Исчезнувшие колена Израиля

«Десять потерянных колен Израиля» на тысячелетия превратились в такого же таинственного призрака истории, как и Атлантида Платона.
Так, апокрифическая «Книга Эзры» (13:40-47) I в. н.э. упоминает, что они живут за рекой Ефрат в стране Арсареф, строго соблюдая Закон: «… Он собирал к себе другое, мирное общество: это десять колен, которые отведены были пленными из земли своей во дни царя Осии, которого отвел в плен Салманассар, царь Ассирийский, и перевел их за реку, и переведены были в землю иную. Они же положили в совете своем, чтобы оставить множество язычников и отправиться в дальнюю страну, где никогда не обитал род человеческий, чтобы там соблюдать законы свои, которых они не соблюдали в стране своей. Тесными входами подошли они к реке Евфрату; ибо Всевышний сотворил тогда для них чудеса и остановил жилы реки, доколе они проходили; ибо через эту страну шли они долго, полтора года; эта страна называется Арсареф. Там жили они до последнего времени. И ныне, когда они начнут приходить, Всевышний снова остановит жилы реки, чтобы они могли пройти; поэтому ты видел множество мирное» [Третья (четвертая) Книга Эздры // http://khazarzar.skeptik.net/biblia/3ezra.htm]. Иосиф Флавий писал, что «десять колен пребывают за Евфратом до сих пор и столь многочисленны, что их невозможно исчислить» (Иосиф Флавий, «Иудейские древности», 11:133).
В Средние века существовали многочисленные известия о государствах пропавших колен. В «Книге путешествий» Биньямин из Туделы (XI в.) описал независимое государство колен Дан, Нафтали, Ашер и Звулун, находящееся в Нишапурских горах на северо-востоке Ирана, «которым правит князь Иосеф Амаркала ха-Леви», а евреев Хайбара назвал коленами Реувен, Гад и половиной колена Менашше. Давид Реувени называл себя братом царя Иосефа, правящего этими же тремя коленами в Хайбаре. Знаменитый каббалист дон Исаак Абарбанель (XII в.) полагал, что христиане в грядущей войне нанесут поражение и уничтожат мусульман, после чего будут уничтожены сами воинами десяти колен.
В «Великой хронике» Матвея Парижского (XIII в.) тема потерянных колен возникает в связи с началом монгольского нашествия на Европу: «… Полагают, что эти тартары, одно упоминание которых омерзительно, происходят от десяти колен, которые последовали, отвергнув закон Моисея, за золотыми тельцами (и) которых сначала Александр Македонский пытался заточить среди крутых Каспийских гор смоляными камнями. Когда же он увидел, что дело это свыше человеческих сил, то призвал на помощь Бога Израиля, и сошлись вершины гор друг с другом, и образовалось место неприступное и непроходимое». Упрекая иудеев в «чудовищном коварстве», Матвей Парижский разоблачает их планы на всемирное господство: «… Многие иудеи собрались в тайном месте по общему согласию. К ним (тот), кто, кажется, был мудрейшим и могущественнейшим из них, обратился, сказав: «… Господь наш Адонай долго оставлял нас поверженными под властью христианской. Но ныне грядет час, когда мы обретем свободу, чтобы, наоборот, мы по приговору Божьему их угнетали, чтобы обрел спасение уцелевший Израиль. Ибо вышли братья наши, племя израильское, некогда заключенные, чтобы подчинить себе и нам весь мир»…» [Манелис М. 12 фактов о потеряных коленах Израелевых // Сыном и посланником царя из колена Реувена объявил себя появившийся в Венеции в XVI в. Давид Реувени. Он и его сторонник Шломо Молхо возглавили  движение, провозгласивше Давида Реувени Мессией. В частности, он добивался аудиенции у папы римского и хотел заручиться письмом от последнего к восточному царю пресвитеру Иоану, однако потерпел неудачу и в 1538 г. окончил свои дни в испанской тюрьме. Другой мессия, Шабтай Цви (XVII в.), тоже изображался в книгах того времени как предводитель десяти колен, к которым он якобы в действительности ушел после своей мнимой смерти и вступил в брак с дочерью самого Моисея.
В Индии первые из евреев появились очень давно – то ли после разрушения Первого Храма в VI в. до н.э., то ли после разрушения Второго, в I в. до н.э. Самые древние индийские евреи – малабарские, кочинские или керальские, те, что поселились в южной части страны, а спорят с ними за этот статус евреи Маратхи, или бней-Исраэль («дети Израиля»), живущие чуть севернее Кералы, в районе Бомбея (Мумбая).
Кочинские евреи, процветающая община, владеющая рапсовыми полями и перечными плантациями, построившая свою первую синагогу в X или XI в., – после образования государства Израиль, в 1950-х гг., снялась с места целиком и целиком же и уехала. Остались только пустые улицы бывших еврейских кварталов, действующая синагога XVI века и кладбища. Община эта когда-то постепенно сложилась из нескольких групп евреев, которые сначала говорили на своих языках, но постепенно перешли на древнетамильский, а потом — на малаялам. Выделяли три группы евреев — сефарды, которые прибыли в эти места позже всех, мицвахи (черные евреи) и рабы, евреи низшего уровня, произошедшие от браков с местными. Кстати, в керальских общинах, где говорили на малаялам, традиционно большую роль играли женщины. Постепенно это привело к тому, что девочки из еврейских семей с конца XVIII в. учились в школах при синагогах и оказались хранительницами не только домашних, но и религиозных традиций – они учили иврит, читали Тору и не хуже мальчиков владели необходимым материалом. Одна из представительниц кочинской общины много позже, уже в Израиле, напела фольклористам 150 песен на малаялам – хронику кочинских евреев, которые в песнях отражали всю жизнь общины вплоть до деталей процесса строительства синагог.
Бней-Исраэль, в отличие от кочинских евреев, свое еврейское самосознание потеряли, сохранив, однако, часть традиций. Они жили в деревнях в ста километрах к югу от Бомбея, занимались сельским хозяйством и отжимом масла, и называли их «тели», маслобойщики, добавляя – «шанвар-тели», то есть «субботние маслобойщики». По субботам они не работали. Известно письмо середины XVIII в., написанное датским миссионером: на побережье Аравийского моря, писал он, я встретил людей, которые не работают по субботам, начинают свои молитвы со слова «Шма» и имеют особые диетические привычки. Когда слухи об этом дошли до кочинских евреев, один из них, из семьи священнослужителей, отправился проверить, что да как. По легенде, он принес одной из хозяек разные сорта рыбы с базара, и та безошибочно отобрала рыбу, которую евреям есть дозволяется, отложив ту, которую есть запрещено. С того времени началось обучение шанвари-тели раввиническому иудаизму. Больше всех для бней-Исраэль сделал (неожиданно) миссионер Джон Уилсон, представитель Шотландской церкви. Этот талантливый человек за несколько месяцев так преуспел в языке маратхи, что выпустил грамматику иврита на этом языке, а затем – и Ветхий Завет, и еврейские песнопения в переводе на маратхти. Он помогал открывать школы (даже Бомбейский университет – и тот возник на основе колледжа Уилсона). Бней-Исраэль, постепенно получая образование, стали перебираться из деревень в Бомбей, поступать учиться. Из них вышло множество преподавателей, счетоводов, врачей, творческих людей и почему-то биологов. По сохранившейся у бней-Исраэль легенде, их предки потерпели кораблекрушение у берегов Индии, и выжить смогли лишь шесть или семь пар, которые стали родоначальниками племени. Место это называется Навгав, сейчас там находится самое древнее кладбище бней-Исраэль, хотя и почти уже заброшенное. До возвращения в русло иудаизма они жили обособленно, что в Индии не представляет никакого труда из-за кастовой системы. «Субботние маслобойщики» представляли собой отдельную касту, довольно низкую по статусу. Их жизнь и мировоззрение подверглись воздействию, с одной стороны, индуизма, а с другой – ислама (их храмы назывались маждид, священнослужители – кази, молебны – намаз). Очень большим влиянием среди бней-Исраэль пользовался пророк Элияху (Илия). Известно, что иудаизм запрещает изображение почитаемых образов, но к бней-Исраэль это по понятным причинам не относилось, так что в каждом доме до недавних времен висела картинка, где Элияху изображался почтенным, но бодрым старцем с бородой. Еще бы – ведь по одному из вариантов легенды о спасении народа, во время того знаменательного кораблекрушения на самом деле погибли все, просто шесть (или семь) пар оживил Элияху. Ту же легенду, что интересно, рассказывают брахманы читпавна, только для них это якобы сделал один из индийских богов, аватар Вишну. Кхандала, или камень Илии-пророка, – особое место почитания и паломничества для бней-Исраэль. Считается следом от колесницы Элияху и копыт его коней. Вознесение Элияху, по легенде, началось где-то в районе Хайфы, но в Индии его колесница ненадолго опустилась на землю, и потому от нее остался след. Как считается у бней-Исраэль, однажды в тех местах разразилась сильнейшая, безумная гроза, и в ливне кто-то из членов общины разглядел колесницу, которая неслась по небу. После грозы бней-Исраэль отправились осматривать поля; тогда-то они и наткнулись на следы колесницы и копыт. К этому месту бней-Исраэль подносили сладости, а потом съедали их сами – это пришло из индуизма, называется «прасат» и представляет собой подношение божественного дара, которое возвращается обратно тем, кто его подносит. Прибывшие в Индию из Ирака в XIX . «багдадские евреи» подвергли сомнению статус бней-Исраэль как хранителей традиции, поскольку те слишком долго были оторваны от иудаизма. В качестве вопиющего примера багдадцы приводили привычку бней-Исраэль мыться, поливая себя водой, как все индусы, — тогда как багдадцы, как все евреи, принимают ритуальные ванны. Несмотря на это размежевание, багдадские евреи давали бней-Исраэль работу на своих фабриках, и тем самым заметно поспособствовали их репатриации. Дело в том, что багдадцы покинули Индию в 1947 г., после ее освобождения от колониализма – их жизнь была связана с британцами и от независимой Индии они не ждали ничего хорошего. Но, уходя, они закрыли свои фабрики, – и бней-Исраэль остались без работы. Они были гораздо больше включены в индийские реалии и индийскую жизнь, однако их алия оказалась экономически неизбежна.
Очень интересная история у бней-Менаше (Bnei Menashe / Manmaseh), племени Shilung из малоизвестных и труднодоступных северо-восточных районов Индии, между Бирмой и Бангладешем [The Bnei Menashe of India // http://www.bneimenashe.com/]. Племена эти тибето-бирманского происхождения, в XIX в. они были баптизированы (особенно постарались протестанты), а в 1950-х гг. внезапно объявили себя одним из потерянных колен Израилевых и стали стремительно возвращаться в лоно иудаизма – и на Землю Обетованную. Их алия заняла 50 лет – только в 2005 г. главный раввин Израиля признал бней-Менаше евреями (но все равно велел им всем непременно пройти гиюр). Первая партия бней-Менаше благополучно уехала в Израиль, но потом вмешалось индийское правительство, отправило ноту протеста, возражая против их обращения в иудаизм и вывоза из страны. Так что в Индии до сих пор есть группа бней-Менаше, ожидающая отъезда в Израиль. Генетический анализ ДНК подтвердил связь бней-Менаше с историческими евреями.
У бней-Менаше были последователи – в 1980-х гг. потерянным коленом объявили себя 350 человек, жители одной и той же деревни в южноиндийском штате Андхра-Прадеш. Эти люди назвали себя бней-Эфраим, имея в виду, что колено они Эфраимово. Они построили себе синагогу и постепенно встраиваются в русло раввинического иудаизма. Пока что официально евреями их не признали (вспомним, что бней-Менаше на это потребовалось 50 лет), и вполне возможно, что религиозную конверсию они используют как способ изменить свой социальный статус и политическое положение. Зато их дети рождены и воспитываются в традиции, с этим не поспоришь: может быть, в Израиль впустят следующее поколение бней-Эфраим, оставив нынешнее «бродить по пустыне».
Народность Chiang (Qiang или Chiang-Min) в Юго-Восточном Китае сохранила древние обычаи Израиля, верят в единого Бога и по передаваемой устной легенде пришли с далекого Запада. Они говорят, что их предок имел двенадцать сыновей. Они сохранили обычаи отмечать пасху, день искупления, levirate marriage (тип свадебного обязательства, при котором брат умершего мужчины обязан жениться на вдове, а вдова обязана выйти замуж за брата своего умершего мужа), и так далее, как у древних израильтян. Народ Chiang имеет Y-хромосому ДНК (которая имеется только у мужчин и передается от отца к сыну) именно гаплогруппы D, на высочайшем уровне в мире 40 %. Это очень не типично для Азии и для всего мира. Но недавние исследования Y-хромосомы ДНК показали, что и около 40% японских мужчин имеют гаплогруппу (haplogroup) D в Y-хромосоме, и около 50% гаплогруппу O. Гаплогруппу О имеют большинство китайцев и корейцев. Эта группа типична для Азии. И у них нет гаплогруппы D. Даже, если она имеется, это не больше 1-2 процентов. Итак, у японцев присутствует гаплогруппа D, достигающая 40%, которая у китайцев, корейцев и большинства других азиатов отсутствует. Этот показатель очень необычен в мире. По мнению генетиков, гаплогруппа D является родственной гаплогруппе Е. У ашкеназов и сефардов ДНК у многих современных евреев обладают Y-хромосомой галогруппы E (20-30%). У других евреев имеется гаплогруппа J (около 30%) и R (20-30%), и так далее. Гаплогруппа R могла появиться у евреев во времена диаспоры в Европе, в то время, как гаплогруппа J широко распространена на Ближнем Востоке и в других местах. Гаплогруппы D и E были когда-то единым целым и имеют общее происхождение. Обе они вышли из гаплогруппы DE на Ближнем Востоке, и позднее разделились в зависимости от времени и места. И теперь вопрос, «Какая гаплогруппа была у древних евреев?»
По мнению т.н. «британских израильтян», к которым принадлежат самые состоятельные англо-саксы, хранящийся в Вестминстерском аббатстве коронационный камень – не что иное, как камень, служивший подушкой Яакову в Бейт-Эле, ставшем во времена Израильского царства одним из двух священных «храмовых городов». Он был унесен затем в Египет, перенесен израильтянами через пустыню и доставленн пророком Йеремией в Антрем (в Ирландии), где находился тысячу лет. Затем камень был перенесен в Скон в Шотландии, где использовался для коронации шотландских царей, и, наконец, в 1291 г. был доставлен в Лондон королем Эдвардом I. Само слово «British» они переводят как «брит иш», т.е. «человек завета» на иврите. По их мнению, родословная английских королей восходит к царю Давиду через шотландского короля Джеймса VI и ирландского короля Фергуса Великого.
Так, в IX  в. йеменский еврей Эльдад ха-Дани (Эльдад Гадани) утверждал, что не только принадлежит к колену Дан, но и поддерживает связь с четырьмя из исчезнувших колен (Дан, Гад, Нафтали и Ашер), которые населяют особую область в Восточной Африке около Красного моря (Ям-Суф) и Аденского залива, в стране Куш (Эфиопия).
Страна четырех колен составляла в пространстве 200 дней пути в длину и ширину (семимесячной ходьбы) и называлась Хавила – «страна золота». Сами евреи царства живут в шатрах и кочуют с одного места на другое, но также «… живут они в стенах, называемых Дгаб-Дхи, воюют с семью царствами, коих имена: Арда, Тискат, Сарм, Кака, Гугам, Хумрим и Лудим. Все они по ту сторону рек Куша, во исполнение пророчества Софонии: «из-за речных стран Куша поклонники Мои – дети рассеянных Моих – принесут Мне дары» (Соф. 3:10)… Когда трубач звуками рога созывает людей на войну, то выходит полководец, и самое меньшее количество собирающегося войска бывает до ста двадцати знамен и под каждым знаменем по тысяче человек – и это только частица одного из колен. Такое войско выступает в поход, и приносимая им, по окончании войны, из земли Куш добыча делится между всеми воинами. Каждому из четырех колен назначается для ведения войны пространство трехмесячной ходьбы, и добыча каждого колена принадлежит только ему одному. Детей у них столько, сколько песку на берегу моря, и все они очень воинственны. Во время сражения они говорят [друг другу]: “нынче не следует отступать, и Израиль не отступит”. Они укрепляют свое сердце надеждою на Творца своего, Бога вечного, Создателя неба и земли, Непобедимого в битве, и проливают кровь врага своего в сражении. И сколько раз кушиты оплакивали свою судьбу и рыдали, а дщери Израиля цвели и радовались» [Книга Эльдада Данита // Над четырьма коленами царствовал Аддиэль (Уззиэль), сын Михаила, из колена Асирова, а верховный судья – по имени Абдин.
Как правило, каббалиста Аврахама Леви Старшего (1528 г.), как все потерянные десять колен Израиля, так и это царство четырех колен, отождествляют с «фалаша» («пришельцы» на языке геэз) – т.н.  эфиопскими евреями, которые считают себя потомками колена Дана и называющими себя «Бета Исраэль» («Дом Израиля»). Фалаша не знают ничего о таких еврейских праздниках как Ханука (введен во II в. до н.э. Маккавеями) и Пурим (введен в V в. до н.э.), но и о запрете жертвоприношений вне Храма, который введен царем Иошиягу (Иосия) во время напряженных отношений между Иудейским и Израильским царствами (VII в. до н.э.).
В 880 г. Эльдад ха-Дани посетил Ирак, Египет, Тунис и Испанию, всюду возбуждая необыкновенное любопытство народных масс и ученых своими странными манерами, языком, несовпадающими с «Вавилонским Талмудом» галахическими предписаниямми т.н. «Талмуда Десяти Колен» (т.е. прямо восходящими к Моисею и иисусу Навину) и россказнями ; Царстве четырёх колен.  По словам самого Элдада ха-Дани, в начале путешествия его корабль затонул, а он и его товарищ из колена Асира попали в плен к племени людоедов. Его товарищ погиб, Элдад ха-Дани был захвачен племенем «огнепоклонников» Румрум, затем выкуплен неким евреем-торговцем: «Попал он к колену Иссахара, живущему в горах, на берегу моря, в конце персидской и мидийской земель. Потомки этого колена день и ночь прилежно занимаются Торою и исполняют в точности написанное: “поучайся в ней (в Книге Закона) день и ночь”. Они не имеют ни с кем распри, но все дни проводят в прениях о законе. Живут мирно, спокойно и беспечно. У них нет ни врагов, ни противников. Они занимают землю на пространстве десяти дней пути, в длину и ширину, и обладают большим количеством скота. Ни одного там нет злонамеренного, готового на преступление. В соседстве с ними живут огнепоклонники, которые берут себе в жены своих матерей, дочерей и сестер; они не занимаются земледелием и все покупают у соседей на деньги. У потомков Иссахара есть свой судья и князь, по имени Нахасон, и на суде четыре рода смертной казни; говорят они на священном языке, также на персидском и кедарском (Кедар был один из сыновей Измаила, родоначальника арабов (Быт. 25:13), а у пророков Исайи, Иеремии и Иезекииля дикие племена, кочевавшие в пустыне и жившие в шатрах, именуются кедарами; средневековые еврейские писатели называют кедарами татар и вообще народов измаильского происхождения, – прим. перев.). Потомки Завулона обитают на горе Приан (Паран, или Фаран – пустыня и гора на юге от Палестины (Чис. X, 12; ХШ, 3, 26: Втор. ХХХIII, 2), – прим. перев.); а потомки Рувима напротив них, возле той же горы Приан; между ними мир, любовь, братство и дружба. Ведут они войны с соседями и всю приобретаемую добычу делят между собою; говорят на кедарском языке. У них есть Св. Писание, Мишна, Талмуд и агадот (Агадот (ед.ч. — агада) — входящие в состав Талмуда сказки, легенды, поучительные истории, – прим. перев.), и каждую субботу проповеди читаются на святом языке … Колена же Неффалима, Гада и Асира пришли к данитам (в Куш, – О.Г.) уже после разрушения Второго Храма, а прежде они сидели с потомками Иссахара в одних городах, но часто с ними ссорились, будучи попрекаемы происхождением от рабынь (Неффалим был сыном Валлы, служанки Рахили, а Гад и Асир – сыновьями Зелфы, служанки Лии (Быт. XXV, 25-26), – прим. перев.). Опасаясь того, что эти ссоры могут привести к войне, они сочли за лучшее убраться оттуда и жили до тех пор, пока не достигли пределов Дановых, и таким образом соединились четыре колена в одном месте» [Книга Эльдада Данита // Восточная литература. – В свою очередь значительно ранее, якобы,  колено Дана убежало в Африку, в Куш, тогда, когда ассирийцы именно увели в плен колено Звулона.
Но что особенно интересно, это сохранение Эльдадом  ха-Дани предания о том, как «сыновья Моисея» стали свидетелями особого катаклизма – появления мощной реки: «… слышали мы от наших предков переданное им их предками, что в ту самую ночь слышен был ужасный шум, а к утру видно было войско многочисленное и тяжело вооруженное, которое и принесло их (беней-Моше, – прим. перев.) к реке, ворочающей камнями и песком, на такое место, где прежде никакой реки никогда не было; река же эта ворочает камнями и песком без воды со страшным шумом и такою яростью, что если бы она встретила железную гору, то и ее раздробила бы. Река эта в течение шести дней недели движет камни и песок без капли воды, а в субботу успокаивается. Как только наступает канун субботы, то спускается облако на реку и человеку нет возможности подойти к ней близко до конца субботы» [Книга Эльдада Данита // Восточная литература. – Иосиф Флавий дает прямо противоположное описание – Самбатион течет бурным потоком только по субботам, а в остальные дни ложе реки высыхает (Иосиф Флавий, «Иудейская война» 7:96-99). 
Эльдад ха-Дани называет эту реку, на берегах которой поселились спасшиеся от увода в вавилонский плен «сыновья Моисея» (т.е. евреи), – Самбатионом, отождествляя её с упомянутой в «Талмуде» и римским историком Плинием Старшим загадочной «Субботной» рекой – Самбатион (или Саббатион), чудесным свойством которой является, что эта бурная, перекатывающая камни река совершенно непреодолима по будним дням, но с наступлением времени субботнего отдыха она затихает и становится спокойной. Евреи, живущие по ту сторону Самбатиона, не имеют возможности перейти реку, поскольку это было бы нарушением шаббата, и могут лишь переговариваться со своими соплеменниками по эту сторону реки, когда она затихает. Поиском Самбатиона занимался в XV в. раввин Овадия из Бертиноры, известный благодаря своему популярныму комментарию на «Мишну». Некоторые даже видят в реке Самбатион Днепр, который в ряде источников (например, в сочинении византийского императора Константина Багрянородного «Об управлении империей») назван Самбатасом (и этим же именем названа также порт-крепость города Киева (Киоава); как шведское sambеt «место сбора лодок», где sam «вместе» и bеt «лодка», ср. с bеthus «сарай для лодок», где hus «дом, крепость» и норв. Sjшbod- «сарай для лодок»), а именно связывают с хазарскими иудеями, жившими в Киеве в Х в., либо с армянами (армянский князь Смбат Багратуни в 585 г. основал крепость Смбатас, её расширили братья Куар, Шек и Хореан, при которых город назывался Куар).
Но, думается, здесь информатор сохранил более древнее израильское фольклорное предание о катаклизме, в котором погибла армия Явина, принеся победу воинству колен Звулона и Иссахара: «Поток Кишон увлек их, поток древний, поток Кишон» («Песнь Деборы»; Суд.  5).

***
Многочисленные факты, собранные исследователем Аримаса Кубо, позволяют также утверждать, что некоторые кланы и племена, влившиеся в состав будущей японской нации, имеют еврейское происхождение [Аримаса Кубо. Еврейский марафон (Израильтяне дошли до Античной Японии) / Пер. с япон. // ; Arimasa Kubo. Israelites Came to Ancient Japan : Many of the traditional ceremonies in Japan and their DNA
indicate that the Lost Tribes of Israel came to ancient Japan // http://www2.biglobe.ne.jp/~remnant/isracame.htm].
Гипотезу о происхождении японцев от потерянных колен Израилевых первым всерьез выдвинул шотландский миссионер Николас Маклеод. В своей книге «Краткое изложение древней истории Японии (Япония и потерянные колена Израилевы)», увидевшей свет в 1878 г., он заявлял, что высшие классы японского общества (аристократия и священнослужители) произошли от древних евреев.
В 1909 г. Иосиро Саэки, профессор университета Васеда, выдвинул гипотезу, что члены клана Хата, переселившиеся в Японию из Китая, были евреями, которые исповедовали христианство несторианского толка, но при этом сохраняли еврейские традиции.
В 1929 г. выпускник Йельского университета Джунихиро Оябе опубликовал книгу «История Японии и японцев», в которой выдвинул гипотезу, что император Японии является потомком одного из потерянных колен Гада. Автор даже преподнес свою работу в дар императорской семье.
Джозеф Эйдельберг, уроженец Одессы, ветеран ЦАХАЛ, бывший генеральный менеджер компании «Предприятия Мертвого моря» и полиглот, в своей книге «Японцы и десять потерянных колен Израилевых» указывает на происхождение отдельных японских слов из иврита. Несколько слов для примера. «Гай» означает – «чужой, неяпонский» (японцы называют «гайдзинами») и схоже с тем, как евреи называют не-евреев – «гои» («гоим»). На иврите «кния» – «покупка», а по-японски «конию» – «покупка». А слово «самурай» может быть связано с ивритским «шомер» («охранник») и в принципе, не нарушая языковые законы иврита, могло звучать как «шомерай».
Например, в японской префектуре Нагано есть большой синтоистский храм под названием «Suwa-Taisha» (Сува-Тайша). Этот традиционный фестиваль, под названием «Ontohsai», проводится 15 апреля каждого года (когда японцы использовали лунный календарь, он приходился на март-апрель). Фестиваль почти подробно иллюстрирует историю Исаака (Бытие», 22), когда Авраам собирался принести его, своего сына, в жертву. Фестиваль «Ontohsai» проводится с древнейших времен и считается самым важным фестивалем в Suwa-Taisha. Этот храм построен для поклонения богу Moriya. За задней частью храма есть гора под названием Moriya-san. Люди области Suwa называют ее «Moriya no kami» – бог-«ками» Moriya. Как известно, Мория (Мориа, Moriyyah) – это упоминаемая в «Библии» горная местность, назначенная Аврааму для принесения его сына Исаака в жертву. Во время фестиваля «Ontohsai» мальчика ставят на бамбуковую циновку и привязывают к деревянной колонне. Синтоистский священник подходит к нему, готовя нож, и срезает часть дерева, затем «посланник бога» (другой священник) приходит туда, и мальчикa освобождают. Это напоминает библейскую историю, в которой Исаак был освобожден после того, как ангел пришел к Аврааму. На этом фестивале вместо Исаака приносят в жертву животных. Забивают 75 оленей, но среди них есть один с раздвоенным ухом. Cчитается, что его так пометил Бог. Олень имеет некую связь с тем овном по Библии, которого Бог наметил для жертвоприношения, после того, как Исаак был освобожден. Предполагается, что баран был пойман сеткой за рога, поэтому ухо было поранено. В античные времена в Японии не было овец, что привело к использованию оленей для жертвоприношения (олень – кошерное животное). Даже в доисторические времена для японского народа было странным приносить оленя в жертву, так как в традиции религии Shinto такого ритуала не было. Люди называют этот фестиваль «Фестиваль в честь бога Misakuchi». «Misakuchi» может трактоваться как «mi-isaku-chi». «Mi» означает «великий», «isaku» скорее всего Исаак, и «chi» – что-то, заканчивающее слово. Сегодня обычай (как бы) приносить мальчика в жертву, а потом освобождать, не практикуется, но остался обычай устанавливать деревянный столб под названием «oniye-bashira» – «жертвенный столб».
Но с храмом Сува-Тайша связан еще один момент. Первый раз в письменном источнике он был упомянут 1200 лет назад, но, возможно, существовал еще задолго до этого. Некоторые обряды, исполняемые в храме, не могут не напомнить о другой религии. Каждые шесть лет в апреле-мае в храме проводится многодневный праздник Омбасира (Онбасира) – символический ремонт храма. Для этого «ремонта» используются огромные бревна. На горе, возвышающейся рядом с храмом, срубают деревья – топорами и теслами, используемыми только один раз для этой церемонии. После этого команды мужчин, обвязав гигантские бревна веревками, спускаются на них вниз по склону, к святыням храма. Позже бревна (их должно быть 16) поднимают вертикально, символически укрепляя храм. Итак, смысл праздничной церемонии – в строительстве храма из бревен, спущенных с высокой горы. А теперь небольшая цитата: «… И послал Соломон к Хираму сказать: "Я намерен построить дом имени Г-спода Б-га моего. Прикажи нарубить для меня кедров с Ливана". И послал Хирам к Соломону сказать: "Исполню все желание твое о деревах кедровых и деревах кипарисовых. Рабы мои свезут их с Ливана к морю"» (3 книга Царств, 5). Поклонение деревянным столбам, изображающим древнюю финикийско-угаритскую богиню Ашеру, имело в свое время широчайшее распространение на Ближнем Востоке. В Торе многократно встречаются упоминания культа этой богини и борьбы с ним сторонников единобожия. Сохранение в искаженной форме обрядов некогда отвергнутой религии в виде бытовых традиций – известное явление, вспомним хотя бы новогоднюю елочку. Японское слово «хашира», означающее колонну, поразительно созвучно имени древней языческой богини Ашеры.
Также японские священнослужители «Yamabushi» накладывают на лоб маленькую черную коробочку, называемую «tokin». Она прикрепляется к голове черным шнуром, подобно тому, как верующие евреи накладывают на лоб филактерию. Размер черной коробочки «tokin» такой же, как у евреев, но форма округленная, похожая на цветок. Но ни в каких других религиях нет ничего подобного вообще, независимо от формы!
 «Yamabushi» используют большую раковину в качестве трубы. Это очень похоже на еврея, трубящего в шофар (бараний рог). В Японии не было баранов, поэтому «yamabushi» пришлось использовать раковину вместо рога.
В Японии есть легенда о «yamabushi» по имени «Tengu», который жил на горе. Он славился ярко выраженным носом (иногда на изображениях его заменяет птичий клюв) и обладал сверхестественными способностями. Некий ниндзя («ninja») однажды поднялся на гору к Tengu, чтобы перенять от него его необыкновенные способности. Tengu передал ему часть своей силы, а после этого вручил «tora-no-maki» (свиток торы). Этот свиток торы рассматривается как очень важная книга, которая полезна в любой жизненной ситуации.
Есть у японцев и аналог «Ковчега Завета». Это «Omikoshi». Японцы переносят его на на своих плечах с помощью двух палок. Так же делали и древние израильтяне: «Левиты несли ковчег Божий, установленный на палках, на своих плечах, как Моисей заповедал им в соответствии со словом Господа» (1 Хроники 15:15). К израильскому ковчегу прикреплены две палки («Исход», 25:10-15), с помощью четырех колец «на его четырех ногах» («Исход», 25:12). Следовательно, палки должны быть прикреплены к дну ковчега. Так сделано и в японском ковчеге «omikoshi». Если израильский ковчег имеет две статуи золотых крылатых херувимов на крышке, то японский «omikoshi» также имеет на крышке золотую птицу, называемую «Ho-oh», которая является воображаемой птицей и таинственным небесным существом. Весь израильский ковчег был оббит золотом и японский «omikoshi» иногда оббит золотом частично, а иногда и полностью. Размер «omikoshi» почти такой же, как у израильского ковчега. Как царь Давид и народ Израиля танцевали и пели вокруг ковчега, так же делают и японцы вокруг «omikoshi». На синтоистском религиозном фестивале «Gion-jinja» в Киото люди, несущие «omikoshi», входят в реку, а затем пересекают ее. Вероятно, это основано на памяти древних израильтян о переносе ковчега через реку Иордан. На японском острове Сето людей, отобранных для переноса ковчега «omikoshi», оставляют в доме в течение недели перед этим событием. Так делается, чтобы избежать какого-либо осквернения. Более того, за день до переноса «omikoshi», эти люди купаются в морской воде, чтобы освятить себя, что подобно обычаю древних израильтян. «Таким образом левиты и священники освящались, чтобы нести ковчег Господа Бога Израиля» (1 Хроники 15:14). Библия говорит, что после достижения Иерусалима марш заканчивался.
«Давид раздавал каждому израильтянину, мужчинам и женщинам, каравай хлеба, ломтик мяса и торт из изюма» (1 Хроники 16:3). Это похоже на японский обычай, когда после японского фестиваля сладости распределяются между участниками фестиваля.
Библия говорит, что когда был перенесен ковчег в Иерусалим, царь «Давид был одет в халат из тонкого льна» (1 Хроники 15:27). Император Японии, только после того, как он закончит церемонию своего вступления на престол, появляется один перед богами, прибывая в Храм в совершенно белом халате, охватывающем все его тело за исключением босых ног. Это похоже на действия Моисея и Иошуа Навина, которые сняли свои сандалии перед Богом, чтобы быть босиком («Исход», 3:5, Иисус Навин 5:15). Marvin Tokayer, раввин, проживший в Японии 10 лет, написал в своей книге: «Льняные одежды, которые носят японские священники Shinto имеют один и тот же рисунок, что и белые полотняные одежды древних священнослужителей Израиля». Халат синтоистского священника имеет шнуры 20-30 см длиной, висящие на углах мантии. Эти полосы подобны таковым в одежде древних израильтян. В сказано: «Делай бахрому на краях одежд во всех своих поколениях» (Второзак 22:12). Бахрома (кисточки) были знамением, что человек был израильтянином. В Евангелии также написано, что фарисеи делают «кисточки на своих длинных одеждах» (Матвей 23:5). Женщина, страдавшая от кровотечений, подошла к Иисусу и дотронулась до «кисточек на его одежде» (Матвей 9:20).
Синтоистские священники носят на халате прямоугольник ткани от плеч до бедер. Это то же, что риза (эфод / ephod/ ;;;;) на плечах Давида: «Давид также носил льняной эфод» (1 Хроник 15:27). Хотя красочный эфод был украшен драгоценными камнями, обычные священники носили эфод из простой белой льняной ткани (1 Самуил 22:18). Японский синтоистский священник надевает головной убор точно так же, как это делал израильский священник («Исход», 29:40). И японский, и израильский священник подпоясываются кушаком вокруг талии.
Известно изображение статуи древнего японского самурая, найденная в раскопках, относящихся к концу пятого столетия в Nara. Эта статуя реалистично показывает древний японский стиль завивки мужских волос, называемой «mizura», при которой волосы висят из-под шапки перед ушами, и они немного вьются. Этот стиль был широко распространен среди японских самураев, и этот обычай уникален для Японии, и не пришел из культур Китая или Кореи. А как известно, «пейсы» – это уникальный стиль «прически» у евреев, и он восходит к очень древним временам. В Библии говорится «Не обрезай волосы по бокам головы» (Левит 19:27). Таким образом, этот обычай пришел от древних израильтян. Хасидские евреи восстановили этот древний обычай. Йеменские евреи соблюдают его также с древних времен. Существует статуя, найденная в Сирии, относящаяся к VIII-IX вв. до н.э., на которой изображен еврей с пейсами и бахромой на шали.
Евреи освящают кого-либо, обмахивая снопом пшеницы первого урожая за семь недель до праздника Швуот. На Суккот они используют для этого пучок растений. Израильские священники в древности также освящали кого-либо, обмахивая пучком растений. Давид говорил, «Очистите меня пучком затра (hyssop, ;;;;) и я буду чист» (Псалм 51:7(9)). И это также традиционный японский обычай. Когда японский священник освящает кого-нибудь или что-нибудь, он размахивает веткой дерева, или использует «harainusa» которая состоит из палки и белых бумаг, которые сложены зигзагообразно как маленькие молнии, но в старые времена это была ветка растения или сноп зерновых.
Также японцы и израильтяне для освящения дома или места разбрасывают по ним соль:  «Во всех обрядах используйте соль» (Левит 2:13; ср. : Эзекиель 16:4).
Архитектуры японского и израильского храмов также весьма похожи. Японцы молятся внутри Святого Места, но  не смеют войти внутрь Святая Святых. Только избранные синтоистские священники имеют такое право в особые моменты. Это подобно Израильскому Храму. В израильском храме в хранящемся в Святая Святых Ковчеге Завета находились каменные скрижали десяти Божьих Заповедей, сосуд с манной и жезл Аарона, в японском храме в святая святых хранятся  зеркало, меч и кулон. Японская Святая Святых располагается в западной или северной части Храма. Израильская Святая Святых находилась в западной части Храма. Святая Святых синтоистских храмов также находится на более высоком месте по сравнению со Святым Местом, и между ними есть ступеньки. Ученые утверждают, что в израильском Храме, построенном Соломоном, Святая Святых возвышалась и между ними были ступени около 2,7 метра в ширину. В передней части типичного японского синтоистского храма по обе стороны от входа имеются две статуи львов, называемых «Komainu». В Храме Израиля и во дворце царя Соломона были статуи или рельефы львов (1 Царств 7:36, 10:19).
Недалеко от входа в японский храм расположена «temizuya» – место для мытья рук и рта молящихся. В старые времена они имели обыкновение мыть и ноги тоже. Аналогичный обычай имел место в еврейских синагогах. В древнем Храме Израиля также имелись умывальницы для мытья рук и ног перед входом в Храм.
В передней части японского Храма имеются ворота, называемые «torii». Такой тип ворот не существует ни в Китае, ни в Корее, он свойственен только Японии. Но самая старая форма ворот состояла только из двух вертикальных столбов и каната, соединявшего верхние части. Когда синтоистский священник подходил к воротам, он кланялся каждому столбу ворот по отдельности. Предполагается, что ворота «torii» первоначально состояли только из двух столбов. В израильском Храме при входе тоже были два столба (1 Царств 7:21) и на арамейском языке, который использовали древние израильтяне, слово «ворота» звучало как «tar’a». Некоторые «torii», особенно в старых храмах, были покрашены в красный цвет. И это может быть связано с тем, что красный цвет ворот (два столба с перемычкой) символизирует цвет крови ягненка, которым обозначали евреи двери своих домов в Египте для защиты от «казней египетских» перед Исходом.
В японской религии есть обычай окружать святое место канатом, называемым «shimenawa». В нижний край его вставлены листочки белой бумаги, и он символизирует границу. В «Библии» говорится, что когда Моисей получил на горе Синай Десять Заповедей, он «установил границы» вокруг скрижалей, чтобы израильтяне не приближались (Исход, 19:12).
Основное различие между японским храмом и древним израильским Храмом заключается в том, что в японском нет алтаря для приношения животных в жертву. Но известно, что Моисей повелел людям не приносить животных в жертвы нигде, за исключением определенных мест в Земле Ханаан (Второзак 12:10-14). Следовательно, когда израильтяне пришли в античную Японию, у них не было места, где приносить в жертву животных.
Правителей в древней Японии называли словом «mikoto», которое может быть получено от еврейского слова «malhuto», что означает «величество». Императора Японии называют «mikado» и это напоминает ивритское «migadol» – «большой человек». Древнее японское слово, обозначающее лидера общества «agata-nushi» («agata» — «общество/регион» и «nushi» — «лидер») на иврите звучит как «aguda» и «nasi». Японцы говорят «hazukashime», что означает «позор или унижение», а на иврите это звучит «hadak hashem» – «опущенное (униженное) имя». Японские числительные, которые произносит и священник Koyane во время ритуала выманивания из пещеры спрятавшуюся там богиню солнца Аматэрасу, звучат как «Hi, fu, mi, yo, itsu, mu, nana, ya, kokono, towo» и не имеют этимологии в японском языке. Но Joseph Eidelberg, автор книги «The Japanese and the Ten Lost Tribes of Israel» («Японцы и Десять Потерянных Колен Израиля»), заявил, что это красивое ивритское выражение, если предположить, что некоторые изменения в произношении произошли на протяжении истории: «Hifa mi yotsia ma na’ne ykakhena tavo» («Прекрасная (Богиня). Кто выведет ее? Как мы должны взывать (в хоре), чтобы побудить ее выйти?»). В древних японских народных песнях, есть много слов, которые не понятны для самих японцев. Dr. Eiji Kawamorita считает, что многие из них ивритского происхождения. Среди японских народных песен в префектуре Kumamoto есть песня, которая звучит так «Hallelujah, haliya, haliya, tohse, Yahweh, Yahweh, yoitonnah…» Это также звучит, будто это иврит.
Существует замечательное сходство между библейским текстом и японской мифологией. Японский ученый указывает, что истории о Ninigi в японской мифологии очень напоминают рассказы о Якове в Библии. В японской мифологии императорская династия и вся нация Yamato (японцы) являются потомками Ninigi, который пришел с неба. В то время как Яков является родоначальником израильтян. В японской мифологии с небес должен был сойти не Ninigi, а некто другой. Но когда тот готовился к данному мероприятию, родился Ninigi, и в результате вместо того другого Ninigi сошел с небес и стал родоначальником японской нации. Таким же образом, согласно библии, Исаф, старший брат Якова, должен был стать родоначальником нации, но божье благословление пало на Якова, и он стал родоначальником израильтян. В японской мифологии, после того, как Ninigi спустился с небес, он влюбился в прекрасную женщину по имени Konohana-sakuya-hime и хотел на ней жениться. Но ее отец попросил его также взять в жены и старшую сестру его любимой, так как он не мог выдать замуж младшую сестру раньше старшей. Старшая сестра была уродливой, и Ninigi вернул ее отцу. Таким же образом, согласно «Библии», Яков влюбился в прекрасную Рахель и попытался жениться на ней («Бытие», 29). Но ее отец сказал Якову, что он не может выдать младшую сестру раньше старшей, и предложил Якову жениться одновременно и на старшей сестре Лее (Leah). Старшая сестра была не красива, и Якову она не понравилась. Таким образом, существует параллелизм между Ninigi и Яковом.
В японской мифологии у Ninigi и его жены Konohana-sakuya-hime родился мальчик по имени Yamasachi-hiko. Но над Yamasachi-hiko издевался его старший брат, и ему пришлось уехать в страну морского бога. Там Yamasachi-hiko приобрел мистическую силу, и простил грех старшего брата, который бывало морил его голодом. Таким же образом, согласно библии, у Якова и его жены Рахели родился сын, названный Иосифом. Но над Иосифом издевались его старшие братья, и он, в результате, оказался в Египте. Там Иосиф становится главным министром и получает большую власть, и, когда старшие братья приехали в Египет из-за голода на родине, Иосиф помог им, и простил им их грехи. Таким образом, существует явный параллелизм между Yamasachi-hiko и Иосифом.
В японской мифологии Yamasachi-hiko женится на дочери морского бога, у них рождается мальчик по имени Ugaya-fukiaezu. У Ugaya-fukiaezu было четыре сына. Второй и третий сыновья покинули его, четвертый сын стал императором Jinmu, покорившем Землю Yamato. Императорская династия Японии является продолжением этой линии.А что в «Библии»? Иосиф женится на дочери священника в Египте, у них рождается Менаше (Manasseh) и Эфраим (Ephraim). Эфраим напоминает Ugaya-fukiaezu в том смысле, что у него было 4 сына, но его второй и третий сыновья были убиты в раннем возрасте (1 Хроник 7:20-27), а потомок четвертого сына Иошуа (Joshua) покорил Землю Ханаан (Землю Израиля). По линии Эфраима возник Царский Дом народа Израиля. Таким образом, мы видим заметное подобие между библейской генеалогией и японской мифологией – между Ninigi и Яковом, Yamasachi-hiko и Иосифом, императорской династией Японии и царской династией колена Ефраима. Кроме того, в японской мифологии небо называется Hara из Takama (Takama-ga-hara или Takama-no-hara). Ninigi пришел оттуда. Японский исследователь Zen’ichirou Oyabe предполагает, что Hara из Takama – это упоминаемый «Библией» город Haran (Харан) в районе Togarmah (Тогарма), где когда-то жили Яков и его предки; Яков жил там некоторое время, а потом пришел в Ханаан, где он стал родоначальником израильского народа. Яков однажды увидел во сне ангелов, посланников Бога, парящих между небом и землей (Бытия 28:12), передавших ему обещание Бога, что его потомки наследуют Землю Ханаана. Это отличается от сюжета нисхождения Ninigi с небес, но образы похожи.
Таким образом, исключая детали, контур японской мифологии сильно напоминает тексты Библии. Легко предположить, что мифы в японских летописях «Кодзики» (Kojiki) и «Нихон-сёки» (Nihon-shoki), записанных в VIII в н.э., изначально базировались на библейских историях, но позднее дополнились различными языческими элементами. Можно даже подумать, что японская мифология была изначально как бы генеалогией, показывающей, что японцы являются потомками Якова, Иосифа и Эфраима.


Рецензии