ВИЖУ ГОРУ

               
Как мне всё надоело на этом пароходе. От безделья. Работы никакой. Стояли на подхвате. И по этой причине я надумал сходить в город. Один собрался идти. А денег в кармане ни гроша, ни ломаной копейки. Прилетели в Монтевидео мы давненько. По распределению попал на экспериментальное судно "Вашка Кашкин" и надолго на нём застрял в чужом порту. Вроде скорой помощи были для рыболовецких судов ловящих рыбу и криля в Центральной Атлантике. Сразу заострю тему. Жили на судне вольно. Ни тебе вахт, ни тебе под вахт. Гонцы, бегавшие за пойлом по ночам то и дело подымали и опускали на уровне борта трап. И всё. Да и удивляться было нечему. Шли девяностые годы уходящего ХХ века. Пофигизм ощущался везде. Ладно, мы были на эксперименте. Поймали рыбу, не поймали, знали мы матросы, что по приходу домой свою зарплату 98 рублей в месяц плюс боны получим. Все остальные люди из экипажа получали больше или меньше, зависело от судовой роли на этом судне. На других советских рыболовецких судах ни - ни. На них был план. Траловые команды тягали и тягали тралы. Ловили рыбу, ловили криля. Обработчики рыбы, день и ночь потрошили её. Весь экипаж, кроме капитана выходил на подвахту, помогал им. Тут же на судне из неё и криля делали консервы. Паковали в паки. Рыбу по тридцать пять килограмм, криля по двадцать баночек в паке. И вот так на протяжении всего рейса работа, работа, работа. Людей никто не жалел, но и люди никому не жаловались. Они заведомо знали, на какую работу нанимались сами. А денег, как было, до развала Союза они уже не получали. У каждого рыбака бывшего в этом рейсе в голове сидела назойливая мысль:
« С чем я приду домой? Что я тут заработаю?» Так вышло, что люди стали мыслить предприимчиво. Не все сразу, конечно же. В этом рейсе уж точно знаю, только один человек сообразил, как можно заработать, зелёные не утруждаясь.
Погода в тот день была можно сказать осенняя. Работ на нашем судне никаких не намечалось. Команды на отход в море не было, и я решил пройтись по Монтевидео, поискать нашей русской водочки. Знал заранее, поблизости от причала её не продавали ни в кафешках, ни с рук. Всё что угодно наподобие нашей бормотухи продавали, но не её родимую. Как ни странно желающих пойти со мной не нашлось. Знали, что иду в город без копейки за душой. Ну и ладно. Отсыпайтесь и допивайте  остатки мухряка.
И я стал собираться. Открыл дверцу шкафчика. Снял тёплую курточку. Одел её и выглянул в иллюминатор. Небо не обнадёжило. Пасмурно и ветерок свежий дует. Подумал. Надо вязаную шапочку в карман сунуть, пригодится, если дождь пойдёт. В шкафчике она не нашлась, хотя вешал, помню на курточку. Надо же. Шапочка потерялась, в тесной матросской каюте.  Жил я один, но это ничего не меняло.
- О, стоп! Мысль пришла: - «надо в рундуке посмотреть»- открываю. Вижу, в рундуке лежат два не вскрытых пака консервов криля. И шапочка вижу, лежит в каске рядом со спасательным жилетом. Взял я её, стою перед зеркалом примеряю, а сам думаю, как паки ко мне в каюту попали. И кто их мог занести! Мои мысли оборвал стук в дверь. Открываю. Боцман едва переступил порог, спросил:
- Ты Пахомов чё, в город собираешься?
- Как видишь, собираюсь!
- Слушай Женька! Вот возьми три солдатские шапки. Будешь мимо ближней кафешки проходить, зайди. Там спросишь Уруса. Он эмигрант, наш с Союза. Говорил как то мне, что на Кавказе с табором кочевал. Скажи ему, что ты пришёл к нему от боцмана «Юрчика» и наше судно назови. Отдашь ему шапки, и попроси пусть для меня сделает «мясо под седлом лошади» да вискаря мешанного пусть литрушечку плеснёт. Ну и себе закажи, не моргая, что пожелаешь. Он остановит тебя на последней копейке, если..., а ладно, иди, а то я вроде как держу тебя. Сказал боцман и ушёл. У меня на душе сразу появилось вдохновение. Сунул я шапки в пакет, замкнул каюту на ключ и не спеша сошёл по трапу на берег. Возле причалов смотреть было не на что. Стояли намозолившие глаза портовые здания, конторы, портальные краны и машины в ожидании погрузки паков с рыбой.
Я шёл по мощёной булыжной мостовой дороге, обдумывая запавшую в голову мысль, как наладить простенький бизнес. Прямо к океанской набережной примыкала гористая местность покрытая зеленью деревьев и заставленная серыми строениями домиков крытых красной черепицей. Дорога привела меня к одному такому домику, стоявшему у обочины. Под вывеской, как нестранно с русской надписью*** КАФЕЙНЯ***, вход. Захожу под просторный навес помещения заставленного простенькими столиками на четверых посетителей. Возле не занятого столика, сажусь на простенький металлический стул. Сижу, осматриваюсь. За барной стойкой вижу стеклянное убранство разнообразной посуды с выпивкой. Кроме нашей водки. За стойкой вижу кудесничает человек похожий обликом на цыгана. Нашенского такого. Волос тёмный, кучерявый. Давно не стриженый. Зубы сверкают белизной, когда разговаривает с людьми. В глазах блеск, а в правом ухе две серьги золотом горят. Тем посетителям, кои в просторе зала сидят, напитки закуски и другую снедь, подносят две девушки метиски. В длинных до пят темно-синих юбках и красных атласных кофточках с коротким рукавом и воротничками прикрывающими шею. На меня ноль внимания. Встал я и иду к барной стойке. Становлюсь у её правого края. Жду. Цыган налил стопку виски посетителю. Сгрёб и ссыпал его звонкую монету в выдвинутый ящик барной стойки. Словно невзначай поглядел на меня, ломаным русским языком спросил:
- Чиго заказивать будем?
- Я, глядя на него, негромко ответил:
- Я от Юрчика!- и показал на пакет.
Лицо цыгана прояснилось. Он быстро повернул голову, что-то крикнул в приоткрытую дверь за спиной. Оттуда так же быстро вышла средних лет смуглолицая женщина. Стала у барной стойки, а цыган подошёл ко мне, переспросил:
-Гаваришь, Юрчик прислал? Ну и кито он, и ти кито?
- Он с парахода "Вашка Кашкин", а я его приятель!
- Иды за мной!- позвал меня цыган, открыл дверь в барной стойке и оба мы вошли в боковую комнатушку.
- Там у тыбя шито?- цыган ткнул пальцем в пакет.
- Я сунул ему пакет в руки, он вытянул шапки, повертел их в руках, спросил:
- Чито Юрчик за ных хоча?
- Немного он хочет! Сделай ему и мне «мясо под седлом лошади» и виски мешаного налей в литровую посуду. Мне стопку и не больше. Я иду город поглядеть. Вернусь сюда, заберу его заказ.
Цыган потеребил волосы на голове, потом подёргал за ус, видно что-то соображал своё, и быстро взглянув мне прямо в глаза, молвил:
- Ну канечно сдэлаю для Юрчика «мяска под седлом лошади». И виски сдэлаю ему. И табэ сдэлаю. Ты тута сыди, а я велю своим людям мяска вам доставыть!
- Сказал и вышел. Быстро вернулся с полной стопкой, поставил её на стол, молвил:
- Ты хароший челавэк пэй выски, сыди жиди мяско, да гавары, зачем тибе в город хадыть. Можить у мыня, то есть, шито табэ нада?
- Я сделал глоток со стопки и словно смакуя, подумал, как же тебя цыган назвать: господином, Урусом, а вдруг обидишься. О! Вспомнил. Раз эмигрант с Союза, значит, на это слово не должен обидеться, назвал:
- Начальник! Водка мне нужна русская! А у тебя её нет на витрине.- Цыган подойдя ко мне, прошептал на ухо:
- Сёдня нэт, завтря будэт! Чем минять будешь? И нэзави мыня началныком, Урусом зави!
- Хорошо Урус!- ответил я - криль два пака возьмёшь?
- Принаси дыва, а там видеть будем! И иды тыперь под навес мяско кушать! Табе дэвка йиго падаст!
Я вышел с комнатушки под навес и сел поодаль за столик. Сижу, жду мяско и поглядываю на девушек прислуживающих посетителям. Они заняты и ко мне не подходят. Цыгана тоже за барной стойкой не видно. От нечего делать разглядываю всё подряд под навесом и за ним. Взгляд мой упал на дворик. Вижу в этот дворик верхом на лошади въехала такая себе девушка мачо вся в кожаной одежде. Ловко соскочила с лошади, а тут и цыган возле неё появился. О чем - то поджерготали  на своём языке. Цыган опять ушёл, а девушка отстегнула  ремни на седле, приподняла его, сняла со спины лошади большой кусок мяса, бросила его в котёл с парящей водой и ушла. Не прошло и пяти минут, как к котлу подошла другая девушка с подносом и большой изогнутой вилкой. Одета она была, также как и те девушки, кои работали в зале. Так вот она достала той большой вилкой кусок мяса, положила его на поднос, принесла и поставила мне на стол. Я посмотрел на неё, развёл руками, улыбнулся, и даже ничего не успел сказать. Так быстро она ушла. Ну, конечно же, проводил её взглядом до двери и словно невзначай осмотрел посетителей сидевших за столиками. Никто на меня не обращал внимания, и я с осторожностью посмотрел на хвалёное боцманом блюдо.  Мясо, как мясо. Обваренный в кипятке большой кусок мяса весом примерно в килограмм, вызвал у меня выделение слюны во рту. Но вот беда на подносе, ни ножа, ни вилки не было. Подумал. Надо сходить к барной стойке, взять их у Уруса. Он опять уже стоял возле неё. Колдовал с бутылками: подбрасывая их вверх, крутил ловил, сходу наливая виски посетителям в стаканы. Уже собрался идти. Поднялся со стула. Внутренний голос съязвил:
- « Не ходи, уволокут мясо, и попробовать не успеешь!»
 Уговорил он меня. Ладно. Беру я этот большой кусок мяса обеими руками, откусываю от него ломтик и начинаю жевать. Сам гляжу на выкушенное место и вижу, что внутри оно всё запеченное и с него сочится сукровица. Внутренний голос опять съязвил:
- «Ну, чё, попробовал на дурнину! Дома такое, наверное, никогда не ел бы?»
- Не ел! Не ел, а теперь назло тебе съем этот кусок до конца! Может аппетит у меня появился!- решительно ответил я тому, кто сидел у меня где-то в подсознании. Не глядя на то, что было внутри куска мяса, я съел его весь. А тут и та самая девушка с другим подносом пришла. Принесла глиняную миску с водой и небольшое полотенце. Поставила его на стол, забрала поднос, на котором мясо приносила, и уже уходя, молвила на чистом русском языке: -  Помоешь руки, подойди к Урусу!
- Сказала, и ушла, а я ополоснул в миске руки и губы, подошёл к барной стойке. Урус поглядел на меня приветливо, подмигнул  левым глазом, спросил:
- Ну, чито, марак! На дарожка стопачка виски колтнешь?
- И я ему ответил: - Урус! После того мяска, что я съел, выпью две с одной посуды!
Виски в двухсотграммовый гранёный стакан он налил с улыбкой. Подал его мне прямо в руки. Подождал, когда я сходу его осушил и уже когда стоял, занюхивая обратной стороной локтевого сустава, молвил:
- Диля таких мараков, как ти етый стаканчык бирагу! Лублю гладеть на рашен мараков, как ви с ниго пиёте!
Ну что я мог ответить Урусу на такие добрые слова. Поставил стакан на барную стойку - улыбнулся, пошутил:
- Урус, ты знай! - с этого стакана рашен не просто пьют виски, они сил с него набираются! Видя, как он с открытым ртом и горящим взглядом, что-то соображает - я пошёл к выходу…

   Город Севастополь
   Зима 1993 год.
   Автор НикВас Крамской.


Рецензии
Прочитал Ваш рассказ с интересом. Зарисовка из жизни российских моряков 90-х годов, изложена реалистично ( хотя и допуск некоторого худ.вымысла, вполне, допускаю). Полагаю, что Ваш рассказ будет пользоваться успехом у читателей.
С уважением,

Сергей Пивоваренко   30.05.2019 19:56     Заявить о нарушении
Сергей благодарю за отзыв Художественный вымысел использую, как свой стиль написания. Пишу, стараюсь никому не подражать, использовать оборотную речь и слова, кои и поныне в ходу у жителей проживающих в верховьях малозаметной на карте речечки Ворсклицы. Удачи в вашем творчестве.

Никола Календорин   31.05.2019 17:04   Заявить о нарушении