военному ведомству. Возможно, Министерству обороны РФ. Если бы так случилось, то этот эксклюзивный санаторий был бы жив и здоров много-много лет.
  А здесь есть, что охранять и чем дорожить!
   
                ПОГАСЛО ДНЕВНОЕ СВЕТИЛО

   Невозможно перечислить представителей всех времён и народов, побывавших в Гурзуфе. Если бы кто-то это сделал, то получилась бы большая энциклопедия. Возможно, она уже есть.
   В Гурзуфе останавливался Афанасий Никитин (? – 1474/75), тверской купец, путешественник. Совершил путешествие в Персию, Индию (1468-1474). На обратном пути посетил африканский берег (Сомали), Маскат, Турцию. Автор путевых заметок «Хождение за три моря» (ценный литературно-исторический памятник).

    Жил здесь и великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин. Тому, кто об этом не знает, напомнят многочисленные таблички в посёлке «Здесь был А. С. Пушкин».
   За «вольнолюбивые мотивы ранней поэзии» Александр Первый в 1820 году сослал его на юг России. Царь, разгневанный стихами юного поэта (у Петра Вяземского стихи были похлеще, но он никогда не был сослан ни на юг, ни на север), хотел упечь его в Сибирь.
   Есть версия, что уговорила императора смягчиться его супруга; дескать, что о тебе подумает народ России, если ты сошлёшь уже известного поэта на верную гибель в суровый край. Поэтому вместо Сибири оказался юг.

   И ещё одна, то ли версия, то ли быль.  Пушкинисты считают, что у поэта была тайная любовь. Назывались и до сих пор называются разные женщины; среди них и супруга Александра Первого. Молодую и красивую эту женщину Пушкин-лицеист нередко видел, и влюбился. Мне нравится именно эта версия.
   Возможно, думая об императрице, написал он в Гурзуфе (1820 г.) вот такое стихотворение:
   Там на берегу, где дремлет лес священный,
   Твоё я имя повторял.
   Там часто я бродил уединенный.
   И в даль глядел и милой встречи ждал.

    На берегу Чёрного моря в старинном парке, где санаторий «Гурзуфский», есть прелестный памятник юному Александру Пушкину. Он сидит в свободной позе, лицом к морю. Здесь же скамейка, которая не бывает свободной; присаживается современный народ, затихает рядом с поэтом, вчитывается в выше приведённые стихи – они высечены на табличке.
   Известно, что Александр Сергеевич любил ходить. Исходил он и в Гурзуфе, по словам местного гида, всё вдоль и поперёк.

    Из письма брату Л. С. Пушкину (из Кишинева в Петербург 24 сентября 1820 г.). Письмо это известно, часто цитируется, если речь заходит о пребывании поэта в Крыму; есть и в Интернете.
   Возьму лишь небольшой отрывок:

   «…Приехав в Екатеринославль, я соскучился, поехал кататься по Днепру, выкупался и схватил горячку, по моему обыкновенью. Генерал Раевский, который ехал на Кавказ с сыном и двумя дочерьми, нашёл меня в  жидовской хате, в бреду, без лекаря… сын его предложил мне путешествие к Кавказским водам, лекарь, который с ним ехал, обещал меня в дороге не уморить, Инзов благословил меня на счастливый путь – я лёг в коляску больной; через неделю вылечился».

   Дальше поэт пишет, что на Кавказе он жил два месяца, принимал «серные горячие» воды, которые помогли ему выздороветь. А потом поехали они в Крым, «стороне важной и запущенной»:

   «С полуострова Таманя, древнего Тмутараканского княжества, открылись мне берега Крыма. Морем приехали мы в Керчь. Здесь увижу я  развалины Митридатова гроба, здесь увижу я следы Пантикапеи, думал я – на ближней горе посереди кладбища увидел я  груду камней, утесов, грубо высеченных – заметил несколько ступеней, дело рук человеческих. Гроб ли это, древнее ли основание башни – не знаю. За несколько вёрст остановились мы на Золотом холме. Ряды камней, ров, почти сравнившийся с землею – вот всё, что осталось от города Пантикапеи… Из Керча приехали мы в  Кефу… Отсюда морем отправились мы мимо полуденных берегов Тавриды, в Юрзуф, где находилось семейство Раевского. Ночью на корабле написал я Элегию, которую тебе присылаю; отошли её Гречу без подписи. Корабль плыл перед горами, покрытыми тополями, виноградом, лаврами и кипарисами…»
   Так корабль прибыл в Юрзуф – Гурзуф, где поэт прожил три недели. Кефа – Феодосия.

                Из элегии «Погасло дневное светило»:
   Погасло дневное светило;
На море синее вечерний пал туман.
   Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
   Я вижу берег отдалённый,
Земли полуденной волшебные края;
С волненьем и тоской туда стремлюся я,
   Воспоминаньем упоенный…
Лети, корабль, неси меня к пределам дальным
По грозной прихоти обманчивых морей,
   Но только не к брегам печальным
   Туманной родины моей,
   Страны, где пламенем страстей
   Впервые чувства разгорались…   

                ЗДЕСЬ ПОЭТ БЫЛ СЧАСТЛИВ

   По словам экскурсовода, герцог Ришелье, построив  дом в своём имении, в нём не жил. Когда в Гурзуф приехал поэт, это здание было единственным, устроенным по-европейски.
   В приведённом выше письме брату поэт написал:
   «Мой друг, счастливейшие минуты жизни моей провёл я посереди семейства почтенного Раевского… Суди, был ли я счастлив: свободная, беспечная жизнь в кругу милого семейства; жизнь, которую я так люблю и которой никогда не наслаждался – счастливое, полуденное небо; прелестный край; природа, удовлетворяющая воображение – горы, сады, море…».
   
   Поэт был молод, ничем не обременён. В Гурзуфе он жил как курортник: спал, ел, пил вино, купался в море, прогуливался по набережной; наверное, были и морские прогулки на катерах. В семье генерала Н. Н. Раевского все были дружелюбны.
   В ту пору в Гурзуфе не было балов, маскарадов, званных обедов, а, следовательно – интриг, сплетен, любовных историй. Поэт будет вовлечён во всё это, когда окажется в Одессе. Это уже другая тема.
 
    Александр Пушкин из Гурзуфа выехал 5 сентября 1820 года. В Кишинёв прибыл 21 сентября 1820 г. За это время прошёл (через горы, реки и долины) и проехал, наверное, половину Крыма. Кое-где в горах ему и его спутникам пришлось, поднимаясь, держаться за хвосты лошадей.
   А потом будет Одесса (с лета 1823 года и до высылки в Псковскую губернию).

                О ГРАФЕ ВОРОНЦОВЕ ЗАМОЛВЛЮ СЛОВО

   Говорят, что жизнь человека – своеобразный круг. Нередко получается так: из какой точки вышел, туда же и возвращается. Могло бы так случится и у поэта. Позже он мог бы опять оказаться в Гурзуфе.
   Описание его бурной жизни в Одессе есть в разнообразной литературе. Я лишь напомню о том, почему А. С. Пушкин, как желал того, не побывал ещё раз в Гурзуфе.

   Поэт был автором адюльтера; он начал ухаживать за женой генерал-губернатора М. С. Воронцова. Свою увлечённость графиней Елизаветой Ксаверьевной не скрывал; можно сказать, что волочился за ней на глазах мужа и светского общества. Чем компрометировал М. С. Воронцова. Да и себя - тоже.

   О ночных свиданиях с графиней поэт рассказывал княгине Вере Вяземской (супруга Петра Вяземского), которая находилась в Одессе с детьми. Нашёл кому рассказывать! Описывал он свои влюблённости и в стихотворениях. С графиней Воронцовой он встречался в пещере (или – в пещерах):
   Приют любви, он вечно полн
   Прохлады сумрачной и влажной,
   Там никогда стеснённых волн
   Не умолкает гул протяжный.

   Графиня ответила ему взаимностью (сужу об этом по большому материалу Т. Г. Цявловской «Храни меня, мой талисман…»; Историко-биографический альманах «Прометей»; издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия», Москва, 1974 г. Том 10).
   И всё было хорошо в их отношениях до тех пор, пока поэт не написал  эпиграмму (не одну!) на супруга своей возлюбленной – графа Воронцова. Потом А. Пушкин сожалел о содеянном. Но эпиграмма быстро разнеслась по Одессе. Не знаю, кому первому он её прочитал. Предполагаю, что он и не скрывал этот свой опус.

          «На Воронцова»:
   Полу-милорд, полу-купец,
   Полу-мудрец, полу-невежда,
   Полу-подлец, но есть надежда,
   Что будет полным наконец.

   Есть и другой вариант эпиграммы.
   Из Одессы поэт выехал 1 августа 1824 г. В Михайловское (здесь продолжалась ссылка) он прибыл через 9 дней). Отсюда он пишет письмо П. А. Вяземскому (8 или 10 октября 1824 г. Из Михайловского в Москву):
   «…Каков граф Воронцов?
                Полугерой, полуневежда,
                К тому ж ещё полуподлец!..
                Но тут однако ж есть надежда,
                Что полный будет наконец»…

   Узнав об эпиграмме, графиня Воронцова разгневалась. И на этом их любовные отношения закончились (о их поздней короткой встрече и дочери – другая тема).
   Ещё зимой 1824 года поэт звал П. Вяземского в Одессу: «Мы бы провели лето в Крыму, куда собирается пропасть дельного народа, женщин и мужчин». Он знал, что летом Воронцовы поедут отдыхать в своё имение в Гурзуф. Среди гостей должен был быть и А. Пушкин.

   Но его не пригласили. 14 июня 1824 г.  Воронцовы и около тридцати гостей взошли на яхту и поплыли в Гурзуф. Того, кто «натворил новых проказ» (слова княгини Веры Вяземской о поэте), среди них не было.

   Изумительные подробности я узнала от местного экскурсовода о Воронцовском дворце в Крыму. Строил его граф двадцать лет. Из диабаза. Камень этот твёрже гранита, но хрупкий, как хрусталь. Именно из-за хрупкости строительного материала так затянулось строительство.
   Диабаз скатывался на строительную площадку … с горы Ай-Петри. Вот такой щедрый дар горы хорошему человеку.

   К слову для любопытных: Ай-Петри в прошлом - живой коралловый риф. Понятно, что находился под водой. Но океан ушёл, риф остался и превратился в гору.
    Оказывается, Мавзолей В. И. Ленина на Красной площади в Москве выстроен не из мрамора, а также из диабаза, но с горы Аю-Даг (АюДаг или Медведь – гора).

    Божий дар даётся для творения, для благих дел, а не для насмешек. Теперь уже нет смысла обсуждать, на каком основании Александр Пушкин так уничижительно отозвался о М. С. Воронцове. Лишь молодостью это не объяснишь.
   Можно сказать, что поэт был отомщён за унижения, в которые тогда в Одессе окунул графа. Когда он женился на Наталье Гончаровой, история повторилась. Только автором адюльтера, если верить пушковедам, стал французик Дантес. А поэт оказался в той роли, на которую обрёк графа Воронцова.
   Получилось: око за око.

    Михаил Семёнович Воронцов (1782-1856), государственный деятель, генерал-фельдмаршал, светлейший князь, почётный член Петербургской академии наук (1826). Участвовал в войнах с Францией (1805-1807), Отечественной войны 1812 года и заграничных походах 1813-1814 годов.
   Воспитывался в Англии; имел хорошее образование. Во время войны с французами в 1812 году был тяжело ранен.
   
    Двадцать лет (1823-1844 годы) он был новороссийским и бессарабским генерал-губернатором. Способствовал хозяйственному развитию края. Все основные дороги в Крыму были построены при М. С. Воронцове. При нём на полуострове были заложены первые виноградники и началось виноделие.
   Винное производство было и у Михаила Семёновича. Конечно, вино делалось и для продажи. Сначала бочки с вином развозились на судах. Быстро выяснилось, что при волнении моря и качке вино теряло вкус. Поэтому стали строить дороги. Но, безусловно, не только для перевозки вина.

   Есть легенда, как появился на берегу Чёрного моря рыбацкий хутор – нынешняя Ялта. Греки заблудились в море, пришли в отчаяние. И вдруг увидели землю, закричали: «Ялос! Ялос!», что в переводе «берег». Ялта (Ялос) была отстроена при генерал-губернаторе Воронцове. И это далеко не все его благие деяния.

   Так что Михаила Семёновича Воронцова с полным основанием можно назвать героем, мудрецом, милордом, купцом. Представляю, что было бы с А. С. Пушкиным, если бы участник стольких военных сражений, а значит, отлично стрелявший, граф Воронцов вызвал бы его на дуэль.
     Хорошо, что этого не случилось. Победила мудрость графа, который был старше поэта на 17 лет.
  Тот, кто видел смерть, хорошо ценит жизнь!
 
                ЗДЕСЬ КОРОВИН ТВОРИЛ…

  Немного ещё о санатории «Гурзуфский», где я прожила десять дней.   
  В Гурзуфе многое носит имя великого русского поэта: набережная имени А. С. Пушкина, есть Пушкинская скала.
   Именно эта скала сподвигла писателя А. П. Чехова купить в Гурзуфе дачу.  В доме писателя в Ялте было всегда много гостей. А потому там он не мог найти место для уединения и работы. Решил купить дачу где-нибудь поблизости. На катере прибыл в Гурзуф.

   Антон Павлович увидел прелестную бухточку. На высоком берегу стоял домик, который ему предложили купить; строение было просто никудышным. Но писатель купил его. Он захотел жить именно здесь, рядом с Пушкинской скалой. Хороший приют и для чаек.
   На дачу в Гурзуф Антон Павлович приезжал катером каждый день. Здесь он написал «Три сестры» - свою знаменитую и до сих пор популярную пьесу – не только в России, но и во многих других странах; в тех, где не смешиваются политика и искусство.
   Теперь здесь Музей А. П. Чехова.

     В Гурзуфе оставили свои творческие следы многие из тех, кто записан на страницах истории России и не только России.
    На одной из аллей  старинного парка установлены бюсты: А. П. Чехова, Ф. И. Шаляпина, В. В. Маяковского, М. А. Горького, Адама Мицкевича (польский поэт, литературный друг А. С. Пушкина; также был дружен с  А. И. Герценом)…
   Есть и бюст А. С. Пушкина; в том месте парка, где детская площадка.

  В санатории, о котором я рассказываю, восстанавливали здоровье в разные годы фронтовики – участники Великой Отечественной войны. Представляю, какой «малиновый» звон здесь стоял, когда фронтовики надевали свои ордена и медали.
   Здесь бывал (1962-1963 гг.) первый космонавт планеты Земля Ю. А. Гагарин.  И другие космонавты. Интересно, что корпуса санатория имеют названия: Гагаринский, Шаляпинский…

   В парке есть большой дуб, теперь старенький и с заплатками от срубленных веток, а в 1820 году дерево было молодым, как и поэт. По утверждению местного краеведа, именно этот дуб вдохновил Александра Пушкина на сочинение вступления в поэме «Руслан и Людмила»:

   У лукоморья дуб зелёный;
   Златая цепь на дубе том:
   И днём, и ночью кот учёный
   Всё ходит по цепи кругом;
   Идёт направо – песнь заводит,
   Налево – сказку говорит…

   Правда, здесь есть одно «но»… Поэму «Руслан и Людмила» Александр Пушкин начал писать ещё в лицее, в 1817 году, и закончил 26 марта 1820 года – за месяц с днями до высылки на юг.

   У поэмы есть эпилог, которым поэт дополнил это своё произведение уже на Кавказе, куда приехал с семьёй генерала Н. Н. Раевского (начало ссылки):
   Для вас, души моей царицы,
   Красавицы, для вас одних,
   Времен минувших небылицы,
   В часы досугов золотых,
   Под шепот старины болтливой,
   Рукою верной я писал;
   Примите ж вы мой труд игривый!..

   Поэт много работал над этой поэмой (была жёсткая критика), даже после того, как она появилась в печати первым (1820 г.) и вторым (1828 г.) изданиями. Лишь исследователи пушкинских рукописей могут сказать, в какое время появились в поэме строки о дубе и о каком дубе идёт речь; или это лишь случайность, что персонаж – дуб. Могла бы быть берёза или кипарис.
   Однако, «лукоморье» - это морской залив. Значит, вполне возможно, что старенький ныне дуб в парке санатория «Гурзуфский» - герой поэмы «Руслан и Людмила».

  В этом парке (кстати, хорошо ухожен) есть деревья и кустарники, занесённые в Красную книгу. Они настолько ценные, что опеку над ними взял Никитский ботанический сад. Он основан в 1812 году российским ботаником Х. Х. Стевеном на Черноморском побережье Крыма, в 7 километрах от Ялты, возле посёлка Никита (сейчас Ботаническое; какой смысл был переименовывать?).
   «Пока Кутузов бил французов, Стевен сад заложил», - такую здесь можно услышать шутку.

   В Никитский ботанический сад есть экскурсии. Добраться туда можно и местным общественным транспортом. Осенью в саду дают бал хризантемы. 
      Видно, атмосфера окружающего мира здесь такая, что людям хочется романтики и в словах.
                И я рифмую:
   Здесь Коровин* творил
   И пел Шаляпин.
   Пел, и мечтал купить скалу –
   Соседку Аю - Дага.
   А на скале той возвести
   Дворец искусства.
   Скалу купил, но не сбылась мечта.
   Пришли большевики,
   Творцов не понимавшие.
   Счета певца экспроприировали,
   (Любимое словцо Ульянова Владимира),
   Строительные материалы растащили.
   Хорошо, что не убили…
   Шаляпина давно уж нет на белом свете,
   Но эхо голоса его впитала та скала
   И весь Гурзуф…

*В Гурзуфе находится Дом творчества художников (санаторий?) имени русского живописца Константина Алексеевича Коровина (1861-1939) и картинная галерея его имени. Возле Дома оригинальные памятники двух друзей: Фёдора Шаляпина и Константина Коровина.
   На фотографии они и я; присоседилась на правах гостьи Гурзуфа.

                УРОЧИЩЕ БОЛГАТУР

   С балкона своей комнаты в санатории я приметила высоченный холм в центре Гурзуфа. Там виднелось что-то вроде колокольни, которые есть в ансамбле православных храмов. Захотелось на неё посмотреть. Выяснилось, что гора или холм - урочище Болгатур.
   Урочище – участок, отличный от окружающей местности.
 
   Это заказник, то есть заповедник; находится под охраной государства. Никаких заборов нет. Сначала долго поднималась вверх по улицам посёлка, а потом – по крутым тропкам, которые я назвала козьими, на вершину урочища.
   Везде видны то ли остатки древних строений, то ли куски застывшей лавы. Скорее, древние развалины. Они поросли низкорослыми степными кустами, цветами; есть там и чебрец (чабрец).
 
   Можно предположить, что и здесь ходил А. Пушкин. Отсюда всё поселение как на ладони. Постоял поэт на верхушке холма, полюбовался морем. Уж ему-то, двадцатилетнему, забраться сюда ничего не стоило.
   Из упомянутого выше письма (с Кавказа) поэта брату Льву Сергеевичу:

   «Жалею, мой друг, что ты со мною вместе не видал великолепную цепь этих гор; ледяные их вершины, которые издали, на ясной заре, кажутся странными облаками, разноцветными и недвижными; жалею, что не всходил со мною на острый верх пятихолмного Бешту, Машука, Железной горы, Каменной и Змеиной. Кавказский край, знойная граница Азии, любопытен во всех отношениях».

   Однако, поэт видел лишь старый Гурзуф.  В его время не было высотных домов – жилых зданий, гостиниц на все вкусы и деньги, санаториев. Судить о том, как посёлок разрастается, можно лишь взобравшись на холм урочища Болгатур, или на Медведь- гору (кстати, есть экскурсии и на эту гору). Расширяется и «Артек».
  С Болгатура видны плантации винограда, дачные огороды местных жителей, дороги и тропинки в горы.

   А то, что казалось мне колокольней, - оригинальная конструкция на частном доме, который мог построить только художник-импрессионист. Этот жилой дом - нечто узкое, многоэтажное; как потом я выяснила, с лифтом. И всё это на скале!   
   В Гурзуфе есть большой православный храм. Я там была; свечки поставила, помолилась за здоровье и благополучие своих родных, а также Крыма и России.

   Когда-то и часть парка, в котором находится санаторий «Гурзуфский», и часть парка, принадлежащая теперь частному санаторию «Пушкино», был одним парком. Именно в «Пушкино» находится дом, в котором жил поэт. Теперь там и музей его имени. 
   Поскольку территория эта частная, то просто так туда не пройдёшь. Но музей открыт для всех. Правда, есть правило прохода: у ограды собирается народ, потом выходит экскурсовод, и так далее. Вход платный, но стоимость скромная.

   Музей А. С. Пушкина здесь популярен. Каждый день я наблюдала прелестную картину: к входу подходит большая группа ребят; они из «Артека» (в переводе «перепёлка»). Каждая группа одета в одинаковые яркие куртки: красные, синие, жёлтые… Кто-то из взрослых, сопровождающих (так и хочется сказать: пионервожатые) считает детей, как цыплят; и пересчитывает, когда они выходят с территории санатория.

  Сколько музеев А. С. Пушкина, столько и открытий. В каждом обязательно увидишь и услышишь что-то новое: и конкретное, и из области версий.
   Не знаю, интересно ли слушать о поэте подрастающему поколению россиян. Однако, даже если в одно их ухо влетает рассказ о творчестве А. Пушкина, а из другого вылетает, хорошо, что их приводят в музей. Что-то в их памяти обязательно останется.

   В парке санатория «Гурзуфский» есть памятник Владимиру Ульянову-Ленину. Чаще всего в России и в других странах, где их ещё не снесли, памятники этому «вождю пролетариата» выглядят так: на высоченном постаменте стоит во весь рост Ленин и куда-то указывает рукой.
  А в Гурзуфе он похож сам на себя. Дворянин, барин! Сидит в костюме «тройка», нога на ногу, без головного убора, рука лежит на раскрытой книге… Смотрит вдаль; поза отдыхающего человека.

   Кто автор памятника, не знаю. Но как памятник – интересное, современное произведение.
   Нет, здесь он не бывал. На мой вопрос: «А что здесь делает Ленин?», гид ответил, что это благодарность Ленину за декрет о сохранении курортов.
 
    Не будь той «охранной грамоты», у парка и Гурзуфского курорта была бы печальная судьба: гостиницы, построенные П. И. Губониным, «революционеры» разобрали бы по кирпичику, как разобрали православный храм, а деревья бы вырубили, не пощадив и дуб, напоминающий о великом русском поэте Пушкине. 
   И ещё одна своеобразная «охранная грамота»: если бы этот курорт не был много лет военным санаторием, то не известно, что бы теперь было на его месте. Особенно после того, как распался СССР.
  Генералы - они и в санатории генералы.
 
   НЕБОЛЬШОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ: о сносе памятников и храмов (имею в виду не только православные храмы).
  Сносить памятники людям или событиям и разрушать религиозные сооружения – безумие и безрассудство!
   Они будут существовать всегда – сколько будет существовать человечество. Потому что памятники – это история эпох, государств и его граждан. А православные храмы, пагоды, мечети и другие разные культовые сооружения люди возводят для утешения души.
   Ни с историческими памятниками, ни с храмами люди никогда не расстанутся. Варвары будут их сносить и разрушать, а нормальный народ будет их восстанавливать снова и снова.

                СЕВАСТОПОЛЬ, ХЕРСОНЕС, БАХЧИСАРАЙ, ЧУФУТ-КАЛЕ…

   Из Гурзуфа на экскурсионных автобусах можно путешествовать почти по всему Крымскому полуострову. Осенью, когда курорты не так оживлены, как в тёплое время года, количество экскурсий меньше. Но я смогла съездить в Севастополь и Бахчисарай, побывать в Ливадийском дворце.

  Какие же здесь красивые православные храмы! Рассказывать о них надо отдельно. Упомяну хотя бы Храм Воскресение Христово. Он возведён на высоченной горе. Вокруг только горы, облака да птицы. Построен в знак благодарности за спасение семьи императора Александра Третьего при железнодорожной катастрофе (покушении?)в Харькове.

    Музей под открытым небом - древний Херсонес (входит в черту города Севастополя). Здесь обозначено место купели, в которой крестился в православную христианскую веру великий князь Владимир Святославович. А затем крестилась и вся Русь.
   Но при всём при том, как тогда в Руси, так и теперь в России, кроме православной религии, есть и другие конфессии.

   Князь Владимир из династии Рюриковичей, правившей на Руси (России) более 700 лет. Некоторые современные историки доказывают, что Рюрик - основатель династии, имел славянские корни; и что он - вовсе не швед. Потому-то и принял приглашение стать правителем зарождающейся древней Руси. Получается, что Рюрик прибыл на родину предков. Зов крови!
  Годы правления Владимира Святославовича: 980-1015. Канонизирован Русской православной церковью.

  В Херсонесе находится величественный Владимирский собор.
  И здесь есть вклад мецената Петра Губонина. Основание собора было построено на его средства. Храм был заложен в 1867 году, но вскоре строительство приостановили; надо было разобраться, почему появились трещины. Начались переделки. Затем архитектор Чагин занимался отделочными работами в храме.
   Собор благополучно достроили, и радует он верующих (и туристов; вход ни для кого не запрещён) своим, можно сказать, оригинальным внутренним интерьером. Собор двухэтажный;  здесь два храма.

    Не буду подробно рассказывать о Балаклаве и Севастополе. Севастополь - город русских моряков! И этим всё сказано. Здесь есть, что посмотреть и о чём погрустить. Здесь и в воздухе разлиты храбрость и славные подвиги русского воинства, русских моряков.
   Много было гуляющих на Графской пристани, на берегу моря, на Приморском бульваре. На бульваре играл оркестр.
   А я купила тельняшку. Тёплая; греет тело и душу.

   Русский писатель Александр Проханов в своём эмоциональном и лирическом повествовании "Гимн Севастополю" назвал (телеканал "Россия-24", 17 марта 2019 г.)ангелами севастопольских моряков в белой парадной форме.
   А заключил писатель свой рассказ о Севастополе и о "венчании" России и Крыма в марте 2014 года словами: "Русские несгибаемые".
   На том стоим и стоять будем!
 
    Бахчисарай – это древность. Известно стихотворение А. С. Пушкина «Фонтану Бахчисарайского дворца» (1820 г.):

Фонтан любви, фонтан живой!
Принёс я в дар тебе две розы.
Люблю немолчный говор твой
И поэтические слёзы…
             И сейчас лежат там две розы.

    А ещё здесь есть и очень крутая древность – пещерный город Чуфут-Кале; основан в V-VI веке.
   Это была обитель крымских ханов Гиреев. Первым в Чуфут-Кале, вроде бы, жил хан Хаджи-Гирей. Поражает, как могли люди того далёкого времени, вырубить (чем?) в скалах пещеры-жилища, дворец для хана и его челяди; оборонительные стены, кенассы (храмы), мечеть и многое другое, что нужно было для жизни людей, скота, растений!
   Подъём к пещерному городу длительный и трудный. Но был тёплый, солнечный, воскресный день. Любопытство тянуло народ в то средневековье. Конечно, ханы, чтобы попасть в Чуфут-Кале, не «ползли» по крутым тропам. Были дороги по горам.
 
   Не могу не напомнить, что Ливадийский дворец принадлежал семье последнего русского императора Николая Второго. Здесь уютно, много портретов, книги. И ничто тогда ещё не предвещало, что царя и всю его семью подлым образом убьют большевики. Это миф, что В. И. Ленин не знал, что та казнь (бойня) будет в июле 1918 года.

   На площади возле Ливадийского дворца не так давно установлен монумент (трудно назвать эту композицию памятником) русскому императору, отцу Николая Второго – Александру Третьему. Это был физически мощный мужчина; такой он и здесь.
   Именно Александру Третьему принадлежит фраза: «Европа может подождать, когда русский царь удит рыбу». Рыбалка была страстью этого императора.
   Безусловно, в этих словах философия царя, знавшего цену себе и своей державе - России.
   Историк Эдвард Радзинский считает, что это лучшая фраза русских царей.


                ГОЛОСЯТ ПЕТУХИ И ПОЮТ СОЛОВЬИ

   А теперь о Гурзуфе более близкого для нас времени.      
   Из стихотворения русского поэта Николая Заболоцкого «Гурзуф ночью» (1956 г.):

В Гурзуфе всю ночь голосят петухи.
Здесь улица – род коридора.
Здесь спит парикмахер, любитель ухи,
Который стрижет Черномора.
Царапая кузов о камни крыльца,
Здесь утром автобус гудит без конца,
Таща ротозеев из Ялты.
Здесь толпы лихих санаторных гуляк
Несут за собой аромат кулебяк,
Как будто в харчевню попал ты…

   Гурзуф – настолько фантастический городок (на самом деле, посёлок городского типа; 9 тысяч жителей), что каждый человек, побывавший там, ещё его с чем-нибудь сравнит. «Здесь улица – род коридора» - поэт так увидел, и определение верное.
   «Крутой» городок: крутые подъёмы и спуски; много каменных лестниц. И бегут они к морю.
   Я не видела до Гурзуфа домики, то ли вырубленные в скалах, то ли притулившиеся стенами к скалам. Это в исторической его части. Центральная, самая длинная улица - Ленинградская. Одним концом упирается в Медведь-гору, а там спортивный (раньше – пионерский) детский лагерь «Артек».
 
   И везде объявления: сдаётся комната, квартира… Я с умилением думала, что, если кто-то поселится вот тут, где растут кактусы (не комнатные) и три вырубленные ступеньки в скале, то там, в жилище, должно быть что-то экзотическое. Впрочем, за экзотикой мы и едем к морю.

   Как интересно!  Под стихотворением «Гурзуф ночью» Николай Заболоцкий поставил дату – 1956 год. Он слышал, как «в Гурзуфе всю ночь голосят петухи». Не знаю, почему в тот год петухам не спалось ночью. Но они точно поют; я слышала их ранним-рано. А ещё здесь поют на все лады соловьи и разные другие птицы, чьих названий я не знаю.

  А по берегу важно ходят чайки (кстати, разного окраса), суетятся в поисках пищи голуби. А воробьи научились «охотиться» там, где народ что-то жуёт.
   Не первый раз я наблюдала в Крыму за бакланами. У черноморских бакланов идёт белая полоса через голову и клюв. Симпатичные морские птицы.  Смотрю: нырнул и нет его. Жду, переживаю, что долго нет его на воде. А он выныривает за несколько метров от того места, где нырнул. И в ус не дует.
    А как они, стоя на лапках и распластав крылья, их сушат – эту картину надо видеть.   
   Природа – хороший фантазёр!

   Городскому жителю, в ушах которого, кажется, навечно застрял гомон автомобилей и грохот  поездов метро, петушиный крик ( да ещё и в предрассветной  тишине!) вызывает восторг. Услышав песню петухов в первое же утро в Гурзуфе, я удивилась: «Петухи? Послышалось?» И сказала себе: «Ты одичала!».
   Своё это впечатление могу сравнить с реакцией ребёнка на корову.
    Как-то я ехала в поезде. Стою в вагоне у окна. Рядом девочка лет пяти-шести. Её мама была в купе.  Я вздрогнула от восхищённого крика ребёнка: «Мама, мама, смотри, корова!». Мы проезжали мимо стада коров. Видно, что до этого девочка видела корову только нарисованной в книжке.

    Главная краса, главная достопримечательность (если говорить о природе) в Гурзуфе – Чёрное море.  Вот оно, рядом; и с чуть заметной рябью, и с волнами, которые заливают набережную. За всё время, что я была в том крымском оазисе, не видела на горизонте ни одного крупного судна. К причалам подходили лишь прогулочные катера. А у берега масса причаленных лодок.
   Ещё только начинается рассвет, а рыбаки на всех парах уже гонят свои моторные лодки в море. Чудесная картина, когда смотришь сверху на лодки и бурунчики на воде от них.

   В санатории (в девятиэтажном корпусе, построенном в советское время) я попросила поселить меня на самом высоком этаже; хоть на крыше, но, чтобы было видно море. Такая комната нашлась. Да, на мой этаж никак не хотела доходить горячая вода, но это мелочи.
     Зато я видела восхитительные восходы! Чуть показывается Солнце, и тут же на воду ложится яркая – красно-жёлтая – дорожка. И сколько раз фотографируешь, столько получаешь фото с разными сюжетами: то тучка набежит, то чайка дорожку перережет…
    И само Солнце, ещё не ослепляющее лучами глаза, хорошо позирует: вот, как бы из-под воды, показывается его купол; потом быстро выпархивает оно всё. Чудо из чудес: красное круглое Солнце немного посидит на воде, а потом начинает подниматься вверх.
   Закаты в Гурзуфе не видела; горы не позволили. Или плохо смотрела.

   Раза два наблюдала некий таинственный туман. Стою на набережной. День солнечный. Вижу, как справа из-за горы в сторону моря идёт тучка. Но это вовсе не туча – так как я её понимаю. Это некий сгусток тёмного воздуха, который быстро начинает заволакивать правую и левую часть посёлка, набережную, море, а потом – весь посёлок, Медведь-гору и всю бухту.
   Эта мгла такая густая, что не видно ничего; только то, что со мной рядом. И, конечно, становится темно. Дождя нет, но такое чувство, словно на кожу легла роса.
   Длится это таинственное явление недолго. Так же шустро, как и появился, туман возвращается туда, откуда пришёл. Почему не рассеивается над морем, не знаю.
 
   Крым трудится, поднимаясь с петухами. Это видно на каждом шагу. На юге полуострова много виноградных плантаций. А растить виноград здесь не так просто; не хватает пресной воды; не везде земля плодородная.
   Недавно в Бахчисарай проведён газ. С нового шоссе - от Ялты до Севастополя - видно, как разрослась Ялта. Лишь специалисты могут объяснить, как на этом горном пятачке можно строить высотные дома.
  В одном из районов Симферополя строится грандиозная мечеть.
  Уже вовсю работает новый аэропорт в Симферополе...

  Это лишь малая часть того, что можно назвать плодами труда жителей Крыма и тех, кто приезжает из других регионов России на полуостров работать.
  Чистое небо и надёжная его защита - хороший импульс для мирного и плодотворного труда!
 
                ПО ХВОСТИКУ ГОРЫ -КОШКИ

   Ещё немного интересной информации.
   Когда я собиралась в Крым, то компетентные люди сказали: «Берите наличные деньги. С карточками там пока туго». Всемогущий (в денежном отношении) сбербанк до сих пор в Крыму отделений не имеет. Слышала по телевидению, что Центральный сбербанк РФ не открывает в Крыму свои отделения, так как боится оттока иностранных инвесторов (за что купила – за то и продаю).
   На Украине российский сбербанк присутствует. Его отделения в Киеве даже пытались громить те украинцы, которые всех россиян называют «москалями».
   Пора, давно пора сбербанку работать и в Крыму. Пятый год раскачивается! Не патриотично! Мягко сказала.

   Недалеко от Ялты находится огромный гостиничный комплекс. Осенью 2018 он был за высоким забором; реставрировался. Сохранилось старое название «Мрия», то есть «Мечта». Вот эту «Мечту» купил Центральный сбербанк РФ. Вроде бы, построена она была аж в 1914 году.
  Местный гид лишь покачал головой, когда у него спросили, что там и сколько будет стоить отдых (или проведение конференций-симпозиумов). Дескать, не спрашивайте – лепота! Королевские покои здесь; на крыше бассейн…

   С мобильной связью в Крыму также пока проблемно. Сотовый оператор МТС, и всё. Почему там нет Билайна, Мегафона и прочих, не понятно. То ли сами не хотят, то ли не пускают.

   Возвращаемся из Бахчисарая через Симферополь. Гид говорит: «Мы с вами обогнули Крымские горы, побывали на перевале». При следующей поездке: «Это Гора-Кошка; мы едем по её хвостику».

   Непременно расскажут краеведы о даче первого и последнего Президента СССР М. Горбачёва в Форосе.  Р. Горбачёвой (царство ей небесное) приглянулось это место и ей захотелось построить там дом-дачу. Сведущие люди говорили: «Здесь нельзя строить. Мёртвая зона!».
   Но Раиса Максимовна настояла. Дом уже почти построили, как где-то в горах (в Крыму высокая сейсмичность) хорошо тряхнуло. Дачу изрядно потрепало. Однако, всё восстановили. Остались жить. А в 1991 году случился путч (попытка государственного переворота).
   Гид сказал о М. С. Горбачёве: «Здесь он прятался. Никто его не охранял».
   Что было дальше, хорошо известно.

   В Массандру мы (экскурсанты) не заезжали. Из рассказа гида:
   «Этим уголком Крыма восхищался царь Николай Первый. Александр Третий решил построить здесь дворец для отдыха. Не успел достроить, умер. Достраивал дворец Николай Второй.
   После революции это - госдача; здесь нежились большевики - политические деятели».
    Пикантная подробность: советские политические деятели нежились здесь только днём; никто не оставался ночевать – боялись привидений.

   И ещё из уст местного краеведа: «Крым – край, с которым связано одно из самых первых упоминаний народа «русь» (рус). Крым – один из очагов христианства на континенте».

                ЧЁРНОЕ МОРЕ

   Крым - древняя земля; здесь жили разноликие люди, бывали разнокалиберные корабли; звучали разноголосые языки. Здесь менялись правители, религии, типы жилищ, одежды жителей и гостей, смешивались расы.
  Все народы, оседавшие на этой древней земле, приносили с собой свою культуру, литературу, обычаи; свои растения и животных. Здесь разгорались яростные битвы, случались мощные землетрясения. Здесь свои герои, свои поэты и свои святые.
   
  Наблюдая в воскресный день за гуляющими людьми, за родителями с детьми: в «кенгуру», на плечах отцов, в колясках, в рюкзаках за спиной, на их улыбающиеся или спящие личики,  я с ужасом думала, что было бы в Крыму, если бы полуостров остался на Украине.
   Вполне возможно, что его бы бомбили украинские самолёты с такой же яростью, как бомбили немецкие фашисты и их сателлиты в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Или расстреливали бы из пушек, установленных на кораблях.
 
   И не гуляли бы эти люди с детьми солнечным днём по набережной в Гурзуфе, по Бахчисараю, не поднимались к Чуфут-Кале, не слушали бы музыку на Приморском бульваре в Севастополе или органные мелодии в Ливадийском дворце, а сидели бы в подвалах или бомбоубежищах.
  Слава Богу, что с марта 2014 года все богатства и вся красота Крымского полуострова служат мирной жизни.

    В 2018 году в Крыму побывало 6 миллионов туристов. Среди них и любители отдохнуть на крымских курортах, и те, кто захотел увидеть древние крепости, музеи, памятники советским воинам - победителям  фашистской Германии и её союзников в Великой Отечественной войне; царские и иные дворцы, и много ещё чего интересного.
   
   Крымский мост, значительно облегчающий путь на полуостров, я уверена, привлечёт в 2019 году ещё больше, как их здесь называют, «курортников». А уж когда поезда пойдут по Крымскому мосту и на полную мощь заработает трасса «Таврида», то путь станет проще для путешественников, а также для тех, кто захочет в Крыму жить и работать.
   И этому не помешают никакие «Куки».

   Из сборника «Легенды Крыма» (Издательство «Крым». Симферополь. 1971. Составитель Г. Таран) я возьму легенду о Чёрном море «Понт Аксинский и Понт Эвксинский».
  Коротко перескажу её.

   Было это давным-давно. В Тавриде жило гордое и миролюбивое племя горцев. Трудились, не покладая рук; растили виноград, разводили сады (для чего на горы носили в корзинах землю), играли свадьбы, лелеяли детей и предков. В горных лесах было много дичи, но горцы охотились только, когда нужна была пища.
   Прослышали о богатствах горцев жители далёкой Эллады. Захотели они захватить Тавриду. Снарядили греки большой флот и приплыли к её берегам. Хотели напасть ночью, но вдруг море стало светиться голубоватым пламенем. Горцы увидели врагов. Женщин, детей и пожилых людей спрятали в пещерах. И выступили против греков.

   И тут на помощь горцам пришли орлы-грифы. Они кружились над греческими фелюгами, клювами долбили щиты, которыми эллины прикрывали свои головы. А горцы, воодушевлённые помощью гигантских птиц, стали сбрасывать в море валуны. Вода яростно бурлила. Многие фелюги были затоплены.
   Греки, которым удалось спастись и вернуться домой, рассказали, как сурово встретило их Чёрное море, и назвали они его Понтом Аксинским - Негостеприимным морем.
   И наказали они своим потомкам: не поднимать оружие против жителей Тавриды.

   Но прошло время, менялись поколения греков. И однажды вновь собрались эллины к берегам Тавриды. Только на их кораблях не было оружия. Договорились они с горцами жить в мире и согласии. Так и появились под солнцем Тавриды греки. Они выращивали виноград, сады и цветы.
   И стали они называть Чёрное море по-другому: Понтом Эвксинским – Гостеприимным морем.

   «Так и повелось с тех пор, - повествует легенда. – Кто идёт к Чёрному морю с открытым сердцем и мирным флагом, оно всегда гостеприимное – Понт Эвксинский. А для врагов наших – Понт Аксинский. Негостеприимное».
 
   Мотайте себе на ус эту истину посланники разных «Куков» в Чёрное море.
   Кстати, в древнерусских и арабских источниках Чёрное море называлось Русским морем.
   Людям, народам, странам надо жить в мире и согласии!
   
   


Рецензии
Василиса, очень интересная и полезная информация для тех, кто плохо знает историю России и, в частности, Крыма.
Украинским бы политикам, особенно от радикалов, прочитать да усвоить, что не следует лезть в чужие территории.
С глубоким уважением.

Владимир Чугай   18.07.2019 11:02     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Владимир!
Благодарю Вас за доброжелательный отзыв и понимание.
Политики историю не изучают или берут из истории факты и трактуют их по-своему.
Крым российский с 1783 года! И точка!
Желаю Вам всего доброго.

Василиса Фед   19.07.2019 19:04   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.