Бонзай Россинанту!!!

По оценкам литературоведов, имя «Росинант» означает изменение статуса из «старой клячи» в начале в «выдающегося коня» в конце[1]

Рейс намечался неплохой и экипаж заметно оживился в курилке около салона. После серии портов напоминающих дыры в преисподней пароход должен был зайти в Амстердам и после погрузки отправится в Калининград где большая часть экипажа планировала смениться. Дым стелился по коридорам разветвляющимся от салона к бортам судна и ненадолго застывал около вентиляционных решеток как кусок небольшого тумана. Голоса сливались в один гул, но по отрывкам даже с командирской палубы можно было разобрать, что речь идет о машинах.
Пароходство все еще по инерции расплачивалось чеками которые уже нельзя было реализовать по причине падения «Альбатросов» (магазин для моряков) и кто то из пароходских деятелей чтоб смягчить все возрастающую волну возмущения экипажей отказывающихся работать за чеки предложил обменивать их на валюту.
Все как обычно происходило в сжатые по времени сроки неизвестно кем установленные
И морской народ предпринимал все усилия чтоб не остаться с набором фантиков на руках.
В то время произошло еще одно знаковое событие. Таможня распахнула границы и разрешила морякам привозить подержанные авто.
Вот тут то и началось.
Пароходы шли к родным берегам как автомобилевозы. На крышках плотными рядами стоял европейский хлам, а счастливые владельцы вылизывали свои детища перед тем как они увидят родной берег. С иномарками в родной стране было проблемно тк достать нужные запчасти было практически невозможно и поэтому большую часть автопарка составляли Лады всех марок которые когда то выпускались в СССР.
В Англии даже вышла статья пользующаяся всеобщей популярностью :»Лады едут умирать на Родину», но до смерти одры получали новую жизнь и еще долго как призраки носились по родным дорогам радуя их старых и новых хозяев.
Ждать родного порта иногда приходилось долго тк все таки пароход предназначен чтоб перевозить груз и все эти автопарки на крышках затрудняющие грузовые операции были запрещены. Комбинация из импортного порта в Россию была идеальной. Закончили грузовые операции , загнали авто на крышки и вперед, вот почему экипаж так разволновался.
Продажа старых авто в Голландии морякам была уже практически поставлена на поток и после швартовки на борт поднималось много мутных мужчин и женщин предлагающих машины по сходной цене.
С каждым днем дискуссии становились все жарче. Из общей массы выделился клуб знатоков научно вещающий как правильно выбрать машину и давящий авторитетом как катком прочую публику размахивающую книжками «В помощь автолюбителю». Изо все этой сутолоки выпадали разве что штурмана которые были вынуждены нести вахту на мостике и капитан которому откровенно пофиг были и женщины и машины вместе взятые.
Мы со старпомом Сашкой немного поучаствовав в обсуждениях и получив полный артобстрел от корифеев решили больше во все это не ввязываться и проводили время в мирной беседе с чашкой кофе навещая друг друга на мостике.
Как и у всех лиц окончивших одно и тоже полувоенное заведение мы были связаны условной линией братства и стояли друг за друга горой. Особых секретов у нас не было и это значительно упрощало общение, к тому же Сашка был северянин, а это даже кошки знают,
что люди с севера отличаются сдержанностью характера и надежностью.
Капитан наше сообщество воспринимал без особой радости тк наехав на одну половину такого диполя был вынужден сразу же обороняться от второй и старался общаться с нами по возможности интеллигентно и на вы, что вполне нас устраивало.
В Амстердаме нам повезло. Пароход поставили сравнительно недалеко от города и по вечерам после работы у нас была прекрасная возможность сев на велики отправиться в город. Конечно же посмотреть Амстердам это шикарно. По моему это единственный город Голландии который можно любить и в котором в отличие от бедного разрушенного в войну Роттердама остался свой неповторимый шарм.
Конечно же в первые дни мы с Сашкой обколесили все что возможно и естественно посетили чтоб поглазеть знаменитый куинсхэд. В те времена в витринах еще водились шикарные тетки, а не те старухи сбежавшие из дома престарелых которые наполняют витрины в нынешние времена, но денег на «такие дела» мы не спускали. Облико-морале русских моряков и туристов в те времена держалось не только на моральных качествах, но и на потрясающем нищенстве которое представляли наши суточные на фоне европейского ценника, поэтому закончив культурную программу мы приступили к более прозаичной части.
По улицам города по вечерам появлялось множество черных мешков которые с упоением патрошили местные пиплы всех национальностей и мы разик поддев мешок ногой и увидев содержимое поняли что клондайк валяется под нашими ногами. С тех пор мы как мотопехота одев наши синие рабочие комбинезоны и перемещаясь на великах катались по улицам ночного города и высматривали барахольные залежи.
Вид у нас был бравый и поэтому на первых порах местные завидев нас разбегались принимая за спецотряд полиции, но видя что спецотряд начинает санитарить похлеще чем это делают они возвращались и начинали возмущаться.
Талант у Сашки был потрясающий. Зря все таки его выгнали из военно-командного училища.
Он давал им провыться, а потом орал по русски  «Молчать!!!» что то вроде как генерал перед дивизионом.
Удирали они чуть не на четырех костях такова была сила военного слова.
Как то когда набив мешки кожьем и джинсурой мы возвращались на пароход, дорогу нам перекрыли несколько здоровенных блэк пиплов и потребовали плату за проезд. Один даже выставил ногу вроде шлагбаума.Им бы нашу социалистическую идеологию может быть все пошло бы как то иначе. Да у нас в башке было вытесано что мы исторически мочим всех, но они этого не знали.
Такого не мог предвидеть даже я так произошло все неожиданно.
Сашка опустил руку в мешок и быстро выхватив оттуда здоровенного размера резиновый член с размаху влепил им по морде самому борзому.
Глаза у пипла вытарищились так что он толи собрался гадить толи выпасть из дупла, другие тоже как то встряли мозгом что было видно по их лицам и пользуясь моментом я влепил мешком по обратной стороне коленей мужику что стоял справа, а Сашка еще раз огрел борзого членом по затылку и мы пустились наутек. Тот который держал ногу шлагбаумом так и остался стоять в этой позе по видимому схватив клина.
Больше в город мы не ездили опасаясь что вся честная компания ожидает нас в полном составе чтоб рассчитаться по полной.

Погрузка что было не характерно для этого порта растянулась надолго и мы волей не волей втянулись в общемашинный ажиотаж. Однажды вечером появился более менее приличного вида товарищ и предложил прокатиться с ним посмотреть машины. Я позвал Сашку и мы втроем отправились куда то в пригород.
Пятера мне понравилась сразу. Тачка была очень приличного вида и недорогая. Из-за изношенного вдрызг сцепления она ревела как немецкий танк Тигр, но тем не менее ехала.
Сашка запал на копейку. После альфа-ромео с которой он изрядно намучился разыскивая ремень газораспределения про импортные тачки он и слышать не хотел.
А что ты? – спросил он – У нас поменяешь сцепление в любой мастерской и будет отличная машина.
Я подумал и согласился.
У кормы судна уже стоял солидный автопарк тех кто собирался меняться в Калининграде и наши тачки между ними заняли законное место.

Загруженный пароход возвышался над причалом метра на 3 и опытный «самоубийца» из состава экипажа одну за одной загонял по доскам машины на крышки судна. Докеры снимали цирк и аплодировали. Одно дело видеть трюки в исполнении каскадеров в кино, а другое дело все вживую «без фанеры». Лоцман не торопил и чувствуется тоже был в восторге от увиденного.
-Куда ? – спросил он
На Калининград – ответил капитан.
Лоцман покачал головой. Сейчас все русские возят машины, много, очень много.

Переход в Калининград прошел по спокойной погоде. Небольшой снег и легкий морозец наводили на романтический лад и Новый год дома. Довольная таможня несла с борта коньяк VSOP “Napoleon” и желала счастливого пути, потрнадзор не душил, казалось весь мир пришел в покой и согласие.
Мы уже начали разносить доски чтоб выгрузить машины на причал и тут к борту подогнали состав который напрочь перекрыл все шансы для самовыгрузки. Вагоны были абсолютно пустые, но уводить состав никто не собирался. Уже приехали сменщики и мы успели передать дела, а состав все стоял.
А где найти формана? – спросили мы у проходившего стивидора.
Вон тот мужик, видите у крана – ответил он
Скажите, а когда вы уберете это состав? - спросили мы подойдя к форману.
Тот как то гнусно улыбнулся и сказал : «Никогда»
- И что делать? У нас машины надо выгрузить.
- Ну вопрос решаемый – ответил тот – 60 баксов с тачки и мы выгрузим нашим краном.
Деваться было некуда и мы согласились.
Наудачу я спросил: « А у вас в порту можно поменять сцепление к пятере?»
- Я думаю можно – ответил форман – Я пришлю к тебе начальника мастерской. С ним и договаривайся.
Ждать пришлось недолго. Вскоре начальник мастерской пришел сам.
Он также как и форман сказал, что поменять сцепление нет проблем и огласил ценник.
- Слушай, а если я рассчитаюсь натурой? – спросил я
- Это как это?
- Смотри – сказал я и вытащил перед ним барахло из мешков Амстердама.
- Круто – сказал он.
Я попробовал сбить ценник, но увиденное из пасти не вытащишь. В барахло он вцепился как крокодил.
Недолго подумав я решил что все равно это досталось даром и согласился. Что я что он сдадим это в комиссионку эффект одинаковый.
Через три часа можешь забрать машину – сказал начальник мастерской и поволок мешок со шмотками в свои закрома.

Сашка совсем не умел ездить , я это понял не сразу, а когда уже в 3-й раз он предложил доехать до портнадзора я спросил его :»А что ты не хочешь сам?»
- Запросто! – он сел за руль, завел мотор и машина прыгнула так что заглох двигатель.
Тоже самое повторилось при повторной попытке.
Даааа- протянул я – Знаешь Санек, пока я тут печатаю бумажки ты тренируйся трогаться и останавливаться. Хорошо?
Оставив Сашку тренироваться я засел за печатную машинку и стал печатать «Декларацию личных вещей». Закончив свою я позвол Сашку и с его слов напечатал ему такую же.
Потом мы сгоняли в таможню и упросили поставить на самопальные декларации штампы.
Они даже не ворчали и пошли нам на встречу. Все знали что тогда когда разваливался СССР на границах образовались самопальные таможни которые отбирали вещи и продукты при выезде из страны если это не было занесено в декларацию при въезде. Официальных законов не было и каждая такая таможня сидела на своей дороге как соловей разбойник занимаясь порой откровенным мародерством.
Как ни грустно экипаж дожидаться нас не стал. Еще днем они сели на свои машины и уехали.

Начальник мастерской пришел сам и сказал что машина готова. Мы приехали на станцию и я был очень рад что теперь сцепление было рабочим и можно было отправляться в путь.
Мы взяли консервы и сигареты, воды и попрощавшись с капитаном который все еще сдавал дела отправились на базар. GPS тогда не было и в помине. Продавцы книг увидев чужаков ломили за атлас автомобильных дорог СССР в три дорога. Поэтому пришлось прибегнуть к хитрости. Пока Сашка забивал мике баки я рисовал на листе бумаги основные вехи нашего пути. Какие будут населенные пункты, откуда и на какие дороги надо поворачивать. Все получалось несколько приближенно, но как известно в случае чего язык до Киева доведет.
Продавец книг поздно сообразил что его надули. Поблагодарив я вернул ему атлас, а он долго охал и стонал «что бывают же такие гады».

Между тем «гады» съездив на заправку и подкачав шины держали последний совет. Инструмента кроме баллонных ключей у нас практически не было, на дороге поджидали таможни и бандосы, поэтому решили останавливаться только около пунктов гаи и на стоянках где много дальнобойщиков.

По калининградской области Сашка ехал со скоростью 30 км\час. Я крыл матом от злости и гудел подгоняя его сзади, когда я становился впереди него он слепил меня фарами дальнего света. Изменить стиль его «быстродрайва» казалось просто невозможным.
Было уже далеко за полночь когда миновав Российский кордон мы въехали в Литву.
На погранвойска и на таможню это походило мало. В небольшой комнате несколько бородатых мужчин и женщина проверив наши документы поинтересовались кто мы и куда держим путь. Узнав что мы моряки из Питера они не стали задавать лишних вопросов разве что очень удивились и сделали вид что обиделись увидев наши самодельные декларации в которых были перечислены все вещи и упомянуты даже носки.
- Ну зачем же вы так?! – возмутились они.
Тем не менее штамп мы их упросили поставить и отчасти успокоились что хоть чуть чуть прикрылись бумагами.

Я не знаю что случилось с Сашкой после пересечения границы. Он выжимал за стольник и я вынужден был выдерживать его скорость. Глаза мои оставались открытыми, но я часто ловил себя что машина уже идет по встречной полосе и обочина сливается с цветом шоссейки.
Я видел как Сашка догнав две фуры идущие параллельно друг другу рванул между ними и исчез. Их фургоны носило из стороны в сторону, но ход они не сбавляли.
Я тормознул и съехал на обочину. Набрав в ладони снега я тер лицо стараясь  выбить из себя сонливость. Попрыгав и побегав вокруг машины я снова сел за руль. Не знаю как много мне удалось проехать я почувствовал что снова засыпаю. Впереди кто то голосовал. Я подъехал и приоткрыл дверь.
- До границы не подвезете?
- До какой?
- С Латвией.
- То что надо, поехали.
Я думал что он как то поддержит разговор, но он молчал всю дорогу. Я засыпал и просыпался, машину носило от обочины к обочине, но он молчал.
- Здесь – сказал он.
Я остановился. Он не давал мне денег, а я не спрашивал.
Ты камикадзе мужик – сказал он на прощанье.
Недалеко от границы стоял Сашка и ждал меня. На лобовом стекле было три радиальных отметины как от пуль.
Камни от фур – пояснил он – я не думал что у них из под колес так здорово летит.
- Зачем ты так гнал ? – спросил я
- Я не чувствовал. Еду и еду, кажется не быстро.
Пара холодных банок с тушенкой и куском черного хлеба немного взбодрила.
Сашка вытащил ластик мятной и дал мне: « На вместо зубной щетки»

Наши самопальные декларации со штампами таможен оказались как нельзя кстати.
- Вы делали остановки в нашей стране? – спросил бородач толи пограничник толи  таможенник
- Нет, ехали без остановок –ответил я.
- Тяжело наверно так?
- Да, спать хочется.
- Можем угостить кофе - и с этими словами он вытащил из стола банку.
Мы с Сашкой переглянулись. Что то уж очень знакомое.
- Скажите пожалуйста, а тут не проезжали перед нами несколько машин на Петербург?
- Да были, но в прошлую смену.

Снова дорога широкая как взлетная полоса. Я открыл окно и ору песни чтоб не засыпать, но глаза упрямо стекленеют, я стучусь головой о подголовник и курю термоядерный Беломор.
Дорога кажется бесконечностью, она серой полосой уходит за горизонт и кажется ей не будет конца. Поля покрытые снегом, деревья, кусты все монотонно белое. Меня носит от обочины к обочине, но еще немного и скоро Рига. Надо будет купить сигарет без них я просто вырублюсь, а еще было бы неплохо выпить хорошего крепкого кофе и взять с собой в термос.
 Рига грустный город. Я не люблю тут бывать. Летом еще как то боле менее, а зимой я хочу отсюда бежать как можно скорее. При всей красоте города тут нет какого то тепла, все кажется холодным и чужим. Холодные окна, холодный свет и чужое серое небо.
Мы долго ищем дорогу как отсюда выбраться и в 6 раз переезжаем вантовый мост.
Наконец находится старичек который показывает нам правильный путь и мы так и не купив кофе и сигарет оказываемся снова на автостраде.

У границы с Эстонией мы встречаем наших, они ехали вдвоем на старом «Форд скорпио»
-  А где остальные? – спрашиваем мы
-  Да так получилось – грустно улыбается один из них – Альфа- Ромео тот который когда заводишь поднимался вверх на полпути опустился и больше подниматься не хочет,
Другой фордешник занесло на круговом движении и он обнялся со столбом, в тойоте заскрежетал мотор и она встала на трассе, отволокли ее в мастерскую, но запчастей нет, тот который на шкоде ушел в перед и больше никак не проявлялся.
- А как проскочили Литву?
- Да потрясли нас. Декларации на выезде не было пришлось расстаться с кофе и прочими прелестями капиталистической жизни.
- Да уж….ну что…остается кусочек Эстонии и мы в псковской. Там лучше уже держаться вместе до Питера.


Эстонию проскочили без проблем. На нашей границе начались заморочки. Таможенник долго изучал документы на машины, а потом ушел кому-то звонить. Прошло добрых полтора часа пока нас отпустили. Мы выехали стараясь держаться вместе и выдерживая хорошую скорость под стольник. Через пару километров недалеко от леса я увидел пару девяток около которых стояли такие рожи что могли сниматься в любом выпуске криминальной хроники.  Противно сдавило в груди и сжимая руль я подумал только бы не понесло. Изношенная летняя резина на наших тачках вызывала конкретное беспокойство.
Ребята тоже увидели их и добавили газа. Мы пронеслись мимо девяток и стараясь, не смотреть в сторону бандоты думали об одном, только бы не прилипли.
В зеркало заднего вида я увидел что девятки довольно быстро рванули в след за нами и судя по тому как сокращалось расстояние с моторами у них как впрочем и остальным было все в порядке.
Вот гнида, сдал – думал я – не зря нас морили столько времени и он куда-то звонил.
Погоня не отставала и сон сняло как рукой, адреналин лез из ушей.
Если догонят то ждать ничего хорошего не приходилось. В лучшем случае искалечат, а так мало ли по весне находят «подснежников».
Водилы у бандоты были хорошие и тренировка намного лучше чем у нас, они все таки ездили каждый день , а не как тот же Сашка который только недавно трогаться с места научился.

Они уже догнали нас и пытаются обойти чтоб заблокировать дорогу. Одна из плешивых харь в девятке злобно машет рукой чтоб остановились. Мы не останавливаемся и я вижу как опускается форточка и высовывается лапа с наганом.
Все произошло быстро и со стороны показалось похожим на занос. Форд соскользнул в сторону и ударил девятку в районе переднего колеса. Девятку крутануло и она слетев с трассы полетела в обочину. Форд заюлил теряя скорость, а мы с Сашкой он сбоку, я сзади взяли другую девятку в «ящик». Те похоже поняли что имеют дело с долбанутыми на всю голову и стали уходить. Одно неверное движение в они бы тоже были в обочине. Развернувшись назад мы подъехали к форду. Бочина была конкретно замята, но слава богу он мог ехать.
Скорость пришлось конкретно сбавить. В принципе тут было уже и невозможно ехать на большой скорости. Дорога была разбита вдрызг. Приходилось вилять между ямами чтоб не повредить подвеску.
Уже начиналась ночь. Навстречу шли фуры. Целые галереи огней которые били по глазам которые уже и без того потеряли цветоощущение. Я не мог различить где дорога где обочина все казалось одного цвета. Я видел как Сашка оказывался перед фурами на противоположной стороне дороги, потом точно также выкручивал руль сам и уходил от столкновения, что было с ребятами можно было догадаться что наверняка не лучше.
Какой то жигуль обогнав нас начал прижимать Сашку к обочине. Он становился и вышел. Я дал по тормозам и выскочил из машины с монтировкой. Ребята сзади тоже остановились.
Все нормально - сказал Сашка
Рядом с нами стояли люди в летной форме.
Мы думали что Вы все тут пьяные – сказали они внимательно посмотрев на нас – то один бросается под фуры, то другие. Вобщем мужики поехали с нами. Мы будем ремонтировать мотор, а к вам приставим часового и пока вы не выспитесь вы никуда не поедете.
Мы не возражали.Часть пути где стояли летчики я проделал с трудом видя перед собой только огни Сашкиной машины.
В деревне было тихо и только время от времени доносились крепкие слова ребят летчиков копавшихся в моторе своего жигуля. Часовой ходил рядом и почувствовав в первый раз за все время покой я провалился в темноту.

Утро было спокойным и безоблачным. Я так и не запомнил как называлась эта деревня.
Мы перекусили холодной тушенкой и разделив остатки сигарет подошли к летчикам сказать спасибо.
- Ладно ребята, счастливого возвращения домой – улыбнулись они – А мы правда сначала думали что вы пьяные.

- Что ты будешь делать с тачкой? – спросил я парнишку на форде.
 - Продам знакомому цветочнику – сказал он – тот уже давно спрашивал у меня Россинанта  чтоб развозить товар по цветочным магазинам, даже ремонтировать не буду.

С Пулковских высот открывался вид на родной Питер. Все переживания дороги остались позади. Я представил как позвонюсь в дверь и как всегда крикну немного ошарашенным родителям «Люди это я! Я вернулся!»

На минуту поравнявшись мы помахали друг другу рукой, дали гудок на прощанье и каждый отправился к своему дому своей дорогой, наверно как три богатыря.
Вы видели там камень? Его нет, но три дороги точно присутствуют и все они ведут к счастью если едешь домой.


Рецензии