Мне отмщенье, и Аз воздам

                Красивый эпиграф графа Льва Николаевича Толстого к роману «Анна Каренина», известный ещё со школы. Читали, не вдумываясь, что же сие означает, кто кому собирается мстить, и зачем? Не до того. Главное, прочитать толстенный роман, и кое-что запомнить.

Но в голову фраза запала. Более того, то и дело на протяжении жизни возникала, и сейчас, когда на излёте жизни задумался о неграх в США — делать мне больше нечего, как порассуждать и выяснить, наконец-то.

И, ничего нет лучше, фиксируя на белом фоне чеканные строчки, которые помогают уяснить проблему.

Что мне Гекуба, и я Гекубе? Однако, мысль возникла и требует воплощения.

Ещё в 60-х годах прошлого века сегрегация в США расцветала махровым цветом: для негров всё было отдельным. Над книгой Гарриет Бичер Стоу «Хижина дяди Тома» слёзы проливали, жалели угнетенных негров.

И вдруг, всё переменилось, белые признали равенство рас, разрешили неграм всё! Даже браки с ними.

Не спорю, некоторые негритянки весьма очаровательны, также и мулатки.

А в джазе нет равных неграм. Чего стоит Луи Армстронг, Элла Фитцджеральд?! Уже забыли певца Гарри Белафонте.

В начале нового века, как бы, устыдились слова НЕГР, близкого к словосочетанию «грязный ниггер», решили их называть: афроамериканцами. 

Но Гарлем не исчез, остался на месте, его прочно обжили негры, а белым никто не советует там появляться: вмиг обчистят, колёса ножом проткнут, могут и жизни лишить.

К чему это я? Ненависть друг к другу осталась. Правда, несколько заретушированной, смазанной, не явной, за расизм даже наказывают, как в Израиле за непризнание Холокоста.

Неграм разрешили служить в полиции. Вполне возможно, если бы я побывал в США, то написал бы больше, и точнее. Но мне там никогда не быть, а высказать свою мысль хочется.

А она в том, что рано или поздно США вспыхнет от расового бунта. Ненависть к другой расе даст себя знать.

Белые полицейские с лёгкостью убивают чёрных, даже детей, размахивающих игрушечным пистолетом — насмотрелись боевиков, играют и в жизни. Пуганая ворона мокрого куста боится.

Советская власть не давала воли к проявлению национализма, всё было на бытовом уровне: ненавидели друг друга втихую. Своих пропихивали на любые руководящие должности, русских назначали лишь вынужденно.

Между прочим, русские были единственной нацией, которые этим не занимались, пропихиванием. Им было всё равно, кто будет командовать, лишь бы делал это умело, со знанием дела.

Вот, поэтому русских всюду и били, потому что не умели сплачиваться в кодлу, как это делали в других нациях. Чеченцы били разобщённых россиян. Боговали над ними.

Абхазы и грузины веками жили по-соседству. Часто враждовали. При Сталине грузины начали верховодить, занимали в Абхазии лучшие земли, дома.

Советская власть тоже сглаживала неприязнь, но её не стало, и всё вспыхнуло, словно от бикфордова шнура. 

Что будет этим шнуром в США, покажет время, но мало никому не покажется. И закончится намного быстрее, потому что они 250 лет не знали никаких войн, изнежились. Одно дело, когда убивают в другой стране, другое — у тебя под боком, на соседней улице.

                Ставрополь-на-Волге


Рецензии