Пастушок

1

- Ну значит, было так. - Начал второклассник Миша пересказывать сказку у доски. - Пас пастушок овец. Скука страшная! Вокруг никого. Только овцы травку жуют. Вот и решил наш пастушок от нечего делать хренью позаниматься...
- Миша! - Строго, но с улыбкой прервала второклассника учительница лет пятидесяти. - Что за слова?
- Извините. - Улыбнулся Миша. - Это я, чтоб меня интересней слушать было.
- Продолжай.
- Ну так вот. Скучно было пастушку и решил он поиграть. Кричит такой, что есть мочи, мол, волки-волки. Тут-то народ и прибежал. И не просто прибежал, а с палками и с цепями. Все по-взрослому, а волков-то и нет. Балуется наш пастушок. Спросили люди у него, мол, что за хрень такая.
- Миша!
- Извините. Ну так вот. Поругали чуть постушка, да ушли. Но веселее постушку не стало и он через минут тридцать-сорок по новой, мол, волки-волки. Прибежал народ. Опять с палками и с цепями и опять никаких волков не оказалось. Только овцы, да придурок пастушок.
- Миша!
- Так народ ему, придурку, так и сказал, что, мол, попробуй нас, придурок, ещё раз, просто так, позвать. По башке получишь!
- Миша! - Стукнула, смеясь, по столу учительница. - Прекрати!
- Извините. - Ответил, довольный собой, Миша, чувствуя, что он главная звезда урока. - Ну так вот. Ушел народ. Пастух с овцами остался. А через минут пятнадцать пришли уже абсолютно реальные волки. С реальными клыками и с реальным аппетитом. Пастушок наш громче прежнего закричал, мол, волки-волки, да никто не пришел и остались от пастушка с овцами лишь обглоданные кости.
  Класс неистово зааплодировал.
- А в чём мораль, Миш? - Спросила, поправляя очки, учительница.
- А мораль в том, что того, кто врёт скушают. - Ответил, ощущающий себя артистом на сцене, Миша.

2

Прошло 20 лет.

- Кто там? - Спросила, подойдя к глазку, одинокая пенсионерка.
- Елизавета Алексеевна! - Прокричал весёлый голос. - Это Дедушка Мороз! Я подарок вам принес!
  Было второе января. То, что приветливый голос за дверью знал Елизавету Алексеевну по имени вызвало у нее доверие, да и в глазке она увидела белую бороду в красном колпаке, чего опасаться?
  Когда пенсионерка открыла дверь, то тощий и сутулый в красном свитере Дед Мороз протянул ей своими длинными тонкими руками коробку с чайником внутри.
- С Новым Годом вас, Елизавета Алексеевна! - Весело поздравил пенсионерку Дед Мороз. - Примите подарок от администрации района!
  Будучи большой любительницей чаепитий, Елизавета Алексеевна с радостью приняла подарок и понесла коробку с чайником на кухню. Взяв же из миски несколько "Мишек на севере" пенсионерка вернулась к Деду Морозу.
- Держите! - Угостила, улыбаясь, Деда Мороза пенсионерка.
- Ой! Спасибо, Елизавета Алексеевна! - Поблагодарил, сунув конфеты в карман, Дед Мороз и, достав из сумки бумажку с ручкой, протянул их пенсионерке. - Подпишите?
- Может чаю? - Не прекращала улыбаться Елизавета Алексеевна. - Устали небось?
- Я бы с радостью, Елизавета Алексеевна! Да ждут меня! Многих ещё поздравить нужно... сами понимаете.... Подпишите?
- Подписать?
- Да. Это формальность. Бумажка для начальства, что, мол, я у вас был, подарок отдал и все такое...сами понимаете...
- Да-да! Конечно! Где подписать? Показывайте!

3

  На первой неделе после новогодних праздников в дверь Елизаветы Алексеевны снова позвонили. На этот раз это был уже не Дед Мороз, а незнакомец, представившийся почтальоном.
- Оставьте письмо в почтовом ящике. - Строго ответила через дверь пенсионерка.
- Елизавета Алексеевна, не могу. - Ответило, улыбающееся в глазке, лицо. - Велено лично в руки...сами понимаете...
  Пенсионерка открыла дверь и увидела перед собой тощего и сутулого в черном пальто мужчину, который держал в своих длинных тонких пальцах файл с бумажками.
- Давайте письмо. - Протянула руку Елизавета Алексеевна.
- Прошу вас. - Незнакомец, не прекращая улыбаться, передал пенсионерке бумажку.
  Елизавета Алексеевна начала читать:
"...договор дарения...квартиры...Доброта Елизавета Алексеевна...Пастушку Александру Владимировичу..."
- Это что? - Спросила полушепотом пенсионерка, чьи руки непроизвольно начали трястись и лист, выскользнув из пальцев, упал на пол.
- Елизавета Алексеевна, ну что вы так? - Миролюбиво спросил мужчина, наклонившись за, упавшим на пол, листом. - Вы что же? Забыли все?
  Подняв лист с пола, незнакомец вошёл в квартиру и положил бумажку на тумбочку в прихожей.
- Эх возраст-возраст. - Продолжил ласковым голосом мужчина. - Никого не щадит! Неужто забыли как по доброй воле решили мне свою квартиру подарить? Вот и подпись ваша в документе имеется.
  Елизавета Алексеевна стояла не шевелясь, а незнакомец, глядя в зеркало, поправлял прическу.
- Ну ладно. - Проложил, выходя из квартиры, мужчина. - Я пока до магазина схожу. Алкоголя куплю. Заселяюсь как никак! Отметить надо! Сами понимаете! Вернусь примерно через час. А вы за это время, пожалуйста, освободите квартиру. Договорились?

4

  Когда двери лифта захлопнулись и незнакомец уехал, Елизавета Алексеевна сразу же позвонила в полицию, но те, приехав и увидев договор дарения, подписанный самой же пенсионеркой, очень быстро уехали обратно, объяснив, что все понимают, но ничем помочь не могут.
  Когда же незнакомец вернулся, то дверь в квартиру Елизаветы Алексеевны была открыта, а сама пенсионерка стояла молча у окна.
- Ну как? - Спросил, снимая с длинной тощей шеи черный шарф, мужчина. - Собрались, Елизавета Алексеевна? Может чайку на дорожку?
  Пенсионерка молча обулась, оделась и, взяв с собой лишь маленькую сумочку, покинула свою квартиру.

5

- Слышь, сказочник! - Обратился к Михаилу Юрьевичу, подвозивший его, таксист. - Когда новая книжка-то будет?
- Так первая же только чуть больше месяца назад в продажу попала! - Засмеялся Михаил Юрьевич. - А вам уже вторую подавай!
  Михаил Юрьевич был молодым писателем, специализирующимся на детских сказках, дебютная книга которого, позволила ему меньше чем за месяц заработать на первую в жизни Михаила Юрьевича квартиру, который до этого всегда снимал студию, съехав от родителей после окончания университета.
- Купил я дочурке твою книжку. - Продолжил, улыбаясь, таксист. - Зачитались! И как только ты умудряешься сочинять такое? Употреляешь чего?
- Только по праздникам и только водку!
- Да ладно по праздникам! Белочки с зайчиками, которые лепят снеговиков и блюдечки с чашечками, которые разговаривают в серванте, это, брат, скажу тебе честно, не водка! Это покруче будет!
  Михаил Юрьевич резко перестал улыбаться, обратив внимание на автобусную остановку.
- Ладно... - Продолжил таксист. - Шучу, конечно. Фантазия у тебя, брат, дай  Бог каждому.
- Остановите машину! - Закричал Михаил Юрьевич.
- Что? - Вздрогнул водитель. - Обиделся, что ли? Да я...
- Остановите! Быстро!
- Ладно-ладно! - Таксист включил аварийку. - Все! Стоим!

6

  Михаил Юрьевич, выскочив из машины, подбежал к, сидящей на автобусной остановке, пожилой женщине.
- Елизавета Алексеевна! - Радостно прокричал молодой писатель. - Это вы?!
- А вы, кто? - Ответила, не поворачивая головы, пожилая женщина и продолжая смотреть на покрытые снегом троллейбусные провода.
- Я Мишка! - Снял шапку молодой писатель. - Помните меня?! Сказка про пастушка!
- Пастушка? - Переспросила, не поворачивая головы, пожилая женщина и продолжая смотреть на троллейбусные провода, на один из которых приземлился пушистый снегирь.
- Ну да! - Не сдавался молодой писатель. - Придурка пастушка , который хренью занимался!
  Пожилая женщина повернула голову и, посмотрев на Михаила Юрьевича, улыбнулась.
- Миша! Ну ты и вымахал! Хорошо, видать, тебя мама кормила!
- Спасибо! - Засмеялся молодой писатель. - А вы почти не изменились! Глаза такие же...Добрые!
- Спасибо, Миша.
  В разговоре возникла пауза и было слышно как в такси играет музыка - пели, что-то про Новый Год.
- А вы чего тут? - Спросил Михаил Юрьевич. - Давайте подвезу.
- Не стоит, Миша. Спасибо.
- Елизавета Алексеевна, у вас что-то случилось?
- Ничего не случилось. Ты езжай, Миша. Все хорошо.
  Нижняя губа Елизаветы Алексеевны сильно дрожала и было видно, что женщина из последних сил старается не плакать.
- Елизавета Алексеевна, я никуда не поеду. - Твердо сказал молодой писатель. - Что произошло?

7

- Подумаешь! - Успокаивал Елизавету Алексеевну молодой писатель. - Разве это беда?! Да у меня этих квартир, Елизавета Алексеевна! Девать некуда!
  Михаил Юрьевич достал из кармана платок и подал его пожилой женщине.
- Откуда? - Удивилась, успокаиваясь и вытирая слезы, женщина. - Ты, что? Депутат?
- Елизавета Алексеевна, да вы, что?! Упаси Господь! Писатель я! Сказки сочиняю!
- Ну ты даёшь! - Улыбнулась женщина, на чьем лице почти не осталось и следа от слез. - И, что? За это платят?
  В ответ на вопрос, а платят ли писателям, Михаил Юрьевич ничего не сказал, а лишь хитро улыбнулся.
- Ладно, Елизавета Алексеевна! Поехали! - Сказал Михаил Юрьевич, помогая пожилой женщине встать. - А то замёрзнете! Январь как никак!
  Поселив Елизавету Алексеевну в свое первое и единственное жилье, Михаил Юрьевич объяснил пожилой женщине, что это одна из множества его квартир и, что он как раз искал, кого-нибудь, кто бы следил за порядком, ну и жил заодно.
  Сам же молодой писатель вернулся в свою съёмную студию, начав работу над новой книгой.

8

Год спустя.

- Ну, дорогая! - Торжественно поднял бокал с шампанским тощий и сутулый мужчина, обращаясь к своей толстой невысокой подруге. - За нас!
  Парочка что-то отмечала, отдыхая на личном катере, где-то в районе Гоа.
  Поставив пустой бокал на столик, мужчина чмокнул свою, валяющуюся на шезлонге, подругу, под весом которой шезлонг трещал.
- Не знаю как ты, дорогая. - Сказал, потянувшись, мужчина. - А я бы освежился.
  Женщина, не открывая глаз, улыбнулась, продолжая загорать.Через несколько секунд она услышала всплеск, пара капель от которого, даже долетели до ее коротких толстых пальчиков на ногах.
  Прошла минута, две, пять, но мужчины не было.
- Саша! - Начала звать знакомого толстая женщина. - Саша!
  Насторожившись, что Саша не отвечает, женщина, с трудом поднявшись с шезлонга, подошла к краю катера.
- Саша! - Закричала в ужасе женщина, заметив в нескольких метрах от катера, удаляющийся и оставляющий после себя красноватый, пузырящийся след, акулий плавник.
  С прогулки на катере толстая женщина вернулась без Саши и решила покинуть Гоа как можно скорее, но не успела, так как по дороге в аэропорт была укушена ядовитой змеёй и, помучавшись около получаса, скончалась.

9

- Слыхали, что в Гоа-то случилось? - Спросил таксист у Михаила Юрьевича.
- Нет. А что там случилось?
- Нотариуса из нашего города. Тётку! Змея покусала. Та и померла!
- Ничего себе.
- Это ещё не всё!
- А, что ещё?
- Она, это, с дружком своим там, это, отдыхала. Так вот говорят, что с ним, это, ещё хлеще. Акулы, говорят, пожрали!
- Да ну!
- Отвечаю! По новостям слышал! Фамилия ещё у этого мужика смешная была. Пастушок!
- Пастушок? Серьезно?
- Вроде да. А что?
- Да ничего. Действительно, забавная фамилия. - Улыбнулся Михаил Юрьевич. - Ну вот и приехали.
- Это ваш дом? - Удивился таксист.
  Машина подъехала к воротам трехэтажного особняка посреди соснового леса.
- Ну да. - Улыбнулся Михаил Юрьевич. - А что?
- Прям как в кино! Это сколько же у вас там комнат?!
  Молодой писатель засмеялся, доставая кошелек.
- Спасибо, что подвезли. - Поблагодарил таксиста, протянув пятитысячную купюру, Михаил Юрьевич. - Держите. Сдачи не надо.
- Спасибо! - Обрадовался таксист. - Вы, там это, если в аэропорт надо будет или на вокзал, вы, это, звоните, если что!
- Обязательно! Счастливо!
  Особняк, в который вернулся Михаил Юрьевич, был куплен на деньги от второй, написанной им книги.
- Здравствуй, Миш! - Поприветствовала молодого писателя Елизавета Алексеевна, которой он предложил должность управляющей. - Проголодался?
- Очень, Елизавета Алексеевна! - Улыбнулся Михаил Юрьевич. - Давайте есть!

6 января 2019


Рецензии
Максим, могу только сказать, что замечательно! Вы - молодец!
Так что, мораль совершенно отчетливая - "кто врёт - скушают".))

Даже правдиво. Одно лишь авторское допущение - заработок молодого писателя. Но на то он и автор, чтобы изобрести способ донесения сути! Диалоги - хороши.

Удачи!

Олег Шах-Гусейнов   12.03.2019 18:29     Заявить о нарушении
Благодарю за добрые слова, Олег!

Максим Метельский   13.03.2019 10:23   Заявить о нарушении
На это произведение написано 35 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.