Черный квадрат Казимира. Глава 7

                Глава 7.
Появление в его жизни Маши Гореевой было подобно появлению солнца на крайнем севере после долгой полярной ночи. Миша Потапов воспрял духом. Он знал, что она давно замужем, даже успела обзавестись симпатичным сынишкой, что просто приехала проведать маму, а значит долго тут не задержится. Но это только подстегивало, заставляло спешить.

Потапов привел себя в порядок, отмыл многодневную грязь, побрился, даже старательно причесал, пригладил непослушные, отросшие вихры. И затеял генеральную уборку. После смерти мамы из него как будто высосали всю кровь. Не было сил ни на что, не то, что мыть полы или вытирать пыль, даже еду готовить не хотелось. Аппетит совершенно пропал, и он перебивался бутербродами и консервами, поэтому исхудал, и одежда теперь висела на нем мешком.
 
Идея пригласить соседку и одноклассницу на чашку чая толкала Михаила на трудовые подвиги. Закатав штанины до колен, он старательно оттирал тряпкой полы и объяснял собаке:
- Понимаешь, Чарли, я Машку Горееву с детского сада знаю. Мы с ней, можно сказать, на соседних горшках сидели. Ну, она то таких подробностей точно не помнит. А я помню! Помню, как наша воспитательница подошла ко мне и сказала: «Миша, вот новенькая девочка Маша. Позаботься о ней, покажи все, объясни, и никому не давай в обиду». Я тогда глянул на новенькую и обомлел. В красивом платьице, с бантиками в золотых волосах… Ну, дюймовочка, одно слово! И маленькая такая, просто крошка. Такую, конечно, нужно было никому не давать в обиду. Я и не давал.

Чарли с интересом наблюдал, как хозяин вонючей тряпкой размазывает по полу грязную воду. Когда лужа подобралась к самым лапам, пёс отошел на пару шагов и продолжал смотреть.
- В старшей группе детского сада мой друг Славка Савельев решил жениться, сначала на воспитательнице Надежде Алексеевне, потом на уборщице тете Вале, а потом на Насте из нашей группы. Влюбчивый он очень был, Славка, и непостоянный. А я только на Машке Гореевой собирался жениться и ни на ком другом! Просто ни у кого больше не было таких золотых волос и таких голубых-голубых глаз, как незабудки. Но, ты не подумай, что самым главным в Маше для меня была ее красота. Вовсе нет! Она на самом деле классная девчонка, смелая, решительная, хоть и маленькая. Я с такой и в разведку бы пошел. Потом в школе, когда подросли, она вместе с нами, пацанами, и по крышам гаражей прыгала, и на деревья залезала, и на роликах на перегонки каталась. В компании с ней всегда было весело.

Миша отжал тряпку и пошел менять воду в ведре. Это надо же, сколько грязи накопилось, пока он пиво пил! Странно, почему многочисленные нотации тети Зои не возымели на него никакого действия, а стоило Маше Гореевой глянуть на него своими небесными глазищами… С удвоенной силой и энтузиазмом он принялся драить пол по второму кругу, пока паркетины не заблестели лунным блеском, освободившись от многих слоев грязи и пыли.

- Мы с ней в школе класса до шестого за одной партой сидели. – Продолжал рассказывать Миша самому лучшему слушателю на свете. - Я ей каждый день портфель до дома носил. А чего? Живем в одном подъезде, только на разных этажах. Да и не хорошо дюймовочкам всякие тяжести таскать. Она умница была, почти отличница. Я у нее по дружбе всегда математику списывал. А потом… - Миша разогнул спину и виновато посмотрел на своего собеседника. – Однажды какой-то придурок из класса назвал нас женихом и невестой. Это в шестом то классе! И мне стало стыдно, что я вожусь с девчонкой, таскаю ее портфель. Испугался, что пацаны надо мной смеяться будут и пересел за другую парту. Я ее предал, Чарли, понимаешь? Подло, трусливо предал.

Чарли поднял брови домиком и тихонько заскулил, уловив в голосе хозяина тоску и раскаяние. Миша улыбнулся и потрепал пса за ушами.
- Что, дружище, сочувствуешь своему дураку-хозяину? Только ты меня и понимаешь. Она не обиделась, по-прежнему разрешала списывать задачки по математике. Я увлекся спортом. Она по дружбе иногда приходила на соревнования поболеть за меня и громче всех вопила с трибуны «Давай, Миша!!». Я ж ее голос из толпы сразу узнавал. Вот, такая была Маша Гореева.

После мытья полов Михаил переключился на уборку пыли и стирку. В руках все спорилось и квартира, еще недавно запущенная, быстро приобретала вполне приличный вид. Чарли, после того как хозяин застелил диван чистым покрывалом, с радостью прыгнул на него и развалился, вытянув хвост, заняв пол дивана.
- Ну, здрасти! – Миша недовольно нахмурился, но собачья морда излучала такое счастье, что махнул рукой и не стал сгонять наглеца. – Ладно, лежи, лежибока… После школы Машка в институт поступила, а я в армию пошел. Знаешь, когда видишь человека каждый день, совершенно этого не ценишь. Думаешь, что так будет всегда. А в разлуке все видится иначе. Я и сам не ожидал, что буду так скучать именно по Гореевой. Она мне иногда писала письма в армию, шутливые, приятельские, по старой дружбе. А я так ждал этих писем, так ждал… Короче, к дембелю я для себя решил, что вернусь и женюсь на Машке. По-взрослому решил. И что ты думаешь? Вернулся, уже придумывая, как именно сделаю ей предложение, а она оказывается уже замуж выскочила за какого-то фазана со старшего курса и умотала из родительского дома.

Миша вытер натруженные руки, оглядел довольным хозяйским взглядом сверкающую чистотой комнату и сел рядом с собакой.
- Опоздал я, Чарли, безбожно опоздал. Вот такая вот история. Видно, не судьба. Да и кто я такой для принцессы-дюймовочки? Ей всегда принц был нужен, ну, на худой конец, граф какой-нибудь или барон. А я ни на принца, ни на графа, ни на барона не тяну. Граф Потапов! – Мишка хмыкнул, - смешно звучит и нелепо. Но я все равно безумно рад ее видеть и сделаю все, чтобы она зашла ко мне в гости на чашку чая. Просто посидеть рядом с ней, посмотреть в ее небесные глаза…

В лице Мишки появилось что-то восторженное и мечтательное. Чарли лизнул руку хозяина и по-собачьи улыбнулся, высунув розовый мягкий язык.
- Понимаешь, Чарли, бывают на свете такие люди, от которых мир становится светлее и радостнее. Вот такая и Маша Гореева. Знаю, что мне ничего не светит, а все равно просто быть рядом, просто знать, что она есть… Это тоже счастье, пусть маленькое, но счастье.


Маша толкнула дверь кабинета и замерла на пороге. На нее уставились три пары любопытных глаз, в которых застыл немой вопрос.
- Всем доброе утро! – произнесла Маша, проходя к своему столу.
- Ну, как? – почему-то шепотом спросила Марина.
- Что, как?
- Свидание как? Мы же переволновались все! – Легкий упрек звучал в голосе коллеги.
- Ой, девочки, еле жива осталась…
- Что случилось?! – Светлана Сергеевна отложила в сторону губную помаду, которой старательно подкрашивала губы перед началом рабочего дня.
- Кандидат агрессивным оказался? – Снова спросила Марина.
- Он что, преступник? – Выпучила испуганные глаза Аля.
- Хуже, девочки, он политик! – Маша развернулась на стуле лицом к собеседницам и спросила, - Как вы думаете, какой первый вопрос он мне задал?

Коллеги переглянулись.
- Сколько тебе лет? – Предположила Аля. Маша отрицательно мотнула головой.
- Замужем ты или нет? – продолжила игру Марина.
- Нет. Он спросил, согласна ли я, что пора принимать закон о свободном ношении оружия в нашей стране? Ведь вокруг полно сволочей, которых надо просто отстреливать! – ответила Маша.
- А ты что? – поинтересовалась Светлана Сергеевна.
- А я с дуру ляпнула, что не согласна. Потому что помимо сволочей вокруг полно придурков. И если оружие окажется в руках придурка, то быть беде. Как он на меня посмотрел, девочки!.. Я внутренне перекрестилась, что все-таки такой закон еще не принят. Будь у него в тот момент в руках пистолет, он бы меня точно, как контру недобитую, пристрелил без лишних сомнений!
- Кошмар!.. – выдохнула Аля, прижимая ладошки к побледневшим щекам.
- Все-таки опасная это идея – искать кандидата в интернете! – Заключила Светлана Сергеевна. – У них же там справку от психиатра никто не спрашивает.
- А дальше что было? – Марина отмахнулась от Светланы Сергеевны и снова уставилась на подругу.
- Дальше была часовая лекция на политические темы. Уши у меня завяли на третьей минуте. В общем, девочки, еле отвязалась от этого кандидата. Все-таки ему нужна не просто женщина, а соратница по политической борьбе, как Ленину Надежда Константиновна Крупская. А я на эту роль никак не тяну.
- И что теперь делать? – жалобно спросила Аля.
- Искать дальше! – Маша решительно застучала по клавиатуре компьютера. – Кандидатов у меня еще масса. Вот например: 39 лет, разведен, строитель по специальности… Как вы думаете, о чем думал мужчина, выкладывая на сайте свою фотографию с голым торсом?

Аля сорвалась со своего места и в ту же секунду застыла возле экрана Машиного компьютера, всматриваясь в изображение.
- Красавец… - с восторгом прошептала она.
- Ничего себе, самец, – прокомментировала Марина, появляясь за спиной Алевтины.
- Ну и как торс? – Кривя губы в недоверчивой улыбке спросила Светлана Сергеевна, но осталась на своем месте, сохраняя достоинство.
- Мускулистый и волосатый, бицепсы и все такое… даже кубики на животе видны! - ответила Аля.
- Я же говорю – самец! – кивнула Марина.
- Так о чем он думал, выкладывая эту фотку? – повторила вопрос Маша с лукавой улыбкой.
- Точно не о политике! – хором ответили подруги и захохотали.

http://www.proza.ru/2018/09/19/356


Рецензии