Черный квадрат Казимира. Глава 22

                Глава 22.
Казимир бежал по темному лесу, то и дело уворачиваясь от мокрых веток, так и норовивших хлестнуть его по лицу, по рукам. В голове после удара этого громилы гудел чугунный колокол. Сердце застряло в горле и трепыхалось, как пойманная в силки птица, мешая дышать. Одежда моментально промокла, но он не замечал сырости и холода. Он бежал, спасался от наступающей со всех сторон угрозы.

В темноте казалось, что стволы вековых сосен специально загораживают ему дорогу, специально вытягивают из земли змеящиеся корни, чтобы он споткнулся и упал. Но Казимир, с детства знающий в этом лесу каждый закоулок, каждую тропинку, лихо обходил препятствия. Старые осины тянули к нему раскоряченные руки-ветви, норовя схватить за рубашку. Не дотянетесь, дудки! С каким-то отчаянным азартом мелькало в его голове. В темных купах кустов что-то шуршало, угрожая, когда он пробегал мимо. Но он не слушал, а несся вперед и вниз по склону холма к узкой ленте шоссе.

Вы меня не поймаете, торжествующе думал он, потому что вы тупые дуболомы! А я умный и хитрый. Вам меня никогда не догнать и не найти. Он выскочил на пустынное шоссе и зачем-то обернулся. И тут ужас окатил его ледяной волной с головы до ног. От темной стены леса отделился сгусток странной формы и, хрипло дыша и сверкая желтыми глазами, бросился на Казимира.

Издав отчаянный, срывающийся на высокой ноте, крик, Казимир бросился напролом через кусты в сторону близкой воды. Исцарапанный, в оборванной одежде, задыхающийся от ужаса, он выбежал на берег и понесся по мокрому песку, преодолевая порывы встречного ветра. За спиной слышалось прерывистое дыхание преследователя, уже совсем близко, в нескольких шагах.
 
Казимир резко изменил направление движения и, прыгая по камням, раскиданным по всему берегу, помчался в сторону залива. В этом месте, куда они с приятелями ходили в детстве на рыбалку, многочисленные валуны, выставившие свои круглые спины из воды, походили на стадо диковинных животных, пришедших на водопой. Но вода здесь была мелкой, совсем не пригодной для купания. И приходилось долго идти вперед по камням до глубины, в которой плавали стайки серебристых рыбок.

Страх придал Казимиру ловкости, и он быстро перепрыгивал с валуна на валун, удаляясь от жуткого чудовища, преследовавшего его с хриплым лаем. Он был уверен, что сумеет оторваться от преследователя и спрятаться. Уж под водой то его никто искать не додумается! А он спрячется, укроется, переждет… Вдруг нога его соскользнула с мокрой поверхности камня, и он полетел вниз, беспомощно всплеснув руками.


Чарли бежал за странным человеком, не видя его в темноте, но хорошо ощущая его запах. Сильный запах страха бил в нос так, что приходилось слегка отворачивать морду. Но хозяин велел догнать и задержать беглеца. А Чарли привык выполнять любую команду главного человека в его жизни.
Лишь выскочив на асфальт шоссе, пес увидел силуэт человека и ускорил свой бег. Тот дернулся в сторону кустов и дико закричал.

- Стой! Остановись! – Крикнул пес на своем собачьем языке, но напрасно. Человек не подчинился.
По мокрому берегу бежать было гораздо труднее, лапы вязли, проваливаясь в песок.
- Эй, остановись, кому говорят! – Рявкнул Чарли сердито.
 
Он любил людей, потому что был создан природой для веселых игр, для заботы о слабых и маленьких, для спасения попавших в беду. Добродушный и терпеливый, он ни разу в жизни не использовал свои мощные клыки в драке, потому что никогда не дрался, не нападал. И к этому странному человеку, упорно убегающему от него, Чарли испытывал лишь удивление и легкое раздражение: ну, сколько можно бежать, если сказано – остановись! Он не желал ему зла, искренне стараясь выполнить приказ хозяина.

Но странный человек вдруг вскрикнул, взмахнул руками, точно вообразил себя птицей, и упал. От последовавшего за падением неприятного звука, точно что-то хрустнуло, пес остановился и замер, переводя дыхание. Человек лежал неподвижно, а запах страха от него быстро таял, разгоняемый злым ветром с моря.

Чарли подошел ближе, встав лапами в холодную воду и принюхался. От головы лежащего исходил запах крови, постепенно смешиваясь с еще каким-то отдаленно знакомым запахом, который сознание отказывалось узнавать. Чарли вспомнил: такой же запах исходил от старой хозяйки, которая долго болела, не вставая с постели, а он ее охранял. Однажды, в тот день, когда хозяина не было дома, Чарли почувствовал что-то странное и ткнулся носом в безвольно опущенную с кровати руку хозяйки. Рука была холодной и неживой, и пахла именно так. Когда Чарли понял, что от лежащего в мелкой воде человека исходит запах смерти, он поднял вверх морду и протяжно завыл.


- Стой, Мишка, подожди меня! – Жалобно закричала Маша, понимая, что заблудится в ночном лесу одна, а бежавшего впереди друга уже не видно, только слышно, как хрустят ветки.  – Ну, пожалуйста, подожди!
Страх, усиленный ускользающей надеждой, накрыл ее с головой, и она собралась разреветься, но в этот момент наткнулась в темноте на Мишку.
-Вот дуреха, сказал же ведь, подожди меня в доме!  - Беззлобно проворчал Михаил и схватил плачущую девушку за руку. – Бежим! Надеюсь, Чарли его не упустит.

Маша мешала ему бежать, то и дело спотыкаясь на своих каблуках. Маленькая, почти детская ладошка, крепко зажатая в его руке, казалась ледяной от холода. Замерзнет, простудится! Сокрушался мысленно Мишка, но продолжал бежать, пытаясь уберечь девушку от больно хлеставших по лицу веток, обходя опасные места.
Наконец они выбежали на шоссе. Собаки нигде не было. Они остановились, переводя дыхание, и пытаясь сообразить, куда бежать дальше? Вдруг сквозь шум леса под порывами ветра раздался душераздирающий, пропитанный безысходной тоской, собачий вой.
- Туда! – Крикнул Миша и потянул подругу на звук.


Они издалека увидели неподвижное тело в светлой рубашке между камней и перешли на шаг. Бежать уже не было смысла. Навстречу им, виляя мокрым хвостом, бросился Чарли, сокрушенно лая и подвывая, рассказывая о том, что здесь произошло.
- Умница, Чарли, молодец! – Михаил благодарно потрепал пса по голове и подошел к лежащему телу. Маша потрясенно замерла рядом, не выпуская его руку.
- Он мертв? – Тихо, почти неслышно прошептала она.
- Да. Несчастный случай… Не смотри на него.

Руки Казимира были раскинуты в разные стороны, одна нога застряла между камней, а голова, неестественно вывернутая, лицом лежала в воде. Ветер упрямо гнал невысокие волны, заливая плечи погибшего.
Михаил вытащил из заднего кармана брюк мобильник и стал звонить в полицию, одной рукой прижимая к себе Машу. Девушка так дрожала от холода в своей нелепой подростковой одежде, что он сразу, как закончил разговор, снял куртку и накинул ей на плечи.

- Замерзла, маленькая? – Ласково прошептал он, обнимая девушку и прижимая к себе, пытаясь согреть собственным теплом и укрыть от ветра.
Она всхлипнула и уткнулась лицом в его грудь, то и дело ощутимо вздрагивая. Смесь любви и жалости затопила его душу. И он гладил ее спутанные светлые волосы и шептал в макушку, пытаясь успокоить, утешить:
- Все кончилось, маленькая, все уже кончилось. Надо только дождаться полиции.

Всем своим существом он понимал, что нет для него на свете и никогда не будет никого дороже этой глупой, самоуверенной дурочки. Что он готов пожертвовать своей жизнью, чтобы только уберечь, защитить ее от любых опасностей. И даже если он навсегда останется для нее только другом детства, он будет жить, как сторожевой пес, на коврике возле ее двери, и охранять от всяких уродов и ублюдков, вроде Казимира.

- Миш, а как же ты нашел меня? – Маша подняла мокрое от слез и дождя лицо и заглянула ему в глаза.
- Да просто повезло. Зоя Степановна рассказала в какой ресторан ты собиралась, в ресторане ребята запомнили вашу парочку, а я вспомнил, как ты рассказывала про деда – писателя этого упыря. Да я б его из-под земли достал! И Чарли помог, как всегда.

Ей уже не было страшно. Страх остался снаружи, за кольцом этих сильных, надежных и нежных рук. Она снова опустила голову, прижимаясь к своему спасителю еще теснее, вслушиваясь в мерные удары его сердца, согреваясь его теплом, и прошептала тихо-тихо, но он услышал:
- Как хорошо, что ты у меня есть…


Лишь под утро они закончили давать показания в полиции. Глядя на продрогшую измученную девушку, капитан полиции, что дежурил в эту ночь, налил ей большую кружку чая с изображением российского герба на белом боку и протянул пачку печенья. Но от печенья Маша отказалась, а вот кружку взяла, согревая руки и глотая обжигающую жидкость маленькими глотками. Чарли смирно сидел в углу кабинета и то и дело косился в сторону хозяина, с нетерпением ожидая команды «домой!». Очень хотелось залезть в ванну под горячую воду, а потом растянуться на своем любимом диване и заснуть, заново прокручивая во сне все пережитое за эту долгую страшную ночь.

Мир полон добрых, хороших людей! В очередной раз понял Миша, когда строгий и дотошный капитан предложил подвезти их домой на полицейской машине. И не побоялся, что после собаки придется пылесосить салон автомобиля. Просто Маша выглядела такой замученной и уставшей, что он пожалел беднягу.

Продолжая поддерживать еле державшуюся на ногах девушку обеими руками, Миша довел ее до квартиры и нажал на кнопку звонка. Дверь тут же распахнулась. На пороге стояла бледная, испуганная Лидия Петровна.
- Господи, девочка моя! – Всплеснула она руками и, перехватив дочь у Миши, повела в комнату.
- Лидия Петровна, налейте ей рюмку водки, чтобы согреться, - посоветовал Михаил, вдруг ощутив неимоверную усталость, - а то ведь заболеет, неровен час.


Целую неделю Маша отлеживалась дома, медленно приходя в себя, залечивая синяки и ссадины на лице и пережитый страх в душе. Первые пару дней она не могла спать без успокоительных таблеток. Едва закрывала глаза, как перед ее мысленным взором вставала страшная картина лежащего между камней у самой кромки воды мертвого тела. Она просыпалась в холодном поту и клялась себе, что больше никогда ноги ее не будет на заливе.

Лидия Петровна взяла на себя все заботы по подготовке внука к школе, водя его по магазинам. А вечерами Миша брал Сережу на стадион, перезнакомив со своими учениками, помогая освоиться в незнакомой компании. Как-то раз, сидя на трибуне рядом и наблюдая за виртуозным жонглированием мячом одного из старших мальчишек, Миша сказал:
- Приходи ко мне в спортшколу в сентябре, я тебя драться научу.

Сережка посмотрел на него с сомнением.
- Дядя Миша, но ведь драться плохо! Мама говорит, что все проблемы умные люди решают не кулаками, а головой.
- Мама, конечно, права, Серега, - ответил Михаил, согласно кивнув, - но поверь мне, бывают в жизни ситуации, когда приходится рассчитывать только на свои кулаки. Ты же мужчина, твоя задача защищать своих близких. Вот что ты будешь делать, если какой-нибудь придурок попытается обидеть твою маму? Убеждать его, что так поступать нехорошо? Да плевать он хотел на все самые умные и правильные слова. Может, он вообще человеческий язык не понимает. И остается тебе только врезать ему как следует, чтобы навсегда отбить охоту обижать маленьких и слабых.
 
Сережка с интересом смотрел на своего старшего собеседника. Дядя Миша ему очень нравился, но не только потому, что не лез с поучениями, а предпочитал показывать на собственном примере, гоняя мяч по полю наравне с мальчишками или бегая по утрам по стадиону и подтягиваясь на перекладине столько раз, что можно было сбиться со счета. Самым главным было то, что он нашел пропавшую маму и привез ее домой. Сережка в то утро, когда бабушка уложила маму в постель, спрятался в своей комнате и долго плакал в подушку от сострадания к маме, такой у нее был несчастный вид. Богатое воображение мальчика рисовало дядю Мишу сказочным героем, богатырем или рыцарем, освободившем пленницу из лап чудовища, вот только свои блестящие доспехи и меч-кладенец припрятавшем из скромности.

- А в восемь лет уже можно учиться боксу? – Спросил он с надеждой.
- Лучше раньше, чем позже, приятель! – Ответил дядя Миша и похлопал мальчишку по плечу, - пошли-ка на поле, а то что-то мы с тобой засиделись.


Вечером в пятницу, когда Миша привел Сережку домой и пил чай на кухне у хлебосольной Лидии Петровны со свежими пирогами, на кухню вышла Маша, в домашнем халатике, бледная, но уже без синяков на лице.
- Миш, можно тебя попросить?
- Тебе все можно! – Пробубнил Мишка, жуя вкуснейший пирожок с яблоками.
- Давай съездим на залив. Мне все время мерещится труп среди камней, заливаемый водой. Я боюсь, если не перешагну свой страх, уже никогда не смогу сама войти в воду. А с тобой я себя как-то увереннее чувствую.

Мишка проглотил пирожок и согласно кивнул, глядя на девушку с невольным уважением. Вот это правильно, вот это по-нашему! Нельзя позволять страху взять над тобой верх.
- Конечно, съездим. Можем прямо завтра и поехать. Сережку возьмем, пускай порезвиться с Чарли на берегу. Чарли, кстати, очень любит плавать.


Ветер лениво разгонял по небу редкие облака и ерошил водную гладь залива, поднимая легкие мелкие волны. В самом конце августа желающих провести время на берегу почти не было. И весь длинный, золотистой дугой уходящий вдаль пляж оказался в их распоряжении. Почувствовавший свободу пес носился с Сережей взад-вперед, взрывая лапами мелкий песок и весело кидаясь в воду за брошенной палкой. Как же долго он мечтал о такой прогулке!

А Маша с Михаилом неспеша брели между редкими, разбросанными по всему побережью валунами. Он вспоминал смешные истории из их общего детства, чтобы отвлечь девушку, рассеять ее страх. И она, понимая его хитрость, благодарно смеялась и тоже вспоминала что-то смешное. А про себя думала: куда же девался тот смешной лопоухий мальчишка, когда успел нескладный голенастый подросток с угловатыми локтями и коленками превратиться в стройного широкоплечего парня вот с такими вот добрыми и веселыми глазами и обаятельной улыбкой? Как она умудрилась пропустить это волшебное превращение? Хотя, если быть до конца честной самой с собой, то надо признать, Мишка всегда, с детского сада был настоящим мужчиной, пусть маленьким, но мужчиной, защитником, опорой и поддержкой. Он никогда не предавал, не обманывал, не выбирал легких путей, стойко переносил все трудности и испытания. А с ней, Машей, был заботлив и внимателен, добр и терпелив к ее капризам. Почему она раньше этого не видела? И куда смотрят другие девушки? Да такой, как Мишка Потапов должен отбоя не знать от настойчивых поклонниц.

Она смотрела на него совершенно другими глазами, забыв про собственные страхи, забыв про Казимира, а он отчего-то краснел и отводил взгляд. А ведь Зоя Степановна, пожалуй, права! Мишка в нее влюблен. Если бы это было неправдой, то вряд ли бы он бросился ее спасать. От этой мысли душа ее наполнилась радостью и светом. И захотелось подойти близко-близко, заглянуть в серые глаза и нежно провести ладонью по его щеке…Чего же он молчит, скромник несчастный?

А Миша, подозвав Сережу, устроил соревнования по бросанию «блинчиков». Он брал небольшой плоский камушек и с размаху бросал его параллельно поверхности воды. И тот, несколько раз задев воду, нырял в глубину где-то вдалеке.
- Ух ты, целых четыре! – Вопил Сережка, подпрыгивая от восторга на месте, считая, сколько раз камень коснулся воды, - а у меня так не получается!
- Получится, обязательно получится, - подбадривал мальчишку Михаил, вкладывая в его ладошку очередной «блинчик», – старайся бросать над самой водой.

Финский залив серебрился и сверкал мириадами солнечных зайчиков, таких ярких, что невольно хотелось прищуриться. Ветер шевелил кроны деревьев, что справа от берега неширокой полосой закрывали Приморское шоссе, но делал это ласково, бережно. Вдоль линии прибоя волны, как дары от морской царицы, вынесли на песок пестрые россыпи мелких ракушек. Сережка, устав носиться с собакой, присаживался на корточки и, перебирая руками, выискивал в этих сокровищах самые красивые разноцветные раковинки. От изредка попадавшихся кучек гниющих водорослей исходил неприятный запах, но ласковый ветерок тут же уносил его, оставляя только свежий запах воды и нагретого солнцем песка.

- Миш, а правда, что ты был в школе в меня влюблен? – Решила Маша подтолкнуть застенчивого друга. Тот бросил на нее растерянный взгляд и стушевался, опустил глаза.
- Почему только в школе? Я еще в детском саду был в тебя влюблен.

Мишка старательно отводил глаза в сторону, потому что смотреть на тонкую фигурку Маши Гореевой в облегающих белых брючках и голубой курточке было опасно, настолько она была красива. Он был уверен, что не совладает с собой и уставиться на нее с восторженной придурковатой улыбкой и больше не сможет отвести глаза. А выглядеть дурак дураком совсем не хотелось.
- Неужели в детском саду?! – удивилась Маша.
- Да. Я даже жениться на тебе собирался, когда мы были в средней группе.
- А в школе тоже собирался?
- И в школе, и после школы… - и в очередной раз покраснел.
- А чего молчал? – Маша испытующе посмотрела на своего старого друга.
- А чего говорить то? Тебе ж всегда принц был нужен. А из меня принц, как из коровы балерина.

Скулы его заливал смущенный румянец, ветер трепал выгоревшие на солнце русые волосы. Он не знал, куда деть руки, поэтому засунул их в карманы джинсов.
- Да какой там принц, Мишка! Принцев не бывает, а если бы они и были, то принцам нужны настоящие принцессы. А я никакая не принцесса, я обыкновенная дура! – Самокритично призналась Маша. Но Мишка замотал головой, не соглашаясь.
- Нет, Машунь, ты не дура, ты… глупышка, к тому же блондинка. А блондинкам все прощается. – И в голосе его прозвучала неприкрытая нежность.

Эх, Потапов, Потапов, думала Маша, еле сдерживая улыбку, и что ты стоишь, как истукан, что там ковыряешь носком кроссовки у себя под ногами? Ну подойди, обними меня, загляни в глаза, и ты поймешь, что для меня ты лучше всех принцев мира вместе взятых! Что я должна еще сказать, чтобы ты понял, что мне нужен только ты и никто другой?

Но Потапов никак не решался поднять на нее глаза. А первой признаваться в собственных чувствах Маша не собиралась. Раз он мужчина, то пусть и делает первый шаг! Ну как его расшевелить? Девушка осмотрелась вокруг и увидела целую гряду валунов, пересекающих пляж от кромки леса. Она ловко взобралась на первый из них и, вытянув в стороны руки для равновесия, стала перепрыгивать с одного камня на другой.

- Ой! – вдруг вскрикнула и покачнулась, рассчитывая приземлиться прямо в его объятия, - держи меня, Потапов, а то упаду!
Не тут-то было! Мишка бросился к ней и схватил за руку, деликатно поддержав, не дав упасть. Маша, как в детской игре в классики, перепрыгивала с валуна на валун, держа друга за руку, а потом спустилась на песок. Риска упасть уже не было, но руку она так и не забрала. Так они и пошли дальше, держась за руки, как дети.

Господи, Мишка, ну, где же твоя смелость? Ты же мастер спорта, чемпион, победитель каких-то там турниров! Неужели нокаутировать соперника на ринге проще, чем сказать три простых слова «я тебя люблю»? Ей хотелось немедленно оказаться в кольце его сильных рук и задохнуться от поцелуев. Но, похоже, Потапов намертво застрял в роли друга детства.

Он шел по берегу, оставляя следы на влажном песке, и боялся глубоко дышать, чтобы не спугнуть этот волшебный момент, как прекрасную бабочку, случайно севшую на плечо. Он трепетно, бережно сжимал в ладони ее маленькую руку и мечтал взять и прижать эту теплую нежную ладошку к своей щеке, а потом перецеловать каждый пальчик в отдельности. Вот это было бы счастье! А еще смотреть, как солнце, запутавшись в Машкиных волосах, окрашивает их в чудесный розоватый оттенок. И пусть этот пляж и весь этот день тянуться бесконечно.

Так весь день и гуляли, ловя последнее летнее тепло, вслушиваясь в таинственное шуршание волн о песок и в то сокровенное, что происходило между ними, что невидимым потоком перетекало по их рукам от сердца к сердцу.
Домой вернулись поздним вечером. Сережка уже клевал носом от усталости. Миша с Чарли проводили соседей до их квартиры и замерли на пороге.
- А можно Чарли у меня сегодня переночует? – Спросил Сережа сонным голосом.
- Можно, если он сам этого хочет. - Ответил Миша и спросил у пса, - останешься с Сережкой сегодня, а?

Чарли радостно замахал хвостом и направился следом за своим маленьким другом. За этот долгий чудесный день они очень подружились, и душа собаки была переполнена радостью и благодарностью. Расставаться совсем не хотелось. На пороге он обернулся к хозяину и бросил на него взгляд, говоривший: «не обижайся, но ему я сейчас нужнее!»
- Пусть спит в твоей комнате, - разрешила Маша.

Когда мальчик с собакой ушли в квартиру, взрослые остались на лестничной площадке. Надо было расходиться по домам, но что-то держало, что-то притягивало друг к другу.
Ну, Мишка, наберешься смелости? Думала Маша, с лукавой улыбкой глядя на друга. А тот мялся, то вскидывая на нее глаза, то что-то рассматривая у себя под ногами, и молчал.
- Спасибо тебе, Миш, за чудесный выходной, - прервала Маша затянувшееся молчание.
- Тебе спасибо…
- Мне было очень хорошо.
- Мне тоже…
-…Ну, тогда до завтра!
- До завтра… - и не уходил, топтался на лестнице.
- Спокойной ночи, Миша.
- Спокойной ночи, Маша…

Ну, ты тормоз, Потапов! Разозлилась на его нерешительность Маша и первой ушла к себе, осторожно прикрыв дверь. Мишка еще постоял, постоял, чувствуя, что упускает что-то очень важное, а потом медленно пошел вверх по лестнице, сокрушенно вздохнув. 

Выяснилось, что Лидия Петровна уехала к мужу за город, приготовив еды на неделю вперед, о чем сообщала записка на кухонном столе. Маша заставила сына умыться и почистить зубы, пока разбирала ему кровать, а Чарли готовила удобную лежанку рядом. Утомленный долгим днем, переполненный радостными впечатлениями, Сережка заснул, едва голова его коснулась подушки. Пес чинно улегся возле кровати, вытянув лапы и положив на них большую, похожую на медвежью, голову.

Ну, Потапов, ну скромняга! Думала она, улыбаясь своим мыслям. Даже не предполагала, что ты такой застенчивый. Не прошло и каких-то четверти века, как мы знакомы, и он набрался храбрости и взял меня за руку! Сума сойти можно. Эдак первого поцелуя я дождусь как раз к моменту выхода на пенсию. Нет, я так не могу и не хочу! Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на пустые охи и вздохи. А еще спортсмен называется! Но не могу же я первой вешаться ему на шею!..
Или могу?..
Но это же не по правилам…
А к черту правила!

Она заглянула в комнату сына, шепнув поднявшему голову Чарли «охраняй!» и побежала в квартиру, расположенную этажом выше. Чтобы обо мне подумала мама? Задавала Маша себе вопрос, решительно шагая по ступенькам вверх. Авантюристка! Какая же я авантюристка!

Все-таки сердце взволнованно стучало, когда она нажимала на кнопку звонка. Долго никто не открывал, она даже успела заколебаться в принятом решении, но вот замок щелкнул, дверь открылась. На пороге стоял Мишка с мокрыми волосами, с обмотанным вокруг бедер банным полотенцем и влажно блестевшими в свете электрической лампочки каплями на голой мускулистой груди. Похоже, звонок застал его в душе.

- Привет, - зачем-то еще раз поздоровалась Маша, - вот, я пришла сама… Пустишь или мне лучше уйти?
Потапов, не говоря ни слова, втащил ее в коридор, захлопнул дверь, быстро закрыв ее на все замки, даже цепочку навесил, повернулся и с угрозой прошептал:
- Все, Гореева, ты попалась, - сгреб ее в охапку и, начиная целовать, добавил, - больше я тебя не отдам… никому… никогда…

Он легко подхватил ее на руки, и вдруг маленькая уютная квартирка, как по мановению волшебной палочки, превратилась в сказочный замок, и прекрасный принц понес свою принцессу по длинным арочным коридорам, сквозь анфилады комнат. Он поднялся в самую высокую башню замка, в комнату, окна которой были увиты цветущими розами, и опустил на покрытое лепестками цветов ложе под шелковым балдахином.

Ночь эта была самой долгой и самой прекрасной в их жизни. А утром мудрое солнце еще долго не спешило с рассветом, чтобы не мешать двум влюбленным…

                Конец.
Книга появилась в издательстве Ридеро в электронном виде:
https://ridero.ru/books/chernyi_kvadrat_kazimira/

Тех, кто прочел книгу до конца, очень прошу оставить свой отзыв на сайте книги.


Рецензии
Не обижайтесь, Даша, на предыдущий комментарий, вижу, что Вы не стали на него отвечать. Но, те две главы, по ощущениям, совершенно чужеродны повествованию. У Вас романтическая сага, а там триллер. Понятно, что для остроты сюжета необходима изюминка, вводящего читающего в состояние пациента, которого гипнотизируют, но описанные события личность героини делают мало привлекательной.
Глупенькой девочкой можно быть в девятнадцать, но имея за плечами брак и взрослого сына, пора поумнеть. Личность девушки должна притягивать, а эти немыслимые сцены, увы, отталкивают.
Если честно, я чуть не закрыл страницу. У каждого здорового человека на подсознательном уровне работает интуиция, предсказывающая приближающуюся опасность. У Михаила она присутствует, А Маша, изображает из себя наивного подростка.
Не претендую на роль критика. Описываю свои ощущения от прочитанного. Если они Вам интересны.

Валерий Столыпин   23.09.2018 15:36     Заявить о нарушении
Спасибо, Валерий, за комментарии. Для меня важно ваше мнение. Это, конечно, очень желательно глупеньким девочкам умнеть после 19 лет. Однако, жизнь показывает, что некоторые девочки до глубокой старости остаются глупенькими, особенно, если глупость помножена на самоуверенность и упрямство. Я вовсе не хотела, чтобы моя героиня всем нравилась. Я сама таких не очень люблю. Тем не менее спасибо, что дочитали до конца. Для меня именно это является основным показателем читаемости произведения. С уважением.Дарья.

Дарья Щедрина   23.09.2018 16:42   Заявить о нарушении