Ангелы

АНГЕЛ - ХРАНИТЕЛЬ
 
 Если бы не было Ангелов-Хранителей и наставников у людей добрых, благочестивых, тогда демоны истребили бы весь род человеческий, – если бы, то есть, Господь попустил им делать что им угодно с людьми: ибо злоба бесов к людям безмерна и зависть их к человеку не имеет пределов, ибо человек сотворен по образу Божию и предназначен к наследию вечной жизни на место падших ангелов» (святой праведный Иоанн Кронштадтский
 
Примерно за десять лет от описываемых событий.

Маргарита.
- Девчонки! А чего мы тут не видели, на этой набережной? Хотите мы вам покажем нашу моторную яхту? Мы купили ее вскладчину, вчетвером! Нет! Серьезно! Здесь недалеко, даже пешком! Она стоит на стоянке в километре отсюда! Оксана? Рита? Соглашайтесь? – четверо, слегка навеселе ребят, тридцати с небольшим лет окружили двух миловидных женщин, явно, лет на десять постарше их возрастом, с которыми познакомились в одном из кафе на  набережной Хабаровска.

- А, как-нибудь покатаете по реке?- кокетливо спросила более фигуристая и раскованная Оксана.

- О чем разговор? Конечно, покатаем! Хоть завтра! – с пылом заверил самый смазливый из ребят по имени Вадим.

- Ну, что Марго? Прогуляемся? Смотри, какой вечер теплый? Да и рано еще! Только семь вечера! – смеясь от выпитого вина и внимания молодых мужчин, которых женщины, по-свойски, называли «пацанами», Оксана продолжала уговаривать Маргариту.

- Ну, разве только туда и обратно. Мне завтра рано утром отвозить маму на дачу! – улыбнувшись, согласилась Рита.

- По пути, вот только бутылочку шампусика возьмем! – радостно предложил, все тот же Вадим.

- А вот и наша Ласточка! Молодые люди помогли взойти на борт моторной яхты и провели в просторную каюту удивленных женщин.

Как по мановению волшебной палочки на небольшом столике, закрепленном между двух мягких диванов, появились фужеры и рюмки. Вадим остался колдовать с шампанским в рулевой рубке. Минут через пять он появился, неся в одной руке шампанское, а в другой бутылку японского виски.

- Кучеряво живете мальчики? Откуда такие возможности, даже на четверых человек не слабо! Катер, виски? Машинами торгуете или бизнес имеете? – спросила Оксана, обводя глазами убранство каюты. Только теперь она вспомнила, что «пацаны» ни разу не обмолвились, ни о своей работе, ни о семьях.

- А у нас не только катер и бизнес на четверых, у нас все на четверых! – и от того как рассмеялись все четверо, женщинам стало не по себе.

- Ну, ладно ребята! Посмотрели мы на вашу красавицу яхту, обзавидовались, пора и честь знать! Ритке рано вставать завтра!

- O,key! По бокальчику шампанского и мы вас проводим до остановки и даже поймаем такси! – Сергей, так звали второго мужчину, стал разливать напитки.

- А теперь! По второй! Не выливать же! – теперь разливать стал Борис, не проронивший до этого, ни слова.

Выпив по второй, женщины попытались  встать с дивана. Но ноги, вдруг стали ватными. Легкое покачивание катера у стенки причала, стало обретать очертания шторма. Одновременно в затуманенном мозгу женщин всплыли лица их детей. Аленки четырех лет у Оксаны, и восемнадцатилетнего Андрона, у Маргариты.
- Ну, что друзья приступим? Чур, я остаюсь в каюте с Маргаритой? Кто еще со мной? – весело засуетился Вадим.

- Я с тобой! – выпалил Сергей! А эту пусть Борька с Коляном в рулевой рубке пялят.

- Ппаццаны? Выы чего? – непослушным языком прошептала Маргарита, пытаясь встать, видя, как Борис с Николаем грубо выдернули Оксану с дивана и потянули наверх, в рулевую рубку.

- Серый, успеешь еще штаны снять! Разбирай стол! Большую кровать разложим! – прикрикнул Вадим на товарища и стал нетерпеливо сгребать со стола фужеры, рюмки и напитки.

Через пару минут, вместо двух диванов, стоявших вдоль бортов катера и съемного столика, появилась огромная лежанка.

Маргарита, затуманенным мозгом, безмолвно молила Бога  спасти ее от бесчестия, и вспоминала, что по дороге на яхту, трижды больно подворачивала ногу, а у Оксаны сводило живот, так что пришлось срочно искать туалет по дороге.
Если бы она могла видеть сейчас своего Ангела - Хранителя, размахивающего золотым мечом и рубившего мерзавцев направо и налево. Но чудес не бывает. Ангелы не могут обращаться в плоть и приходить на помощь к своему подопечному физически. На это им надо особое разрешение Создателя.

Маргарита не знала молитв. Губы безмолвно шептали: - Господи! Спаси и сохрани! -  а слезы градом катились из ее глаз.

Их не били, но насиловали долго и  со всеми возможными извращениями, и по очереди и одновременно. Женщины потеряли счет времени и «партнеров». Те изверги, что увели наверх Оксану, через некоторое время спустились вниз, и все повторилось вновь. Они, даже успевали снимать на видео все позы, избегая попадания своих лиц в кадр. Тот, кого звали Серый, то и дело глотал, какие-то синие таблетки, а Вадим пару раз нюхал белый порошок. На палубе, возле постели росла куча использованных презервативов

Когда к Маргарите вернулся голос, Вадим с выпученными от наркотика и сексуального угара глазами, приставил ей к горлу огромный нож и предупредил, что если она будет звать на помощь, он отрежет ей грудь.

Женщины, уже не разделяли боль физическую и душевную.  Все превратилось в одну ноющую, саднящую рану. Неожиданно  все прекратилось. Уставшие «пацаны» затащили Оксану обратно в каюту и выборочно, хохоча,  показали женщинам свеже -отснятый порно фильм.

- А теперь слушаем меня внимательно! – Вадим приставил нож к горлу Оксаны.
- Мы переписали номера ваших телефонов! Сейчас вы назовете ваши адреса! И не вздумайте врать! Вы будете молчать обо всем, как рыбы! Надеюсь, вам не доставит удовольствия, если ваши мужья и дети посмотрят эту «клубничку»! - было понятно, что насильники занимаются этим давно и успешно. В голосе Вадима сквозила уверенность, угроза и безнаказанность.

- Борька! Проводи их до дороги и посади на такси! Я уже вызвал его к павильону Дальтелефильм.  А вы приберитесь здесь, кивнул он Сергею и Коляну на постель и презервативы на палубе. Теперь было ясно, что весельчак и балагур Вадим – главный в этой шайке насильников.

- Как же так? У них,  наверняка есть матери, сестры, дети и жены?- вопрос застрял в заторможенном  мозгу Маргариты. Этот вопрос крутился, как заезженная пластинка всю дорогу, пока она ехала на такси до своего дома.

- Даже не сомневайся! Есть и дети и жены, со слезами на глазах пыталась докричаться до ее ушей, ее Ангел Хранитель! А вернее Хранительница, ибо это была женщина по имени Амизи*

- Лучше бы я позволила сломать тебе ногу! – сокрушалась она.

- Лучше бы я позволила тебе обгадиться прямо на людях! – вторила ей вторая Хранительница, волею судьбы, назначенная при крещении Оксане Ангелом Хранителем.
Теперь две миниатюрные женщины, не более полуметра ростом, в золотых костюмах Амазонок, со сложенными за спиной крыльями, невидимые окружающим и изнасилованным женщинам, сокрушались и винили себя в случившемся.

Ни Маргарита, ни Оксана не проронили в такси ни слова. Оксана, будучи замужем не рискнула появиться домой и ушла ночевать к подруге, живущей  неподалеку от ее дома. Маргарита, уже год была в разводе, и ее спасло от расспросов то, что восемнадцатилетний сын, высокий,  симпатичным парень, приходил домой только с рассветом.
 
Рита, краем глаза посмотрела на часы в прихожей и, пошатываясь, побрела в ванную, благодаря Бога, что сына нет дома.
Часы в прихожей показывали начало пятого утра. Занимался очередной, жаркий июльский день.
Напустив  пены, и набрав полную ванну, она со стоном опустилась в теплую воду и, достав лезвие бритвы из станка, приставила его к запястью.
Мелкие пузырьки пены, тотчас поднялись в воздух и стали летать по ванной, словно заработал невидимый вентилятор. Это Амизи стала изо всех сил размахивать крыльями и возмущенно кричать на Маргариту. Свершилось чудо. До сознания женщины дошли ее слова о великом грехе самоубийства.
Амизи* - древне - Египетское имя, означающее – цветок
 
ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
 
Со временем душевная боль притупилась, сын вырос и иммигрировал со своей девушкой в Австралию. Маргарита организовала свое дело, приносящее небольшой, но стабильный доход. Замуж никто не звал привлекательную, но перевалившую пятидесятилетний рубеж женщину. Мужчины в ее жизни появлялись и исчезали не оставляя в ее раненной душе никакого следа или сожаления.

Она, так редко получала удовлетворение от секса, что привыкла к этому и не винила ни себя, ни очередного мужчину.   Она следила за собой и своей фигурой! Не чуралась посещать спортивный зал. Но годы брали свое.
 
Со временем Рита, вновь сошлась с Оксаной и на пару они оберегали свой секрет десятилетней давности. В свободное время, женщины занимались живописью натуры, которую рисовали, посещая острова на Амуре, и даже выставлялись на выставках.

У Оксаны с мужем последнее время пошел разлад, и она недолго думая завела любовника -  сотрудника заказника на одном из островов - Семена. Маргарита, иногда пускала их к себе в квартиру, на ночь, когда Семен приезжал в город. И все шло к тому, что Оксана отобьет Семена у жены, а сама уйдет от мужа.

Однажды, лет через семь после случая на яхте, Маргарита случайно  столкнулась в городе с Вадимом. Страх парализовал ее настолько, что она замерла и не могла отвести от насильника взгляда. А он, только улыбнулся и погрозил ей пальцем. В эту ночь она не могла уснуть до утра.

- Значит, их не поймали? И возможно они до сих пор занимаются своим грязным промыслом? – мысли одна тревожнее другой роились в ее голове, вызывая отвратительные сцены изнасилования.

Она забылась тревожным сном только под утро, но звонок телефона разбудил ее. Она услышала голос Вадима.

- Привет! А ты еще больше расцвела! Я, чуть не кончил от желания, когда вчера увидел тебя в городе! Жаль торопился на встречу, а то могли бы покувыркаться! Я помню твою попку! Она такая аппетитная! Как там? Все поджило? – Вадим без боязни издевался над, покрывшейся холодным потом женщиной.

- Пошел к черту - мерзавец! И не смей мне больше звонить, не то я заявлю в полицию! – ее голос перешел на истерический крик.

- Ха-ха-ха! Она заявит? На кого? Те имена, которые мы использовали при вас – вымышлены! Катера давно уже нет! Сторож склеил ласты! А мое предложение серьезное! Давай встретимся тет-а-тет! Я заплачу! – продолжал изгаляться Вадим.
Маргарита  выключила телефон и сняла с него питание. Она твердо решила сегодня же поменять  сим-карту.

Больше он ей не досаждал, и она стала потихоньку его забывать. Бизнес пошел в гору, и Рита наняла еще несколько сотрудников, купила на «зеленке» во Владивостоке паркетник и подумывала навестить сына в Австралии.

 Иногда от тоски, она заходила на сайт знакомств, и однажды ей написал мужчина, бывший военный летчик. Он назвался именем Антон Степанович, и прямо сознался, что не ищет жену, но ищет женщину для тела и здоровья. У Риты не было никакого желания связываться с мужчиной, который не готов на серьезные отношения, но тот проявил настойчивость и обходительность.

 И вот, однажды, в теплый, осенний день, она согласилась пообедать с ним в японском ресторанчике на высоком мысе с видом на Амур.
 
АНГЕЛЫ – ХРАНИТЕЛИ

Амизи! Здравствуй моя любовь! Ты совсем не изменилась с момента нашей последней встречи! – Архандр* – Ангел-Хранитель Антона Степановича, соскочил с его правого плеча и, расправив крылья, подхватил Амизи на руки, и закружил вокруг, впервые встретившихся Маргариты и Антона Степановича.

- Ты, хоть скучал по мне? Сколько мы не виделись? Сто? А может двести лет? – Амизи, Ангел – Хранительница Маргариты с жаром прижалась к любимому.

- Знаешь? Мне так надоели мои обязанности и наши долгие разлуки! Хочу опять в Египет! Хочу иметь земное тело! Здесь такие холодные и ветреные зимы!

- Хочу, хочу, хочу! Цветочек мой! Ты нисколько не изменилась! Всегда чего-то хочешь? Земное тело, конечно можно выпросить у Создателя, но мы вновь станем смертными, состаримся и умрем! – Архандр подхватил Амизи под руку, и они догнали тронувшийся автомобиль и, обнявшись, примостились на заднем сиденье машины позади Антона Степановича и Маргариты.

На левых плечах водителя и пассажирки недовольно заерзали и захлопали крыльями Демоны.

- Ладно, вам! Всполошились козлобородые! Спите дальше! – грозно прикрикнул на них Архандр и впился губами в уста Амизи.

- Не приставай! Мы на работе, нехотя произнесла она и с жаром ответила на поцелуй Архандра.

- Как давно ты выбрала себе наряд воинственной Амазонки? Тебе идет это стиль! Ты неотразима! – продолжал сыпать комплименты Архандр, следуя с Амизи за подопечными в небольшой, уютный ресторанчик японской кухни.

Сам Архандр был одет более современно:  потертые джинсы, светлая футболка и сандалии на босу ногу.

- А здесь уютно! Давайте пройдем на второй этаж? – предложила Маргарита, одетая в строгий деловой серый пиджак и юбку.

Архандр* - Древне Египетское имя.

- А она ничего! Как тебе с ней? Есть проблемы? – поинтересовался Архандр у Амизи. Каждый из них расположился на правом плече у своих подопечных.

- Пятьдесят на пятьдесят! Как и у многих одиноких женщин этого возраста! Раньше проблем было больше! Самоуверена не по мозгам! Не хочет слышать моих подсказок!

 Но в церковь изредка ходит! Иногда проигрываю бой этому нечестивцу! – Амизи кивнула головой в сторону притихшего Демона на левом плече Маргариты.

- А твой как? С виду приличный дядечка! Видно, что прошел и Крым и Рим, а тут решил вспомнить молодость? – Бес на плече Антона Степановича радостно захлопал крыльями.

- Да как тебе сказать? Я бы дал ему шансов на суде, если сегодня предстать – сорок на шестьдесят! Так, что придется потрудиться за оставшееся время, а то светит ему дорога в чистилище! – Демон радостно сорвался с левого плеча Антона Степановича и сделал под потолком круг почета.

-Угомонись! Не порти настроения! А то перья поощипываю! – грозно прикрикнул Архандр на Демона, когда тот, вновь уселся на левое плечо Антона Степановича.

- Хочешь анекдот, про нас ангелов, расскажу?  Как-то настоятель храма приходит принимать работу иконописца. И вдруг видит, что ангел изображен на картине в таких, знаешь ли, самых настоящих мирских ботинках. Настоятель возмутился и спрашивает: «Где ж это вы любезный, видели ангела в ботинках?» А тот ему отвечает: «Интересно! А где это Вы видели ангела без ботинок?» - Амизи расхохоталась собственной шутке.

- Да, уж! Наша бесплотность и невидимость в этом мире, и счастье и беда! Так, иногда хочется от души врезать какому-нибудь негодяю! – вхдохнул Архандр, наблюдая, как официантка подает заказ.

Вдруг Демон, дремавший на левом плече Маргариты, расправил крылья, приосанился и начал декламировать:
« Говорят от сельдерея, член становится длиннее!
   А еще от огурца – волосатей яйца!
  А от репы и петрушки по пи*де идут веснушки!
  От редиса и укропа, мускулистей станет жопа!
  От капустной кочерыжки, не воняют так подмышки!
  А от хрена и картошки - помирают мандавошки!
  Да, наверное, пи*дят! Ешьте люди все подряд!

Не успел он закончить, как Амизи сорвалась со своего места и вцепилась ему в рога. Архандр и второй Демон не остались в стороне. Все свалились на стол, и будь они материальны, неизвестно во что бы они превратили блюда японской кухни. Наконец, размявшись и от души намяв бока демонам, Архандр и Амиза заняли свои места.

- Архандр! Посмотри! Тебе не видно? Как он на нее смотрит? – Амизи с удовольствием наблюдала за Антоном Степановичем, сидящим напротив Маргариты.
- Похотливо, что ли? – недовольно пробурчал Архандр.

- Не-ет! Не-ежно! Ты тоже так на меня смотрел, когда мы были людьми! – нараспев произнесла Амизи, перепорхнула через стол и обняла  Архандра.

- Все равно! То, что они встретились – это грех!

- Надеюсь, ты не включишь эту встречу в отчет? – Амизи ласково поцеловала Архандра в губы.

- Ладно! Только ради тебя! – прошептал он ей на ушко, чтобы не слышали Демоны.

- То-то у тебя сорок на шестьдесят! Ты все подряд, без поблажек лепишь в отчет! Будь милосердней! Вспомни себя!

- Нет, ты посмотри! Он же ею любуется! В его взгляде нет ни капли похоти! И мне кажется, она начинает отвечать ему взаимностью.

- Я бы не был столь оптимистичен, на твоем месте! Я же вижу, что не пройдет и года, как их знакомство принесет ему душевные и физические страдания! И было бы за что? – Архандр насупился.

- Ты помнишь, чему нас учили, прежде чем назначить Хранителями? «Бог обращается к человеку голосом Любви! А если этот голос не услышан, то голосом Совести! Если человек не слышит голос Совести – то Бог обращается через рупор Страданий! – уже грустным голосом сказала Амизи.

- И к кому из этих двоих ты относишь эту цитату? – Архандр пристально посмотрел на ставшее грустным лицо Амизи.

- К обоим! – Хранительница украдкой смахнула слезу, предательски выкатившуюся на щеку.

- А ну-ка рассказывай? – Архандр подхватил Амизи под руку и перенес ее в дальний конец зала, за свободный столик. Подальше от ушей Демонов.
- И никак этого предотвратить нельзя? – спросил он, когда Амизи закончила свой рассказ о будущем Маргариты.

- Не слышит она моих предостережений и знаков! И подруги у нее, еще – те! Пыталась упросить Создателя дать возможность материализоваться на время! Ни в какую! Непогашенные грехи на ней висят! Добровольные! – зеленые глаза Хранительницы, стали почти черными.

- А знаешь? Я даже рад, что они встретились! Она давно одинока, он, хоть и недавно, но вдовец! И из лучших побуждений  не хочет, что бы его дети знали о Маргарите! И мы чаще видеться сможем! – Архандр ласково обнял Амизи своими крыльями.

   Незаметно для обоих, за нечастыми встречами пролетел почти год. Оба были, каждый по своему, счастливы. Антон Степанович, все чаще, стал подумывать, как бы, поделикатней познакомить Маргариту со своими взрослыми детьми. Однажды, когда на день рыбака выпало сразу несколько выходных дней, он предложил Маргарите съездить с ночевкой на рыбалку, на одно лесное озеро.

  Они выехали на машине Антона Степановича рано утром, когда низовой туман с Амура заполнил все низменные улицы Хабаровска. Сквозь утренний туман просвечивалось чистое, голубое небо. День обещал быть жарким.

   Путь был не близким и ближе к полудню они остановились перекусить в одном придорожном кафе. Посетителей, почти не было, за исключением пары водителей дальнобойщиков, чья фура стояла тут же на стоянке напротив кафе.

   Маргарита и Антон Степанович, уже заканчивали трапезу в одиночестве, когда на стоянку подкатил огромный черный «HUMMER», и трое мужчин, громко смеясь и рассказывая сальные анекдоты, вошли и заняла соседний столик у окна.

Кампания сидела за спиной Антона Степановича, и он увидел, как изменилась в лице и побледнела Маргарита. Глаза ее были широко раскрыты. В зрачках затаился ужас. Не понимая, что происходит, Антон Степанович, оставил на столе несколько купюр за обед и  поспешил проводить Маргариту до машины.

  - Что случилось? Тебе дурно? В кафе было душно! Сейчас включу кондиционер! – мужчина завел двигатель своего «PRADO».

   - Прошу тебя, поехали скорее! И открой, пожалуйста, окно, пусть обдувает ветром! – на висках Маргариты блестел пот, грудь тяжело вздымалась. Женщине, явно, не хватало воздуха.

   - Неужели сердце? Давай вернемся в город? – Антон Степанович стал шарить одной рукой под своим сиденьем.

   - Вот! Аптечка! Там есть сердечное! А я, пока, в тенек заеду! – он свернул на ближайшую проселочную дорогу и остановился в тени деревьев.

   Женщина положила валидол под язык, вышла из машины и села на поваленное дерево. Ее бил озноб. Антон Степанович достал из походной сумки-холодильника бутылку  воды, смочил чистый носовой платок и стал с нежностью, поочередно прикладывать его к ее щекам.

   - Далеко, еще до озера? Мне уже лучше! Наверное, и в самом деле – духота виновата! – вымученно улыбнулась она и с благодарностью посмотрела на своего заботливого спутника.

   - Честно говоря, я подумала, что у нее разрыв сердца случится, когда эти трое мерзавцев зашли в кафе. Мне показалось, что один из них, все же узнал ее! – Амизи и Архандр стояли чуть поодаль и в полголоса перешептывались  между собой. Оба демона радостно гонялись друг за другом среди ветвей огромного дуба.

   - Не нравится мне все это! Надо бы завернуть их обратно! Но, как это сделать? – Архандр, одетый в костюм римского легионера, с висящим на левом бедре коротким мечем гладиусом, расправил крылья и вспорхнул на правое плечо мужчине. Амизи наблюдала, как он и стал быстро что-то говорить ему на ухо.

   - Бесполезно! Он не внемлет тебе! – Амизи приблизила свое лицо вплотную к лицу Маргариты и, напрягая все свои телепатические способности, постаралась донести до женщины необходимость вернуться в город.

   - Раньше, чем они не уснут, мы до них не достучимся! Будем надеяться, что успеем!

   Антон Степанович разбил лагерь на одной из многочисленных полянок, разбросанных вокруг небольшого озера. Разлапистая ива, стоящая, почти на самом берегу, давала тень их палатке. Антон Степанович снарядил и закинул несколько удочек и развел костер. Его дымок  потянулся над гладью спокойной  воды.

   - Как ты, насчет искупаться? Правда, дно здесь не очень! – нанизывая шашлык на шампур, спросил он Маргариту.

   - Знаешь? Я, пожалуй, оставлю это удовольствие на завтра! – женщина помыла овощи и стала готовить салат.

   - А я окунусь! Пригляди пожалуйста, за шашлыком! Я мигом! – Мужчина быстро разоблачился до плавок и с явным удовольствием зашел в воду.

   - Зря ты отказалась! – прокричал он ей с середины озера и изо всех сил замолотил руками и ногами, оставляя за собой пенный след.
 
   Ужинали уже в сумерках. Маргарита, похоже, пришла в себя, и даже позволила себе выпить две рюмочки коньяка. И только Амизи и Архандр сидели хмурые на ветке Ивы, с тревогой посматривая на противоположный берег озера, где, не выезжая к берегу и не включая фар, притаилась большая черная машина.

   - Антон, а почему ты никогда не рассказываешь мне о своей службе в армии? – женщина зачерпнула из озера ведро воды и стала мыть посуду. Антон Степанович пристроился рядом с полотенцем и стал вытирать тарелки насухо.

   - Ты знаешь? Рассказывать-то особо нечего! Служба, как служба! Взлет-посадка! Рутина! Расскажу тебе один случай про наших моряков, свидетелем которого, мне повезло быть! – глаза мужчины заблестели. Голос окреп.

   - Меня и еще несколько летчиков нашей эскадрильи в марте 1988 года командировали в город Саки, что в Крыму. Там находился секретный наземный испытательный тренажёр корабельной авиации, на котором осуществлялась подготовка лётчиков будущей авиагруппы авианосца «Леонид Брежнев», сейчас он носит имя « Адмирал Кузнецов», - Антон Степанович завороженным взглядом смотрел на лунную дорожку на глади озера.

  - В то время в Севастополе служил мой друг детства Володька Богдашин. Он командовал сторожевым кораблем «Беззаветный» и мы иногда, в мои редкие увольнительные, встречались с ним. И вот однажды, когда моя командировка подходила к концу, и я должен был провести часть отпуска в одном из ведомственных санаториев Крыма, он под большим секретом поведал мне, что американцы планируют провокацию у наших границ в Черном море.  Что с этой целью, из Средиземного моря будут направлены корабли НАТО, что ему и еще двум сторожевикам приказано перехватить эти корабли и выдворить их за пределы территориальных вод, если они нарушат границу! Естественно, я принялся уговаривать его взять меня в этот поход. Должен же летчик палубной авиации увидеть воочию своих вероятных противников! – Антон Степанович взъерошил свою седую шевелюру и замолк.

   - А дальше? Дальше, что было? Неужели тайком тебя взял?
   - Что ты? Это же сразу трибунал! Володька написал рапорт на имя командующего Черноморским флотом о необходимости присутствия на борту представителя ВВС и разведки с аппаратурой для видео и фото съемки. И, что одного такого «летуна» он знает лично! В общем, я и еще трое из ГРУ, а может и КГБ, переодетые в простую морскую робу, были поселены Володькой в обыкновенный матросский кубрик без всяких излишеств.

   - Что, и палубу выходили драить и гальюны? – усмехнулась Маргарита.
   - Представь себе, да! Коридор и свой кубрик драили сами по очереди! А все остальное время учились пользоваться мудреной и дорогой для тех лет аппаратурой! И вот, 12 февраля, в 10:45 американский крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» вошли в территориальные воды СССР. Пограничный СКР «Измаил» поднял сигнал: «Вы нарушили границу территориальных вод СССР», а «Беззаветный», «СКР-6» и «Ямал» начали манёвр на сближение с американцами. Наш «Беззаветный» догнал «Йорктаун», и некоторое время корабли шли параллельными курсами практически вплотную друг к другу. Мы с интересом наблюдали, как высыпали американские моряки на палубу. Некоторые из них показывали неприличные жесты! – мужчина усмехнулся.

   - Что, смеешься? Наверное, штаны приспускали, и задницы  вам показывали? – Маргарита согнала комаров со спины Антона и прильнула к его широкой горячей спине.

   - А ты откуда знаешь?

   - А они всегда друг другу пятую точку показывают в кино! Белые черным, черные белым!

   - Было и такое! Н экипаж «Беззаветного», кроме  находившихся  на мостике офицеров и рулевого, этого не видели. Все были заняты на боевых постах.  Но самое интересное началось потом! «Беззаветный» круто повернул вправо на американский крейсер! Я кинулся со шкафута на правое крыло мостика, где обзор был гораздо лучше. И в этот момент раздался удар. Корабль сильно качнуло на левый борт. Я успел вовремя. Моя камера запечатлела, как правый якорь нашего корабля высек сноп искр из кормы крейсера, как кинулись врассыпную американские моряки. Особенно приятно было наблюдать, за удирающим двухметровым негром с приспущенными штанами!   На его лице читался такой ужас, который не передать никакими словами. Якорь «Беззаветного» пробил борт крейсера, но вторая лапа крепко вонзилась в свой борт. Несколько младших офицеров кинулись ко мне и затащили на мостик, где я выслушал несколько смачных морских Севастопольских наставлений на «Великом и Могучем» от своего друга! Нос «Беззаветного» начал  уходить влево, а корма с установленными и заряженными торпедными аппаратами начинает сближаться с кормой крейсера. Возникла реальная угроза взрыва. Но в ту же минуту Володька скомандовал дать самый полный и руль право на борт! Ты не можешь себе представить, как я завидовал ему в этот момент! – Маргарита, еще крепче обняла Антона.  Прилив адреналина в его крови начинал невольно передаваться и ей.

   - Крейсер, тоже начал возвращаться на прежний курс. Но ему не удалось набрать скорость и уклониться от несущегося на него сторожевика. Второй удар  снес, круша все на своем пути: леерное ограждение, командирский катер,  задел пусковую установку противокорабельных ракет «Гарпун»! В результате столкновения в кормовом отсеке «Йорктауне» начался пожар! «Беззаветный» отошёл от крейсера,  но предупредил, что повторит навал, если американские корабли не покинут территориальные воды. Однако вместо этого эсминец «Кэрон» пошёл на сближение с «Беззаветным», и оба американских корабля на сходящихся курсах стали как бы сжимать в клещи оказавшийся между ними сторожевик. В ответ командир приказал демонстративно зарядить реактивные бомбометные установки  глубинными бомбами и развернуть их по траверзу на правый и левый борт соответственно против крейсера и эсминца! Американские корабли прекратили сближение, но на «Йорктауне» стали готовить к взлёту палубные вертолёты. С «Беззаветного» последовал сигнал: «Вертолеты в случае их подъёма в воздух будут сбиты, как нарушившие воздушное пространство Советского Союза», а флагман дал указание направить в район инцидента авиацию флота. После появления над американскими кораблями двух Ми-24, вертолёты «Йорктауна» закатили обратно в ангар. Американские корабли изменили курс, и ушли в нейтральные воды, где легли в дрейф. Через несколько часов оба корабля направились в сторону Босфора, не заходя более в наши территориальные воды. Позднее я слышал, что после случившегося, «Йорктаун» несколько месяцев стоял в ремонте. Командир крейсера был снят с должности за пассивные действия и предоставленную советскому кораблю инициативу, что нанесло моральный ущерб престижу американского флота! – Антон Степанович поднялся с травы и закинул в озеро несколько удочек.

   - Но, самое интересное, весь отснятый нами материал, по возвращению в Севастополь изъяли и засекретили! В интернете полно кадров и видео с борта крейсера «Йорктаун», но нет ни одного кадра с борта СКР  «Беззаветный»! Обидно!

    После заката начался настоящий клев. К зависти Антона Степановича, Маргарита выдергивала одну рыбешку за другой. В основном ловилась мелюзга, но попались штуки три касатки и парочка окуньков в ладонь размеров. Звезды на небе, казалось, висели над самой головой. Над лесочком, обрамлявшим противоположный берег висел желтоватый диск луны. И вдруг, звенящую тишину нарушил, сперва одинокий квак лягушки, но уже через минуту, сотни, а может тысячи кваканий, наперебой и на разные тональности огласили окрестности на многие километры вокруг. И вместе с этим лягушачьим оглушительным хором, со всех кустов и лесочков, желая спикировать с ходу, вонзить хоботок и напиться долгожданной крови, слетелась комариная братия. Комаров было так много, а вечер такой безветренный, что Маргарита и Антон Степанович капитулировали без боя и, побросав удочки, нырнули в палатку и еще минут пятнадцать при свете фонарика уничтожали самых проворных кровопийц, успевших залететь в палатку.

- Давай завтра! – прошептала Маргарина в ответ на нежные, призывные объятия и поцелуи в шею Антона Степановича. Но, уже через пару минут, она повернулась к мужчине и, засунув свою руку ему под футболку, стала нежно поглаживать его покрытую волосами грудь и живот. Дыхание ее участилось, соски под легкой футболкой напряглись, бедра стали непроизвольно двигаться.

   За оглушительным лягушачьим оркестром они не  расслышали крадущиеся шаги трех человек, и только, когда догорающие дрова в костре вдруг вспыхнули ярким пламенем от брошенной в костер пластиковой бутылки с бензином, и на стенку палатки легли три уродливые тени, Антон Степанович и Маргарита осознали, что к ним пожаловали, непрошенные, гости.

   - Молодежь, наверное, выпила и ищет приключение на одно место? Ты побудь в палатке, я выйду, спрошу, что им надо! – Антон Степанович вынул ключи от машины из бокового кармана палатки. – Жаль, что пистолет оставил под сиденьем в машине! Одного выстрела в воздух было бы достаточно!
   Маргариту бил озноб. Она догадалась, кто была эта троица. – Будь осторожен! Они очень опасны! – прошептала она ему в спину и трясущимися руками стала надевать спортивные брюки.
 
   Антон Степанович потянул замок палатки вниз и вышел наружу. Перед ним, спиною к костру стояли двое в камуфляжной форме и накомарниках.
   - Хорошая экипировка у них для ночной рыбалки! – он на пару секунд отвернулся, чтобы закрыть палатку и в этот момент, третий незнакомец, подкравшись со спины, наотмашь ударил его битой по затылку.
 
   Антон Степанович, не издав ни единого звука, повалился на землю. Маргарита слышала глухой удар и видела, как тень Антона Степановича осела на траву у входа в палатку.
 
   - Антон! – закричала она изо всех сил, и потеряла сознание.

   - Кажись не дышит! Похоже, ты перестарался Вадим! Только мокрухи нам не доставало! – Борис отшатнулся от лежащего ничком седоволосого мужчины.

   - А ну тащите эту сучку из палатки! – продолжал командовать Вадим.

   - Тебе надо? Ты и тащи! Хватит того, что Колян из-за тебя на зоне сгинул!
Так, еще нас всех под «мокрое дело» подставляешь? – возмутился Серега.
 
   У Вадима от прилива злости потемнело в глазах, и он было, уже замахнулся битой на Серегу, но соизмерив габариты друзей со своими метр шестьдесят – передумал.
      
   - Потом отомщу! – решил он, расстегнул молнию на палатке и вытащил за ноги женщину, не подававшую признаков жизни.
 
  - Из-за чего мы этот цирк затеяли? Тебе, что молодых баб мало? – Борис направил фонарик на  лицо Маргариты.

   - Она меня мерзавцем обозвала по телефону несколько лет назад! Мне ее задница не нужна! Никто не смеет обзывать меня мерзавцем! Никто, вообще, не смеет меня обзывать! – смазливое лицо Вадима исказила уродливая гримаса, а глаза впились в Серегу. И от этого взгляда, у почти двухметрового Сереги, спина покрылась холодным потом.

   - Точно, крыша начинает ехать! Взгляд, как у психа! – подумал Борис, стараясь не смотреть в глаза Вадиму. Он наклонился и стал щупать пульс на руке мужчины. В сжатом кулаке седоволосого мужчины, виднелся брелок и ключи от машины.
 
   - Пульс слабенький, но есть! Череп не проломлен! Повезло тебе Вадим! Оклемается!– Борис с трудом разжал  пальцы мужчины и забрал ключи.


   - Тогда, валим отсюда! – обрадовано произнес Серега, и в туже секунду Вадим с горящими от ненависти глазами, сделал немыслимый обезьяний прыжок в его сторону и приставил финку под подбородок своему высокорослому дружку.
   - Ты, что, блин – полный идиот? Она же нас узнала в кафешке! Если оклемается, то точно заявит! Где гарантия, что она не запомнила номер твоего Хамера?

   - Т-ты, с ножом поосторожней! – заикаясь, произнес остолбеневший Серега, а про себя подумал, что не зря жена Вадима забрала детей и смылась от этого психопата в другой город не оставив адреса.

   - Грузите их в машину! Его на водительское место, ее рядом! Столкнем машину в воду! Здесь берег – приглубый! Как говорится – концы в воду! – прошипел Вадим, убрал нож от горла товарища и пристально, насколько позволял свет от костра, посмотрел ему в глаза.

   - Я на «мокрое» не пойду! – уже спокойным голосом произнес Серега, и это была его фатальная ошибка. Узкое, длинное лезвие финки вошло в шею Сереги, чуть ниже левого уха, и с хрустом разорвало спинной мозг между четвертым и пятым шейными позвонками, по пути перерезало сонную артерию. Серега умер мгновенно, так и ничего не почувствовав. Он стоял на ногах, еще несколько секунд, а фонтан крови из артерии заливал лицо и грудь улыбающегося Вадима.

  Не будь Борис медиком, повидавшим за свою практику немало крови, он рухнул бы без чувств от одного вида окровавленного Вадима и его безумных глаз. Но он тихо застонал, обхватил голову руками и сел рядом с бесчувственными телами Маргариты и ее спутника. Он не обратил внимания, что пальцы на левой руке мужчины сжались в кулак, ресницы задрожали, и веки ненадолго приоткрылись.

   - Чего расселся? – Вадим вошел по колено в воду и стал смывать с лица кровь.

   - Подбрось, пока дров в костер! Надо мою и его одежду спалить! Голым его в багажник положим!

   - Что мы его жене скажем? – внезапно охрипшим голосом отозвался Борис.

   - Это он нас высвистал на новой машине покатать и похвастаться. Так, что мы его не видели, и знать ничего не знаем! Его машину, тоже придется в воду столкнуть, но подальше отсюда. Здесь озер полно. До рассвета еще далеко. Сами вернемся на попутках! Дай-ка мне ключи от этого Прадика? Поищу одежду на сменку! – голос Вадима стал спокойным, словно речь шла о неудавшейся рыбалке.
 
   Раздев Сергея догола, и бросив его одежду в костер, они с трудом уложили его тяжелое тело в багажник Прадо. Все это время за ними наблюдал одним глазом из-под ресниц, очнувшийся Антон Степанович. Превозмогая жуткую боль в затылке, он молил про себя, чтобы Рита не пришла в себя раньше времени. Он ощущал легкое вздрагивание ее пальцев у себя на правом плече.

    - Только бы не застонать и не выдать себя, когда они начнут перетаскивать меня в машину, - Он, уже понял их намерение утопить их в озере вместе с машиной.

    - Ты смотри! А дядечка то при оружии был! Хорошо, что не догадался с собой в палатку его взять, а то лежали бы мы тут рядком, пригорюнившись! – абсолютно голый, Вадим с интересом крутил в руках увесистый пистолет Стечкина. Массивную деревянную кобуру-приклад, он бросил на коврик. – И одежонка, кое-какая, есть на первое время! Давай грузить! А то, неровен час, еще рыбаков принесет нелегкая!

Усадив, мужчину за руль, а женщину рядом с ним, и пристегнув их ремнями безопасности, Вадим голышом полез в воду и стал смывать с себя остатки крови, и заодно промерять глубину напротив, стоящей на берегу машины.

   - Отлично! Уже в пяти метрах от берега дна достать не могу! А если, еще отплывет, пока тонуть будет, аккурат, на середине озера упокоится! – Вадим быстро, в размашку поплыл к берегу, увидев, что Борис не отрываясь, как загипнотизированный смотрит на одежду и, лежащий сверху пистолет.

 Одевшись в просторные брюки и засучив длинные ему штанины, он запустил мотор, нажал ногою на тормоз и переключил ручку автоматической коробки передач на «D». Как только он снял свою ногу с тормоза и захлопнул дверь, машина медленно поехала с берега в воду.

   Антон Степанович, осторожно отстегнул ремни у себя и Маргариты и тихонько, в полголоса позвал женщину по имени. Правой рукой он потряс ее за плечо, пытаясь привести в чувство.  Он не боялся быть увиденным с берега через заднее, затемненное стекло. В зеркало заднего обзора Антон Степанович хорошо видел, как небольшого роста Вадим, напялил на себя его футболку и махнув рукою с пистолетом второму, более рослому бандиту. Через минуту оба исчезли в темноте.
 
   Вода медленно проникала в салон автомобиля и стала доставать до уровня сидений. Носовая часть, под действием тяжелого дизеля, все больше наклонялась вперед. Ноющая боль в голове мешала Антону Степановичу сосредоточиться на дальнейших действиях, и он упустил момент открыть свое окно при помощи стеклоподъемника. Двигатель машины заглох, и она полностью ушла под воду. Осталась, только небольшая воздушная подушка. Вода плескалась у самого горла. Он изо всех сил потянул ручку двери и уперся коленом, пытаясь открыть дверь. Действовать приходилось, почти  на ощупь. Лунный свет, проникавший сквозь воду озера – померк от поднявшегося ила. Салон укутала  темно-серая пелена.
 
Дверь не поддавалась. В отчаянии Антон Степанович, схватил плавающую у самого подбородка и мешающую ему действовать деревяшку. Это оказалась массивная деревянная кобура-приклад от пистолета Стечкина. Он принялся, с размаху бить металлическим креплением приклада в боковое стекло, не забывая контролировать, чтобы голова Маргариты не опустилась ниже уровня воды.

   Наконец, стекло – лопнуло, и вода моментально затопила салон. Теперь, он, хоть и с трудом, но открыл свою дверь и, превозмогая желание, тут же всплыть на поверхность, схватил женщину под левую руку и, упираясь ногами в порог автомобиля, вытащил ее из салона. Подъем на поверхность показался ему целой вечностью, легкие разрывало от желания сделать вдох, стук сердца отдавался нестерпимой болью в висках и затылке.

   - Скорее на берег! У нее, наверняка полные легкие воды! – мужчина перевернулся на спину и, придерживая голову Маргариты над водой, поплыл к берегу. Он вытащил ее на берег, чуть поодаль от костра, чтобы оставаться в тени. Не раздумывая, положил Риту животом к себе на полусогнутое колено. Изо рта и носа женщины потоком полилась вода. Мужчина сделал три глубоких вдоха, стараясь укротить свое сердцебиение, перевернул женщину на спину и, не теряя времени, стал делать искусственное дыхание методом «рот в рот».

   - Дыши же! Дыши! – умолял он ее про себя, продолжая делать искусственное дыхание, понимая, что еще пару минут, и он сам без чувств рухнет рядом с ней. Архандр и Амизи молча стояли, обнявшись рядом, наблюдая за действиями Антона Степановича и только Демоны радостно кружили над озером, заглушая своими криками хор лягушек.

   Наконец, женщина закашлялась и инстинктивно перевернулась на бок. Остатки пузырящейся, мутной озерной воды, выталкиваемые из бронхов надрывным кашлем, стали вытекать на прибрежный песок сквозь приоткрытые губы.   Антон Степанович в изнеможении откинулся на спину рядом с Маргаритой и на какое-то время потерял сознание. Архандр и Амизи прикрыли их своими крыльями, не давая недовольным Демонам приземлиться на их подопечных.

   Он очнулся от боли в ушах и голове. Рядом лежала Маргарита. Она, так не пришла в сознание. Зажав себе нос пальцами, мужчина продул уши и сразу многоголосый лягушачий хор, вновь ворвался в его голову, заставив вспомнить события сегодняшнего вечера.

   - Маргарита, очнись! – несколько раз позвал он ее и не сильно потряс ее за плечи. Если бы не слабое сердцебиение и редкое покашливание, он мог бы подумать, что она мертва.

   - Она жива! Жива! Делай же, что-нибудь! – Амизи вцепилась в мокрую футболку Антона Степановича, пытаясь помочь мужчине встать на ноги.

   - Надо выбираться отсюда! Ее надо срочно доставить в больницу! Отсюда до трассы около пяти километров, за пару часов доберемся, а там дальнобойщики круглые сутки снуют между Хабаровском и Владивостоком! – мужчина подхватил Маргариту на руки  и, стараясь не споткнуться, понес ее по неровной грунтовке в сторону трассы. Перед ним шли, подсвечивая себе факелами и размахивая, своими мечами, отгоняя недовольно горланящих демонов Амизи и Архандр.

   По мере того, как шум колес и звуки моторов от проезжавших по трассе автомобилей, становились все сильнее, остановки на отдых становились все чаще и продолжительнее. Антон Степанович потерял счет времени, сколько он несет Маргариту по этой покрытой ухабами и лужами лесной дороге. Дважды, он, запнувшись, падал на колени, но еще крепче прижимал к себе свою драгоценную ношу.

   Наконец, сквозь растущие вдоль обочины трассы деревья показались огни фар, небо на востоке посветлело и потеряло свою звездную яркость. Мужчина опустился на колени и положил Маргариту на тронутую утренней росой траву. Он хорошо осознал, что, уже не найдет в себе сил, очередной раз поднять  и донести свою спутницу до дороги. Нестерпимо хотелось прилечь рядом с ней в эту манящую прохладой россы траву и закрыть глаза.

   - Не давай ему потерять сознание! Тереби его! Внушай, что бы шел сам на дорогу и звал на помощь! – Амизи, очередной раз прильнула к груди Маргариты, прислушиваясь к ее слабому сердцебиению. Архандр изо всех сил раздавал оплеухи Антону Степановичу, стараясь растормошить его.

   Сквозь приоткрытые веки, мужчина видел, как на горизонте, одна за одной, гаснут звезды, как вдруг ему в глаза резануло чем-то нестерпимо ярким, а лицо и лоб обдуло прохладным, освежающим  ветром. Не в силах приподняться, он скосил глаза на лежащую рядом Маргариту и зажмурился от неожиданности.

   - Это, наверное, агония моего умирающего мозга? – подумал он спокойно и, открыв глаза, стал наблюдать, как метровая девушка в золотом костюме амазонки, с крыльями за спиной, прильнула к груди Маргариты.

   - Да, вставай же ты! – услышал он голос, какого-то подростка и тут же ощутил несколько бодрящих пощечин. Антон Степанович перевел взгляд на источник звука, и к своей полной неожиданности, увидел сидящего у себя на груди ребенка в карнавальном костюме римского воина и трясущего его за грудки, время от времени награждающего его звонкими оплеухами.

Рассвет позволял рассмотреть эти странные существа с крыльями. Они не были детьми. Это были взрослые люди, не младше сорока лет, но только маленького роста. На женщине костюм амазонки переливался золотом, а мужчина был облачен в бронзового цвета доспехи римского легионера.

   - Амизи! Он, кажется, нас видит! – Архандр провел своей рукой вдоль глаз Антона Степановича, наблюдая за реакцией его глаз.

   - Антон Степанович! Тут всего метров триста до дороги осталось! Давайте дорогой! Через не могу! Ползите за помощью! А мы ее здесь покараулим! – Амизи приблизила свое миниатюрное красивое лицо к затуманенным усталостью, глазам мужчины.

   - Привидится же такое? И в самом деле? Чего я разлегся, когда дорога рядом? – мужчина с трудом встал на колени, затем шатаясь, поднялся на ноги и медленно побрел в сторону трассы.

На трассе, казалось силы окончательно оставили его. Шатаясь из стороны в сторону, как пьяный Антон Степанович крутился на месте в надежде увидеть свет приближающейся машины и, когда его глаза различили фары несущейся фуры, ноги его подкосились. Он упал на колени, широко раскинув руки в сторону.
Машина остановилась в паре метров от него и двое человек с монтировками в руках, костеря его матом, на чем свет стоит, выскочили из кабины с желанием отделать этого – пьяницу, и оттащить его на обочину.

   - Там! Триста метров, женщина без сознания! Помогите! – прохрипел мужчина, показывая в сторону грунтовки, и повалился на асфальт.

Пять дней спустя.
Хабаровская городская больница.

   - Сергей Митрофанович! Пациент в палате интенсивной терапии, кажется, пришел в себя! – молоденькая медсестра, обладательница совсем не медицинского имени – Людмила, пикантно изогнув ножку в колене, заглянула в ординаторскую, не решаясь полностью зайти к дежурному хирургу. Ее коротенький белый халатик подчеркивал хрупкость талии и стройность ног. А хорошенькое круглое личико излучало радостную беззаботность, свойственную девушке ее возраста, осознающей свое превосходство над сильным полом.

 Людмила работала в хирургическом отделении, всего второй день. И эта ночь была ее первым ночным дежурством, но девушка, уже была наслышана, что весельчак и балагур Сергей Митрофанович, разменявший седьмой десяток, чисто из шкодливости своего характера, иногда не прочь проверить на упругость некоторые части тела молоденьких санитарок и медсестер.

   - Так пришел? Или только кажется? – невысокого роста пожилой доктор, улыбнулся Людмиле и, выдернув из коробочки стерильную повязку, в простонародии называемую – «намордник», бодро поднялся с кресла и столь же бодро, вразвалочку, последовал за семенившей впереди медсестрой.

   - Походка у вас Сергей Митрофанович странная! Я почти бегу, а вы меня умудряетесь догонять! – девушка оглянулась на хирурга.

   - Это потому, что меня крылья за спиной несут!

   - Какие такие крылья? Нет у вас никаких крыльев!

   - Ты себя со спины видела? – Сергей Митрофанович остановился рядом с девушкой у палаты интенсивной терапии.

    - Нет! А что? – хорошенькое личико Людмилы залил румянец.

   - Коли румянцем зарделась, значит,  поняла, отчего у меня крылья могли вырасти! Но сейчас не до простых мирских радостей! Отворяй дверь! – не успело лицо хирурга стать сосредоточенным, как его скрыла медицинская маска.

    Пациент лежал с широко открытыми глазами, и как только в палате появились врач и сестричка, попытался выдавить из себя какие-то звуки.

   - Вижу, вижу выправку! Хочется знать все и сразу! Но ни звука пока! Что можно, я сам расскажу, а вы молчите! Набирайся сил! Вот, утречком сделаем томограмму вашей буйной головушки, и попробуем издавать простейшие звуки! – Сергей Митрофанович придвинул стул к кровати и уселся рядом. Его прохладная рука нащупала запястье пациента.

   - Р-и-т-та!- нараспев, еле слышно произнес мужчина с наглухо забинтованной головой.

   - Людмила! Быстренько смотайся в неврологическое отделение и узнай состояние пациентки, которую вместе с этим гренадером, шоферы на фуре привезли пять дней назад! – Сергей Митрофанович отдал распоряжение Людмиле таким вежливым тоном, что девушка в ту же секунду понеслась к лифту.

   - Ну, коли вы – сударь удосужились произнести имя Рита, возможно, вы не напрягаясь, произнесете свое имя? – Сергей Митрофанович содрал с лица маску. Он терпеть не мог разговаривать с людьми, когда его лицо от глаз до подбородка закрыто от собеседника.

   - А-н-т-он! – еле слышно произнес мужчина.

   - А меня зовут Сергей Митрофанович! Вот и познакомились! Но сейчас вы будете молчать, а говорить буду я! – доктор демонстративно пожал слабую руку пациента.

   - Вас привезли в беспамятстве рано утром, пять дней назад! У вас была огромная гематома в основании черепа! Гематому я убрал, а вот компьютерная диагностика показала у вас сильнейшее сотрясение мозга. Ваша спутница повреждений не имела, но была без сознания. Ее поместили в неврологию. Скажу сразу, что раньше я с такими случаями не встречался! Но дождемся нашу посыльную. Сдается мне, с минуты на минуту появится! – Сергей Митрофанович достал с кармана блокнот и стал что-то усердно записывать.

   - Мо-ю м-а-ши-ну на-шли? – еле слышно произнес пациент. Его глаза были закрыты. Седая щетина на скулах и подбородке контрастировала с потемневшим лицом, и синими кругами под глазами.

   - Впервые слышу! Как только сможете говорить вы или ваша жена, мы сразу вызовем дознавателя!

   - Сергей Митрофанович! Можно вас на минутку в коридор? – в проеме двери виднелось бледное личико Людмилы.

   Через пару минут он вернулся. – Ох уж эта молодежь? Напугала и меня и вас! Ваша жена пришла в себя на следующий день, но, к сожалению, голос и память к ней пока не вернулись! Я обещаю вам утром все узнать и рассказать! А теперь, медленно назовите номер телефона, куда я могу сообщить вашим родным или знакомым?

   Если бы Антон Степанович мог запрокинуть голову назад, он увидел бы, как  маленький отважный ангел, одной рукой держит за горло хрипящего демона, а второй  упирают свой блестящий меч ему в грудь.

   Антон Степанович, напрягая память, продиктовал номер телефона сына и, и затем еще один номер – своего давнего знакомого, замком бригады морской пехоты, полковника  Неволина Павла Артемьевича.

   - Людмилка! Приглуши свет и зайди ко мне, растолкую, какое обезболивающее вколоть пациенту – Сергей Митрофанович резко поднялся и вышел из палаты.

   - А, что не так с моей спиной? – спросила девушка, получив от сосредоточенного хирурга на листке блокнота название препарата на латыни.

  - Ну, скажем так, не совсем со спиной, а пониже! Восьмерки, дюже красивые выписываешь! И халатик, сантиметров на десять бы длиннее? Что по мне, так стариковский глаз это радует! Не без этого! Но пациентов, такая молодость, красота и короткий халатик, может спровоцировать к преждевременной выписке из отделения! А это не к чему! – глаза хирурга, смотревшие на Людмилу поверх очков, лучились озорством.

      Наставление Митрофановича Людмиле прервал телефонный звонок старенького аппарата.
   - Хирургия! Дежурный врач! Стабильное состояние! А кто им интересуется? Записываю! Неволин Павел Артемьевич! Хорошо передам! Навестить? Позвоните через неделю! Я пока, даже милицию к нему не допускаю! Всего доброго! – Митрофанович протянул Людмиле листок бумаги.
   - Отнеси! Скажи, что друг его здоровьем интересовался!


Двадцать дней спустя.
Хабаровская городская больница.

  - Рита! Рита! Посмотри на меня? Это я! Антон! – приговаривал Антон Степанович, стоя перед ней на коленях и держа, сидящую на больничной кровати Маргариту за обе ладони. Отсутствующий взгляд женщины был направлен в окно, на мокнущие под проливным дождем ветки и листья березы, где нахохлившись, сидели оба мокрых демона. Грустные - Амизи и, подлетевший к ней Архандр стояли в обнимку на широком подоконнике.

   - Мы отлучимся на пару дней! Не скучай и присматривай за ней! – шепнул Архандр на ушко Амизи и поцеловал ее в щечку.

   - Чего ты шепчешься? Нас, все одно никто не слышит!

   - Кто его знает? Один раз Всевышний ниспослал ему дар нас увидеть! И никто не знает, когда ниспошлет очередной раз, и по какому поводу? – Архандр перепорхнул на плечо своего подопечного и послал воздушный поцелуй Амизи.
   Соседки Маргариты по палате из вежливости, тот час оставляли их одних, когда появлялся этот бритый наголо, грустный мужчина.

   - Несчастный! Вторую неделю ходит, как на работу, а она все смотрит безучастным взглядом в окно. Я слышала, врач говорил, что может и не очнуться! Словно Марья искусница из сказки! И, ладно бы без сознания была? – тихонько прошептала пожилая женщина вновь поступившей в их палату.

   - Антон Степанович! Мне очень жаль, но мы не можем ее держать в нашем отделении более 21 дня! Завтра ее переведут в неврологический диспансер, - в палату вошла заведующая отделением и склонилась над ухом мужчины.
   - Ирина Владимировна, лучше, я заберу ее к себе домой!

   - Это исключено! Ей необходим постоянный уход, лекарства и врачебное наблюдение! А сейчас, вам пора уходить, - женщина с сочувствием посмотрела на бритого наголо и сильно осунувшегося Антона Степановича. Она, уже привыкла к его ежедневным посещениям и невольно, в душе, завидовала Маргарите.

   - А ему идет бритая голова и трехнедельная седая щетина на лице! – невольно подумала она, провожая посетителя до дверей палаты. Она не видела в этот момент, что по этой самой щетине, двумя скупыми ручейками стекают слезы, а в прищуре серо-зеленых глаз застыла, только одному ему известная мысль.

   Выйдя из стационара, мужчина вытер платком глаза и щеки и, сел в зеленый уазик.

   - Завтра ее переведут в неврологический стационар. Я думаю пора! А то милиция наседает, чтобы я показал место, где на нас напали эти отморозки. Нельзя, что бы они нашли труп одного из них в багажнике! – Антон Степанович посмотрел на, сидевшего за рулем полковника в черной форме морского пехотинца.

   - Я готов, хоть сейчас! Мне с собой, кого-нибудь брать?

   - Нет, Паша! Дело деликатное, сами управимся! Только пару аквалангов и фонари. Вода у дна мутная! Лопаты и удочки я приготовил! Выдвигаемся через два часа! Успеешь? – голос Антона Степановича отдавал стальной уверенностью.

   - Нищему собраться, только подпоясаться! Я со вчерашнего дня в отпуске! Все снаряжение в гараже! Через два часа буду у тебя возле подъезда! – Павел Артемьевич, тезка  Верещагина из любимого всеми кинофильма, включил зажигание и медленно отпустил сцепление.

      Антон Степанович познакомился с Павлом Артемьевичем  пару лет назад в военном санатории курорта Шмаковка. Оба военные, оба вдовцы, и как оказалось, оба родились и выросли в Хабаровске. Обменялись телефонами и адресами. За это время они виделись всего  раза три-четыре, когда Артемич приезжал в отпуск со службы из Владивостока. Антон был польщен, что Артемич узнал о случившимся с ним несчастье, интересовался его здоровьем и, даже взял  отпуск, чтобы помочь в деликатном деле…

   - Вот это место! Вроде, кроме нас никого нет! – Уазик остановился возле кострища.
   - Антон? Палатку, конечно, стащили рыбаки? – сделал глубокомысленное предположение Павел Артемьевич, всматриваясь в кострище.

   - Я, Паша и не рассчитывал, что она меня двадцать дней дожидаться будет!  Лучше посмотри? Осталась ли где кровь на траве и остатки одежды в кострище?

   - Не то, что осталось? Здесь ее столько, словно бычка свежевали. Даже, без ультрафиолетовой лампы менты обнаружат! Зря ты им не рассказал про жмурика! – Павел внимательно посмотрел на друга.

   - Понимаешь, Паша? Есть такие вещи, которые нельзя передоверить никаким правоохранительным органам! А они быстро бы вышли на его дружков! Или, того хуже, вспугнули бы! – Антон Степанович выглядел расстроенным.

   - А, того хуже, откупились бы! Так, что дело усложняется! – Павел Артемьевич, а за глаза у офицеров бригады – «Артемич», из-под руки посмотрел на противоположный берег озера.

   - Ты, Антон костерок запали, а я прогуляюсь вокруг озера! Посмотрю, что да как? Раньше, чем солнце не зайдет, нырять не будем! – Артемич отломил от ивы хворостинку и незлобно, отмахиваясь им от комаров, пошел по берегу вокруг озера.

   Антон Степанович сложил пирамиду из привезенных с собой сухих поленьев, подсунул в середину скомканную газету и чиркнул спичкой. Через десять минут костер пылал ярким пламенем, но дым стелился по земле и озеру. – Быть дождю! – подумал мужчина и наклонился над травой, рассматривая бурые пятна.

   - Быстро, однако, ты возвернулся! Я и чай не успел вскипятить. 
   - Ливень будет, однако! – кивнул головой Артемич на озеро, где над самой водой, красиво стелился дым от костра. – Ты мне скажи, что конкретно ты рассказал следователю? – мужчина достал из УАЗика термос и плесканул в кружку ароматного чаю себе и Антону.

   - Рассказал все, как было, кроме того, что тот, который меня по затылку приласкал, сотоварища своего одним ударом финки на тот свет отправил, и потом раздетого в багажник моей машины засунуть приказал! Сказал, что чем-то меня по затылку ударили, а Маргарита со страха сознание потеряла! Сказал, что испугались, подумав – убили! Решили следы замести и утопить в машине, а я вовремя в себя пришел и в последний момент – высадил стекло и вытащил Маргариту на поверхность. Потом, долго тащил ее к трассе! Вот, пожалуй, и все! – Антон посмотрел на товарища, словно ожидая вердикта.

   - А каким образом, они машину в воду столкнули, передним или задним ходом, следак не интересовался?

   - Спрашивал! Я тогда совсем из виду выпустил, что кровищи тут много остаться должно было! Сказал, как было. – Антон с хрустом сломал ветку.

   - На той стороне озера, берег совсем пологий и мелкота далеко от берега уходит. Была мысль следаков на тот берег направить, но не получится. Давай, для начала подумаем, где убиенного хоронить будем, надо бы могилку заранее приготовить пока дождь не пошел? – Артемич подмигнул Антону. – Пока сюда ехали, я приметил лесок в паре километров отсюда! Давай грузится и туда, пока не стемнело! – на правах строевого офицера отдал распоряжение Артемич.

   - Что бы я без тебя делал? Нутром чувствую, что и с кровью на траве, ты уже обходной маневр нашел?

   - Не будем спешить с выводами! Будем решать задачи по мере их поступления! – с улыбкой ответил Артемич, и врубил заднюю передачу.

   - Смотри колея свежая и впереди совсем маленькая полянка посреди бурелома! – показал рукой направление Антон Степанович.

   - Повезло нам с грунтом! Не земля, а пух! И травкой быстро зарастет! – Артемич поднял с земли и откинул в сторону, невесть откуда, взявшийся большой резиновый коврик и вонзил лопату землю.

   Антон Степанович с интересом проследил за полетом коврика, и совсем уже, вознамерился вонзить свою лопаты в землю, как непроизвольно вскрикнул.
   - Стой Паша! Это ведь коврик из моего багажника!

   - Да, ладно! Как он мог тут оказаться? – Артемич невольно прищурил глаза, лицо его сделалось настороженно серьезным.

   - Достань, осмотри его еще раз? Может, показалось, что твой коврик? – Но профессиональное чутье, уже подсказывало ему, что не зря этот коврик лежал поверх свежевскопанной земли, на этой маленькой полянке, окруженной непроходимым, густым кустарником выше человеческого роста.  Он стал интенсивно вонзать свою штыковую лопату в совсем недавно вскопанную землю, которая, явно, не успела  слежаться.

   -  Мой это коврик! Мой! – Антон Степанович повернулся к интенсивно работающему лопатой другу, и только сейчас его осенило. – Но так не бывает! – вымолвил он обреченно и стал помогать раскапывать могилу. В том, что это не могила оставалась совсем маленькая надежда, до тех пор, пока на глубине одного метра, они не наткнулись на завернутое в полиэтилен голое тело с поджатыми коленями. Деревянная кобура от Стечкина лежала поверх, скрюченного трупа, начинающего распространять сладковато-приторный запах разложения. Артемич осторожно поддел кобуру на лопату,  вытащил ее наружу и упаковал в один из черных пакетов «маек», которыми, до этого, были обвязаны лопаты.

   - Засыпаем! – запах разлагающегося трупа становился нестерпимым.

   - Кобуру и коврик сожжем здесь же! – он принялся выламывать сухие ветви кустарника и складывать поверх засыпанной могилы. Через десять минут на ней пылал костер, в котором догорал приклад-кобура и дымил черным вонючим дымом резиновый коврик.

   - А теперь, пока не стемнело, надо смотаться в ближайшую деревню! Если мне не изменяет память и не врет этот китайский навигатор, до нее километров семь? – Артемич взял лопату и аккуратно упаковал в оставшийся полиэтиленовый пакет.
 
   - А в деревню, на какой случай? – Антон Степанович недоуменно уставился на друга.

   - Списываю твое недопонимание на контузию! Минут через тридцать поймешь! – Артемич посмотрел на друга, стараясь понять, обиделся тот или нет.

   - И вообще, Антон! Тебя должно сейчас больше заботить то, что кто-то возвращался к твоей утопленной машине, чтобы удостоверится, что вы мертвы! Вас должны были зарыть в лесу, как и этого скрюченного верзилу! И я, сильно сомневаюсь, что это были те две отморозков. Кто-то сильно не хочет, чтобы полиция начала раскручивать это «убойное дело». Но и оставлять вас в живых, поверь моему чутью старого диверсанта, у них нет никакого резона!

   - Хозяйка! Петушка или курочку не продадите? Компания у нас большая на озере. Боимся, закуски не хватит! – Артемич моментально нашел общий язык с престарелой женщиной и ее мужем, чинившим улик во дворе, и даже расколол штук пять поленьев, пока они ловили большим сачком двух петушков-подростков.

  - Держи! Это будет наш ужин! – сунул Павел опешившему  Антону в руки двух связанных за лапы петухов. Тот решил до поры до времени ни о чем не спрашивать друга, боясь вызвать сарказм.

   Не доехав до кострища на берегу озера метров тридцать, Артемич остановил машину и, вытащив из багажника двадцатилитровую канистру, принялся поливать траву. Над поляной разнесся запах бензина.

   - Антон, подсвечивай фонарем, где еще кровь на траве осталась? А теперь отбегай! – Артемич вернул канистру в машину, зажег полный коробок спичек и швырнул на политую бензином траву. Раздался хлопок! Пары бензина воспламенились в воздухе, но уже секунд через пять, горела только трава.
 
   - Вот и славненько! Теперь можно и в костер дровишек подбросить, что бы золы и углей было побольше! Дичь будем готовить, как с делами управимся! Но вначале надо умертвить этих несчастных птичек. Ты подержишь их за лапы и крылья? – Павел расстелил несколько газет на выгоревшую траву и достал охотничий нож. Только сейчас до Антона дошло, что Павел хочет забрызгать кровью, как можно большую площадь и оставить следы перьев и всего того, что остается после разделки и ощипывания птицы.

   - А еще понадобится горячая вода! Петушков замочить в воде надо перед ощипыванием, -  Артемич взял из рук Антона обезглавленных, но еще трепыхающихся петушков и пошел по кругу полянки, стараясь, как можно больше окропить выгоревшую траву.

   - Газеты не сжигай! Пусть так и лежат - окровавленные! Перьев добавим, свернем и оставим дожидаться дождичка и твоего следователя! – Артемич зачерпнул воды в подкопченное ведро из озера и поставил его на край костра.

   - Слушай, Павел? Где вас таким премудростям учат? Ладно, выживать! А вот следы заметать ты, где научился?

   - Ты что-нибудь слышал про бухту Халулай, что на Русском острове, под Владивостоком?

   - Нет, а что? – Антон Степанович с интересом посмотрел на друга.

   - В далеком 1981 году я проходил
там службу и обучение в спецшколе по дисциплине – ведение войсковой разведки! Проще говоря, мы обучались высаживаться с моря на занятый противником берег  и действовать на берегу, как обычные сухопутные разведчики – диверсанты! В то время школой командовал капитан 1 ранга Яковлев Юрий Михайлович! Ох, и погонял он нас! Сказать, что с нас десять потов  сходило ежедневно, ничего не сказать!

   - Ты никогда об этом не рассказывал! Приятно осознавать, что мой друг, не просто начальник штаба бригады, а еще и  диверсант! – без доли иронии  произнес Антон Степанович.

   - Вода в ведре, почти горячая! Ты когда-нибудь ощипывал кур? – Артемич посмотрел на растерянного друга.

   - Все понятно! Смотри и делай, как я! – он окунул обоих петушков в парящую воду.

   Минут через десять, Артемич, уже разделывал «дичь».

   - Жаль не взял большую сковороду! Шикарные бы цыплята - табака получились? Но и на решетке будут не хуже! – приговаривал Артемич, обильно посыпая тушки петушков приправой  и, поглядывая на солнце, заходящее в свинцовую тучу на горизонте.
   
   - Пора облачаться? Темнеет! – Антону Степановичу не терпелось нырнуть к своей машине.

   - Ты, что думаешь, что кто-то вынул труп из твоей машины и вместо него подсунул другой? И не надейся! Но посмотреть на нее надо! Давай выждем еще полчаса! Вдруг на ночную рыбалку, кого принесет?
 
  - Это, вряд ли!  Смотри! Ни одной звезды на небе! Вот, вот дождь начнется!

   - Уговорил! Я ныряю, а ты будешь держать страховочный конец! – Артемич, засеменил к машине и через пять минут вернулся в плавках и в футболке с аквалангом на плечах и мотком веревки в палец толщиной!

   -  Павел? Мы так не договаривались! Я хочу пойти с тобой! Ты не обязан рисковать в одиночку! – Антон начинал психовать.

   - Отставить истерику! Я в этом деле профессионал! А ты уже нервы распустил после тяжелейшего сотрясения мозга! Поверь мне и не обижайся! Под воду тебе нельзя еще! Будешь держать конец. Три раза дерну, начинай медленно выбирать! Значит, я нашел что то и привязал к кончику. Не удивляйся? Кончиками на флоте зовут любую веревку.

   - А, если, что с тобой случится? Я, ведь себе никогда не прощу!
 
   - В этом случае, я буду дергать веревку много раз! Вот, тогда и тащи, что есть мочи! – Артемич застегнул на поясе ремень со свинцовыми грузами, привязал один конец веревки к нему, подхватил фонарь и начал быстро входить в воду. По пояс в воде он на минуту остановился, плюнул на стекло маски, растер его  пальцем, надел маску на лицо и исчез под водой. Светлое пятно фонаря стало тускнеть, а кончик скользить в ладонях Антона Степановича.

   Не прошло и десяти минут, как кончик ослаб и на поверхности, метрах в двадцати от берега показалась голова Артемича. Веревка в руках Павла Степановича интенсивно затряслась, требуя, чтобы он тащил ее изо всех сил.

   - Давно меня, так никто не буксировал! А вода на дне прохладная! – Артемич, тяжело дыша, вышел на берег, снял акваланг и пояс и подошел к костру.

   - Ну, что там? – не терпелось задать вопрос Антону, но он сдержался, подхватил баллон акваланга и пояс и не спеша понес в машину.

   - Все нормально, если не считать, что по ступицу в иле стоит. Никого лишнего в машине нет, стекло никто не вставил! – сострил Артемич, выжимая мокрую футболку. Начинал накрапывать дождь.

   - Паша? У меня и в самом деле голова не очень соображает после сотрясения, но я думаю, что твоих петухов лучше пожарить у меня дома, а сейчас залить костер, собрать как можно больше углей из кострища и отвезти их на то захоронение. А здесь оставить твои вещь доки в виде голов, требухи и перьев.

   - Ставлю «зачет» по тактике заметания следов! Заливай костер, а я пока переоденусь!

   Не прошло и десяти минут, как костер был залит, два больших ведра наполнены еще теплыми золой и погасшими головешками, лопаты тщательно отмыты от грунта и упакованы в свежие полиэтиленовые пакеты.

   Высыпав по дороге угли на, еще дымящееся кострище на месте захоронения, друзья еле успели заскочить в машину, как молния, а следом и гром выбили из неба, такой дождь, что щетки дворников еле успевали очищать лобовое стекло.

   - Это хорошо! Это к удаче! Все лишние следы смоет! – Артемич с усердием крутил баранку, стараясь не завязнуть в колее на моментально раскисшей лесной дороге, направляясь к выезду на трассу Владивосток – Хабаровск.

   - Не дает мне покоя эта суета с перезахоронением! Просто так, на такую глубину, а там метров двенадцать-тринадцать, на задержке дыхания, простой смертный не нырнет. Стало быть, использовали снаряжение! И коврик твой и приклад-кобуру прибрать не забыли. Значит, работали не в спешке. Это о чем говорит? – толи Антона, толи себя, не отрывая взгляда от дороги, спросил Артемич.

   - Это говорит о том, что кто это делал, были прекрасно осведомлены, где мы и в каком состоянии пребываем! Они знали, что я ни словом не обмолвился дознавателю о трупе в багажнике. Они думают, что я ничего не видел и не слышал. А стало быть, я не представляю для них никакой опасности. Другое дело – Маргарита! Перед тем, как мне выйти из палатки, она с ужасом прошептала, что бы я был осторожен, что они очень опасны! Значит, она встречалась с ними раньше и испытывала от этого животный ужас! – медленно, чуть ли не по слогам выдвинул свою теорию Антон Степанович и интенсивно растер бритую голову. Тупая боль медленно подкрадывалась от затылка к вискам. Он чувствовал, что память упускает один очень важный момент.

   - Вспомнил! Перед тем, съехать к озеру, мы останавливались у придорожной кафешки перекусить. И там Маргарите сделалось дурно. Ее, словно подменили. Она вся тряслась от страха! Когда мы выходили из кафе, на улице стоял  огромный, черный Hammer с необычными номерами три шестерки. И там, на озере, я разговор слышал, что Hammer надо утопить, но в другом озере!

   - Машина, достаточно редкая! Да, еще номера сатанинские! Найти хозяина через ГИБДД будет не сложно! Это я беру на себя! Меня беспокоит Маргарита! Наверняка они подобрались к ней достаточно близко! И то, что она в беспамятстве, их вполне устраивает! Но, как только она все вспомнит и сможет говорить, они пойдут на все! Какую такую тайну она знает про этого ублюдка, что его покровители разыграли такую операцию по извлечению трупа с приличной глубины? Как ты говоришь, его зовут? – Артемич рассуждал, словно сам с собой, и от этих рассуждений, многое Антону становилось ясно.

   - Вадим его зовут! Во всяком случае, подельники, его так называли! И еще Коляна ему пеняли, мол, из-за него на зоне сгинул, – превозмогая боль в голове, вспомнил Антон.

   - Для начала, надо устроить своего человека в этот диспансер, куда Маргариту перевели. Пусть будет под надзором! Думаю, что я смогу найти одного достойного сержанта на должность санитара с постоянным проживанием в этом заведении! – оба друга ввалились в квартиру Антона далеко за полночь. Минут через сорок на кухонном столе стояла бутылка коньяку, и разносился пряный аромат, исходивший от зажаренных под гнетом петушков.

Заброшенная деревня в пригороде Теплоозерска.
Наши дни.

   - Куда подевали рабочих на время моего посещения? – холеный человек, выше среднего роста, в наброшенном поверх плеч, легком, цвета кофе с молоком драповом пальто, внимательно посмотрел на бригадира строителей в заляпанной раствором робе. Его, когда то волнистые, а сейчас седоватые длинные волосы были аккуратно забраны на затылке в хвостик, что не скрывало приличных размеров лысину на макушке.

   - Как было велено! Сидят в бытовке с закрытыми ставнями! Осень на носу, все чаще намекают, что пора бы расчет за прошлые два месяца получить. И, как закончат бетонировать перекрытие, планируют сразу в свой Узбекистан уехать! – бригадир легко отодвинул книжный шкаф, стоявший у  стены, за которым открылась металлическая потайная дверь, и первый спустился по бетонной лестнице в просторный бункер. К центральной просторной комнате примыкали по две небольшие комнаты, частично облицованные светлым кафелем.

    Человек в пальто, брезгливо скривил тонкие губы с седой щеточкой холенных усов. – В Узбекистан, говоришь, собираются? А кто чистовую облицовку комнат делать будет? На! Выдай  им зарплату за месяц и предупреди, что пока все не закончат, расчет, телефоны и паспорта свои не получат, месяц вам еще даю! – «холенный»  сделал знак рукой в тонкой перчатке того же цвета, что и пальто одному из двух телохранителей. И тот час пухлый пакет перекочевал из его кармана в руку озадаченного бригадира.

   - С сегодняшнего дня с вами постоянно будет находиться  мой представитель. Найдете место, где ему келью обустроить в этом доме? Кстати вы не показали мне аварийный выход из бункера? Надеюсь, он готов?

   - Как вы и пожелали, Артур Давидович! Запасной выход готов! Пришлось повозиться, траншею для него рыли открытым способом, с помощью экскаватора, что бы сократить время. Иначе не успели бы до холодов. Сто двадцать метров все же, - бригадир, единственный  русский в бригаде строителей из семи человек виновато потупил взор.

   - Как открытым способом? На виду у всех? – глаза Артура Давидовича высекли искры.

   - Так, ведь нет никого на десять верст вокруг! Все семь гектаров бывшей деревни, вам принадлежат. Все деревянные дома жители соседней деревни давным-давно, на дрова разобрали и вывезли. Это единственное здание поселковой больнички из сибирской лиственницы чудом сохранилось только потому, что бревна тяжелее и крепче металла. Себе дороже на дрова пилить! Пил не напасешься! – бригадир постарался увести опасный разговор в сторону. Он, уже давно пожалел, что подрядился на эту работу, но природная хохлятская  жадность на деньги бывшего переселенца из Украины, не позволяла бросить все и уехать в свой поселок за сто восемьдесят километров отсюда.

   - Ты мне зубы не заговаривай! Откуда экскаватор  взялся? Значит, теперь и экскаваторщик будет в курсе?

   - Нанял я, случайно проезжавший в соседний поселок «Беларусь». Сказал, что дренаж делаем! Зато в полный рост забетонировали и время сэкономили! Сверху все распланировали и, даже елочек и сосенок посадили. Тоннель, как видите, выходит в колодец из трех полутораметровых колец. Наверх ведет скоб трап! Крышка люка открывается, только вниз, так, что посторонний проникнуть не сможет. Освещение зажигается автоматически по мере продвижения! – бригадир изо всех сил старался реабилитироваться перед заказчиком за свой промах.

   - Холодно тут! Возвращаемся! – «холенный» в накинутом на плечи пальто из-под которого виднелся дорогой темно-синий пиджак в тонкую полоску, белая шелковая сорочка, и замысловатый узел дорогущего галстука, резко развернулся и, слегка сутулясь, поспешил вслед за телохранителями, сперва в большую комнату без отделки, а затем по лестнице наверх, в с виду ничем не примечательную избу.
 
   - Приведите сюда  этого Свиногу - отдал он распоряжение одному из телохранителей, даже не удосужившись назвать его по имени.

   - Так, вот! Учитывая ваши прошлые заслуги и необходимость для вашей же безопасности, пожить какое-то время на природе, вы остаетесь на этом объекте, - вполголоса, но не терпящим возражения тоном произнес Артур Давидович.
 
   - Оставьте нас одних и проследите, чтобы этот хохол не подслушивал нас и до поры не выпустил рабочих из бытовки! – он сделал паузу, дожидаясь, пока телохранители не выйдут во двор, где уже были завезены и складированы бетонные секции для капитального забора, куча пескогравия и штабель мешков с цементом.

   - Оружие вам вернут перед нашим отъездом! Мои люди, как могли, спилили номера на этом пистолете! Там достаточно патронов, чтобы удержать в повиновении всю эту братию, но понапрасну им не светитесь! Ваша задача на первое время не допустить, чтобы никто из строителей самовольно не покинул объект! Вот вам – телефон! В нем забит только один номер для связи с моим человеком! Все вопросы, только по этому телефону! Ваш телефон, пока побудет у меня! – Артур Давидович протянул руку, и тот, которого «холенный» называл Свинога, беспрекословно полез в карман и передал ему свой сотовый. Лицо его выражало недовольство и растерянность.

   - А, как же те - двое? А Борис? – попытался  вставить слово Свинога.

   - Забудьте о них! Это, уже не ваша забота! Борис полетит со мной в Москву на стажировку! Следите за строителями! Запоминайте, кто из них курит, как здоровье каждого, в том числе и бригадира? Продукты вам будут привозить по вашей заявке на этот телефон, а сейчас заберите из машины ваши спальные принадлежности! Бригадир покажет, где вам обустроиться! Мне пора ехать, самолет на Москву через три часа! – не терпящим возражения тоном сказал Артур Давидович и быстрым шагом направился к одному из двух черных Лэнд Круизеров.

   - Черт! Черт! Черт! – Свинога дал волю своим чувствам и с силой пнул ногою штабель мешков с цементом, пробив дыру в одном из них и отбив большой палец ноги, как только «Крузаки» скрылись из виду.

   - Чего психуешь? Заноси свои пожитки и матрац в мою бытовку! Или к узбекам пойдешь? – обратился к нему бригадир и тут же осекся, наткнувшись на звериный, беспощадный взгляд.


Хабаровск.
Квартира Антона Степановича.

   - Говорил мне доктор, чтобы пару месяцев в рот не брал спиртного после такого сотрясения! – Антон Степанович с мучительным выражением лица зашел на кухню, где, во всю, колдовал над кухонной плитой Артемич. Яркое солнце играло на стеклах и заливало всю кухню светом. Лужи на асфальте двора начинали парить и интенсивно высыхать.
   - Первое дело при головной боли, это выбить клин клином! – Артемич наполнил рюмку коньяком и подал другу.
   - Смерти моей хочешь? У меня встреча сегодня с дознавателем и поездка на озеро! Машину, если достанут, надо в ремонт определить! Я, лучше аспирином попробую боль снять! – Антон Степанович кинул таблетку шипучего аспирина в стакан с водой.
   - Как знаешь! - Артемич одним глотком выпил налитую рюмку и стал раскладывать по тарелкам поджаренную с помидорами яичницу.
   - Постарайся узнать, в какую клинику определили Маргариту, и перезвони мне! Встретимся вечером у тебя! – Артемич быстро сбежал с третьего этажа и сел в свой, видавший лучшие времена «УАЗик», дочиста отмытый ливнем.

   -   Извините! Не подскажите, как найти 13 дом по улице Постышева? – обратился к девушке, вышедшей за ним из автобуса молодой, спортивного вида парень.
   - Психушка, что ли? – девушка смерила насмешливым взглядом парня, но не найдя в нем ничего подозрительного произнесла: - Пойдемте, покажу! Я тоже туда направляюсь!
   - Вот, спасибо! А, то я город совсем не знаю! Кстати, меня зовут Руслан! – парень непринужденно улыбнулся.
    - Надо же? А меня Людмила зовут! Я живу тут недалеко! Вот и попросили меня, после ночного дежурства кое-какие вещи нашей бывшей пациентке передать. Не в себе она была, когда сюда переводили! Вещи свои, в тумбочке и забыла!
   - Так, вы врач? – искренне восхитился ее попутчик.
   - Врач – это громко сказано! Медсестрой работаю в Краевой больнице!
   - Надо же, какое совпадение? А я иду на работу в диспансер устраиваться санитаром после армии! Весной планирую в медицинский институт поступать! – Руслан укоротил шаг, видя, что девушка не поспевает за ним.
   - Точно – совпадение! И мне Сергей Митрофанович постоянно талдычит, чтобы поступала в медицинский институт, пока мозги молодые и детей не нарожала! Это хирург наш! – упредила она вопрос молодого человека.
   - У вас, и в самом деле пальцы красивые и длинные! С вас выйдет прекрасный хирург! – не сдержался от комплимента Руслан, чем вызвал румянец смущения на щеках девушки.
   - Неужели она замужем? Иначе, зачем бы Сергею Митрофановичу намекать ей о детях? Может, он и есть ее муж? – лицо молодого человека потускнело.
   - Что вы? Сергею Митрофановичу под семьдесят! Но он очень хороший хирург! – словно прочитав мысли своего попутчика, успокоила она его, отметив про себя незримую ниточку, протянувшуюся между ними.
   - Кабинет главврача направо по коридору! А вам девушка, я сейчас сестру-хозяйку вызову! Ей и передадите вещи! В отделение посторонним вход запрещен! – сердитый с виду санитар преклонного возраста, важно поднял телефон в своей будочке за стеклом. Автоматически открывающийся замок на решетчатой двери щелкнул, приглашая Руслана пройти  внутрь.
   - Ну, тогда, до свидания! – Людмила протянула ему руку.
   - Постойте! А как же? – смущенно залепетал молодой человек, забыв все слова необходимые, чтобы попросить у понравившейся девушки, номер телефона.
   - Дайте вашу ладонь! – пришла ему на помощь, вспыхнув очередным румянцем девушка. Она быстро достала из своей сумочки ручку, и не глядя на Руслана,  написала на ладони номер своего мобильного телефона.
- Товарищ полковник! Докладываю! В диспансер устроился! Главврач, в виде исключения, разрешил обустроить мне одну бывшую одноместную палату для круглосуточного пребывания, при условии, что все ночные дежурства, выпадающие на выходные дни, будут мои! – вполголоса доложил Руслан Артемичу, запершись в своей коморке с облезлыми стенами и неистребимым больничным запахом.
   - Подопечную нашу, уже видел? В каком она состоянии?
   - Целыми днями в окно смотрит и молчит! Да, еще! В смену, когда дежурит единственный врач мужчина, кто- то обязательно звонит ему на его мобильный а, тот запирается в ординаторской. Не исключаю, что справляются о нашей подопечной? Но точно сказать не могу. Здесь не принято санитарам заходить к дежурному врачу. В случае необходимости дежурного врача вызывают звонком.
   - Какое состояние замков в палатах и запоров между этажами? Сигнализация есть? – Артемич, сидя в кресле с телефоном в руке напротив Антона, пытался представить себе убранство психоневрологического диспансера.
   - Я снял слепки, уже со всех ключей! Послезавтра у меня законный выходной! Постараюсь передать слепки вам, Павел Артемич! Сигнализация только на окнах!
   - Молодец! Руслан! Благодарю за службу! Отбой! – Артемич выключил мобильник и посмотрел на ожидающего новостей Антона.
   - Как она? – оживился Антон Степанович.
   - Не хуже, и не лучше! Но Руслан говорит, что ей постоянно интересуются! И вот, что! Снимай питание со своего телефона, я временно помещу его в специальное хранилище. А эти возьми для связи со мной и с сыном! – Артемич достал из своего видавшего виды дипломата, два простеньких мобильника.
   - Ты машину в ремонт определил? Значит, тебя ничего в городе не держит? Мои ребята засекли постоянный хвост за тобой! Работают профессионально! Пора преподнести этим профи сюрприз! Пусть посуетятся! Звони сыну, пусть приедет! Надо его проинструктировать и телефон отдать!  А сам собери свою сумку со сменкой. И не забудь костюм и резиновые сапоги для походов на природу!  Придется пожить в сельской местности, пока мы с Русланом Маргариту не вытащим!  А сейчас слушай меня внимательно! – Артемич принялся рисовать схему на бумаге и инструктировать друга. Из дипломата появился темноволосый парик, роговые очки с простыми стеклами и нечто напоминающее зубной протез на верхнюю челюсть.
   - Тебе все понятно? Давай повтори весь алгоритм действий? – Лицо Артемича было непроницаемо и серьезно.
   - Что за шпионские игры? Неужели нельзя обойтись без всего этого? - было возмутился Антон Степанович, но наткнувшись на серьезный взгляд друга,  махнул рукой, выражая крайнюю степень досады.
   - Отец! В какую историю ты влип? И почему ты должен ехать в Красноярск? Это как то связано с нападением на тебя на озере? – сын Антона Степановича – Алексей ловко объезжал свежие лужи на дороге, стараясь не забрызгать пешеходов.
   - Леша! Я сам многое не понимаю, но полностью доверяю Павлу. Всем, кто будет меня спрашивать, говори, что уехал погостить к сослуживцу в Красноярск. Новый телефон для связи со мной нигде без присмотра не оставляй! А сейчас высади меня, прямо на привокзальной площади! Провожать до вагона не надо, - Антон Степанович потрепал сына по плечу и, взяв с сиденья походную сумку с вещами, быстрым шагом направился в сторону перронов.
   - Проходите, пожалуйста! Тринадцатое место – это пятое купе! Нижняя полка! – приветливая проводница в сером пиджаке и в излишне обтягивающей красивые бедра юбке улыбнулась Антону Степановичу.
   - Ей бы по подиуму ходить! Впрочем, время несколько упущено! – отметил он про себя красоту сорокалетней женщины и зашагал по коридору вагона, высматривая пятое купе. Он даже не заметил, как заметались по перрону два спортивного вида молодых человека в джинсах и светлых сорочках на выпуск, чем нарушил инструктаж Артемича, постараться обнаружить слежку, еще до посадки в поезд. Мысли Антона, несмотря на увещевания Архандра, были рядом с Маргаритой.
   - Ваши билеты, молодые люди? – встала у них на пути проводница. Приветливая улыбка сошла с ее лица.
  - Да, нам только пару остановок проехать! Мы заплатим, не успели билеты купить!
   - Так, в чем же дело? Отправление, только через тринадцать минут, еще успеете, если поторопитесь! – ловким движением проводница поправила локон, выбившийся из-под фирменной пилотки, и одарила парней сногсшибательной улыбкой.
   - Ну, ты и … - злобно прошипел один из них, но завидев идущих вдоль состава в их сторону
железнодорожника и милиционера, не закончил фразу, сорвался с места и побежал в сторону вокзала. – Стой здесь! – крикнул он своему напарнику, попытавшемуся последовать за ним.
   - Поезд отправляется через пять минут! Провожающим, просьба покинуть вагон! – раздалось объявление по внутренней связи поезда.
   - Вы же сказали, что еще тринадцать минут до отправления? – на лице парня читалась растерянность.
   - Так, время быстро летит, мил человек! – проводница, слегка подобрав повыше юбку, ловко поднялась на верхнюю ступеньку тамбура вагона. Раздался гудок электровоза, предупреждавший о скором начале движения. Проводница, уже собралась поднять ступеньки, как на перроне показался бегущий парень с двумя билетами в руках.
   - Десятый, десятый вагон где? Задыхаясь, крикнул он, обращаясь, толи к своему дружку, толи к проводнице.
   - В хвост вагона бегите! Через два вагона! – подсказал им, поравнявшийся с вагоном милиционер.
   - Шустро бегают! Да, Наталья Борисовна? – с серьезным видом сказал, поднявшийся в тамбур мужчина средних лет с, прикрепленной под нагрудным карманом фирменного пиджака, табличкой с надписью «начальник поезда».
   - Это точно, Алексей Николаевич! Шустро! Тренированные! – Лицо Натальи Борисовны стало серьезным. Поезд лязгнул сцепками вагонов и стал плавно набирать ход. Женщина отточенными движениями закрыла дверь вагона.
   - В Теплоозерске будем к семи вечера! Кто с ним еще в купе едет? – Алексей Николаевич ласково посмотрел на жену.
   - Супружеская пара и ребенок лет тринадцати! Тебе Юрка не звонил? Переживаю я за него! Как он добрался до училища? – перевела Наташа разговор на другую тему.
   - Звонил с полчаса назад! Прибыл и уже заселился в роту! Просил тебе передать, чтобы не волновалась!
   - Легко сказать, чтобы не волновалась? В девятнадцать лет самостоятельно путешествует через всю страну!
   -  Он сам себе судьбу выбрал! Вспомни нас в его возрасте? Если бы не мое ранение, разве сейчас на поезде мотались бы? – в глазах мужчины затаилась грусть.
   - Ладно, пройду по составу! Надо же, хоть взглянуть на него? – Алексей Николаевич, едва заметно прихрамывая, стал обходить вагон с еще открытыми дверями купе.
  - Здравствуйте! Приятного путешествия! Кто пожелает ужинать в вагоне-ресторане, четвертый вагон в хвост состава! Милости просим! – выговорил он дежурную фразу, заглядывая в пятое купе.
   - Спасибо за приглашение! А когда будем проезжать Теплое озеро? – спросил мужчина с бритой головой и седой щетиной.
   - По расписанию, должны в восемнадцать сорок пять прибыть! – ответил Алексей Николаевич, прикидывая телосложение Антона Степановича. – Пиджак, пожалуй, великоват будет, и бритая голова видна за версту! – с неудовольствием подумал он.
   Пройдя в самый хвост состава и, возвращаясь обратно, он с удовлетворением отметил, что двое в джинсах и светлых рубашках на выпуск, расположились в тамбурах шестого и восьмого вагонов. Опытный глаз Алексея Николаевича отметил некоторое утолщение талии, у обоих парней.
   - Вооружены пистолетами и ведут себя настороженно, особенно тот, что помладше! – В голове Алексея Николаевича, майора в отставке и бывшего командира батальона морской пехоты, начался складываться план действия.
   - Слышишь, Наташа! Так, он бритый наголо! Мне, что тоже наголо побриться? – прошептал Алексей Николаевич, проскользнув к жене в служебное купе.
   - Артемич говорил, что снабдит его темным париком.  Было бы проще переодеть его в твою запасную униформу железнодорожника, голову прикрыть париком и фуражкой, а я постараюсь отвлечь этих двоих ребят перед «Теплым озером» - Наташа выдвинула свой вариант побега Антона Степановича на станции Теплоозерска.
   - Это идея! Но отвлекать двоих вооруженных отморозков, я тебе не позволю! Они вооружены и расположились в тамбуре шестого и восьмого вагонов! Проще сообщить дежурному по вокзалу «Лондоко - завод», пусть пришлет наряд для проверки документов этих двоих!  У тебя в вагоне сходящие на «Теплом озере» есть?
   - Зачем тебе?
   - Вещи его вынести и отдать дежурному по вокзалу, если не удастся избавиться от этих двоих! Не тащить же ему сумку самому в форме железнодорожника?
   - Нет у меня - сходящих! Все дальнего следования! У Любани из десятого спроси? В плацкартном должны быть! Ты сиди у меня, а я пошла чай разнесу и шепну нашему подопечному, чтобы заглянул в мое купе. Ты все с ним и обговоришь! – Наташа закрыла за собой дверь и начала готовить чай.
   Переговорив, проинструктировав и примерив на Антона Степановича парик и форму железно- дорожника, Алексей Николаевич остался доволен и поспешил в свое купе, где была предусмотрена связь с ближайшими станциями.
   - Артемич! Фокус не удался! Хотел с помощью полиции высадить этих двоих на станции «Лондоко-завод.» У обоих с собой пистолеты были, так они  такие корочки в красном переплете показали, что менты им, еще и честь отдали. Что делать будем? Разреши, я на этом перегоне, до «Теплого озера» устрою им сонный час? Конечно! Постараюсь не переборщить и самому не засветиться! – Алексей Николаевич выключил мобильный телефон и стал переодеваться в цивильное. Накладные усы и бородка появились в последнюю очередь. Он с довольным видом посмотрел на себя в зеркало и незаметно покинул свое купе в головном вагоне.
     В тамбуре шестого вагона, кроме парня в светлой рубашке, стоял и курил еще один любитель подымить.
   - Начну с восьмого! – подумал про себя Алексей Николаевич и двинулся дальше через седьмой купейный вагон. По пути разминувшись с Наташей, не узнавшей его и поборов искушение ущипнуть жену за бочок, он быстрым шагом прошел в тамбур восьмого вагона. Там в одиночестве скучал, поглядывая в свой мобильный телефон, второй парень в белой рубашке.
  - Извините товарищ, огоньку не найдется? – хрипловатым голосом попросил Алексей Николаевич и, достав  беломорину приблизился вплотную к парню.
   - Не курю и вам не советую! – успел грубо ответить тот, и в ту же секунду получил в лицо струю моментально действующего снотворного газа.
   Алексей Николаевич, на всякий случай закрыл своим ключом двери в обе стороны от тамбура и, прикрыв нос и рот носовым платком, одной рукой обшарил карманы и пояс, потерявшего сознание парня. Удостоверение и «Макарыч» перекочевали в карманы отставного разведчика.
   - Ого! ГБэшные ксивы не поленились изготовить? Он с первого взгляда определил, что удостоверение липовое. Оттащив и прислонив к стенке тамбура, осевшего на пол «лже гэбэшника» Алексей Николаевич выпотрошил его «гаманок», достал из своего заднего кармана плоскую бутылку с поддельным коньяком, вылил половину содержимого тому грудь и подбородок и, вытерев своим носовым платком отпечатки  пальцев с бутылки, вложил ее в руку «пьяницы».
   - Пожалуй, что сразу двое пьяных в разных тамбурах, будет выглядеть подозрительно! – в голове разведчика моментально созрел новый план. Он посмотрел на часы, До прибытия на станцию «Теплое озеро» оставалось четырнадцать минут.
   - Посмотрев через стекла тамбура в обе стороны, Алексей Николаевич открыл двери и, не оглядываясь, пошел по направлению к первому вагону.
    Миновав тамбур шестого вагона, он краем глаза отметил, как из последних сил сдерживается второй «лже гэбэшник», чтобы не послать матом любителя покурить, донимающего его душевными разговорами об урожае и запчастях для комбайна.
   Быстро переодевшись в униформу начальника поезда, Алексей Николаевич попытался набрать Наташу на сотовом телефоне, но связи еще не было.
   - Придется самому! До «Теплого озера» еще восемь минут! – он быстро зашагал в сторону седьмого вагона.
   - Наташа! Быстро проводи нашего клиента в свое купе, и потом сообщи этому в белой рубашке, что топчется в тамбуре шестого вагона, что его товарищ напился и валяется в тамбуре восьмого вагона! Пусть посуетится! Не до наблюдения ему будет! А ты успеешь вернуться к моменту остановки поезда!  Я Антона выпущу через пятый вагон! – Алексей говорил тихо, но властно, и уже через минуту Антон Степанович переодевался в видавшую виды форму железнодорожника и, напяливал на себя парик, очки и фуражку.
   Они слышали, как пронесся по коридору, более возрастной, напарник «пьяницы», и в тот же момент поезд стал плавно притормаживать.
   - Станция «Теплое озеро»! Стоянка пять минут! – раздался звонкий голос Наташи, спешащей по коридору на открытие дверей седьмого вагона.
   -  Теперь, следуй за мной! Веди себя естественно и не урони эти идиотские очки! Я их помню еще лейтенантом! -  с усмешкой сказал Алексей Николаевич и повел за собой вновь испеченного железнодорожника. Радостный Архандр, расправив крылья и размахивая своим мечом, грозил нахохлившемуся демону. Он радовался не столько из-за удачного побега, сколько из-за предчувствия скорой встречи с Амизи.
   Дождавшись, когда поезд скроется из виду и, забрав сумку со своими вещами, Антон Степанович двинулся по тропинке, нарисованной на плане Артемичем и через некоторое время вышел на проселочную дорогу, где одиноко стояла видавшая виды «Нива». Шофер –  парень лет двадцати пяти, откинув сиденье, дремал под радио, хрипевшее неразборчивую мелодию.
   - До заимки не подбросите? – Антон не сразу вспомнил контрольную фразу.
   - Подброшу, если оплатите пробег в оба конца! – парень оживился и запустил мотор.
   - Далеко нам ехать? – Антон снял надоевший парик и очки.
   - За час, думаю, доберемся! Дед вам баньку грозился к нашему приезду истопить! Как там Павел Артемич поживает? – неожиданно спросил парень.
   - В отпуск приехал из Владивостока в Хабаровск. Обещал к нам присоединиться, как  в городе проблемы порешает, - Павел не знал, как вести себя с незнакомцем и насколько ему можно доверять, несмотря на то, что парень, судя по всему, отлично знал Артемича.
   Минут через сорок, когда вечерние сумерки накрыли, еще не совсем просохшую проселочную дорогу, справа, метрах в трехстах, за заросшим травами и полынью полем, в свете ярких ламп показалась не прекращающаяся, даже в сумерках стройка. Подъемный кран держал на весу массивную секцию бетонного забора, а вокруг суетились несколько рабочих, что-то крича крановщику. Стройка задним двором примыкала к темнеющему, густому лесу.
   - Хороший забор для коровника кто-то строит? Зажиточно у вас фермеры живут? – спросил парня Антон Степанович, кивая головой в сторону стройки.
   - Что вы? Какие фермеры? Это городские дальневосточные гектары осваивают на месте вымершего поселка! У нас в деревне говорят, что бункер от войны прятаться, какой-то начальник задумал построить!
    - У каждого, свои в голове тараканы! Нам далеко еще? – Антон Степанович потерял интерес к стройке.
   - Километров семь еще! Кстати, меня зовут Кирилл! Я демобилизовался полгода назад! Служил под началом Артемича! Лето решил у деда погостить, да помочь ему в хозяйстве! – чувствуя настороженность попутчика, разоткровенничался парень.
    Архандр, сидя на правом плече Антона, впился долгим подозрительным  взглядом в удаляющуюся стройку.

ХАБАРОВСК
  - Артемич! У нас небольшой переполох! Наша подопечная пришла в себя! Все спрашивает, жив ли Антон? – в голосе Руслана чувствовалась тревога.
   - Договаривай! Слышу, что недоговариваешь? – Артемич выключил телевизор и подошел к окну.
   - Вколол ей что-то наш подозрительный доктор и поместил в изолятор! Потом вышел во двор и с кем то долго разговаривал по мобильному. Вернулся бледный весь! Боюсь я за нее! Если эти мерзавцы, что задумали, то осуществлять будут сегодня ночью!
   - Ты прав! Медлить нельзя! Приступаем сегодня вечером! Буду ждать в своем «УАЗике» возле заднего двора в 21.00. Главное, чтобы была в адекватном состоянии! Если нет, то придется тебе нести ее на своих плечах! – Артемич глубоко задумался.
   - Игорь Михайлович! Разрешите? – Руслан уверенно постучал в дверь ординаторской. За дверями раздались щелчки, открываемого замка. В приоткрытую дверь показалось растерянное лицо дежурного врача.
   - Что случилось? Кому то ужин невкусным показался? – Игорь Михайлович посмотрел в обе стороны коридора.
   - Нет! Все довольны, но пациентка в изоляторе отказывается пищу принимать! Врача требует! – Руслан изобразил на лице растерянность.
   - Хорошо! Подождите здесь! Я подготовлю успокоительный укол, - доктор захлопнул дверь перед самым носом Руслана. Но этой доли секунды хватило ему, чтобы увидеть краешек экрана ноутбука.
   - Да, ты любитель «клубнички» с несовершеннолетними? – с презрением подумал Руслан и отошел к противоположной стене коридора. У него, ужас как чесались руки, схватить этого любителя «клубнички» за шею и приложить его лбом о стену. Он, уже позвонил Людмиле и предупредил ее, что должен покинуть город на несколько дней. Его заранее тяготила вынужденная разлука с девушкой, ставшей за это время, почти родной.
   Однажды, гуляя с Русланом по городу, в один из его редких выходных, девушка рассказала грустную историю своей семьи. Мать развелась с отцом, когда ей не было и десяти лет. А через несколько лет, у нее обнаружилось неизлечимое заболевание, и к семнадцати годам Людмила осталась совсем одна в маленькой квартирке старого фонда, не так давно выделенной производством ее матери. Еще через год, Людмила получила письмо от своего отца. Тот сидел в тюрьме за убийство, но божился, что никого не убивал, а винил во всем какого-то своего давнишнего друга и просил, по возможности, выслать посылку с продуктами. Далее шел длинный список чего и сколько можно выслать в одной посылке. Людмила, как смогла, собрала и выслала посылку по указанному адресу, но через три месяца посылка вернулась, вместе с письмом от начальника колонии, где отбывал наказание ее отец. Тот сообщал, что отец поддался на уговоры матерых уголовников и совершил с ними побег из колонии. Через месяц четверых уголовников поймали, но никто из них не сознался, куда подевался пятый беглец.
   Сердце Людмилы подсказывало ей, что отца нет в живых и она наперекор судьбе, еще усерднее штудировала учебники в медицинском училище, стараясь быть примером для подруг.
   - Прямо, как в сказке Пушкина «Руслан и Людмила» - Руслан мечтательно закрыл глаза, представляя хрупкую фигурку Людмилы и ее большие зеленые глаза.
   - Пойдемте! Подержите ее, чтобы не дергалась, пока укол буду делать! – вывел его из грез Игорь Михайлович, ужом выскользнув из кабинета и закрыв его на ключ.
    Маргарита с ужасом смотрела на приближавшегося доктора со шприцом в руках. Одну такую инъекцию, от которой подкашиваются ноги  и мысли приобретают тягучесть патоки она, уже пережила вчера, и теперь пятилась к окну.
   - Если будете противиться лечению, мне придется дать команду надеть на вас смирительную рубашку! – со злорадством произнес он. Его на секунду отвлек щелчок замка в двери позади себя, но было уже поздно. Левая рука доктора оказалась заломлена до затылка, а правая, с зажатым шприцом, словно тисками стиснута у запястья.
   Маргарита с ужасом наблюдала, как молодой санитар с мужественным лицом скрутил ненавистного ей доктора. Шприц, с ловкостью факира, оказался в руках у санитара, колпачек выдернут зубами, а игла вошла в шею доктору, чуть выше края его накрахмаленной сорочки. Уже через несколько секунд, доктор без халата, с округлившимися от ужаса глазами, и заклеенным пластырем ртом,  был перевернут лицом в подушку, а руки стянуты за спиною прочной пластиковой кабельной стяжкой.
   - Не бойтесь, Маргарита Эдуардовна! Я от Антона Степановича! – обратился он к онемевшей от неожиданности женщине, затягивая кабельную стяжку на ногах психиатра.
   - Надевайте этот халат, нам надо уходить! – Руслан профессиональными движениями обыскал доктора, притихшего от действия препарата. Обнаружив мобильный телефон, он вынул из него батарейку и немного подумав, положил все к себе в карман.
   Заранее смазанные замки открывались бесшумно. Практически все больные сидели у себя по палатам, и только сегодня поступивший мужчина, лет тридцати сидел в общем холле, сосредоточенно разгадывая кроссворд.
   Руслан и  Маргарита, наряженная в медицинский халат и высокий белоснежный колпак, почти миновали одинокого больного, когда он резко подскочил и направил на Маргариту пистолет с глушителем.
   Металлический звук затвора при выстреле, раздался на долю секунды позже толчка Руслана в плечо Маргариты. Не ожидая, такого обращения и не видя человека с пистолетом, она, как подкошенная растянулась на кафельном полу, больно ударившись коленкой.  Рядом с ней, прикрывая ее спиной, лежал, сопровождавший ее санитар. Невесть откуда, взявшееся красное пятно, алой розой расплывалось на его правом плече. Только теперь, она обратила внимание на человека в больничной пижаме, с какой- то иезуитской улыбкой целящегося из пистолета с глушителем, прямо ей в переносицу. Маргарита обреченно закрыла глаза.
    Раздался вскрик. Звук падения на пол чего-то металлического был такой отчетливый, что женщина решилась приоткрыть глаза. Мужчина стоял в трех метрах от растянувшихся на полу Руслана и Маргариты, он  с недоумением смотрел на рукоять метательного ножа, торчавший у него из левой стороны груди. Через секунду, глаза его закатились, и он плашмя рухнул на пол.
   - Скорее! Поднимайтесь! – Руслан попытался помочь Маргарите правой рукой, но невольно вскрикнул. По его рукаву и ладони струйкой сочилась кровь из пробитого пулей плеча.
   - Вы ранены! Кто это был? Зачем он стрелял? – в панике тараторила Маргарита, увлекаемая Русланом по лестнице на первый этаж.
   - Знакомьтесь! Это друг Антона Степановича! – Руслан устало плюхнулся на сидение УАЗика.
   - Артемич! Мне плечо прострелили! Не уберегся! Убийца, уже был в клинике под видом больного! Оперативно работают ребята! – кряхтя от боли, выдавил из себя молодой человек.
   - И профессионально работают! Надо подумать, где же тебя подлатать и схоронить на время? -  Артемичь оглянулся на бледного Руслана.
   - Давайте в хирургию к Людмиле! Она сегодня дежурит с хорошим дядькой! С ее слов, он может держать язык за зубами! – Руслан стал набирать номер телефона Людмилы.
   Сергей Митрофанович внимательно изучил служебное удостоверение Артемича и покачал головой!
   - А если заражение начнется? Ему больничная палата показана, как минимум на неделю! Пуля, хоть и прошла навылет, но разворотила мягких тканей, мама не горюй!
   - Сергей Митрофанович, дорогой! Для него сейчас, в сто раз, опасней у вас в больнице! А уход и антибиотики мы ему обеспечим на высшем уровне. Специально, лучшего нашего хирурга из бригады вызову. Но уговор! Вы нас не видели! А сейчас нам пора! – Артемич сделал таинственное лицо и подмигнул перепуганной Людмиле, смотревшей влюбленными глазами на бледного от потери крови Руслана.
   -   Артемич, вот сотовый этого продажного психиатра! Там наверняка есть телефон, по которому он держал связь с этими бандитами! – Руслан,  поудобнее устроился на заднем сидении «УАЗика». Путь предстоял не близкий, более трехсот километров. Анестезия, сделанная Митрофановичем, успокоила боль и теперь, слабость от потери крови, тянула его в сон. Маргарита устроилась на переднем сидении.
   - В общем, - так, ребятки! Располагайтесь, откидывайте спинки сидений! Вы постарайтесь поспать, а я поеду потихоньку, чтобы не растрясти рану. Не зря эту машину – «козлом» зовут! А с телефоном разберемся позже! Надеюсь, к утру будем на месте! – Артемич плесканул себе из термоса крепкий кофе, в пять глотков опустошил чашку, и осторожно тронулся, объезжая неровности на дороге.
   «УАЗик» успел миновать пригородные посты ГИБДД, когда в городе объявили план перехват. Психбольные обнаружили в коридоре диспансера, убитого ножом пациента и диковинный пистолет с глушителем.
   - Алло! Только без имен! Если ты в бытовке, выйди во двор, чтобы никто тебя не слышал! – голос Артура Давидовича отдавал в трубке железными нотками. Машина из Биробиджана вышла за тобой, еще в полночь. Как приедет, срочно выезжай в Хабаровск! Надзирать за строителями останется один из моих охранников.
   - Артемич! Остановите на минутку! Обезболивающую таблетку выпью и в кусты надо сходить! – Руслан, еле скрывал саднящую боль в плече. Он чувствовал, что повязка пропиталась кровью.
   Артемич, плавно притормозил на проселочной дороге. Слева шли заросли дубняка, справа раскинулось безбрежное поле, засеянное соей. Первые лучи солнца позолотили тучки на востоке. Какая-то певчая птаха, во всю, заливалась, спрятавшись в зарослях сои.
   - Где мы? Далеко еще ехать? – проснулась Маргарита и вышла из машины. – Красота-то, какая? А воздух? Прямо пить его хочется! – обратилась она к Руслану, выходящему из лесочка.
   - У тебя повязка мокрая!
   - Ничего, потерплю до деревни! Артемич! Долго еще?
   - Примерно час пути! – Артемич проводил взглядом, удаляющуюся в лесок Маргариту.
   - Сядь в машину, не светись повязкой! – скомандовал Артемич, завидев несущуюся в клубах пыли, встречную машину.
  - Доброе утро! Помощь не требуется? – Черный «Крузак» остановился напротив «УАЗика». Из окна высунулась голова с мелкими, смазливыми чертами лица. Глаза мужчины непрерывно бегали, осматривая старенький «УАЗик» и, сидящего за рулем Артемича. Руслан благоразумно растянулся на заднем сидении и накрылся курткой с головой.
  - Спасибо за заботу! Все нормально! «До витру» остановку сделал! – махнул приветственно рукою Артемич, и отметил нехороший, обыскивающий взгляд человека  в «Крузаке».
   - Что-то Маргариты долго нет? – Артемич вышел из машины и позвал женщину, когда «Крузак» рванул с места и скрылся в клубах пыли. В ответ он услышал еле различимые всхлипы.
   - Вы где? Что случилось? – старый разведчик, бесшумно ступая с пятки на носок, пошел на всхлипывания. Он нашел Маргариту совсем рядом, за большим дубом. Женщина стояла лицом к дереву с безумными от страха глазами. Слезы потоком лились по ее щекам.
   - Это был он! – только и успела вымолвить она, ноги ее подкосились. Артемич, еле успел подхватить ее на руки и,  понес к машине.
   - Пересаживайся на переднее сидение! – Руслан, забыв о ране, моментально освободил заднее сидение и, не задавая лишних вопросов, стал рыться левой рукой в автомобильной аптечке.
   - Есть! Есть нашатырный спирт! Артемич, вы сами! Мне не с руки! – передал он ему пузырек с нашатырем.
   Голова Маргариты непроизвольно дернулась назад от запаха нашатыря. – Спасибо! Мне, уже лучше, - с лица женщины медленно сходила бледность.
   - Все! Едем! По дороге расскажите, кто такой он?  А лучше по приезду! Антону, надеюсь это можно знать? – в ответ женщина залилась горькими слезами.
   Напряженная тишина повисла в комнате, когда после бани, Антон, Маргарита и Артемич уединились в одной из комнат деревенского дома, принадлежавшего деду Кирилла Семену.
   - Рита! Ты можешь рассказать мне все наедине! Антон не будет возражать! – Артемич посмотрел на насупившегося и кивнувшего головой в знак согласия Антона.
   - Нет! Мне нечего скрывать от Антона, тем боле, что я обязана ему жизнью.
     Маргарита рассказывала свой рассказ тяжело, с длительными остановками. Иногда она замолкала, пытаясь подобрать боле мягкие слова, но не найдя их, она говорила, как есть, всхлипывая и утирая слезы.
    Антон подсел к Маргарите и нежно обнял ее за плечи. 
   - Теперь, многое становится ясным, но откуда он взялся на проселочной дроге, да еще на такой дорогущей машине? – задумчивый взгляд Артемича уперся, в одну ему известную точку на стене избы.
   - Ты, ложись Рита! А мы еще немножко пошепчемся в мужской компании! – Артемич вышел из комнаты, оставив Антона и Маргариту наедине.
   - Чем дальше в лес, тем больше дров, а вернее неизвестных членов этого уравнения! Пожалуй, я завтра с утра вернусь в Хабаровск! Чутье подсказывает мне, что они могут выйти на девушку Руслана! Надо их упредить! А, вы побродите тут с Ритой по лесу! Отдохните от больничной палаты, грибов запасите на зиму! – вполголоса заговорил Артемич, усаживаясь с Антоном на крылечке. Оба мужчины, невольно подняли головы к звездному небу.

ХАБАРОВСК.
Гостиница Ривьера.

    - Доложите, что сделано за последнее время? Как продвигаются дела с чистовой отделкой? – Артур Давидович, одетый в дорогой атласный халат, плеснул себе в хрустальный стакан немного виски. Он не предложил собеседнику сесть и тем боле выпить, давая понять, что он – безраздельный хозяин.
   - Забор установили! Чистовую отделку, надеюсь, закончат в течение недели! Дополнительно, выкосили траву под вертолетную площадку рядом с домом! – Невысокий человек, сглотнул слюну при виде элитного напитка.
   - Это хорошо! Через неделю вернется Борис и будет завозить оборудование! – Артур Давидович сделал паузу и одним глотком выпил виски.
   - По вашему делу, у нас появились неожиданные сложности! Вот адрес и место работы некой молодой особы, которая поможет выйти нам на людей, доставивших нам проблемы! Она живет одна! Вам необходимо доставить ее в целости и сохранности на объект. Я сам допрошу ее! И ни какой самодеятельности! Она должна быть в полном здравии! Мои люди помогут вам «уговорить» ее поехать с вами! Это ваша зарплата за месяц!  - Артур Давидович передал конверт, так и не получившему приглашение сесть человеку.
  Выждав немного и кивком головы отправив стоящего у входа телохранителя следом за, получившим указания невысоким мужчиной, Артур Давидович добавил виски в стакан на высоту двух пальцев, но пить не стал. Он вытащил из кармана халата мобильный телефон, и удобно устроившись в кресле, нажал кнопку вызова.
   - Доброе утро полковник! Надеюсь, мои люди доставили вам мою посылочку? Не стоит благодарности! Это, только маленькая часть, причитающегося вам процента, если объект заработает на полную мощность, и вы вовремя поможете оформить разрешение на полеты вертолета. Хочу сделать вашей фирме комплимент! Ваши люди лихо разобрались с двумя моими олухами в поезде! Красиво сработано! Не зря, в свое время, Ларионовы отбирали себе бойцов, именно в вашей фирме! А это, уже радостная весть! Вся интересующая нас группа объединилась и находится, совсем недалеко от объекта? Превосходно! Это намного облегчает задачу! Жду от вас дальнейшей информации! Да! Звонить буду я после вашей СМС! Всего доброго! – Артур Давидович улыбнулся, по звериному, оскалив ровный белоснежный ряд искусственных зубов, и прильнул к стакану с виски.

   - Извините! Вы - Людмила Николаевна? Нас прислал Руслан. Ему стало хуже, а врача рядом нет! – обратился к Людмиле, выходящей из больницы, после ночной смены, человек лет 35-ти, в черном приталенном костюме.
   - Где он? Далеко? Он в сознании? У него началось заражение? – эта куча вопросов, заданная паническим тоном, выдала отношение девушки к Руслану с головой. И она не раздумывая, нырнула на заднее сидение большой черной машины, двери, которой, были услужливо распахнуты, человеком в костюме. В туже секунду два человека, стоявшие за машиной, сели рядом с ней. Заговоривший с Людмилой сел за руль, и машина, заскрипев резиной, развернулась, и понеслась по полупустым улицам города.
   - Будьте добры ваш телефон? – невысокий человек, севший слева от Людмилы, демонстративно протянул к ней руку. Девушка, уже поняла, что ее задержали и сейчас повезут в милицию, допрашивать насчет ранения Руслана. Но откуда, такой знакомый голос? Она скосила глаза на мужчину и, чуть не вскрикнула. Дрожащей рукою, Людмила отдала ему свой телефон. Мысли ее путались, она была близка к обмороку.
   - Как же я могла на это купиться? Я, ведь сегодня ночью разговаривала по телефону с Русланом, и он чувствовал себя прекрасно! Какая же я - дура! И почему здесь этот мерзкий человек, - бывший знакомый моего отца? Может  отец, по-прежнему в бегах? И эти люди везут меня к нему навстречу? – девушка, уже поняла, что все райотделы милицию остались далеко позади, и от этого, липкий страх сковывал все ее тело и мешал думать.
   - Последний раз я видела его лет десять назад! Вряд ли он помнит меня? Вон, как пялится на мои коленки! И мне не стоит выдавать, что я узнала его! Я вспомнила его фамилию, а может, это было его прозвище? Мама, за глаза, называла его Свинога!– Людмила постаралась натянуть юбку, как можно ниже, и это движение не осталось незамеченным бывшим приятелем отца. Его, слащавая улыбка выдавала все его гнусные мысли.

Лесная заимка в окрестностях Теплоозерска.

   Пошептавшись по телефону с Людмилой минут пятнадцать, Руслан забылся тяжелым сном. Ему, знавшему войну, только по фильмам, совершенно реалистично заехал прикладом в спину, мордатый немец. Боль от удара, каленым железом, отозвалась в раненном плече. Натасканная на людей немецкая овчарка исходила лаем, разбрызгивая слюну у самых его босых ног.  Человек тридцать голодных и мучимых жаждой военнопленных, еле тащила ноги по пыльной дороге, среди раскинувшегося слева и справа колосящегося поля пшеницы.
   Ослабевшие руки солдатиков, время от времени тайком срывали, и тут же засовывали в рот нечищеные колосья, вызывая этим еще большую жажду.
  Ближе к вечеру на горизонте показалась - деревенская церквушка, а через некоторое время несколько покосившихся белорусских хат. Навстречу военнопленным, с противоположной стороны деревни, упиравшейся в густой лес, показалась другая колона. Это были местные жители, в основном старики и  женщины, под наблюдением  троих полицаев, одетых в черные френчи с белыми повязками на рукавах.
   Лопаты в их руках, испачканная в земле одежда и затравленно-виноватый взгляд, подсказал красноармейцам их дальнейшую судьбу. Некоторые, бывшие бойцы Красной Армии, призванные из дальних сел и с детства воспитанные на христианских ценностях и не успевшие заразиться насаждаемым атеизмом, восприняли свою судьбу быть расстрелянным, как облегчение. Им хотелось, как можно быстрее прекратить свое физическое и душевное страдание.
  Руслан никогда не разделял догмы, подставлять другую щеку, взамен ударенной. Его мозг непрерывно оценивал обстановку, ища путь к спасению.
   Небольшого роста, смазливый на лицо полицай, подскочил к старшему конвоя и, приложив два пальца к кепке с боковыми обшлагами и трезубцем на лбу, что- то подобострастно доложил офицеру.
    Белоснежная занавеска, в ближайшем к военнопленным доме, дернулась. Прямо на Руслана смотрела молодая девушка, до боли похожая на Людмилу.
   - Что она тут делает в оккупированной Белоруссии? Она же должна быть в Хабаровске! – воспаленный мозг Руслана стал путать во сне времена и обстоятельства.
   - Очередной толчок прикладом в спину, прервал его сумбурные мысли. Колона потянулась в сторону леса, провожаемая, сдерживаемым плачем деревенских баб и виноватыми взорами, выцветших стариковских глаз.
   - Надо встать ближе к яме, и упасть на дно сразу после первого выстрела. Если повезет и рана будет не смертельная, сверху меня завалит другими телами! Наверняка, после расстрела будут добивать выстрелом в упор! -  мозг, натренированного разведчика, родом из двадцатого века, вычленил единственно верное решение для спасения своей жизни. И в этот момент Руслан неожиданно прозрел и увидел, как рогатые демоны разом взлетели и радостно закружились в хороводе над двухметровой свежевырытой ямой. Ангелы, со скорбными лицами, гордо расправили крылья на плечах своих подопечных, и стали хором читать молитву. Руслана, нисколько не удивил тот факт, что у немецких солдат и полицаев отсутствовали свои ангелы.
   Он встал у самого края ямы и повернулся лицом, к выстроившимся метрах в десяти от столпившихся военнопленных немцев и полицаев. На лице низкорослого полицая играла возбужденная улыбка садиста.
   - Этот будет стрелять в лицо! Хорошо, что напротив меня стоит пожилой немец в очках. Этот не сможет целиться в голову!– сразу раскусил его Руслан.
   Он ошибся. Очкарик выстрелил Руслану в голову, но подвело толи зрение, толи стрелявший был отменным снайпером, решившим не брать грех на душу. Пуля, только слегка задела голову выше левого уха, аккуратно содрав кожу.
   Руслан, первым упал на дно ямы и сгруппировался, прикрыв здоровой левой рукою голову. Следом, на него, стали падать бывшие его товарищи, больно ударяя по раненному плечу.
   Яма была, явно маловата для такого количества людей. Руслан насчитал пять или шесть падений на себя. Он замер, пытаясь успокоить сдавленное большим весом дыхание. Выстрелы на «добивание» не заставили себя долго ждать. Тела сверху Руслана дергались, издавая предсмертные хрипы. А ангелы, подхватывали души своих подопечных и уносили их прочь от места неправедной расправы.
   - Господин лейтенант! В хате ужин стынет для вас и вашей команды! А я завтра пригоню местных все заровнять! – полицай, юлой вился вокруг офицера.
   Когда топот сапог конвоиров и лай собак стих, Руслан постарался пошевелиться и приподняться на коленки. Раненное плечо отозвалось острой болью.
   - Верно, люди говорят, что покойники набирают свинцовый вес! – Руслан замер, стараясь отдышаться и набраться сил. Но с каждой новой попыткой, он терял надежду и был близок к отчаянию. Голова звенела от напряжения и нехватки кислорода. Он потерял счет времени, как долго он лежит придавленный своими же товарищами.
   - Есть, кто живой? Отзовитесь?– раздался приглушенный девичий голос.
   - Я здесь! Я живой! - Прохрипел Руслан из последних сил.
   - Диду, помогайте! Отсюда зовут! – Девушка и жилистый высокий старик стали переносить трупы в сторону, стараясь добраться до слабеющего, голоса, доносящегося из-под горы тел.
   - Людмила! Людмила! – прохрипел Руслан, протягивая руки к девушке, и проснулся в холодном поту. Во дворе деда Семена, во всю, надрывался петух. Вся спина саднила, словно на самом деле испытала непомерный груз.
   - Приснится же такое? – Руслан схватил телефон и попытался дозвониться до Людмилы.
   - Телефон абонента занят, или находится вне зоны обслуживания! – каждый раз отвечал автоответчик на его неоднократные попытки, сея в его сердце тревогу.
    Утро в деревне выдалось солнечным и свежим. Дальневосточная осень пахнула прохладой из близкой Сибири. Ошалелый хозяйский петух, еще затемно принял эстафету своих деревенских конкурентов, и во всю петушиную глотку старался перекричать всех остальных петухов заимки, насчитывающей не более четырех домов.
   - Вот, неугомонный! Разбудил ни свет, ни заря! – прошептал Антон на ухо Маргарите, почувствовав, что она проснулась, но продолжает лежать с закрытыми глазами.
   - Слышишь? Машина Артемича завелась? – Рита повернулась  лицом к Антону. В ее глазах дрожали слезы.
   - Ты, чего плачешь, глупая? – Мужчина обнял и покрепче прижал ее к себе.
   - Это я от мысли, что могла потерять тебя! Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится!
   - Ничего не случится! Не переживай! В такой глуши, нас никто не найдет! Артемич собирается ехать в Хабаровск. У него много знакомых в правоохранительных органах. Разберется и нам позвонит. А нам дал задание, грибов на зиму запасти! Пойдешь сегодня со мной в лес? – Антон отстранил голову и нежными глазами посмотрел на Риту.
   - Сегодня, пожалуй, нет! Руслан ранен! За ним уход нужен! Да и дом запущен! Давно женских рук дожидается! А ты сходи, может на жареху и насобираешь? И давай вставать! Артемича проводим! – Маргарита, в шутку, уперлась руками в Антона, стараясь спихнуть того с кровати.
   - Маргарита и Антон, выйдя на просторную веранду, выполнявшую роль летней кухни, застали Артемича, деда Семена, Кирилла и Руслана за завтраком. Огромная чугунная сковорода посреди стола источала непередаваемый запах жареного сала и кровяной колбасы. Около дюжины ярких желтков яичницы, красовавшихся на сковороде, в окружении кружочков помидор, придавали обыденному деревенскому блюду праздничный вид.
   - Доброе утро, засони! Мы с Кириллом вас дожидаться не стали! Хотим выехать пораньше, пока солнце не жаркое! – приветствовал их Артемич.  Кирилл и Дед Семен засуетились и стали приставлять к столу дополнительные два стула.
   - Разве Кирилл уезжает? – Маргарита подошла к Руслану и проверила повязку на его плече.
   - Да, Маргарита Эдуардовна! Заканчиваются мои каникулы. Пора возвращаться в город! Поеду вместе с Артемичем! С первого сентября пойду доучиваться в институт! А дедовская «Нива» остается в полном вашем распоряжении! – Кирилл с аппетитом продолжил уплетать яичницу, запивая ароматным чаем.
   - Милости прошу на перевязку! – дождавшись, пока «УАЗик» Артемича скроется из виду, Маргарита начала выкладывать из объемного пакета, заботливо собранного Людмилой, бинты, салфетки, мази и флакон с резко пахнущей жидкостью. Руслан уселся на табуретку посреди горницы. Его лицо выражало крайнюю степень обеспокоенности.
   - Что ты, молодец не весел? Что ты голову повесил? – продекламировала Маргарита, осторожно снимая повязку с плеча Руслана.
   - Людмила телефон не берет! Ночью созванивались, обещала, как домой доберется, после ночной смены, сразу набрать меня!
   - Так, сам набери ее! -  женщина осторожно сняла, пропитанные сукровицей салфетки и стала обрабатывать швы перекисью водорода.
   - Набирал уже! И не раз! Что-то неспокойно у меня на сердце! Сон я странный видел! Как бы чего не случилось?
   - Артемичу сказал? – тревога Руслана передалась и Маргарите.
   - Нет, не стал говорить! У него и так проблем выше крыши! – не дождавшись окончания перевязки, Руслан достал левой рукой из кармана спортивных брюк телефон и нажал кнопку вызова. Маргарите, был хорошо слышен не живой голос автоматического ответчика, повторявший, что телефон абонента выключен или находится вне зоны обслуживания.
   - И еще, я ангелов и демонов видел перед самым расстрелом! – смущенно сказал Руслан, закончив пересказывать свой сон Антону и Маргарите.
   Антон встрепенулся и немного подумав, спросил Руслана: - Как они выглядели? Вернее, как они были одеты?
   - Мне они показались полупрозрачными, в белых одеждах, в половину человеческого роста. Моя бабушка частенько цитировала Евангелие от Матвея, где упоминаются ангелы. «Не презирайте ни одного из малых сих. Ибо, говорю вам, что Ангелы на небесах всегда видят лицо Отца моего Небесного», - прикрыв глаза, процитировал Руслан.
   - А женщины среди них были? – продолжал допытываться Антон.
   - Антон Степанович! Это, ведь был сон, навеянный горячкой! К тому же, даже во сне тебя не каждый день расстреливают! Не до ангелов мне было! Вот, спину мне, реально ломит, под левой лопаткой! – Руслан повел плечами и сморщился от боли.
   - Маргарита! Ты, когда перевязывала рану на плече, ничего на спине  не видела? –
   - Да, нет! Небольшое покраснение! Думала, отлежал!
   - Давай, Руслан, приподнимем рубашку! Я у тебя ребра пощупаю. Может, сломал, да в горячке не заметил! – Маргарита стала осторожно приподнимать байковую рубашку Руслана. На всю его левую лопатку сиял фиолетовый синяк.
    Антон и Маргарита недвусмысленно переглянулись друг с другом, а Руслан, вновь потянулся за своим телефоном. Лицо его выражало душевные муки, выслушивая голос автоответчика…
   - Давай, Руслан! Выпей эти две таблетки! Боль в спине снимет! – Маргарита подала ему две таблетки снотворного.
   - Завтра она в день заступает! Надо Митрофановичу дозвониться! – заплетающимся языком, сам себе произнес Руслан и провалился в глубокий сон.
   - Ты, иди в лес! Не мешайся мне тут! – Маргарита налила теплой воды в пластмассовый тазик и начала мыть окна.
   - Бери «Ниву» и езжай километра четыре! Там будет поворот налево, посреди нескошенного поля сои. Доедешь до кромки леса, вот, там самые грибные места. Даже, далеко в лес заходить не надо! – дед Семен положил в багажник «Нивы» две плетенные из лозы корзины.
   Антон оставил машину на краю леса, надел резиновые сапоги, побрызгал на кисти рук репеллентом, и опустил на плечи накомарник, заботливо, положенный в одну из корзин дедом Семеном.
   Лес встретил мужчину запахом преющей листвы, комарами и паутиной. Уже, метров через десять, на валежине, Антон собрал целое семейство опят. Но не опята были целью его похода в лес, а сырой груздь.
  Он не торопясь двигался метрах в пятидесяти от кромки леса, уделяя особое внимание сырым местам, и наконец, под прошлогодней дубовой листвой нашел целую россыпь, покрытых ароматной слизью шляпок разного размера.
   Корзина, сразу потяжелела, но Антон, увлекаемый азартом, шел все дальше и дальше…
   Вскоре он пожалел, что не взял вторую корзину. Пришлось выйти на край поля и высыпать грибы на небольшую лужайку.
   - Потом вернусь, и заберу! – подумал он, вспоминая случай из детства, когда он с матерью и тетками набрали столько груздей, что женщинам пришлось снять нижние рубашки и набить их грибами.
   Антон шел и шел, собирая грузди с маленькими шляпками и молодые опята. Его пальцы почернели от потемневшего горького сока груздей.
   - Вот, еще с десяток, так, чтобы корзина с горкой и обратно пойду! - подумал он, наклоняясь за очередным семейством, когда услышал человеческие голоса, доносящиеся, казалось из-под земли.
   Антон замер, недоуменно оглядываясь вокруг.  Там где должно было быть соевое поле, метрах в ста от кромки леса он разглядел бетонный сплошной забор и черепичную крышу старой постройки.
    Голоса раздавались, прямо у ног Антона. Один из них говорил с сильным акцентом.
   - Бежать надо, нашальник! Карим слышать  разговор сегодня! Охранник  говорить  по телефона.  Когда закончить кафель,  всех  узбек запереть будут! Страшно мне нашальник! Карим слышать девушка связанный везут!  Совсем маладой девашка!  Нас под замок сажать будут! Узбек и ты нашальник, нельзя девашка  видеть! – только теперь Антон разглядел под листвой, круглый канализационный люк, из-под которого доносился испуганный голос. Он, осторожно ступая, отошел от люка метров на десять и лег на землю.
   - Ты ничего не путаешь? И до этого запирали, потом отпускали! – возразил ему второй голос. Крышка люка плавно опустилась вниз и на поверхность вылетели один за другим несколько пластиковых мешков. Двое мужчин в давно не стиранной рабочей одежде и кирзовых сапогах, поднялись на поверхность и, подобрав мешки, прошли буквально в пяти метрах от Антона вглубь леса.
   Стараясь не шуметь, Антон, пригнувшись, перебежал подальше от пути незнакомцев, спрятал свою корзину среди густых зарослей папоротника, достал сотовый и выключил звук. 16.17 его глаза, автоматически засекли время.  Через некоторое время, незнакомцы проследовали назад к люку.
   - Дело ваше! Я не выдам, если решите бежать, но сам не побегу! Они мне за два месяца деньги должны! – произнес  в полголоса второй незнакомец, с небольшим украинским акцентом, - про себя он, уже решил доложить низкорослому о готовящемся побеге, в надежде получить неплохие премиальные.
   - А дівчина? Що Дівчина? Напевно, заслужила, коли її під замок посадят? – перешел про себя на украинский, новоявленный Мазепа.
   Крышка люка поднялась и встала на прежнее место. Антон, не раздумывая, пошел по еле заметной тропинке в глубь леса, и вскоре наткнулся на яму, наполовину наполненную мешками с бытовым мусором.
   Вернувшись к люку, мужчина, еще некоторое время постоял в раздумье, но потом, пригибаясь, а когда кончился лес, то ползком стал подкрадываться  к забору.
   - Хорошо, что собак нет! А то учуяли бы! – Антон, лежа в сорняках, прильнул к небольшой щели между секциями бетонного забора. Он успел вовремя. Всех рабочих, накачанный молодчик, криками сгонял в бытовку, стоящую за стареньким домом.
   Ворота распахнулись, и черный пыльный «Крузак» въехал в просторный двор.  Из машины, разминая суставы вышел водитель в черном пиджаке и быстрым шагом направился к одинокому домику в дальнем конце забора.
   Задняя дверь приоткрылась, и из нее показался невысокий  человек.
   - Веди ее быстро в дом и запри в карцере! – отдал он команду второму человеку, вылезшему из машины с противоположной стороны. И от звука его голоса, у Антона потемнело в глазах.  Кровь прилила в голову. Нестерпимо заломило в висках и затылке. Он узнал бы этот голос среди тысяч других голосов. Это был голос Вадима.
   Антон, еще плотнее прижался к щели, стараясь хорошо разглядеть и запомнить негодяя, приговорившего его и Маргариту к смерти.
   - Из машины вывели, совсем юную девушку. Она не сопротивлялась, а только затравленно оглядывалась вокруг. Ее лицо, показалось бы Антону очень привлекательным, если бы не выражение ужаса, отпечатавшееся на ее бледном лике. Стройные ноги, узкая талия, короткая юбка в крупную клетку, приталенная блузка с длинными рукавами и аккуратная прическа, вносили полный диссонанс  в заваленный стройматериалами двор.
Дождавшись, пока девушку не уведут в дом и, запомнив номера машины, Антон пополз обратно в лес.
Он подхватил свою корзину с грибами и скорым шагом, изредка оглядываясь на забор, зашагал к машине.
   Обратный путь показался Антону вечностью. Ему не терпелось быстрее оказаться в хате у деда Семена. Он, даже не стал возвращаться за, высыпанными на лужайке грибами. 
   Как и десять и пятнадцать лет назад, ему удалось укротить свои эмоции. И теперь, его мозг работал, как когда то работал за штурвалом штурмовика.
    - Ничего лишнего! Цель в перекрестии прицела! Палец на кнопке пуска ракет! – Антон дорого бы отдал, чтобы сейчас оказаться в воздухе на своем СУ-25 с полным боекомплектом.
   - Руслан проснись! Мне кажется, что ты перестаралась со снотворным! – Антон осторожно потряс парня за левое плечо.
   - Ничего! Сон – лучшее лекарство! Разбудишь, веди его за стол! Я борщ из свежины приготовила! Дед Семен у соседей мясом разжился!
   - Ну, наконец-то! Здоров же ты поспать! Маргарита за стол зовет! И разговор к тебе есть! – Антон помог Руслану подняться с кровати и убедился, что парень крепко стоит на ногах после сильного снотворного.
   - О чем вы хотели спросить? – Руслан с удовольствием, не спеша ел наваристый борщ, густо приправленный домашней сметаной.
   - Все разговоры после еды! – недовольно возразила Маргарита и подсыпала в тарелку Руслану мелко нарезанного зеленного лука.
   - Пойдем, на завалинке посидим! Подышим свежим воздухом, и поговорим! -  у мужчин от горячего сытного борща, на лбу выступил пот.
   - Ты можешь обрисовать свою девушку Людмилу? Как она обычно одевается?
   - Зачем это вам? – в глазах Руслана вспыхнуло беспокойство.
   - Юбку шотландку и светлую блузку с длинными рукавами, ты на ней когда-нибудь видел? – Антон, почти был уверен, что получит положительный ответ.
   - Да в чем дело? Вы что-то мне не договариваете? Что с ней? – голос Руслана перешел на хрип.
   - Не далее, как час назад ее привезли в дом за капитальным забором, что одиноко стоит  километрах в семи отсюда. Мужайся! Это, еще не последняя плохая новость! – Антон посмотрел на, показавшуюся на крыльце бледную Маргариту. Она, явно слышала его последние слова.
   - Непонятно, что они, там прячут за забором, но заправляет всем  психованный тип, что убил своего друга на озере и чуть не утопил нас в машине! С ним, еще несколько человек!
   - Господи! Они выследили и похитили ее! – Маргарита, обессилено опустилась на ступени крыльца.
   Руслан до хруста сжал в кулак, побледневшие пальцы левой руки, и застонал от безысходности и обиды за это глупое ранение, за головокружение и слабость от потери крови, лишающие его возможности немедленно броситься на выручку Людмиле, и порвать голыми руками всех ее обидчиков.
   Он резко подскочил, но, не сделав и пары шагов, - пошатнулся.  Земля стала уходить у него из-под ног. Антон и Маргарита кинулись ему на помощь и помогли удержаться Руслану на ногах.
   - Надо звонить Артемичу! – выдохнул он еле слышно, и осторожно, словно нащупывая почву под ногами, пошел в хату.
   - Я думаю, что он скоро заснет! Бедный парень! – Маргарита, держа в руке использованный шприц, и мобильный телефон, притворила за собою дверь в комнату Руслана.
   - Надо избавиться от его телефона! Если они завладели телефоном Людмилы, им ничего не стоит определить наше местоположение! – Маргарита протянула телефон Антону.
   - Боюсь, что мы опоздали! – Антон вышел во двор, положил телефон на колоду и несколько раз приложился по нему обухом топора.
     Глядя, с какой злостью мужчина расправился с телефоном, дед Семен неодобрительно покачал головой и поманил рукою Антона следовать за собой.
  Они прошли на дальний конец огорода, где стоял покосившийся сарайчик и прилепившийся к нему, давно пустующий свинарник.
   - Поддень эти две половицы! – дед взял с полки и протянул Антону огромный нож, сделанный из рессоры.
   - Теперь, копай! Мне, ужо, не разогнуться, коли опущусь на колени! – Антон послушно вонзил полуметровый тесак в землю. Раздался лязг по металлу.
   Минут через десять, очистив края металлического ящика, мужчина вытащил его наружу.
   - Смотри! Может на что, еще и сгодится? – старик присел на низкую скамеечку и стал сворачивать «козью ножку».  Его, выцветшие от старости глаза, хитро сверкнули.
   - Это откуда же такое богатство? – Антон развернул густо смазанную тавотом холстину и вынул из ящика два автомата: ППШ со сколом от пули на прикладе, и немецкий «Шмайсер».  По три магазина, коробчатые изогнутые для «ППШ» и прямые для «Шмайсера», были завернуты в промасленную бумагу и лежали на дне ящика.
   - А где же патроны? – глаза у Антона разбежались от такого щедрого подарка.
   - Копни, чуть сбоку сынок! Там должен быть ящик под пулеметную ленту от «Максима» - дед Семен выдохнул облако дыма и загасил самокрутку о каблук сапога.
   - Видишь, канистра стоит? Это керосин! Ветошь нарви из старых вещей, что свалены в углу сарая! Учить не надо, как чистить оружие? – дед, кряхтя, поднялся со скамейки и пошел на выход.
   - Спасибо, отец! – Антон проводил его благодарным взглядом.
   - Не благодари! Я эту породу людей знаю! Если пожалуют на заимку, никого не пощадят! Мне не страшно, я свое пожил! Но и просто так,  свою грешную душу, никому дарить не собираюсь! В хате, под мою руку, пристрелянная двустволка давно в дело просится!

   - Людмила! Людмила! – Руслан продолжал хрипеть и тянуть руки к девушке, обессилено сидя в яме на, еще неостывших телах своих товарищей.
   - Цішэй, Цішэй! Давайце, выбірайцеся з ямы! Куды вас параніла? – шепотом произнесла девушка приятным, низким голосом.
   - Людмила? Ты меня не узнаешь? – продолжал допытываться  Руслан, стараясь  разглядеть лицо девушки в наступившей темноте.
   - Адкуль вы ведаеце, што мяне завуць Людміла? Мы раней ніколі не сустракаліся! Дзеда! Ён трызніць! У яго Гарачка! Трэба тэрмінова апрацаваць і перавязаць яму рану на плячы! – обратилась она к молчавшему все это время высокому старику с крупными залысинами.
   - Паспяшаемся, унучка! Трэба паспець яго схаваць! Не дай бог, вернецца хто з гэтых катаў! – старик, неожиданно крепко подхватил Руслана под здоровую руку и повел, словно видел в темноте так же, как днем.
   - Пить! – прошептал Руслан, как только, спустя полчаса, его по полусгнившим  ступенькам завели в землянку, устланную пахучей соломой, и зажгли лучину.
   Девушка, молча развязала узелок,  вынула оттуда с десяток картофелин в мундире, шмат сала и половинку круглого пахучего хлеба, зачерпнула деревянным ковшом воду из ведра, стоящего в дальнем конце землянки. Она с жалостью и не скрываемым интересом смотрела, как этот странный парень в грязной, пробитой пулей в плече гимнастерке, жадно пьет воду.
   - Здымайце гімнасцёрку і исподнюю кашулю! Я пагляджу вашу рану! – в руках у девушки появились чистый рулон тонкой льняной ткани, в нос ударил запах самогонки.
   - Людмила! Я никогда не думал, что белорусский язык, такой певучий и приятный на слух! Раньше, ты никогда не разговаривала со мной на нем! – Руслан съел одну картофелину и кусочек сала с хлебом. Несмотря на голод, он хорошо помнил занятия по выживанию, - Если хотите  остаться в живых, никогда не набрасывайтесь на еду после длительной голодовки! – поучал их инструктор.
   - Я могу и по-русски разговаривать! Но когда волнуюсь, всегда перехожу на родной белорусский! Так, где мы с вами могли встречаться? Откуда вы знаете мое имя? – девушка смачивала чистую тряпицу самогонкой и протирала тело Руслана вокруг, затягивающейся раны. Но парень, уже ничего не слышал.  Прислонившись левым плечом в потемневшие доски бывшего ледника, он впервые за несколько дней, спал мертвецким сном.

Москва.
Кабинет одного из ведомств

   - Слушаю полковник! Надеюсь, что ваш звонок продиктован хорошими новостями? – Артур Давидович снял золотые очки в тонкой оправе и, закрыв папку в кожаном переплете,  откинулся в кресле.
   - К сожалению, телефонная станция потеряла связь с последним телефоном, через который мы могли отслеживать их местоположение и передвижения. Но единственную  дорогу от заимки мои ребятки с объекта контролируют! Ждут, только указания, чтобы наведаться туда! – голос в телефоне сделал небольшую паузу, ожидая инструкций.
   - Отставить! Пока не завезут и не установят оборудование, никого не трогать! Все нужны  будут живые! Что с разрешением на полеты? Ты же понимаешь, что без вертолета, вся эта затея теряет смысл? – в голосе Артура Давидовича сквозило раздражение.
   - Что значит осталась одна подпись, и он уперся? Вы не знаете, как это делается? В свое время, ваши подопечные, рекомендованные в систему Ларионовых, делали сговорчивыми любых упертых! Не берет денег? Так, найдите слабые его места! Жена, дети, внуки, в конце концов? – возвысил голос Артур Давидович и, не попрощавшись, нажал кнопку отбой.

Объект в окрестностях Теплоозерска.
   - Что вы от меня хотите? Зачем вы привезли меня сюда? Предупреждаю! Меня будут искать! – завидев, показавшегося на пороге с тарелкой и стаканом воды в руках Свиногу, закричала Людмила. Она забралась с ногами на кровать, стоящую посередине, облицованной белым кафелем комнаты и затравленно смотрела на приближающегося к ней мужчину, в котором она еще в машине признала одного из бывших друзей отца. К ее левому запястью был пристегнут наручник с цепочкой, ограничивающей ее передвижение по комнате от кровати и до туалета в углу, за медицинской ширмой.
   - Не волнуйся! Скоро мы тебя отпустим, если ты будешь вести себя благоразумно! – мужчина поставил тарелку с непонятного вида едой и стакан на тумбочку, у изголовья кровати и присел рядом с девушкой. Его глаза были устремлены на ее небольшую грудь, плотно обтянутую блузкой. Рука, словно невзначай прикоснулась к голой коленке Людмилы.
   - Уберите от меня свои руки! – девушка подскочила и забежала за спинку кровати.
   - Глупая! Я не таких обламывал! – взревел Свинога и двинулся за ней, твердо намереваясь завалить ее на кровать.
   Людмила, в отчаянии схватила стакан и запустила его в похотливое лицо насильника. Стакан пролетел в считанных сантиметрах. Тарелка с едой, задетая рукою девушки, упала на пол и раскололась надвое.  Недолго думая, девушка подняла с пола осколок тарелки с острыми краями и приставила себе к горлу.
   - Еще шаг, и я убью себя! – произнесла она с такой уверенностью, что Свинога отступил и, махнув со злостью рукою, быстро вышел из комнаты. Боязнь нарушить приказ Артура Давидовича, была сильнее желания добраться до, сводившего его с ума тела беспомощной девушкой.
   - Как ты себя чувствуешь? – спросил Антон, завидев, что Руслан открыл глаза.
   - Ужасно! Голова, словно ватой нафарширована! И Горло пересохло! – Руслан сел на кровати. В его памяти всплыл виденный сон.
   - Господи! Как я могу спокойно дрыхнуть, когда Людмила у этих негодяев? – не обращая внимания на Антона, он последовал на погруженный в темень двор.
   - Я пытался дозвониться до Артемича! Он, пока не отвечает! Твой телефон я разбил! Хотя, я думаю, что эта банда  знает наши координаты! Смотри, что дед Семен нам удружил? – Антон усадил за стол на веранде, вернувшегося со двора Руслана и развернул перед ним лоскут старого одеяла. Перед Русланом в свете яркой лампы заблестели вороненые части оружия.
   - Если знают, надо ждать гостей этой ночью! – Руслан взял в левую руку, виденный только в кино Шмайсер.
   - Выбирай, какой тебе сподручней для одной руки? Хочешь, укройся на чердаке с дедом Семеном, хочешь, отведу к Маргарите? Она с остальными пятью жителями хутора укрылась на дальнем покосе в стогу.  А я наведаюсь на стройку за забором, если повезет, то и Людмилу вызволю!
   - Я с вами! – оживился парень.
   - Это, даже не обсуждается! Не дай бог, в темноте запнешься и упадешь? Рана, только, только затянулась! Потерпи, еще несколько дней! А сейчас, давай перекусим! – Антон снял рушник со сковороды, источавшей аромат жаренной с мясом картошки.
   - Антон Степанович! Сейчас 22.30. Если они и пожалуют, то после полуночи! Нам нет смысла дробить силы. Чем больше их тут положим, тем меньше их за тем забором останется! А не пожалуют, так мы завтра у люка в лесу покараулим! Поверьте, ночью с врагом лучше встречаться на знакомой территории! – Руслану стоило немалых усилий уговорить самого себя, что Антону нельзя отправляться одному на выручку Людмилы.
   - Резонно! Я, только пустых консервных банок вокруг дома раскидаю! Дед Семен в отдельной куче хранил, словно знал, что могут пригодиться! 
   Постелив на чердаке старые полушубки, пропахшие непередаваемым запахом смеси махорки, печной трубы и сушенных белых грибов, все трое, молча, вслушивались в окружающую хутор тишину.
   - Вы поспите, а я покараулю! Мне все одно по ночам не спится! Такая наша стариковская доля! – дед Семен полез было за кисетом с махоркой, но передумал.
    Мужчин  разбудил крик соседского петуха. На востоке разрасталась  желтоватая полоска, предвещавшая скорый восход.
   - Не придут они сегодня! Надо сходить на покос и людей предупредить, чтобы возвращались. Скотину доить пора! Слышите, корова у соседей недовольно замычала? – дед Семен, закинул двустволку за плечи, и стал первым спускаться по лестнице.
   - Что, ложная тревога? Как вы тут без меня? Не оголодали? – Маргарита была рада, что вернулась в дом и сразу принялась готовить завтрак.
   Антон, с задумчивым лицом ходил по двору, пытаясь дозвониться до Артемича.
   - Не отвечает! – шепнул он Руслану, присаживаясь за накрытый стол.
   - Тогда завтракаем и выдвигаемся! – молодой человек сосредоточенно  уплетал, еще горячие блины с медом и запивал ароматным чаем.
    - Это куда вы собрались? Рано тебе из дому! И повязку поменять пора! – Маргарита подложила на общую тарелку стопку свежеиспеченных блинов.
   - Главное, чтобы не поздно было! Прогуляемся с Антоном Степановичем в лес ненадолго!  А повязку поменяйте! – глаза Руслана смотрели в одну точку на стекле веранды.
   На этот раз, Антон загнал «Ниву» в лес, под прикрытие деревьев. Через полчаса, мужчины, осторожно ступая, приблизились к люку.
   - Хитро придумано! Снаружи не открыть, если только не взорвать? – Руслан с ненавистью посмотрел на с виду ветхую крышу дома, видневшуюся за забором.
   - Будем ждать! Может, повезет, и опять кто мусор выносить пойдет? – Антон и Руслан залегли метрах в десяти от люка.
   Ждать пришлось долго. Руслан свернувшись калачиком на прошлогодней листве, незаметно задремал.

     СОН

   - Прачніцеся! Прачніцеся! Трэба тэрмінова сыходзіць! – Людмила трясла Руслана за здоровое плечо. Парень спал все в той же позе, сидя на лавке и упершись левым плечом в потемневшие доски бывшего ледника.
   - Да проснись же ты! Немцы переполошились! С собаками лес прочесывают!– девушка вылила ковш воды на голову парня.
   - А? Что? – Руслан крутил головой, стараясь понять, где он находится? События вчерашнего дня вспышкой молнии вернули его к действительности.
   Людмила схватила парня за здоровую руку и потащила его за собой, на выход из погреба. Где-то вдалеке раздавался приближающийся лай собак. Неожиданно, одиночный выстрел отвлек собак на себя. Лай стал удаляться.
   - Дзядуля! Я ж цябе прасіла не рабіць гэтага! – со слезами на глазах, прошептала девушка, понимая, что дед Василь, ценой своей жизни дает им возможность уйти от погони.
   Они без остановок уходили все дальше в лес, пока не затихли, тявкающие очереди немецких автоматов и лай собак. Подлесок и дубняк закончился. Вокруг стояли вековые ели, образуя сумерки. Ноги по щиколотку стали утопать в опавшую хвойную подстилку.
   Руслан не чувствуя ног присел под одну из огромных елок. Его ступни превратились  в опухшие и красные от крови культи.
   - Ой! Что же я? – Людмила, непрерывно смахивая набегающие слезы, сбросила с плеча холщевую суму и порывшись там достала флягу, лоскуты чистой материи и плетенные лапти.
   - Гимнастерка кровью пропиталась! Надо повязку сменить на плече и ноги обработать! Снимайте гимнастерку и исподнее! Пока буду перевязывать, вы снедайте, что бог послал! – девушка расстелила перед Русланом скатку с картофелем, хлебом и салом.
 - Глотните из фляги! Там самогонка! Воду не взяла, торопилась шибко! – Девушка, продолжая всхлипывать, перевязала плечо и кровоточащие ступни, осторожно надела Руслану лапти. Он был так увлечен наблюдением за ловкими движениями девушки, что даже не подал вида, как ему больно, когда она протирала самогонкой раны на его ногах.
   - До партизан доберемся, Бог даст, другой обувкой разживемся! – Людмила отщипнула половинку картофелены, положила на ломтик хлеба кусочек сала и маленькими кусочками заставила себя съесть. Из ее головы не шел дед Василь. Где-то в глубине души, она теплила надежду, что дед смог уйти от погони и она обязательно встретит его вновь.
   - Пока окончательно не стемнело, надо идти! Может, дозор партизанский повстречаем? Вы, как сможете?
      Вечерние сумерки застали их на краю огромной поляны, в центре которой бил родник. Еще издалека они увидели на этой поляне стадо необычных, огромных животных, которые почуяв людей, растворились в темном лесу, ведомые лохматым быком.
   - Пожалуй, дальше идти опасно! Заночуем здесь! И воды наберем! – еле ворочая языком, впервые за весь день, вымолвил Руслан.
   Наскоро перекусив и напившись родниковой воды, девушка руками нагребла побольше сухой еловой подстилки  под корневище разлапистой ели, соорудив наподобие мягкой перины.
   - Вам нельзя, а я пойду, ноги в родниковой воде подержу!Старики говорят, что усталость снимает! А вы укладывайтесь! Я скоро! – Людмила достала льняной рушник и, положив суму в изголовье, пошла к роднику.
   Руслан, опираясь на левую руку, опустился на мягкую подстилку и только тут почувствовал, как гудят ноги. Рана на плече, почти не болела, но на всякий случай, он перевернулся на левый бок и чисто машинально выглянул из-за дерева.
   Людмила стояла, освещаемая светом луны в центре поляны и снимала с себя чулки. Затем, оглянувшись в сторону ели, за которой притаился Руслан, сняла с себя пиджачек и платье, оставшись в белой исподней рубашке до колен. Девушка, еще раз, оглянулась в сторону ели и резким движением, через голову сняла с себя рубашку и с придыханием вошла в студеную родниковую воду.
   От вида точеной фигурки в свете луны, у Руслана перехватило дыхание и застучало в висках. Он впервые видел женское обнаженное тело. Кровь толчками пошла по всему его организму, вернув боль в простреленное плечо и пораненные ступни. Ему захотелось кричать, и только стиснутые зубы на котомке, лежащей в изголовье, позволили ему не разразиться стоном от боли и от нежности к девушке, которая спасла ему жизнь.  И которая, так похожа на ту – другую девушку, которую он провожал на фронт с вокзала города Хабаровска в первые дни войны.
   Утренний рассвет накрыл их осенней прохладой. Руслана начало трясти, сразу после полуночи. Людмила приложила руку ко лбу парня. Он горел, бредил и звал Людмилу. Она обняла его со спины и, прижавшись к его вздрагивающему, горящему телу, старалась согреть его своим хрупким, худеньким телом. Ближе к утру, сон, все же сморил ее. Она не слышала, как несколько вооруженных людей, молча, подошли к ним и прилегли у соседней ели. Двое сразу уснули, а третий остался на часах, но и он через полчаса, задремал, крепко обхватив винтовку.

   Часа через три с половиной, когда терпение у Антона было, уже на исходе, раздался звук открываемого люка. Антон осторожно разбудил Руслана. Как и прошлый раз, из люка стали вылетать черные полиэтиленовые мешки.
   - Стой! Я первый вылезу! Не велено с тебя глаз спускать! -  из люка показался коротко подстриженный парень, лет двадцати пяти, в спортивном костюме с пистолетом в руке.
   - Зря вы так со мной! Я вам про узбеков рассказал, а вы меня под прицелом держите? – Антон узнал голос бригадира.
   Неожиданно, предательски завибрировал телефон в кармане брюк Антона. Охраник в спортивном костюме встрепенулся и направил пистолет на кусты папоротника, за которыми лежали Антон и Руслан.
   Руслан отложил Шмайсер в сторону и поднялся в полный рост!
   - Эй! Ребята! Закурить не найдется? – Руслан сделал пару шагов навстречу опешившим от неожиданности незнакомцам.
   - Ну-ка, руки в гору! – зло прошипел парень с пистолетом в руке и прицелился прямо Руслану в грудь.
   - Извини! Вторую поднять не могу! – Руслан поднял левую руку.
   - Что ты задумал? Сделай шаг в сторону! – про себя умолял Руслана Антон, который перекрыл ему зону выстрела.
   Левая рука Руслана легла на затылок.
   - Как ты здесь оказался? Что, тут вынюхиваешь? – охранник осторожно приблизился к Руслану и стал хлопать одной рукой по карманам, штанинам и поясу.
   - Заблудился я! Вот, увидел забор, хотел постучаться, дорогу спросить? – пальцы Руслана опустились за ворот рубашки.
   - Руку то, можно опустить? Не видишь? Раненый я!  - недовольно произнес Руслан и в ту же секунду, еле заметным движением, пригвоздил финкой, непонятно откуда, оказавшейся у него в левой руке, обе челюсти охранника, снизу вверх. Лезвие прошло через гортань, прямо в мозг. Тот, еще стоял на ногах, а его пистолет, уже перекочевал в руку Руслана.
   - А ты, что замер? Рассказывай? – спросил он ошарашено вытаращившегося, на повалившегося на землю, без единого звука, охранника.
   - Антон Степанович! Ответьте на звонок, уже можно! Артемич, похоже, звонит! – Руслан направил пистолет на бригадира в заляпанной робе, по штанам которого расплывалось мокрое пятно. Неожиданно, тот начал громко икать от вида появившегося, словно из-под земли Антона. Его гладко выбритая загорелая голова, седая щетина и сверкающие глаза не предвещали ничего хорошего.
   Антон включил телефон и отошел подальше, чтобы бригадир не мог слышать разговора. Вернулся он - озадаченным.
   - Артемич недоволен, что у нас появился еще один пригорюнившийся! Сказал, что открылись новые обстоятельства и что скоро приедет сам, – шепнул на ухо Руслану Антон.
   - Значит, узбеков заложил? Шкура! – бригадир чем-то напоминал Руслану одного из полицаев из его сна.
   - Икота не давала произнести бригадиру ни слова в оправдание. Только, он пытался выдавить из себя первый звук, как голова его непроизвольно дергалась, изрыгая из себя икоту жуткой громкости.
  Антон посмотрел на труп и неожиданно отшатнулся, рядом с трупом, смиренно сложив руки под подбородком, в скорбной позе стоял ангел в белом одеянии. Несколько демонов, появились из ниоткуда и подхватив под руки полупрозрачное душу, вырывающегося охранника и потащили его сквозь заросли. Ангел, виновато посмотрел им вслед, взмахнул крыльями и исчез из виду.
   Антон потряс головой, словно отгонял наваждение! В чувство его привел голос Руслана.
   - Бери его за ноги и тащи к яме с мусором! – приказал Руслан бригадиру, перевернул на спину охранника на спину, резким движением вытащил финку и вытер лезвие о листья папоротника.
  - Хватит икать! Не тронем мы тебя! Рассказывай, где содержат девушку и сколько человек охраняют? -  Руслан нарочито добродушно улыбнулся бригадиру.
   - Дво-ое еще о-остались! Ди-ивчину заперли в комнате, в по-одвале! – несколько успокоился бригадир.
   - С ми-инуты на-а ми-инуту, еще одну должны при-ивезти. Сам слышал!
    Вдалеке послышался звук работающего мотора. По проселочной дороге, поднимая клубы пыли, несся черный Крузак.
   - Даже, не помышляй! Кто еще знает, что вы пошли в лес? – Руслан пригвоздил взглядом бригадира, уловив его желание, сигануть в люк.
   - Ни-икто! Этот был персонально ко мне приставлен! – глаза бригадира выражали саму честность.
   - Надо подождать, может быть уедут?  Некстати, телефон нас выдал! – с досадой прошептал Антон.
   - Ты знаешь, что всех вас велено ликвидировать, когда объект закончите? – Антон, устало присел на траву.
   - Как ликвидировать? Зачем ликвидировать? – глаза бригадира забегали от страха.
   - Затем, что строите вы секретный объект, о котором никто не должен знать!  – ноги бригадира подкосились и, заливаясь слезами, он упал на колени.
   - Так, что возвращайся назад, пока вас не кинулись, а ночью откроешь нам люк!
   - Не губіте! Відпустіте! Не повернуся я, не зможу!  – бригадир подполз к Антону и стал целовать его резиновые сапоги.
   - Я, что-то пропустил? Это, что информация от Артемича? Надо Людмилку спасать! – Руслан, повесил Шмайсер на левое плечо и, сжимая в руке пистолет, направился к люку.
   - Не горячись Руслан! За то, что ты, рискуя жизнью Маргариту спас, я за Людмилу готов хоть в огонь! Но надо ночи дождаться, а эта шкура возвращаться боится! – Антон оттолкнул сапогом бригадира.
    Руслан засунул пистолет за пояс и левой рукой приподнял за шиворот, лежащего у ног Антона бригадира.
   - Слушай меня внимательно и напрягай мозги? Где можно укрыться после тоннеля? Куда он ведет? Рисуй план на земле? – Руслан сунул бригадиру в руку обломок ветки.
-   Можна! Можна сховатися! Все намалюю! Там вас ніхто не знайде! Е там затишне містечко! Але тільки без мене!  - от страха бригадир перешел на украинский и стал чертить на земле подробный план.
    Антон внимательно посмотрел на Руслана. Бледное лицо парня источало непоколебимое желание свернуть бригадиру шею и ринуться на спасение любимой.
   - Почему это помещение до сих пор пустует? Для чего оно предназначено?   –  палец Антона уткнулся в комнату на рисунке в дальнем конце коридора, указанную бригадиром.
   - Кілька великих холодильників в упаковках іноземних туди завезли, і ще, якесь мудроване обладнання, але не встановили ще! Все приміщення забито коробками! Вам буде легко там зачаїтися!
   - Антон Степанович? Вы что-нибудь поняли? – Руслан зло уставился на бригадира.
   - Понял, понял! Оборудование там, в упаковках еще! Надо идти, пока они «Крузак во дворе встречают! А ты беги отсюда по кромке леса в ту сторону! Там Теплоозерск! – показал направление Антон бригадиру.
   - Люк за собой закрывать не будем! Искать пойдут, пусть труп обнаружат и погоню в лесу организуют! Нам, с остальными проще управиться будет! – Руслан передал автомат Антону, и как только затих звук ломающихся веток кустарника и топот сапог бригадира, стал спускаться через люк по скоб-трапу  в тоннель.
   Спускаться Руслану, используя только одну руку, было неудобно. Каждый перехват перекладины здоровой рукой отдавался острой болью в прострелянное плечо.
   - Руки в гору! – раздался неожиданный окрик, и Антон увидел, как в спину парня уперся ствол пистолета.
   
   - Так это ты нашего «кореша» в психушке положил? – ствол пистолета слегка подрагивал у лопаток Руслана
   - Где бригадир и его сопровождающий? – одновременно с вопросом раздался характерный щелчок взводимого курка.
   В голове у Антона замелькали  сценарии, как он тихонько наклоняется и, просунув автомат в отверстие люка, дает очередь. Или, наоборот резко падает на землю рядом с люком и, поймав на мушку противника - нажимает на спусковой крючок. 
   - Нет! Не успеваю! Секунды какой-то не хватит! – подумал он в отчаянии.
   - Я «кореша» твоего положил, да вот незадача пулю в плечо от него схлопотал! А бригадир ваш, сдал вас с потрохами и сейчас, наверное, уже в милиции Теплоозерска рассказывает про вашу шайку-лейку! Он же и надсмоторщика своего положил отдыхать в мусорной куче! – услышал Антон слова Руслана.
   - Как это положил?
   - Молча! Ножичком по горлу! Не веришь? Пойдем, покажу! – теперь Антону стал известен замысел Руслана. Выманить неизвестного с пистолетом на поверхность, или потянуть резину.
   - А вот этого не надо делать! – сурово сказал незнакомец, заметив еле заметное движение руки Руслана за шиворот.
   - Повернись ко мне лицом! Медленно и без глупостей! – скомандовал человек с пистолетом и отступил на метр назад.
   - Иван?
   - Руслан? Чертяка!
 Антону сверху было видно, как жарко обнялись мужчины.
   - Задушишь! Больно! – у Руслана вырвался невольный стон.
  - Давай поднимемся наверх, а то принесет нелегкая кого из моих новых «корешей», а сейчас нам это ни к чему.
  - Копченный! Ну, где тебя носит? Нашел ты этих оболтусов? – неожиданно ожила рация на поясе того, кого Руслан назвал Иваном.
   - Нет еще! Видать в лес ушли грибов собрать! Сейчас поднимусь, покричу! – отозвался Иван и стал первым подниматься по трапу.
   - Меня Иваном зовут! А «копченный» потому что руки в ожогах! – мужчина лет тридцати закатал рукав, обнажив зажившие ожоги и, протянул ладонь опешившему Антону.
   - Не хило вы экипировались! И наследили тоже не слабо! -  Иван кивнул головой на лужу крови на земле и след волочения в лес и стал помогать подняться Руслану.
    - Все вопросы потом! А сейчас быстро уходите! Встречаемся здесь в четыре утра! Мне пора поднимать тревогу! Надеюсь, часть бандитов уйдет на поиски бригадира?  В какую сторону, говоришь он побежал? Или тоже в куче мусора пригорюнился? – Иван хитро посмотрел на Руслана.
   - Туда! В сторону Теплоозерска! – последние слова Руслан говорил, уже срываясь на бег в сторону припрятанной «Нивы».
   

БРИГАДИР

   Первый километр бегом по лесу ему дался сравнительно легко. Но неожиданно прокуренные легкие бригадира дали сбой и он зашелся в тяжелом изнурительном кашле. Ноги в кирзовых сапогах сделались неподъемными, словно к ним привязали по пудовой гире. Тяжело дыша беглец перешел вначале на шаг, а потом и вовсе стал идти как пьяный, приволакивая ноги.
   - Може забитися куди під кущик, та відпочити годинку, знявши ці ненависні чоботи? Може і не буде ніякої погоні? – подумал он на украинском, как сквозь деревья разглядел, несущийся по дороге в сторону Теплоозерска «Крузак», а позади себя услышал далекий хруст валежника.
   - Заганяють! Як звіра пораненого заганяють! – подумал он тяжело дыша и стал шарить глазами по деревьям в поисках укрытия.
   Метрах в пятидесяти он разглядел огромный ствол разлапистой липы, и еле шевеля ногами, побрел к ней в надежде забраться повыше и затаиться в кроне. Он не заметил, что двое спортивного вида мужчин наблюдают за ним в бинокль.
   - Ну вот, а я-то думал, мы часов пять за ним бежать будем! А еще и трех часов не прошло! – мужчина передал бинокль своему спутнику, а сам посмотрел на часы.
    - Вовремя ты тревогу поднял! Пойдем! Пора кончать с этой игрой в «казаки – разбойники».
   Цепляясь за ветки и  обламывая ногти, бригадир из последних сил взбирался на липу все выше и выше, как неожиданно перед его глазами открылось огромное дупло. Убрав паутину на входе в дупло, он просунул туда голову и прислушался. Стояла затхлая тишина. Дупло, явно было необитаемо.
   - Ось тут-то вони мене не знайдуть!   – подумал он, и стал залазить в дупло ногами вперед.
   Он залез уже по грудь, когда нащупал под ногами трухлявую опору, и не успел он вздохнуть полной грудью, как опора ушла из-под ног, и бригадир полетел вниз, пока накрепко не застрял почти у комля дерева. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.  Пыль от изъеденной муравьями сердцевины дерева забила ему рот и нос и глаза. Потревоженные муравьи-няньки кинулись спасать свое потомство, а муравьи воины накинулись на незваного пришельца со всей своей яростью.
   Так как роба бригадира, при скольжении вниз задралась ему на голову, обнажив спину живот и ребра, он очень скоро почувствовал жгучие укусы и, собрав остаток сил, завопил, моля о помощи. И, о чудо! Откуда-то сверху раздался приглушенный человеческий голос: - Ты там живой? Вылазь давай! –
   - Не можу! Витягніть мене звідси! Задихаюся! – хрипел голос внизу.  Мужчин переглянулись. Они стояли на толстых ветках липы прямо у дупла.
   - Да черт с ним! Пускай сидит  в этом дупле!
   - Нельзя «Копченный»! Приказ шефа живьем привести! Ты же видел? Возле люка, натоптано! Он явно не один был! Шеф допросить хочет! – сказал второй, более худой и высокий. Татуировки на его пальцах выдавали в нем бывшего уголовника.
   - Да, как же мы его вытащим? – в планы Ивана совсем не входило поймать этого нерасторопного бригадира строителей, который сразу выдаст, отпустивших его Антона и Руслана.
   - Видишь толстую лиану лимонника? Срежь-ка ее, сколько сможешь! Подадим ему, может, и вытащим? – отдал распоряжение «Худой»
   Иван нарезал несколько лиан, и они на пару с «Худым» скрутили из них один, с виду, крепкий канат и опустили один конец в дупло.
   - Хватайся обеими руками! Постараемся тебя вытянуть! – крикнул «Худой», по пояс, забравшись в дупло, головою вперед.
   Решение у Ивана созрело молниеносно. Он ухватил «Худого» за ноги и резким движением протолкнул его в отверстие. Раздался грязный мат и шорох скользящего вниз тела.  Иван вытащил лиану наверх и, прислушиваясь к невнятным проклятиям сквозь тяжелое дыхание и возню, застрявшего вниз головой «Худого», закурил сигарету. Он уже придумал легенду, как, вернувшись на объект, объяснит пропажу напарника в лесу.
  Выкурив сигарету, Иван достал из кармана небольшой фонарик посветил вниз. То, что он увидел, повергло его в легкий шок. Спортивные брюки и трусы матерого уголовника были собраны  в гармошку до самых кроссовок, оголив тощие ягодицы, по которым ползали полчища крупных муравьев. Левая нога «Худого», была согнута в колене, насколько позволял размер дупла, и изредка подрагивала, выдавая предсмертную агонию от удушья.

ЛЮДМИЛА

   Людмила вздрогнула, услышав тяжелые шаги в коридоре. Лязгнул запор и в комнату втолкнули заплаканную девочку с волосами до лопаток, лет двенадцати, одетую в спортивные брюки, кроссовки и толстовку  с капюшоном. На ее плече висела небольшая спортивная сумка. Людмила, насколько хватало цепочки, подбежала к девочке, как только закрылась дверь и обняла ее хрупкие плечики, которые  вздрагивали от всхлипывания.

   - Тебя как зовут? – Людмила усадила девочку на кровать.

   - Ирина! Не знаете, зачем они меня сюда привезли? Что им надо?
 
   - Не знаю! Но знаю точно, что это конченные – отморозки! Снимай кроссовки, ложись, отдохни! Осторожно только, не порежься!  Под подушкой кусок битой тарелки для самообороны. – Людмила помогла девочке снять кроссовки и кивнула головой в сторону ширмы, видя, что та ищет глазами туалет.

   - Привыкай! Это не самое большое неудобство! А что у тебя в сумке?

   - Купальник мокрый, шапочка, полотенце да шампунь. А еще фен волосы сушить после бассейна! Я с тренировки по плаванию возвращалась, когда они меня в машину затолкали!

Людмила подобрала сумку, брошенную девочкой у кровати, и стала рассматривать ремень с пряжкой.

   А ничего, если я разломаю твою пряжку и постараюсь сделать отмычку для этого чертового наручника? – Людмила показала Ирине натертое до крови запястье.

   - Зачем пряжку? Попробуйте – этим! – девочка запустила руку в кармашек сумки и выудила оттуда штук пять длинных заколок.

   - В кино это легко и быстро получается! – Людмила, совсем уж отчаялась освободиться от оковы, когда, наконец, замок поддался.
 
   - Рано или поздно, этот мерзавец пожалует сюда один и тогда у нас будет один единственный шанс! – Людмила достала из сумки фен, раздумывая, как он может пригодиться и ничего не придумав, положила его на тумбочку.

   Вскоре послышались шаги и дверь распахнулась.

   - Ты! На выход! Твой папочка хочет услышать твой голос! – охранник с пистолетом за поясом, указал рукой на онемевшую от страха девочку. Людмила, еле успела спрятать под себя конец цепочки и наручник.

   Минут через пять девочку вновь втолкнули в комнату. Она со слезами бросилась в объятия Людмилы.

   - Они настоящие звери! И трех слов сказать не успела отцу! Им что-то надо от него! Когда уводили, я слышала как они угрожали, что пришлют меня по кусочкам, но предварительно… Даже не хочу произносить этих мерзких слов! – Ирина залилась слезами.

   - И еще, у них там переполох! Когда меня выводили из подвала, низкорослый – психоватый, брызгая слюной, распекал всех, что какой-то бригадир убил охранника и сбежал! – впервые за последние несколько дней на губах Людмилы появилась таинственная улыбка.

   - Этот психоватый и есть самый опасный в этой банде! – Людмила машинально полезла под подушку, убедиться на месте ли ее оружие самообороны, и словно вспомнив о чем то, стала пытаться открыть замок на наручнике, пристегнутом к спинке кровати. С этим замком, она справилась гораздо быстрее.

   Потянулись часы длительного ожидания. Усталость и стресс сделали свое дело. Ирина уснула, свернувшись калачиком. Людмила прилегла на краешке кровати и обняла девочку за время от времени подрагивающие плечи. От ее волос исходил легкий запах шампуня.  Сон не приходил, вернее девушка гнала его прочь. Она ждала появления монстра по фамилии Свинога.

   - Вы вовремя! Все кроме маленького садиста, с полчаса назад  уехали с оружием после звонка из города! Я сказался  больным после вчерашней погони за бригадиром! Так что нас трое на одного мелкого! – Иван посмотрел на светящийся циферблат часов.

   - А куда подорвались среди ночи? – у Антона захолодело в груди от мысли, что бандиты поехали на заимку.

   - Нам по дороге никто не попадался! – Руслан по интонации определил обеспокоенность Антона.

   - Руслан! При разговоре с Артемичем, ты ему говорил, что мы отсылаем Маргариту и жителей хутора на ночь на дальний покос? – Антон, насколько позволяла темнота, посмотрел в глаза парню.

   - Потом разбираться будете! Кто кому что сказал! Девчата без присмотра остались! Неровен час вернутся! А это два «калаша» и «макаров!» – Иван первым быстро спустился в люк.

   - Ничего я ему не говорил! Неужели Артемич информацию сливает? Быть этого не может? – прошептал Руслан Антону, наполовину спустившись в люк.

   - Если на заимку поехали, все на него указывает! – закинув «шмайссер» за спину, Антон быстро последовал за Русланом.

   - Надеюсь, он появится один? Он не должен упустить такой возможности! – девушка чутко вслушивалась к тишине, пытаясь не пропустить приближающиеся шаги.
 
   Как ни старалась Людмила бодрствовать, сон все же сморил ее.
 
Людмила вздрогнула и открыла глаза. Ее чуткий слух уловил сопение за дверью и звук аккуратно открываемого запора.

 В долю секунды она, схватив двухметровую цепь, встала у входной двери, прижавшись спиною к стене. Дверь осторожно открылась и  в туже секунду Вадим Свинога, увидев, что на кровати спит только одна пленница, кинулся к ширме отделявшей унитаз от остальной комнаты, надеясь увидеть там Людмилу.
 
   Девушка с проворством рыси, бесшумно метнулась за спину мужчине, набросила ему на шею цепь и обернула ее два раза.

   - Иришка! Помогай! – закричала она и повалилась вместе с садистом на спину, стараясь не выпустить цепь.

   Вадим хрипел и извивался, стараясь просунуть свои пальцы под цепь, и сучил ногами.
 
   - Помоги, не справлюсь! Держи его ноги! – прохрипела девушка, теряя силы, застывшей от неожиданности Ирине.

   Девочка вышла из оцепенения, но все никак не могла заставить себя приблизится к бьющемуся за свою жизнь бандиту.

   Неожиданно в проеме двери показался еще один охранник с автоматом в руке. Ирина успела, только ойкнуть от неожиданности, как тот коротким ударом приклада в голову отключил бандита. Людмила не видя этого, почувствовав, что Свинога обмяк, еще некоторое время изо всех сил тянула за оба конца цепи.

   - Людмила! Хватит! Отпусти цепь! Надо выбираться отсюда! – услышала она такой знакомый голос Руслана. Ее словно катапультой подбросило в воздух и через мгновение она, не веря своему счастью, обнимала и целовала  Руслана. Слезы радости нескончаемым потоком лились по ее лицу.

    - Руслан выводи их через тоннель, а осмотрюсь тут! Надо же знать, с какой целью вырыли этот бункер! – в комнату заглянул пожилой, бритый наголо мужчина с седой бородой и немецким автоматом на шее.

   - Сейчас! Только девочку в чувство приведу! – кивнул он на Ирину, лежащую без чувств.

   - Некогда! Хватай ее на здоровое плечо и мигом отсюда! Ждите нас у люка!- скомандовал  мужчина и заторопился по коридору.

   - Антон! Опомнись!  Девчат спасли, а остальное не наше дело! Уходить надо! Еще не хватало шальную пулю кому из нас схватить? Пускай с этим бункером правоохранители разбираются! Им за это деньги платят! А, вот подпалить тут все не помешало бы! – скороговоркой выпалил Иван, и отрыл  дверь, ведущую из подвального этажа наверх.

   - И то – верно! Да гореть тут особо нечему! – Антон осветил фонарем голые бетонные стены коридора.

   - Это здесь нечему, а дом из сухой лиственницы! Вон! За той дверью оборудование не распакованное! Там же и несколько канистр со спиртом! Я этим займусь, а ты свяжи этого любителя девочек, пока он в отключке! Возьмем его с собой! Пригодится! – Иван бросился в дальний конец коридора.

   Как Антону не хотелось затянуть потуже цепь на горле, начинавшего приходить в себя Вадима, он все же пересилил себя, и скрутив запястья рук шнуром от фена, поставил того на ноги.

   - Сам пойдешь или тебя здесь упокоить? – для пущей важности момента, Антон направил луч фонаря на свое лицо.

   - Узнаешь? Хотя, где тебе? Ты же храбрый, когда со спины нападаешь, да беззащитных женщин насилуешь! А я видишь? С того света, вернее со дна озера за тобой пришел! – только теперь Свинога понял с кем имеет дела и по бабски, от страха, завизжал во всю горло и стал безумно вращать глазами.

   От неожиданности, Антон схватил первое, что попало под руку – небольшое полотенце, висевшее на спинке кровати, и затолкал ему в открытую глотку.

   Если бы Антон мог заглянуть в голову, потерявшего весь лоск Вадиму Свиноги, то увидел бы, что тот безумно вращает глазами, наблюдая, как одетый в золотые одежды римского воина ангел, расправив крылья, гоняет по комнате двух, изрядно потрепанных демонов.
 
 К тому времени, как Иван и Антон Степанович вытащили полуобморочного Вадима через люк в лес, белый дым стал проникать в подземный ход.
 
  - Светает! Надо уходить! Сейчас полыхнет! Я совсем немного спирта для розжига использовал! Несколько канистр посреди избы оставил! – тяжело дыша, произнес Иван и в этот момент раздался глухой хлопок. Из люка вырвался столб жаркого пламени. Дом за забором окутал белый дым, и одновременно раздались панические крики на узбекском языке и звук бьющегося стекла. Через несколько минут на месте дома  столб пламени уперся в небо.  Воздух через подземную галерею засасывался в люк, издавая чудовищный, низкий звук сквозняка.

   Треск пожара и этот звук, больше похожий на звук гигантского духового инструмента, заглушал все вокруг и наводил на сгрудившихся возле люка людей первобытный ужас.
    Первым очнулся Антон. Он, видя, что не может  перекричать этот гипнотический низкий звук, схватил за руку Ирину и силой потащил ее в сторону спрятанной машины. Через несколько мгновений, Иван, Руслан и Людмила нагнали его.
   - Руслан! Схоронись с девчатами в лесу! А мы с Иваном на хутор, на разведку съездим! – не успел Антон Степанович произнести эту фразу, как раздался шум мотора на повышенных оборотах, и по проселочной дороге, в полутора километрах от них, освещая себе дорогу дальним светом, пронесся джип в сторону пожарища.

   - Зарево от пожара увидели! Возвращаются! Тогда и мы, помолясь, не включая свет и не привлекая внимания поехали! Девчата, давайте на заднее сиденье!

 Руслан, Иван! Грузите этого в багажник! – Антон Степанович включил зажигание и в свете занимающегося рассвета, осторожно вывел Ниву из-под укрытия леса.

   Еще на подъезде к заимке, путников поразила странная тишина. Не кричали петухи, не лаяли собаки.

   Во всех избах заимки царил беспорядок. Все было перевернуто вверх дном. Под ногами хрустели осколки битой посуды. Две собаки были застрелены и валялись рядом со своими будками.  Погреба и подполы в избах были вскрыты. Запасы перебиты и валялись на полу.

   - Надо уходить! Они могут вернуться! Машину оставляем тут! А с этим, что будем делать? – Руслан помог выйти, продолжавшим сидеть в машине девушкам и, открыв багажную дверь, словно мешок с картошкой, одной рукой скинул Свиногу на землю.

МОСКВА
Один из коттеджей по Рублевскому шоссе.

   - Как сгорел? Свинога и Копченный исчезли? Да плевать мне на узбеков!- Артур Давидович с бледным, как мел лицом, сидел на шикарной двуспальной кровати натурального дерева.
 
   - Они докладывают, что еще пару дней тлеть будет! Может они в подвале задохлись вместе с той медсестрой и малолеткой? Ребята мне докладывали, что Свинога, уже порывался ее изнасиловать, несмотря на ваш запрет, да отпор получил!
 
   - Люк запасного выхода проверили? – правый глаз Артура Давидовича стал непрерывно дергаться.

   - Доложили, что открыт и дым валит! Без специального снаряжения, войти и проверить нет никакой возможности!

   - Слушай, полковник! – Артур Давидович переложил телефон в левую руку, а правой ладонью зажал глаз, стараюсь укротить нервный тик. Он обернулся на молоденькую блондинку с голой грудью, которая глупо улыбаясь, таращилась на него со второй половины кровати.

   - Вон отсюда! – рявкнул он.

   - Это не тебе, полковник! – он проводил взглядом упорхнувшую с обиженным видом девушку. – надо произвести зачистку территории и людей! Я за ценой не постою.

   - Вы же знаете! Все мои люди были задействованы на вашем объекте. Их осталось всего трое! На заимке никого не нашли! Хорошо! Я подключусь сам! А пока, пошлю их обшарить все окрестности!

ЗАИМКА
Окрестности Теплоозерска.

   Антон взял Руслана под левую руку и отвел в сторону.

   - Бери девчат и уводи их на дальний покос! Услышите выстрелы, скажи деду Семену, чтобы вел всех в тайгу, в зимовье! И сам будь при женщинах! Мы с Иванов их здесь покараулим! – Антон, краем глаза заметил, как Иван, с мобильником в руке, стараясь быть незамеченным, просочился в дом деда Семена.
 
   - Все! Идите! – Антон вернулся к машине, поднял за воротник, валяющегося в пыли Свиногу, и подтолкнул его к лестнице, ведущей на чердак.

  Дождавшись, когда Руслан с девчатами исчезнет из виду, Антон незаметно снял автомат с предохранителя.

   - Иван! Ты куда подевался? – мужчина стал демонстративно крутить головой по сторонам.

   - Здесь я! Воду искал! В горле пересохло! Да, мои бывшие соратнички, даже все ведра опрокинули! – Иван приподнял пустое ведро.

   - Помоги мне поднять на чердак этого мерзавца, а потом за водой сходишь в колодец! – от этих слов Свинога замычал, упал на землю и скрючился, жалобно постанывая в позе зародыша.

   - Ты из себя блаженного не строй! – Антон очередной раз схватил того за шкирятник и поставил на ноги. В нос ударил запах испорченного воздуха.

   - Фу! Да у него живот от страха скрутило!  А ну, как обделается на чердаке? – Иван демонстративно зажал нос пальцами.

   - Хорошо! Иди за водой, а я свожу его в сортир! – Антон подтолкнул, мычащего Свиногу автоматом в спину.

   - Да не мычи ты! – Антон распутал провод на скрученных сзади руках Вадима.
 
   - Кляп не вынимай! Иди! И без глупостей! – Свинога пулей влетей в почерневший от времени деревенский туалет.

    Антон отошел метров на пятнадцать, чтобы не слышать звуков опорожняющегося желудка. Но не прошло и пяти минут, как раздался грохот, а за ним полный ужаса крик о помощи.

   - Вот, сволочь! Кляп все же вытащил! – Антон бросился к сортиру,  с желанием разрядить всю обойму в ненавистную рожу насильника и убийцы. Он рванул дверь. Сортир был пуст. Доска на задней стенке кабинки была отодвинута в сторону, из-за которой доносились крики Свиноги о помощи.
 
   Антон обогнул сортир, держа палец на спусковом крючке, готовый дать очередь в любую секунду. В воздухе витал жуткий запах нечистот.

   Свинога по шею плавал в огромной выгребной яме среди обломков шиферного листа. Время от времени, он погружался с головой и, по всей видимости, оттолкнувшись от дна, всплывал с вытаращенными от ужаса глазами, чтобы возвестить округу криком, от которого на гладко выбритой голове Антона начинали зашевелиться отсутствующие волосы.

   Что-то удерживало Антона от того, чтобы подать утопающему ту же выломанную из задней стенки доску.

   - Это Божий промысел! Не вмешивайся! – шептал ему в ухо Архандр.

  - После очередного погружения, Вадим Свинога, наглотавшись многолетних запасов деда Семена и его гостей, больше не всплыл…

   - Что тут происходит? Что за вопли? – запыхавшийся Иван с пистолетом в руках, остановился на краю выгребной ямы, из которой поднимались и лопались пузырьки зловонного воздуха.

   - Ну, ты и казнь ему придумал? Видать здорово он тебе насолил! Пойдем отсюда! Ну, и вонь! – Иван, зажав нос пальцами, быстро пошел прочь.

   - Сам бы я не догадался!- про себя подумал Антон и, закрыв нос и рот носовым платком, быстрым шагом покинул «лобное место». Он никак не мог убрать с лица довольную улыбку.

   - Пошли к колодцу! Обольемся! Иначе нас этот запах будет преследовать вечно! Одно ведро с водой и ковш, я уже затащил на чердак! В хате еще два ведра видел! И поставь пожалуйста этот раритет на предохранитель! – Иван вразвалочку вошел в хату.

   - Иван! Могу я задать тебе вопрос? – спросил Антон, когда мужчины мокрые после освежающего обливания, улеглись на чердаке на пропахшие махоркой старые тулупы.

   - Спрашивай! Только, боюсь, у меня не на все твои вопросы найдутся ответы! - Иван демонстративно вытащил обойму из пистолета и положил ее рядом.

   - Кому ты звонил из хаты, пока я провожал Руслана и девчат? – Антон, тоже демонстративно поставил оружие на предохранитель.

   - Это самый простой вопрос! Вообще-то  у нас телефоны отбирали! Но я изловчился пронести. На, смотри последний вызов! – Иван протянул маленький кнопочный телефон Антону.

   - Откуда я знаю, что под подписью «Жена», значится имена она? – Антон нажал на кнопку вызова. Отозвался взволнованный женский голос.

   - Ваня! Я сделала все, как ты сказал! Мы, уже в поезде, и едем во Владивосток! – доложил скороговоркой обеспокоенный женский голос. Антон протянул телефон Ивану.

   - Молодец, малыш! Я скоро за вами приеду! А пока не звони мне! Нет, нет, Ты же знаешь? Я всегда возвращаюсь! Целую тебя и детей! – Иван нажал кнопку отбоя.

   - А как ты попал в столь дурную компанию?
 
   - По дурости! Комиссовали со службы после ранения и ожегов! Двое детей, денег не хватало! А тут предложили в охранную фирму! Но я их быстро раскусил. За босса у них, вроде толи бывший военный, толи мент высокопоставленный! Самого ни разу не видел! Но предпочитает набирать бывших уголовников! Мокрушники все, как один! Если бы вас не встретил, все равно девчат в обиду бы не дал! Правда, чуяли они, что я чужой! Особенно после вчерашнего поиска бригадира, где я и беглеца не поймал и уголовника «Худого» потерял! – Иван перевернулся на спину и в задумчивости уставился в потолок.

    - И самое главное? Из-за чего весь этот сыр-бор? Для чего нужен этот бункер замаскированный? Ладно, Людмилу похитили, что бы на Руслана выйти, а потом на Маргариту выйти. А девочка эта – Ирина, зачем им понадобилась? – Антон внимательно посмотрел в сторону дороги. Черный дым от пожарища на горизонте продолжал подниматься в безоблачное небо.

   - Я и сам не сразу догадался, зачем надо было под землю зарываться и держать все в строжайшей тайне? Но оборудование, которое успели завезти, но не успели установить, оно явно медицинское! Даже страшно предположить, какие медицинские манипуляции собирались производить в этом бункере? Знаю точно, что узбеки готовили вертолетную площадку! А девочка понадобилась ради шантажа. Отец у нее какая-то шишка! Разрешение на полеты вертолета не хотел подписывать!

   - Постой! Ты хочешь сказать, что вся эта секретная хрень строилась для забора донорских органов? – у Антона потемнело в глазах от такого предположения.

   - Более того! Я уверен, что кроме Свиноги и строители и бригадир, и Людмила, а в дальнейшем и все охранники должны были пойти под нож! У него со Свиногой – глаза одинаковые! И глаза и  взгляд! Здается мне, что родственники они! – Иван выщелкнул пять патронов из обоймы и вновь вставил их, предварительно осмотрев каждый.

   - С кем одинаковый взгляд? Ты же говорил, что никогда своего босса не видел? – чем больше рассказывал Иван, тем больше оставалось вопросов у Антона.

   -  С Артуром Давидовичем! Объект по его заказу строился! Он и курировал и лично проверял! Холенный такой! Явно из первопрестольной! Одет - с иголочки! Парфюм, наверное, целое состояние стоит! Очки золотые и взгляд сквозь очки! Взгляд садиста, когда недоволен чем-нибудь! Я его только однажды видел, когда меня привезли на объект первый раз! Ему человека раздавить, что букашку! Поверь моему опыту! – Иван перевернулся на живот. Взгляд его был сосредоточен.

   - Если так, то на нас откроют охоту! Ни перед чем не остановятся! – Антон машинально ощупал запасные рожки к «Шмайсеру».

   - Почему откроют? Уже открыли! Видишь пыль над дорогой! Думаю, это по нашу душу!

ШАЛАШ НА ДАЛЬНЕМ ПОКОСЕ

   - Знакомьтесь! Это Людмила! А эту девочку зовут Ирина! Мне бы прилечь? Что-то я неважно… – только и успел вымолвить Руслан, выбежавшей им навстречу Маргарите, и повалился на сено без чувств.

   - Да у него вся спина в крови! То-то он все позади нас шел и подгонял! Надо срочно рану обработать!  А перевязочное есть? – не дожидаясь ответа, Людмила принялась стаскивать рубаху с Руслана.

   - Есть, есть! Все с собой взяли! А где Антон Степанович? – в голосе Маргариты звучали панические нотки.

   - Они с Иваном и этим Вадимом Свиногой остались на хуторе! – умелые пальцы Людмилы, ловко снимали пропитанные кровью бинты.

   - Кто такой Иван и Вадим Свинога? Почему они не пришли сюда? – не унималась Маргарита, готовая зарыдать. Имя Вадим царапнуло душу, но она сразу забыла о нем.

   - Все будет хорошо! Не переживайте  Маргарита Эдуардовна! – произнес слабым голосом, пришедший в себя ненадолго Руслан, когда его перенесли в крытый соломой шалаш.

   - Вернутся к вечеру! Не переживайте! – Руслан, вновь впал в беспамятство.

   - Как же они вернутся? Антон ни разу сюда не провожал нас! Он же и дороги не знает! – женщина растеряно крутила головой, ища поддержки.

   - Все! Женщина! Без паники! Я их сюда приведу! – дед Семен рассовал по карманам ватника патроны от вертикалки, закинул ружье за спину и, опираясь на посох, как мог быстро зашагал в сторону хутора.

   - Я с вами! – Маргарита в три шага догнала деда Семена и пошла рядом с ним.

   СОН

   Руслан проснулся от утренней прохлады и странного звука, напоминающего похрапывание некоторых сослуживцев в казарме. Первое, что он почувствовал – это тепло, согревающее его со спины. Невесомая  рука девушки покоилась на его простреленном плече.  Он скосил глаза, пытаясь осторожно, чтобы не разбудить Людмилу освободиться от руки и  замер от неожиданности. Под соседним деревом, метрах в десяти, мирно спали трое вооруженных, давно не бритых мужчины. Один из них спал сидя, прислонясь спиною к дереву и обхватив руками винтовку.

   Руслан, как мог, осторожно освободил свое плечо и попытался встать. Но израненные, натруженные ступни отозвались такой дикой болью, что он опять вцепился зубами в котомку, заменявшую им подушку. Его движение не осталось незамеченным.

   -  Хопіць спачываць-Браткі! Маладыя, чай прачнуліся!* – мужик, который только что спал сидя с ружьем, упруго подскочил и ненароком направил ружье на Руслана.

   - Дзядзька Іван! Гэта ж я Людміла!** – девушка подскочила и бросилась обнимать усатого, пропахшего махоркой партизана.
 
   - А што гэта за фрукт? – уже, более миролюбиво кивнул один из проснувшихся партизан.

   - Это Руслан! Красноармеец! Мы с дедом Василием спасли его после расстрела! Вот! Идем партизан искать! Он ранен в плечо и ноги побил все, как бегли от фрицев!

   - Розберемося в загоні, хто червоноармієць, а хто ні! А тепер вставай і вперед! Може він поліцай засланый?***  – с важным видом скомандовал третий – долговязый партизан, зевая и потирая с просонья глаза!

   - Такому волю дай, так ты разберешься? – запальчиво сказал Руслан и, сжимая от боли зубы, поднялся на ноги.

   -Іди вже! - замахнулся прикладом на Руслана долговязый, но Людмила со сверкающими, как у разъяренной кошки глазами в доли секунды оказалась между Русланом и прикладом.

   - Я яго гэтымі рукамі з  магілы ўчора адкапала! За яго жыццё мой дзед, магчыма, свайго жывата не пашкадаваў! Адстрэльваўся і прыкрываў наш адыход, а ты яго параненага прыкладам?**** – Людмила не долго раздумывая, влепила оплеуху, посмевшему замахнуться на Руслана верзиле. Для того, что бы достать до наглой физиономии выспавшегося, и теперь качавшего права партизана, Людмили пришлось подпрыгнуть.

   -  Астынь, Аляксей! Без цябе разбяруцца! Ты б сябе, так мужна ў баі вёў? А то апошні раз, так уткнуўшыся ў пень і абхапіўшы галаву рукамі і праляжаў увесь бой!***** – упрекнул долговязого, почти двухметрового роста Алексея Иван. Тот попал к ним в отряд пару месяцев назад в гражданской одежде, и с полным вещмешком частично обгоревших советских денег и приличным запасом харчей.

 Как прошла проверка долговязого Алексея Викторовича  Ивченко, руководство отряда рядовому составу не докладывало, но на простейшие задания отправляло, надеясь на опытного разведчика Ивана, знавшего местные леса, как свои пять пальцев.

   Руслан сделал несколько неуверенных шагов, но почувствовав, как подставила свое плечо и обхватила его за пояс Людмила, стал делать шаги увереннее. Боль, накопившаяся за ночь, отошла на задний план. Ему было приятно ощущать прильнувшую к нему худенькую девушку, так героически вставшую  на его защиту.

   Чем дальше продвигалась группа ведомая партизаном Иваном вглубь леса, тем явственнее Руслан ощущал беспокойство от присутствия долговязого Алексея.  Несмотря на ощущение нежного девичьего тела, помогавшее ему при ходьбе, в его голове затуманенной тяжелыми боями, пленением и долгим переходом по жаре под дулами автоматов фашистов, Руслана не покидало чувство, что совсем недавно он, уже видел этого долговязого парня по имени Алексей. И это было, еще до того, как он попал в плен.

*-Хватит спать, братки! Молодые, чай проснулись!(бел.)
** - Дядя Иван! Это же я – Людмила! ( бел.)
*** - Разберемся в отряде, кто красноармеец, а кто нет! А теперь вставай и вперед! Может он полицай засланный!(укр.)
**** - Я его этими руками из могилы вчера откапала! За его жизнь, мой дед своего живота не пожалел! Отстреливался и прикрывал наш отход, а ты его раненного прикладом? (бел.)

   ЗАИМКА

   - На трех машинах едут! Не иначе, как подмога к ним подоспела с города? Быстро примчались – сволочи! Эх! Надо было у Руслана ППШ взять! С пятью патронами много не навоюешь! – Иван скрипнул зубами.

   - Держи! Но только экономь патроны! Читал, что «Шмайсер» не особо кучно бьет очередями! – Антон передал автомат и запасные рожки Ивану, а сам достал свой привычный «Стечкин».

   Машины остановились за пределами видимости, и вскоре на дороге показалась группа из одиннадцати человек. На фоне перевалившего полдень солнца, фигуры людей выглядели темными силуэтами, которые по чьей-то невидимой команде, вытянулись цепью, охватывая заимку полукольцом.

   - Трое с «Калашами», остальные с пистолетами! И еще один – двенадцатый показался! – Антон передал бинокль Ивану.

   - И он в нашу сторону в бинокль смотрит!  – Иван отложил бинокль в сторону.

   - Подпустим поближе и постараемся первыми снять тех, кто с калашами! А пока раньше времени не высовывайся! – Антон проверил обойму, загнал патрон в патронник, снял пистолет с предохранителя и поставил его на режим одиночных выстрелов. Кровь, насыщаясь адреналином, толчками отдаваясь в висках, пошла по жилам, заставляя организм мобилизоваться на борьбу за жизнь.

   Первыми во двор вошли трое из охраны объекта. Они, уже были здесь несколько часов назад, поэтому не таились. «Калаш» болтался на спине одного из бывших уголовников по кличке Фикса. Двое других держали видавшие виды «ТТ» в руках. Они, явно не ожидали застать в избе кого-нибудь. Остальные разбрелись по заимке.

   - Да, нет здесь никого! Видите? Машину бросили, а сами, наверняка,  в лес подались! – высказал свое мнение Фикса, сплюнул сквозь зубы на пересохшую от зноя землю и грязно выругался матом.

   - Слышь? Фикса? Твоего мнения никто не спрашивал! Сказано обыскать все! Лезь на чердак проверь там все! – отдал распоряжение человек с пистолетом и вошел в дом.

   - Второй раз за день мне чердак достается! Там жара, как в аду, и дышать от пыли нечем! – недовольно буркнул Фикса и матерясь, полез по лестнице на чердак. Автомат, так и остался болтаться у него за спиною.

  Иван оживился. Он знаком показал Антону укрыться за печной трубой, а сам откатился в гол чердака и накрылся тулупом.

   Фикса шагнул внутрь, но разглядев ведро с водой, сразу насторожился и попытался сдернуть автомат со спины. Иван стремительно выпрыгнул из-под тулупа, и первым приставил ствол Шмайсера к виску, опешившего уголовника, а шагнувший из-за трубы Антон с пистолетом, ствол которого смотрел ему прямо в лоб, заставил Фиксу поднять руки вверх. Острый кадык уголовника совершал глотательные движения в такт бегающим и ищущим выхода глазам.

   Иван опустил свой Шмайсер и забрал оружие у, стоящего с поднятыми руками уголовника. В этот момент в радиостанции, висящей у бандита на поясе раздался насмешливый голос: - Ну, что там у тебя, Фикса? Что притих? Ср-ть сел, что ли? Даже во дворе вонизма от твоего кряхтения!
 
   - Зови его сюда? Крикни, что нашел кое-что! – прошептал Антон Фиксе в ухо и для пущей убедительности, уперся стволом пистолета тому в ребра.

   - Поднимись сюда! Нашел кое-что! – внезапно осипшим голосом прохрипел Фикса в рацию, и в тот же момент получил рукояткой тяжелого Стечкина по затылку.

   - А ну, покажись в проеме? – бандиты, явно заподозрили неладное. Один из них стоял на нижней ступеньке лестницы, не решаясь подняться наверх.
 
   Иван прильнул к доскам, стараясь разглядеть, что там творится внизу.

   - Один на лестнице, второй на крыльце! Постараюсь первым снять того, что на крыльце! – Иван положил оба автомата и снял пистолет с предохранителя.

   Два выстрела прозвучали с перерывом в доли секунды. Антон, распластавшись на животе, выглянул сквозь проем чердака. Один бандит, держась за рану в животе, лежал на спине возле лестницы, другой грязно матерясь, пытался заползти  в хату, оставляя на крыльце кровавый след. В туже секунду прозвучало несколько выстрелов, прошивших доски чердака и металлическую кровлю.

   Антон с Иваном бросились под укрытие печной трубы.

   - Одиннадцать минус три! Еще восемь человек! По четыре на каждого! – Иван дотянулся до ведра с водой и, зачерпнув воду ковшом, стал жадно пить.

   - По четыре с половиной! Двенадцать их было! – уточнил Антон, и ползком вернулся к пробитым пулями доскам обшивки чердака.

   - Нельзя тебе девонька туда! Затаись в этом лесочке до поры до времени! –  услышав первые выстрелы, дед Семен указал Маргарите рукой в сторону небольшой березовой рощи, а сам переломил двустволку и стал шарить в кармане видавшего виды ватника.

   - Предлагаем вам сдаться, а не то спалим живьем вместе с хатой! – раздался голос из-за сарая, и по шевелению кустов смородины, Антон вычислил место укрытия одного из бандитов.

   - Сколько там патронов в рожке Калаша? – шепотом спросил Антон Ивана.

   - Полный!

   - Дай-ка его мне? – Антон передернул затвор и глубоко вдохнув, выскочил на долю секунды в проем двери чердака, дал короткую очередь в угол сараюшки, в то место где прятался бандит. Громкий вскрик и мат указал, что хоть одна из пуль попала в цель.

   Антон упал на пол и прильнул к зазорам между досок. Сразу с нескольких сторон посыпался град пуль, превращая дощатую стену чердака в решето.

   - Попрятались! Сразу и не пойму, откуда палят? Ты с обратной, с глухой стороны сквозь щель посматривай, может там, кого высмотришь? – стараясь перекричать звуки выстрелов, крикнул Антон Ивану, залегшему за печной трубой.

 Тот по-пластунски, змеей скользнул на противоположную половину чердака и прильнул глазом к доске с выбитым сучком.

   - Деда Семена за соседским курятником вижу! Целится в кого то! – раздался глухой звук выстрела охотничьего ружья и дед Семен, тотчас исчез из виду. Зато из слепой зоны, невидимой Ивану, пошатываясь и держась руками за шею, вышел незнакомый Ивану бандит. Сквозь его пальцы под напором хлестала кровь. Еще шаг, другой и незнакомец рухнул лицом в землю.

   Ивану было видно, как град пуль обрушился на курятник, за которым секунду назад прятался дед Семен. И только легкое вздрагивание ботвы картошки, выдали Ивану местоположение деда. Тот полз по меже в дальний конец огорода, где возвышалась куча перепревающих сорняков.

Через пару минут, стреляя на ходу по курятнику из автоматов, выбежали двое. Никого не обнаружив за курятником, они подошли к истекающему кровью, но еще живому товарищу и со злости стали палить по чердаку. Иван, еле успел отпрянуть, от сучка, как деревянная, задняя стенка чердака превратилась в дуршлаг с дырой посередине, куда можно было просунуть голову.

 Выстрели, неожиданно прекратились. Было слышно, как упали на землю обоймы от автоматов . Недолго думая, Иван высунул ствол Шмайсера в прореху в стене и выпустил длинную очередь по двум бандитам перезаряжавшим  свое оружие. Автомат ходил в его руках ходуном, но все же, пули находили свою цель и вскоре, рядом с первым телом, лежали еще двое в предсмертных конвульсиях.

   Иван, вновь отполз под укрытие печной трубы.

   - Можно подводить промежуточные итоги! К тем трем прибавляем еще четверых! Спасибо деду Семену! Итого в сухом остатке – еще пятеро, включая того с биноклем!

   - Долго вы там бодягу разводить будете? Поджигайте хату и смотрите, чтобы никто не сбежал! – раздался громкий голос из радиостанции.

   - Прикройте меня огнем по чердаку! А я постараюсь забросить бутылку на чердак! - продолжала верещать рация. И только тут Антон понял, что это работает рация оглушенного им бандита Фиксы. Он вновь прильнул к дощатой стене, высматривая, откуда появится бандит к коктейлем Молотова.

   Тот появился из-за кустов вишни, густо росших с внешней стороны забора. Бандит быстро подбежал к лестнице и замахнулся, чтобы бросить горящую бутылку в открытый проем чердака. Секундой раньше прозвучал выстрел охотничьего ружья. Бутылка разлетелась, обдав бандита пылающей жидкостью.

 Страшный крик разнесся над заимкой. Живой факел заметался по двору. Натыкаясь на мертвого подельника и оставляя за собою куски горящей одежды, горящий бандит выскочил через калитку наружу и, продолжая жутко кричать, стал кататься в пыли, пытаясь сбить пламя. Внезапно крик прекратился. У калитки продолжал догорать труп источающий запах керосина и паленного мяса...

   - Я под пули лезть не нанимался! Валим, братва отсюда! Нам гробовые не обещали! – вновь ожила рация. В голосе чувствовалась неуверенность и паника.

   - Отставить! – раздался властный голос из рации.

   - У них патроны, уже закончились! Сожгите этот дом! Плачу каждому по пятнадцать кусков! – не унималась радиостанция.

   Первым не выдержал Иван.

   - Ты бы назвал себя? Может, и я пятнадцать кусков заработать хочу? -  спросил он коротко, и прильнул к биноклю, стараясь разглядеть двенадцатого из глубины чердака.

 Высокий мужчина в армейском камуфляже, облокотившись на капот Крузака, смотрел на дом через оптический прицел снайперской винтовки. Иван машинально отпрянул под защиту дымовой трубы.

   - Антон! Двенадцатый машину поближе подогнал, но он по прежнему вне досягаемости! И у него снайперская винтовка! Не высовывайся понапрасну! Может выцелить!

   - Иван! Этих трое осталось! Попробуй уговорить, чтобы разбегались, а то ненароком хату подожгут.

   - Мужики! Говорит Копченный! Может, кто из вас помнит или знает меня? Не верьте ему и разбегайтесь по домам! Ему нет никакого резона оставлять в живых ни нас, ни вас! Слишком большие деньги на этом завязаны. Ничего вы не получите от него, разве, что пулю! – одновременно с последним словом Ивана, раздался характерный звук удара пули о кирпичную кладку трубы и звук далекого выстрела.

   - А это, господин хороший, вы начинаете нервничать! – с издевкой сказал Иван, но на всякий случай распластался на полу за трубой.

   - Вижу троих! Отходят в сторону машины! Подействовала твоя агитация! Дай-ка бинокль? – Антон навел бинокль на отступающую троицу бандитов, которые пригибаясь, перебежками направлялись к беззаботно стоящему с винтовкой в обнимку долговязому мужчине.

   - И похож, и не похож! Артемич, вроде не такой высокий! А, впрочем на таком расстоянии, разве разберешь? Артемич, тоже сухопарый, и не маленький? – прошептал себе под нос Антон. Подозрение в предательстве Артемича, никак не хотели отпускать его мысли.

   Раздались три, еле слышных пистолетных выстрела. Затем, еще три.

   - Все! Порешил он их! И контрольные выстрелы сделал! – Антон видел в бинокль, как долговязый закинул винтовку в салон Крузака, сел за руль и через минуту скрылся в клубах пыли.

   Маргарита, сидя под большой березой, тряслась от напряжения и страха за жизнь Антона. Она слышала автоматные очереди и одиночный выстрелы, и каждый раз вздрагивала всем телом. Слезы не переставая, текли по ее бледному лицу.

 Неожиданно выстрелы прекратились. Ей стоило большого труда выждать еще минут десять, после чего, она плохо что соображая, чисто машинально побрела в сторону заимки.

   Какова же была ее радость, когда на краю заимки, она разглядела деда Семена, радостно машущего ей шапкой. Из калитки на дорогу выскочил живой и невредимый Антон и бросился ей навстречу.

 Он подхватил ее и закрутил словно пушинку. Перепачканное золою лицо Антона светилось радостною улыбкой. Он опустил Маргариту на землю и крепко прижал ее к себе, и только два ангела – Амизи и Архандр, вцепившись им в одежду, и пытались повалить их на землю. Но силы были слишком, неравные, а счастливые Маргарита и Антон не хотели их замечать, слишком велико было их счастье.

   Неожиданно Маргарита вздрогнула всем телом. Ноги ее подкосились, взгляд затуманился. Лицо стало строгим, словно она хотела дать наставление Антону. Из уголка губ показалась алая струйка крови. И только теперь, все расслышали далекий звук выстрела.
 
   - Неееет! – дико закричал Антон, продолжая удерживать в объятиях тело любимой женщины с запрокинутой назад головой и повисшими вдоль туловища руками.
   
      Раздался далекий рокот вертолета и через несколько секунд, вынырнув, словно, из ниоткуда -  вертолет МИ-24, подняв клубы пыли, сел на поле, метрах в ста от хаты деда Семена.

   - Из вертолета, дружно высыпали около десятка военных в темной форме и залихватских черных беретах, и моментально заняли оборону вокруг вертолета.  И только один, с погонами полковника, немного приволакивая ногу, как мог скоро, зашагал к сидящим на земле в немом оцепенении Антону, Ивану и деду Семену.
 
   - Санитара сюда!- пытаясь перекричать шум лопастей, крикнул Артемич, увидев лежащую и бледную, как мел Маргариту.

    Появился молоденький лейтенант с просветами медицинской службы на погонах и принялся колдовать над телом Маргариты.

  - Жива! Необходимо срочно в госпиталь! – Антон не столько  наблюдал за действиями лейтенанта, сколько за действиями маленьких ангелов в золотых одеждах со сложенными за спиной крыльями. Они, взявшись за руки, и опустившись на колени перед Маргаритой, произносили только им известную молитву на незнакомом Антону языке.

   Не прерывая молитвы, они помогли лейтенанту перевернуть женщину на бок и наложить тугую повязку на рану под правой лопаткой. Притихшие Демоны, даже не помышляли устроить драку и тихонько сидели на крыше избы.

  - Все! Не мешкай лейтенант! Грузите ее в вертушку и в Хабаровск! Возьми с собой двух бойцов, остальные останутся со мной! – отдал распоряжение Артемич.

   - Антон! Тебе, тоже лучше пока остаться! Ты ничем ей пока помочь не сможешь! – но Антон, словно не слышал Артемича. Он, молча, кивнул в знак согласия ангелу, который взглядом просил его позволения оставить его и лететь вместе с Маргаритой.
 
  Демоны, даже не попытались вернуться на плечи Антона и Маргариты, и как только вертушка взмыла в небо, тихо исчезли в неизвестном направлении.

   - Здесь он! Где-то недалеко! Стрелял из снайперской, минут пять назад! - прохрипел Антон.
   
   - Кто он? - от этих слов полковник машинально пригнулся и стал оценивающе смотреть, где мог прятаться снайпер.

   - А я грешным делом на тебя подумал!- стараясь перекричать звук взлетвющего вертолета, крикнул Антон в ухо Артемича.
   
СОН

   Солнце перевалило, уже за полдень, когда медленно идущей группе в составе трех партизан, Руслана и Людмилы, повстречался первый партизанский дозор.

   - Через час в отряде будем! Там лекарь займется его ногами! Потерпите! – доброжелательно шепнул дядька Иван Людмиле.

   - Скорее бы! – девушка из последних сил удерживала на своем плече, быстро теряющего силы Руслана. Если бы она знала, сколько им придется отвечать в отряде на разные обидные вопросы, то уговорила бы дядьку Ивана сделать длительный привал или ночевку.

   Только к глубокой ночи, вконец обессиленных, их покормили и оказали медицинскую помощь Руслану.

   - Я вспомнил!- прошептал он Людмиле, когда она на следующее утро принесла ему, и еще двоим лежащим раненным горячую кашу и заваренный на травах чай.
 
   Руслан говорил тихо, чтобы его не услышали соседи по землянке и пожилая санитарка, дремавшая на лавке в углу.
 
   - Я вспомнил, где его видел! – глаза Руслана блестели болезненным блеском.

   - Устрой мне разговор с твоим дядькой Иваном с глазу на глаз!
 
   - Снедай давай! Ушел дядька сегодня утром на задание! Вернется через пару дней, тогда и поговорите! – Людмила тайком опустила кусочек сахара в кружку чая.

   - А этот – долговязый? С ним ушел? – не унимался Руслан.
 
   - С ним, с ним! Ложись, отдыхай! Мне надо на кухню! В обед вернусь покормить вас! – Людмила нежно посмотрела на Руслана и вышла из землянки.

   Руслан лег на левый бок и закрыл глаза. В голове замелькали картины эвакуации Минска.
   Их взвод получил приказ выдвинуться на окраину города и постараться задержать продвижение передовых частей немцев.

   Сразу за городом им повстречалась полуторка, застрявшая в раскисшем от дождя кювете, в которой под охраной автоматчиков сидели несколько человек в форме красноармейцев, но без ремней и сапог. Часть автоматчиков, безуспешно пыталась вытолкать машину из грязи.

   - Подсобите, ребятушки? – крикнул им усатый водитель, с расстроенным видом, стоящий на ступеньке машины.

   - А эти, почему не помогают? – поинтересовался Руслан.

   - Им не положено! Велено глаз с них не спускать! Диверсанты! – отозвался молоденький лейтенант, с ног до головы заляпанный грязью.

   Руслан с интересом посмотрел на задержанных диверсантов. Среди них выделялся мужчина лет сорока, явно выше остальных ростом и статью. Он сидел с безразличным видом, смотря себе под ноги.

   - Неужели немцы? – поинтересовался кто то из взвода, дружно облепившего полуторку и на раз-два, вытолкнувших машину из плена грязи.

   - В штабе разберутся! Может и немцы, но по-нашему матерятся складно. А тот – долговязый, так вообще на мове шпарит, не хуже Тараса Бульбы! – полуторка, обдав избавителей напоследок сизым, вонючим - выхлопом, натужно ревя мотором, понеслась в сторону Минска.
   

 


 

   Продолжение следует.
   

   
 


Рецензии