Жизнь по обстоятельствам

Мини - повесть / рассказы/.

Предисловие.
- Элла, Эллочка Ковязина, как хорошо, что ты приехала, да ещё с дочерью.  И как же ты, Светочка, выросла! Помню тебя маленькую -  спрашиваю как-то:
 - Светочка, почему не спишь? -
 - Жду когда ты лопнешь, тётя Лёля/Лора/!
 - Я? Лопну?.. Почему?
 - Ты сказала, что много чая выпила и ,наверное, скоро лопнешь!
 - О! - О! - О!
Подаю тебе маленький пластиковый шарик и говорю: загляни-ка  одним глазком вот в это  окошечко! Загляни! Там "сидишь" ты! Ну, - видишь фотографию?
 - Вижу - у - у-!
 - Кого видишь?
 - Тебя вижу-у-у...
 - Ну и  выдумщица ты была тогда, Светочка!
 - Лариса, не отвлекайся. Светлана уже учится на литфаке. Расскажи - ка нам как было: ты уехала тогда неожиданно - может, получится сюжет для рассказа?


ч.1. Дима.
 - Элла, ты же помнишь, что у Семёныча его семья долго была в другом городе?
 - Привози своих домочадцев, а то лишим тебя большой квартиры, дадим -  на одного. - говорил ему директор.

Тогда он каждый вечер, после работы, заходил к нам с Димой, домой. Пили чай, играли в шахматы, смотрели телевизор. Уже глубокий вечер, а он всё сидел. Получается, что у себя дома ему было бы скучно, одному.
Если футбол, то засиживался. Мы с дочкой уже спали. И Дима уходил спать. А Семёныч сидел у нас уже один, ему хотелось узнать счёт.

Утром говорю Диме:
 - Ты почему ушёл спать, а его оставил у телевизора, не отправил домой?
 - Да неудобно как-то. Вместе работаем.
 - Неудобно? Да ведь нам покой тоже нужен!
 - Молчание...

Однажды, Дима, в середине шахматного турнира с ним, поднялся и вышел. Думаю - попить воды. Ждём, ждём его с Семёнычем, а его нет и нет.
Тогда пошла я. Ищу его - не нашла. В прихожей- нет пальто...
Думаю: " Ушёл! Ничего не сказал! Оставил мне своего мужика, хоть и товарищ он!" Дочка уже спала. Пошла и я спать, а Семёныч остался у телевизора Димку ждать. Во сколько пришёл Дима домой мне неизвестно.

А утром ему говорю:
 - Ты почему ушёл и ничего не сказал? Ты зачем его оставляешь мне?
 - Да потому, что я обещал другу посмотреть его машину! А я сижу тут! Было уже поздно и ты бы меня не отпустила. Вот я и ушёл тайком.
 - Глупее нельзя было сделать! Взял бы его с собой!
 - Молчание...

Прошло немного времени и всё опять повторилось. "Куда он убегает? Почему так поздно надо делать ремонт машинам...чужим машинам." Я уже стала его подкарауливать, чтобы не отпустить. Но он умел выскользнуть незаметно.
 
Наша дочь сказала ему:
 - Папа, ведь мама может обидеться на тебя, когда ты так делаешь!
 - Молчание...            
 - Лариса, ты бы сходила с ним, проверила куда он ходит.
 - Элла, я думала что он не может меня обманывать...

ч.2 Драка.
Наконец, Семёныч перевёз свою семью, но заходить к нам не перестал. " Измучились мы с Димой", - думала я. Подошёл мой день рождения. В воскресенье, к вечеру собрались все друзья наши, пришли с жёнами. Семёныч пришёл один.

 Все хорошо подвыпили. Начались танцы. Дима мой не любитель танцев. Семёныч, видимо, тоже. Сидят рядом. Вдруг Семёныч поднимается, подходит к танцующим,  и берёт меня за руку - хочет танцевать со мной.

 - Элла, что тут началось! Семёныч на ногах уже плохо стоит. Кто-то толкает его и он падает на пол.  Нас, женщин, мужчины заталкивают в другую комнату и  не дают выйти. Всё идёт так, будто было продумано. И мы слышим как кто-то командует:
 - Дмитрий Николаевич, Дима! Давай! Врежь ему! Врежь! Мы тебе поможем! А то он распустил тут свой павлинный хвост, донжуан, привязывается к нашим жёнам!

Мужчины удерживают Семёныча на полу, не дают встать, и Дима начинает его бить ногой в  ботинке -  в лицо, голову, зубы, в грудь, в живот. Легко бить... просто лежачего.
Избили. Все сами же и в шоке, особенно мы, женщины! Семёныч на полу в крови. Все одеваются и уходят молча. С ними уходит и Дима. Говорю им в след:
 - Дима, вернись!"

" Всё. Опять ушёл, - думаю - надо же "Скорую" вызвать". Приехали, перевязали его. Я у соседей взяла раскладушку. Семёныча, с медиками со "Скорой", переложили на раскладушку.
В больницу ехать отказался - написал расписку. Б/л не положен ему, т.к. бытовая травма. "Домой уйду завтра, если смогу" - сказал нам. А жена и мать не зовут его домой. "Видимо, хорош был сыночек " - подумала тогда я о нём не  уважительно. Медики вызвали  милицию. Так положено.

Составили "Акт" о групповом избиении: перелом перегородки носа, перелом челюсти, перелом рёбер, сотрясение головного мозга. Всё передадут на работу и в правоохранительные органы. Возможно, кому-то будет грозить срок... Срок? Бил, в основном, один Дима. Остальные держали. 


ч.3. Побег.
Дима вернулся только утром.  С ними он обсудил всё, а со мной молчал. Я сказала что будет товарищеский суд, что это групповое избиение, на работе - материал в  стенгазету. Будут "крутые" разборки.

 Дима ушёл на работу и пришёл домой поздно, когда выполнил свою работу и работу за Семёныча.
 - Для тебя это будет бесплатный труд" - сказал ему директор.
 Я возмутилась и сказала:
 - Если ты считаешь, что он виноват перед тобой  - так не работай за него!  Он будет болеть не менее трёх недель! Его и кормить мы будем?
 - Молчание...
 -  Всё произошло в нашей квартире.  Я не хочу ухаживать за ним и лечить его - это унизительно для нас обоих! Разве ты этого не понимаешь?.. " Почему он такой... нерешительный что ли ? - думала я тогда о Диме, -  Или здесь другое?"
 - Может мне уехать к маме?  Или к подруге ?
 - Молчание...
 - А может мне на какую - то стройку рвануть? - разозлилась я тогда.
 - Молчание...
 - Почему ты  молчишь? Может  вы договорились: чтобы вам всем избежать наказания - есть вариант: уехать Семёнычу. А может и мне? - почти догадалась я!
 - Молчание
" Наверное, это так. Особенно боится Дима, - думала я, -  теперь ему  страшно. 
Решение созревало.
Наконец, я увольнялась и готовилась уехать. Куда? Надо думать. " Мой отъезд - для Димы будет наказанием  и даже оправданием." Уезжали мы с дочкой. К удивлению, Дима помог погрузить вещи в машину - без упрёков и сказал:
 - Это не надолго.
"Наверное, это всё" , -  подумалось тогда.  Моё бездействие закончилось, сомнения и терзания были позади. Отношения с Димой стояли под большим вопросом. Отныне я буду жить одна, с дочкой, без Димы. Сейчас надо выстоять, преодолеть трудности и найти своё место в жизни.  Надеяться не на кого.

Синяки и шишки поубавились у Семёныча и он пошёл на работу, сразу "на ковёр" к директору:
 - Будут наказаны виновные. Пощады ни кому не будет. Нам такая слава учебному заведению не нужна.
 - Я уволюсь.
 - Согласен, - сказал директор.

Семёныч был налегке когда я его увидела, садясь в машину рядом с водителем. Мы с дочкой уезжали... навсегда...
 - Можно мне с вами подъехать? Мне тоже на вокзал! - и легко заскочил в кузов.
 - О! Куда это ты Семёныч? - спросила его я и появилось не хорошее предчувствие.

На вокзале Семёныч помог выгрузить мне вещи и отправить "багажом".
 - И куда это мы едем, - как бы, шутя спросил Семёныч, - и у вас билеты есть?
 - ???
 - А у меня билета нет!
 - А вообще что ты делаешь здесь, Семёныч?
 - Я хочу поехать с вами, если вы не против... Здесь я никому не нужен. Квартира у них есть, пусть живут.
 - Да я что! Там -  "Комсомольская стройка" - для всех !


ч.4. "Комсомольская стройка".
Приехали 31-го декабря, под вечер! Перед самым Новым Годом! Везде суета! Ни у кого нет горя! Хорошо! Везде разговаривают! Никто не молчит! Легко сходятся незнакомые люди! Патриотизм везде сквозит через открытые двери комнат общежития.

"Надо устроиться на ночлег сегодня, а проблемы буду решать завтра, - думаю. Может и хорошо, что Семёныч с нами, всё же знакомый. Пошёл вот к коменданту общежития - Шурочке - получить три места для ночлега. А то надо было бы идти  самой, а я очень устала ..."

 - А надо было идти самой, Элла! К этой самой Шурочке! - Теперь - то это видится... из далека, а тогда я и не думала, что первый день моей самостоятельной жизни будет началом...ну скажем, чередой сражений за место под солнцем.

Но как же долго его нет! Всё же чужой человек этот Семёныч...дочка моя измучилась. Да вот же он, пришёл! Весёлый!
 - Что так долго? - спрашиваю его.

 - Так просто эти вещи не делаются! Зато у нас не три койко- места, а целых две большие комнаты! Смежные...
 - Смежные не надо было брать! Надо раздельные!
 - Другого варианта нет.
 - Хорошо. Пусть пока будет так.
И жизнь показалась мне не такой уж  безвыходной...

А утром, соседка по коридору, увидев меня, весело сказала:
 - Ну и шустрый он у тебя! Ведь уже "закадрил" эту Шурочку! И это в первый день! А что будет потом? - и ущипнула меня за нос. 
 - У меня? - удивилась я, - ну и весело тут у вас! - только и нашлась я что ответить.


ч.5. Решение парткома.
Вскоре я устраивалась на работу и нужно было встать на партийный учёт.
 - Лариса Васильевна, на Вас пришла жалоба от вашего мужа. На партком. Поэтому мы должны разобраться. Он сообщает, что
"Вы уехали от него без его согласия и увезли дочь. Пусть вернётся немедленно к своему законному мужу вместе с дочерью," - пишет он.

"Хорошо, что всё утряслось! Значит, из дома он уходил вечерами к друзьям: просить помощи - избавиться от Семёныча?"  - подумала я.

Но возмутилась и сказала:
 - Сам же проводил, а теперь... Нет. Я никуда не поеду! Решение уехать мне  досталось не легко! Нечего там больше делать!   

 - Да нет! Так не будет. Ты член К.П.С.С. и растлевать общество, разрушать семью мы тебе не позволим! Или возвращайся к мужу назад или регистрируй это сожительство! Чтоб была семья!

 - Нет. Регистрировать брак, которого нет - я не буду!
 - Тогда партсобрание вынесет решение: вернуться к мужу! И придётся вам уехать.  Ведь у вас дочь.
" Если не с Семёнычем буду я , а одна - значит, разрушаю семью свою. И они не позволят остаться , - подумала я, - надо будет уехать назад. Нет... "

 - Если члены собрания поймут, что нет любви, то это плохо для тебя. Надо говорить, что по любви! Только по любви! Только любовь оправдывает всё! Любовь! Запомни! Так и говори! - подсказала секретарь партийной организации.

И партсобрание вынесло решение: срок - три месяца для регистрации брака. Или вернутся к Диме. 
Но Дима развод не давал и не давал.
Только через семь месяцев я зарегистрировала брак с Семёнычем о чём регулярно оповещала членов партийной организации.
Этот брак будет длиться  пять долгих и мучительных лет, Элла.


ч.6.   У микроскопа.
 Ну, раз семья образовалась, " то пусть будет ребёнок" - решила я. Но беременность не наступала и я начала лечиться от  - вторичного бесплодия - есть такой диагноз у акушеров.

Почти ежедневно принимала различные физио-процедуры. Помню "курьёзный" курс лечебных микроклизм с тёмно - коричневым раствором протаргола. Всякий раз, медсестра, укладывая меня на белоснежную простынь, шутливо подносила свой маленький кулачок к моему носу для убедительности и приговаривала: " только попробуй испачкать белую простынь!"
Множество  инъекций приняла. Тогда особенно пользовались успехом препараты -"лидаза", "кокарбоксилаза". Их нужно было доставать. Проглотила множество таблеток и порошков. Неоднократно сдавала анализы для контроля. Семёныч часто ходил со мной, контролировал моё лечение, как бы.

Лечение длинною в год...
Однажды, после неутешительных результатов, коллеги мне шутливо говорят:
 - Ну что ты от него ждёшь? Не может он! Вон сколько мужиков , молодых и здоровых вокруг! Он и не заметил бы ничего!  И посмеиваются.
 - Да ну вас, советчики! Родится ещё какой - нибудь "негритос", что тогда? Вам смешинки, а мне  - гибель, - подыграла им как-то и я.

 - Ладно уж, давай посмотрим его "биологический материал" у вас дома, в тепле. Я приду с микроскопом. Ну, скажем - в воскресение, - сказала коллега из лаборатории.
Она закрепила микроскоп на столе и процедура изучения биоматериала началась. Но как она ни вертела линзы и стёкла - утешительного мы не увидели! Семёныч  в азарте и в недоумении отталкивал нас и хотел сам удостовериться в отрицательном результате!
 - "Так, как я и предполагала" - шепнула мне коллега.
Ситуация выглядела несколько смешной, но не для Семёныча! Осознав свой "позорный приговор" - как ему это казалось, он схватился за голову  двумя руками и возмущённо сказал:
 - Значит, я бесплодный! Я - и бесплодный! Да я до девяносто лет  смогу... и буду... ! Зря я согласился! Для него это было большой психологической  травмой, к сожалению. 

А через неделю врач-акушер говорит мне при осмотре:
 - Так, Лариса, говори-ка мне свой цикл - первый и последние дни?
 - Да что-то я не помню. Я стала вспоминать и путаться в числах.
 - Так, Лариса, ты беременна и срок уже два месяца! Но анализы у тебя не важные и  диагноз - водянка беременной. Придётся всю беременность пролежать в областном роддоме на сохранении.

Когда Семёныч узнал о беременности, то издевательски сказал:
 - Так ведь я бесплоден! Этот ребёнок значит не мой? Ах ты... Но мне были уже безразличны его слова.
В Хабаровск я написала родным и ко мне приехала моя старенькая и больная мамочка, преодолев большое расстояние. Она будет с моей дочкой пока я буду в роддоме - это самое главное. Ну и с Семёнычем, конечно.


ч.7.   В роддоме.
В роддом, ко мне они ездили через день до самых родов. Но дочка потом уже рассказывала, что Семёныч дома не ночевал. Бабушка плакала и старалась  чтобы я ничего не узнала плохого о Семёныче.

В роддоме было несколько таких как я и нас выпускали на улицу гулять, дышать. Было лето а нам ещё далеко до родов. У меня был лоскут белой материи и маленьким крючком я его обвязывала, создавая ажурные кружева. Так коротали время все мы, сидя на скамеечке.

Однажды, пожилой рабочий, посмотрев на мой огромный живот и на белый лоскут материи у меня в руках, жалостливо спросил:
 - Это ты ему, мужу обвязываешь носовой платок?
 - Да - а - а
 - Да ему сейчас не носовой платок давать надо, а...огромную портянку. А другого он не заслужил...
Точно сказал этот слесарь тогда - вспомнила я.

Но вот наступил день родов. Меня подняли на второй этаж в предродовую и я начала мучиться. Я так кричала, как будто разрывалась вся на мелкие кусочки! Коллеги мне говорили:
 - Хочешь, давай обезболим, но это повлияет на ребёнка.

 - Нет. Я буду терпеть. Когда начиналась схватка,  мне казалось, что пуля, выпущенная кем-то и неизвестно откуда - не поймёшь, - летит прямо в голову лысому мужчине и я кричала ему:
 - Наклони голову! Скорее наклони! А то они тебя убьют! Он наклонялся, но недостаточно и пуля всё же оставляла кровавый след на его лысине. Так повторялось с каждой схваткой.

 - Вот тебе аппарат со шлангом. Как схватка  - так бери шланг и дыши! Этот аппарат заполнен кислородом, тебе будет немножко полегче и плоду тоже - говорили мне коллеги.
И вот новая схватка. Я снова тороплюсь найти и схватить шланг, при этом глажу свой невообразимо большой и голый живот! Но шланг отбирают! Или мне кажется? Я ухватываюсь за него двумя руками и слышу мужской голос слесаря - того мужчины - с улицы:
 - Да отдай ты его мне! Он оторвался и тебе не поможет. Сейчас я его починю.


ч.8.  Встреча с Шурочкой.
Но вот всё завершилось и мы с новорожденной дочкой дома. Но прошло три месяца, а Семёныч не регистрирует дочку , пока мама его не пристыдила. Зато открыто сказал:
 - "Ума не приложу, что с вами делать!"
 Свободная жизнь с Шурочкой  с самого первого дня нашего приезда , а теперь - и за длительное моё отсутствие - окончательно определило его жизненный курс. Но мама не выдала его: я кормила грудью и волнения были опасны для меня.

Ребёнку было шесть месяцев и я вышла на работу. Старшая дочь сидела с ней до обеда и уходила в школу во вторую смену. Приходила я. Так перебивались, и девочка росла... Вот и детский сад уже посещает! Растём! Радость наша!
 А у Семёныча не было времени подержать малышку. "Жить двойной, тайной жизнью ему, наверное, тяжело" - думала я про него, догадываясь, но "разбор полётов" -  избегала.

Вскоре ко мне подошла женщина и сказала:
 - Ваш муж опять пошёл к Шурочке и назвала её адрес. Я дождалась когда он скажет, что хочет остаться в гараже или в школе и рано утром пошла по адресу. Дом рядом. Квартира № 6. Звонить не стала. Просто тихо толкнула дверь - забыли закрыть. Зашла.

Вижу - подставка для обуви как у нас. Значит сюда. Вешалка такая же. Сам делал эти  пустяки. "Не давал ничего покупать - зарплата-то мизерная, а туда же..." - брезгливо подумала я.

Подхожу к кровати. Лежит он с краю - на страже - "оберегает любимую женщину... в чужой квартире", - думаю. У Шурочки волосы длинные, разметались по подушке. Спят глубоким сном. Привыкли никого не бояться. Может и красивая - но не вижу этой красоты, а только омерзительное чувство...сильное! И рада я, что так...

Стою. Смотрю на них, думаю:
 " Скорее бы мне уйти отсюда ". Аккуратно трогаю его за плечо пальчиком и тихо, чтобы не разбудить Шурочку, говорю ему почти на ушко:
 - Хорошо тебе здесь? - и ухожу сразу же.
Он мгновенно открывает один глаз - привычка у него была такая - вскакивает и громко говорит:
 - Это не то, что ты думаешь!
 Шурочка просыпается, но я уже почти вышла! Скорее на улицу, на свежий воздух! Хорошо! Свежо, пять часов утра...


ч.9.  Освобождение.
Вот и пришло время для расставания. К этому времени у нас :
 - Двое детей.
 - квартира - двух-комнатная.
 - земля для дачи -6 соток.
 - гараж стационарный - за него долг висит на мне.
 - Машина  "Победа - М-72" - б/у - 50% стоимости за неё - долг тоже на мне -  одолжили коллеги.

Семёныч потребовал себе всё, кроме детей.
 -  У Шурочки скоро придёт из армии её сын - вот мы и заживём! - сказал он.
 - Хорошо. Я остаюсь  в квартире с детьми.
 - Пиши расписку.
 С этой распиской он пошёл в администрацию заверить "сделку" по добровольному разделу имущества.

 - Нет! Пусть придёт сама и подтвердит такой "раздел" - с двумя детьми остаётся, - сказали ему женщины.
 Я подтвердила, но они были против - встали на мою сторону...чужие люди...
 - Ну, если только возьму землю для дачи.  Так и оформили. И развелись. Долги оставались тоже со мной.

Галина Петровна Черепанова, его коллега, увидев меня с маленькой  дочкой на руках и заплаканной, сказала:
 - Прекрати переживать и плакать! Не позорь наше женское племя! Он не стоит тебя, даже мизинчика!
 

ч 10. У мэра города.
Время идёт, а ключи от квартиры он не отдаёт.
 - Захотела квартиру? - говорит мне. Я ещё баб сюда буду водить!

" Подлый, тёмный ты человек, Семёныч. Предатель. Вот поэтому тебя жена и не звала и не препятствовала твоему отъезду, - думаю, но не говорю вслух, чтобы не разозлить его. Наверное, была рада как и я сейчас, лишь бы ушёл... исчез ".

Пришлось попросить помощи у директора ,где он работал. Отдал ключи. Но стал жить в классах школы. У Шурочки он почему - то не жил. Тогда директор -  Ольга Игнатьевна -  его предупредила, что с таким поведением ему будет не место в школе - "валяться на партах".

Я побоялась, что он захочет вернуться назад, к нам и пошла в Администрацию города. Я говорила им , что его я не возьму назад в семью не при каких обстоятельствах! Что мы разведены. Что он участник не военных действий, но где-то в тылу готовил бойцов для фронта.
Что он учитель, что надо уважать старость и что детей он умеет , наверное, воспитывать. И не в честь это будет городу, если он  станет бомжом... 

 - Ну что сказать Вам? Мы знаем Вашу историю. Город у нас не большой. Все на виду у всех. Мы знаем сколько плохого он сделал Вам.

 - Но то, что Вы пришли просить за него... Это необъяснимо! ! !
Мы выделим ему жильё. И не обманули.

Так Семёныч опять стал доволен собой и даже считал себя богатым - так говорил всем, - "не хватает только жены для счастья". Женился, но вскоре развёлся. И снова решил обратить свой взор на меня.
Он стал сидеть у моего кабинета на работе. На улице -  стоять под моим окном
 на виду у всех жителей дома. Надеялся вызвать сочувствие. Я как бы не замечала этого.

Тогда он начал, по утрам, встречать меня у детского сада, когда я приводила дочь. Увидев его издалека, я приходила в смятение от безвыходности обойти его. Дочке было уже три года. И я не уверена - знала ли она ,что это был её отец...
Мне надо было пройти в калитку детсада, а он стоял на пути и громким голосом  оповещал всех, подняв высоко вверх денежную купюру:
 - Вы знаете, как она заработала эти деньги? Я делала вид, что это не ко мне. Он был мне омерзителен.

" Слава Богу, у него есть жильё!" - думала я и старалась стереть его из сознания, но он постоянно появлялся на моём пути. Разговаривать он не стремился и не умел.
 - Старшая дочь уже училась и жила  в другом городе. Я продала квартиру и переехала в этот город.


Эпилог...
Прошло время и стали приходить письма от женщины у которой он жил в деревне. Она писала, что Семёныч тяжело болен и ей он не  нужен: у него была онкология...
" Ведь у него есть своя квартира. Надо перевести его туда. Придётся поухаживать". Я приняла решение.

Приехав к ним в дом, честно сказала:
 - Заберу тебя в твою квартиру, буду с тобой пока...не поправишься. Но для этого ты должен завещать своё имущество... мне.

 - Хорошо. На кого писать? Как твоя фамилия?
Я подумала: "Вдруг разозлится и передумает, узнав, что у меня другая фамилия? И сказала: "Пиши на дочку".
Так состоялась и эта "сделка" - в противовес той, первой и давно забытой...

 - Элла, так хотелось чтобы рядом был надёжный мужчина с которым можно было бы и в разведку сходить...
 - Хорошее желание. Может, тебе не надо было уезжать от Димы? Ясно, что он испугался и ты пожалела его? А он тебя - нет!

И брак с Семёнычем - с этим отрицательным характером - не нужен был тебе!
Хотя... если бы не это твоё замужество - не родилась бы  вторая дочь! Другого пути для появления этого ребёнка у тебя, похоже, не было... Рождение дочери - это милость Всевышнего.

 - Теперь вот переживаю, Элла : вдруг она унаследует от него больше плохого, чем хорошего?
 - А тебе хочется думать: "если плохое - это  от папы, и только хорошее - от мамы!
 - Да... Пришлось претерпеть маленькие  гонения, столкновения. Узнала, что есть умственно расслабленные и мстительные люди. Есть и бессмысленно жестокие. Есть алчные, жадные до чужого...   
Встречи, ситуации учили жить по совести. Честность важнее всего.  И дружба. Элла, я тебя всегда ждала!

 


Рецензии
Слишком талантливо и длинно. Я могу одолеть только очень простые и короткие вещи.

Саша Пчелка   08.03.2019 10:59     Заявить о нарушении
Саша, спасибо и за это! Спасибо за отклик ! Ну да - это не миниатюра, а рассказ - поэтому чуть длиннее... Спасибо! С уважением! Галина. До встречи.

Галина Никонорова   08.03.2019 12:13   Заявить о нарушении
Странная какая-то героиня!Плывет по течению,как щепочка!
И с нелюбимым живет,и терпит после развода немыслимое что-то...Так и напрашивается вывод-а все ли у нее с головой в порядке?

Ирина Столбова   24.11.2019 09:43   Заявить о нарушении
Ирина, Вы правы - как пушинка... по жизни она. Боится одиночества, да ещё с дочкой. Я думаю : у неё низкая самооценка, из-за этого все беды. Спасибо за неравнодушие. С уважением. Галина.

Галина Никонорова   24.11.2019 21:52   Заявить о нарушении