Приключенческая повесть Месть тигра Часть 10

Приключенческая повесть" Месть тигра" Часть десятая "Возмездие"

    Потеряв свободу, Макар Звонарёв не знал как вести себя дальше. Он понимал, что опозорил полицейские погоны, которых никогда не заслуживал, купив их за деньги. Кличка "Оборотень в погонах" теперь к нему прилипла навсегда. Заветная мечта: разбогатеть всеми способами и управлять людьми, разрушена.  Его сознание то кипело от злобы, то замирало от удушающего страха. Всю дорогу, пока везли в район, он задавал себе одни и те же вопросы:
– Что делать? Как поступить на следствии? Молчать и никого не выдавать? А почему  я должен за всех отдуваться? Высокие чиновники вместе со мной пили, денег полные карманы гребли, а мне одному на нарах париться?
    Представил себя в тюрьме, знал, как там относятся к полиции, тело затрясло, как в лихорадке.
    – Тесть тоже хорош, чистеньким решил из дерьма выбраться. Сам не лучше меня, подарки с удовольствием принимал. Нужно просто принять верное решение, пока не поздно. Думаю: срок скастят, если пойду на сотрудничество со следствием.
    – Да, Макар,- похвалил сам себя, - хорошо, что тебе в голову пришла замечательная мысль. Значит, выбираю сотрудничество со следствием.
    И, правда, когда областная прокуратура занялась делом бывшего участкового и его шайки, подсудимый притворился смирным, запуганным ягненком. Охотно выдавал подельников, старался большую часть вины переложить на их плечи. 
    Жена Звонарёва, Зоя, приехала к мужу на свидание и сообщила:
– Макар, отец недавно перенёс второй инфаркт, третьего ему не пережить. Пожалей его, не навешивай на него свои тёмные дела. Ты и так отнял у меня самых дорогих  людей на свете: сыновей Кирюшу и Егорку.
    Муж выслушал просьбу жены, злорадно рассмеялся и ответил:
    – Ты, что совсем дурой стала? Каждый в драке за жизнь бережёт свою шкуру. Думаешь: буду спасать твоего папашку и сыночков? Нет, Кирюха и Егорша моложе меня, отсидят срок и выйдут. А мне уже почти сорок, дадут большую отсидку, выползу дряхлым стариком. Всё сделаю, пусть даже по головам сыновей пройду, но вылезу из тюремного болота наверх.
    Сообщение жены было на руку мужу: стал свершённые им преступления сваливать на тестя. Сказал следователю:
    – Всеми делами у нас руководил отец моей жены, именно, Чернов был главным.  Лесника, Геннадия Седова, лично он застрелил из винтовки. Деньги и золото, найденные в пещере, так же тайно спрятаны Черновым. Тесть был начальником, а я простым участковым, поэтому под страхом смерти, мне приходилось подчиняться.
    В конце лживой речи Макар пускал горькую слезу, притворялся незаконно обиженным человеком. Подследственный надеялся, что у Чернова от его показаний случится третий инфаркт. Тогда он не сможет опровергнуть его ложь. Значит, срок будет меньше.
    Больше всего бывшего участкового беспокоил егерь, главный соучастник совместных бандитских деяний. Только Тимофей может развенчать его лживые показания.
     –  Тимофей, как же мне с тобой связаться? Надо тебя хорошенько припугнуть, чтобы ни в чём не сознавался. Во всех делах, обвинял Чернова.
    Размышлял по ночам: «Коли Тимоха пойдёт на сотрудничество с органами как я, то может сказать правду об убийстве Седова. Докажет, что убил Геннадия не тесть, а я».
    Предположение зятя о том, что заведомо ложные показания доведут бывшего начальника Чернова Вениамина до третьего инфаркта, вскоре сбылись. Он умер после очередного посещения следователя в палате. Звонарёв, узнав о смерти тестя, очень обрадовался. На душе стало легче, надеялся, что теперь отделается минимальным сроком, если только егерь не раскроет рот.
  В то же самое время Свиридов Тимофей, поселковый егерь, вспоминал недобрым словом одноклассника. Находясь под арестом, днем и ночью корил себя:
    – Как же я мог прогнуться перед этим уродом. Тимофей с детства недолюбливал Макарку, но однажды в районе на него напали чужие парни, и стали жестоко избивать. Макар с дружками оказался неподалеку и заступился за него. Правда, за оказанную помощь пришлось целый год поить водкой самого Звонаря и его братву. Вот так и вошёл в их компанию. Тимофей тогда знал, что выйти из неё уже нет никакой возможности. Макар часто говорил ему:
    – Ты, Тимоха,  запомни мой  девиз: «Кто не с нами, тот против нас".  Шаг в строну и тебя будет бить не только чужая братва, но своя. 
    Звонарёв, заняв пост участкового, возомнил себя "царьком" посёлка, людей и тайги. Подыскивал себе надёжных людей. Однажды пригласил к себе домой Тимофея, подпоил коньяком и  сказал:
    – Свиридов, я решил помочь тебе в жизни: назначить  в поселковое лесничество егерем и лесником вместо убитого Седова Геннадия. Давно убедился, что ты свой человек в доску, в трудный момент прикроешь спину,  за твою верность и службу озолочу. 
  Звонарь слово сдержал, откаты давал постоянно. Тимофей достроил дом и купил мотоцикл с коляской. Одел, обул сына с дочкой и жену Веру в приличные вещи. Правда, однажды подросший сын Гриша не принял от него очередных подарков: модных джинсов и кроссовок, привезенных из города. Презрительно посмотрел на отца и гневно заявил:
    – Не надо мне твоих джинс, батя! На ворованные деньги купил? Носи сам, мне стыдно в них на глаза друзьям показываться. Противно смотреть на ваши со Звонарёвым раскормленные лица. Осенью пойду в армию, отслужу, но домой не вернусь. Не хочу быть сыном заключенного. А заключенными, уверен, вы с Макаром непременно станете, дело к этому движется.
    Обидные слова сына и выпитая водка, взбесили отца, тогда впервые ударил Гришу по лицу. Подскочившая жена Вера заслонила парня собой и закричала:
    – Не смей бить Гриню, решил теперь над детьми самосуд устраивать. У Макара научился, тот Зою по пьяни хлещет плетью, да так, что живого места не остаётся. Григорий прав, ты постепенно в зверя превращаешься. От меня в магазине односельчане отворачиваются, не здороваются. Дочку Катю одноклассники дразнят «хапужкой», в этом твоя вина.  Осенью сын ушёл в армию. Прошёл год, весной жена сообщила:
    – Тимофей, Гриша вчера позвонил и сказал, что домой не приедет, остается служить в армии по контракту. Ты добился своего, отвадил сына от дома своей преступной деятельностью. Потеряли мы сыночка и Галиного брата.
   Сидя в предварительной камере, Тимофей рассуждал:
    - Поздно я спохватился, сын то оказался прав, вот и пришло время, предсказанное им.  Время позора перед односельчанами, женой и детьми. Сам виноват, Бог терпел, да перестал терпеть. Придётся держать ответ за незаконные поступки, не малец уже, а зрелый мужик. Юлить, врать на следствии не буду, расскажу всё, как было. 
    И, правда, уже на следующем допросе заявил следователю, что горько раскаивается в содеянном. Рассказал всё, как на духу, о преступной деятельности Макара, его приспешников и своём участии в их чёрных делах. Сообщенные им сведения оказали неоценимую помощь в предварительном расследовании запутанного многотомного дела.
    Работа следователей длилась целых восемь месяцев и все-таки подошла к концу. Как не надеялся обелить себя мнимый участковый, ничего не получилось. Даже сыновья дали против него показания. Кирилл на следствии  заявил:
    – Мы с братом Егором не убивали лесника, только наблюдали. Думали, что отец решил попугать Генку, немного подранить.  А он всадил ему пулю прямо в сердце. Потом приказал нам закопать труп Седова в ущелье на Тигровой сопке. Родиона Звягина тоже  он заставлял нас убить, но, к нашему счастью, мы в него не попали. Наш отец не терпел возражений и отказов, за неподчинение, мог и покалечить. Бил, как лютый зверь, нас с измальства и нашу мать. Не отец он нам больше.    
    Вскоре к Звонарёву пришла на свидание жена... Муж ждал от неё вкусной еды, сигарет и чистой одежды. Зоя с собой ничего не принесла, вошла в комнату для свиданий и сразу строго заявила:
    – Я, бывший муж, пришла к тебе в последний раз. Почему сказала бывший муж? Потому, что подала на развод с тобой. Не надейся, ждать из тюрьмы не буду. Скажу тебе правду, дети тоже от тебя отказались, сказали:
    – Человек, предавший нас и мать, не может быть больше нашим отцом!
А теперь, подумай, времени для этого у тебя будет много, чего ты в  жизни добился? Даже молиться за твою злобную душу не буду, потому что в ней нет божьей веры. Знай, тигра, шкуру которого ты хотел подарить богатенькому чиновнику, спасли, вылечили и выпустили на волю. А вот ты, из-за алчной звериной жадности, надолго сядешь в клетку. Не хочу больше видеть твои ледяные змеиные глаза, прощай, – хлопнула дверью и ушла.
    Макар, привыкший к постоянному подчинению жены, просто обомлел. Тут же в области сердца появилась дикая, нестерпимая боль. «Вот и пришло с Небес возмездие, – в ужасе подумал он. – Недаром, Родион на делянке произнёс это страшное слово в последний день свободы:
    – Вот и настигло его, Серко, твое возмездие.
    Значит, надо мной завис Дамоклов меч, не хочу, не хочу быть изгоем. Ненавижу тюрьму, хочу жить на воле. Жить! Жить!..
    Во многом следствию помог своими показаниями Звягин. Родион принимал участие в досудебном расследовании, как свидетель.
    Суд состоялся зимой, Звонарёва Макара приговорили к двадцати  годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. А также, к полной конфискации имущества, приобретенного на награбленные им деньги.
    На какой-то миг осужденному Макару показалось, что судья говорит ни о нём... Тишина, наступившая в зале, поразила его до глубины души. В мёртвой тиши не услышал ни одного слова сочувствия, хотя в зале находилась его жена, тёща и приехавшие односельчане. У Звонарёва земля ушла из под ног, он упал на пол и зарыдал на весь зал тонким бабьим голосом. Только в минуту приговора бывший" хозяин" посёлка понял: его прежней, вольной и  богатой жизни пришёл, действительно, конец...
    Когда зачитали срок сыновьям: по три года лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима, Зоя, как раненая птица, вскрикнула и потеряла сознание. После суда ей разрешили попрощаться с родными сыновьями.   С мужем она  не захотела разговаривать, подошла к детям и тихо сказала:
    – Сынки, прошу вас, встаньте на правильный путь. Мы с бабушкой будем вас ждать. Знайте, мои дорогие, только вы наша надежная старость.
    Учитывая раскаяние и помощь в расследовании, егерю  Тимофею Свиридову дали восемь лет тюремного заключения. Вера хоть и сердилась на мужа, но прощаясь с ним, произнесла:
    – Ладно, Тимоша, «кто старое помянет, тому глаз вон», если будешь в заключении честно работать, досрочно сможешь выйти. Слово даю: ждать тебя вместе с детьми будем. Гриша сообщил, что в апреле  приедет домой, будем с ним нашу с тобой дочку, его сестричку, на ноги поднимать.
    От этих слов у Тимофея на глазах выступили слёзы, он тихо прошептал:
    – Спасибо тебе Вера и сыну за добрые слова. Клянусь тебе, что я всё сделаю, чтобы быстрее к вам вернуться. Прошу вас, простите меня, и ещё: поцелуй за меня сына и дочь.
    В связи со смертью Чернова Вениамина Прохоровича уголовное дело, возбужденное против него, было прекращено. Несколько чиновников за соучастие в делах Звонарёва получили условные сроки и лишились занимаемых постов. Вот так плачевно, как и предсказал Андрей Ашпин: «Сколько вор не ворует, а тюрьмы не минует!», закончилась безграничная власть шайки Звонарёва.
     Вскоре Гордеев Владимир пригласил к себе в районный отдел преподавателя физкультуры Симкина Юрия Валерьевича. Начальник полиции знал, что он пять лет назад окончил Полицейскую академию в городе Хасане.
    – Юрий Валерьевич, нам срочно нужен новый участковый в посёлок Хасанский.  Предлагаю вам занять данный пост. Лучшей кандидатуры на эту должность считаю, просто не найти.
    – Что же, я готов приступить к службе, хоть завтра, – ответил Симкин.
Так в поселке появился новый, порядочный полицейский работник. Всё стало на свои места, порядок людям был обеспечен.

  Продолжение следует...



©


Рецензии