Обаяние таланта великой актрисы

С Инной Михайловной Чуриковой я познакомился в далёком 1985 году на премьере спектакля «Три девушки в голубом» Л. Петрушевской, поставленного на сцене легендарного «Ленкома».

Как сейчас помню, захлёбываясь от восторга, по окончании спектакля я подошёл к служебному входу и, дождавшись актрису, признался ей в любви. Сказал о том, что после ухода Фаины Раневской, именно Чурикова самая гениальная и великая актриса отечественного театра и кино.

Инна Михайловна была очень растрогана и на своей фотографии даже надписала: «Никита, молодец!»

Спустя несколько лет, осенью 1993 года я в составе телевизионной съёмочной группы вновь побывал в «Ленкоме». Глеб Анатольевич Панфилов пригласил нас на премьеру спектакля «Сори», с Инной Михайловной в главной роли. А затем мы долго беседовали со знаменитой актрисой и её не менее знаменитым мужем в кабинете главного режиссёра театра Марка Захарова.

И вот, новая встреча с Инной Михайловной Чурикова на гастролях. Актриса меня узнала и единственному из всех журналистов согласилась дать интервью. Сидя в уютной театральной гримёрке, по окончании спектакля «Старая дева», великая актриса поделилась со мной секретами своей молодости и тем, как можно совмещать здоровый образ жизни с работой.

- Вы потрясающе выглядите. Как вам это удаётся?

- Большое спасибо за то, что вы мне говорите. Я просто стараюсь не унывать. Не терять чувство оптимизма.

- Существуют ли у вас какие-то специальные рецепты для поддержания формы?

- Ну, во-первых, после шести не есть. Во-вторых, много не есть. А в-третьих, необходимо для женщины всё-таки делать какие-то физические упражнения. Физически себя напрягать. Обязательны прогулки на свежем воздухе, это очень важно. Вместо того чтобы сидеть у телевизора, лучше организовать свою семейную бригаду - мужа, детей - и на улицу. Вот такие советы я даю.

- В каких случаях вы бываете довольны собой?

- Когда у сына и у мужа хорошее настроение, хорошее настроение и у меня. Если у кого-то из них что-то не ладится, когда мама нездорова, то и у меня настроение портится.

- А, кстати, как успехи у вашего сына?

- Ванечка сейчас осваивает юридическую деятельность. Чем будет дальше заниматься, не знаю. Во всяком случае, у него сейчас период поиска себя. Думает о какой-то коммерческой деятельности.

- То есть ни профессия отца-режиссёра, ни профессия матери-актрисы его не привлекают?

- Нет. Он от этого отказался. Но, может быть, вернётся, потому что мне кажется, что какие-то актёрские способности у него есть.

- Я люблю многие ваши работы и в театре, и в кино, но, пожалуй, самая выдающаяся картина - «Плащ Казановы», прямо кандидат на «Оскара».

- К сожалению, «Оскаров» в нашей стране не дают. А в целом ко всем своим работам я отношусь как к какому-то очень важному периоду в жизни. Каждая роль - это переживание, размышление... Лучшая роль? Это всё равно, что сказать: самое лучшее время - когда я была молодой. Но тогда у меня было столько времени, столько переживаний. В каждом периоде много трудностей. И потом каждый период - это же я! За всё благодарю Бога! Зато, что я жива, за то, что он даёт мне возможность сыграть сегодняшний спектакль перед омским зрителем, и за все работы, которые были у меня в жизни, на сцене и в кино.

- Часто вы отказываетесь от предложенных ролей?

- Если роль интересная, так зачем же отказываться. В «Ленкоме» я занята в четырёх спектаклях. Марк Анатольевич Захаров ведь мне ничего не предлагает, а антрепризных пьес у меня целая стопка. Надо выбрать, а то Марк Анатольевич так на меня поглядывает, поглядывает, но предложений не делает. Понимаете, если у меня будет интересная пьеса и интересный режиссёр, то я буду играть. Очень многие хорошие режиссёры из репертуарного театра идут в антрепризу, и, я должна говорить честно, совершенно по-другому материально вознаграждается твой труд. Сейчас в кино у меня интересная роль - генеральша Епанчина в экранизации «Идиота» Достоевского. Снималась также в «Московской саге», это телевизионные проекты, но глубокие серьёзные работы. По Достоевскому я сыграла в нашем театре только в «Игроке». Мечтала о Соне Мармеладовой, но не получилось. Я вот у Владимира Бортко играю Епанчину, роль сложнейшая, но очень интересная. Снимать сейчас трудно, за один день снимается огромное количество материала. Всё делается быстро, я думаю, из-за нехватки средств. Денег мало, а материала очень много - и поэтому надо суметь успеть. Успеть понять и сделать, причём сделать точно, как написал Фёдор Михайлович.

- Инна Михайловна, были ли какие-то картины отснятые, но не вышедшие на экраны?

- Вы знаете, однажды Игорь Угольников мне предложил довольно занятный сценарий. Снимались мы вместе с Сашей Михайловым. Но вот уже полгода я ничего не знаю о судьбе картины. У нас сейчас с фильмами напряжённая ситуация. Я снимаюсь в пяти картинах - но когда это всё выйдет! В чём проблема? Может, у того же Игоря нет денег. Снимаются эти сериалы, довольно невысокого качества, диалога, режиссуры. Крутят по всем каналам американские фильмы, и у нас уже знают американских актёров, а русских забывают... Я по этому поводу сильно не переживаю, потому что всему приходит своё время. В этом тоже, наверное, свой смысл. Снимали у нас какие-то сексуально-эротические фильмы, потом ещё что-то, сейчас снимают невысокого уровня советские боевики по американским стандартам, а потом, наверное, придёт своё кино. Вот мы сейчас снимаем Достоевского, вы знаете, какое наслаждение. Когда я читала сценарий, то как будто озоном дышала. Настоящая драматургия, настоящие писатели - это же счастье. Вот в «Ленкоме» тот же Чехов, Достоевский, Островский. Галин - хороший драматург. И в кино тоже.

- Инна Михайловна, возникали ли такие ситуации, когда зритель не всегда адекватно реагировал на вашу игру?

- Я помню, в чеховском «Иванове» было. Там есть такая жуткая сцена, когда Сара и Иванов ссорятся и говорят друг другу самые обидные слова. Супруги, люди, которые давно друг друга знают - и вот так обидеть прямо в самое сердце. Он мне кричит: «Ты скоро умрёшь, жидовка». И я - Сара - ухожу от него далеко-далеко, а потом, по замыслу Марка Анатольевича Захарова, раздаётся колокольный звон. Ухожу я с жалостью, но жалею Иванова не за то, что он меня оскорбил, а за то, что он останется один. И вдруг зал хлопает, да так дружно. Меня это не устраивало. Мне нужна была тишина, а не аплодисменты. Но были спектакли, когда было тихо и я уходила - и это было замечательно.

- Владимир Павлович Басов рассказывал, как после фильма «Приключения Буратино», где он сыграл Дуремара, его изводили ребятишки, крича вдогонку: «Мои дорогие пиявочки». Случалось ли что-нибудь подобное у вас?

- Конечно. После того как я снялась в сказке «Морозко», Глеб Анатольевич Панфилов пробовал меня на роль Анны Вырубовой. Это было очень давно. И я в какой-то шляпе красивой, в собольем палантине, вся такая привлекательная дама… Едем в автобусе - и вдруг, откуда ни возьмись дети, бегут следом и кричат: «Марфушка! Марфушка!» Подобное было и после «Неуловимых мстителей», где я сыграла белокурую Жази.

- Над чем сейчас работает Глеб Анатольевич Панфилов?

- Он начинает работу над экранизацией романа Солженицына «В круге первом». Очень серьёзно готовится, и я понимаю его. Ему нужно сделать какие-то важные для себя картины. Он не следит за модой, а хочет рассказать, что его волнут. То, что ему дано сказать. Он очень серьёзный художник, настоящий. Он не заигрывает со зрителем, говорит серьёзно, а это очень важно. Я люблю его картину «Романовы. Венценосная семья», и для меня это принципиально - фильм очень глубокий. Это я вам говорю не как жена Глеба, а как зритель.

2002 г.


Рецензии